Глава 10. День 29

Когда я открыла глаза, во рту было сухо, а язык словно распух от назойливого металлического привкуса. Первым, на что упал взгляд, оказалось какое-то белое марево. В памяти сверкнуло воспоминание о том, как я выпала в Сумерки, после чего навалилась оглушающая чернота.

— Может, я уже… того? — проговорила тихо, признавая, что хриплый голос, который это произнес, вполне мог принадлежать привидению.

— Нет, милая госпожа, вам еще очень-очень далеко до “того”! — с удивительно-знакомой веселостью произнес кто-то рядом. — И я очень рад этому, иначе в этой темной клоаке Найрен стало бы еще мрачнее, клянусь своей печенью!

Я с трудом повернула голову и встретилась взглядом с улыбающимся во все тридцать два зуба медиком.

— Господин Пивси? — пробормотала я, прищуриваясь, потому что все вокруг расплывалось.

— И не кто иной, не кто иной, милочка, — говорил он, и я поняла, что, кажется, в этот момент он меня аккуратно ощупывал. Я дернулась от неожиданности, но медик тут же сказал: — Лежите спокойнее, милочка, а то, не ровен час, ткну вам вот этой штукой не туда, куда нужно!

Он громко хохотнул, а я увидела в его руках длинную палочку с расширением на конце. Он прикладывал ее к моей груди и, кажется, слушал через нее стук сердца.

— Так-так… аритмия… замечательно. Замечательно! — Отбросил палочку и снова начал прощупывать живот. Чувствительность тела ко мне потихоньку возвращалась. — Селезеночка, печень… Печень не увеличена, значит, отравление Тьмой не привело к катастрофическим последствиям. Вы настоящий везунчик! А я, знаете ли, обожаю везунчиков!

Он резко встал и поправил белый камзол с красной строчкой. Такой на редкость яркий и светлый наряд в замке, что у меня невольно даже в глазах зарябило.

— Скоро пойдете на поправку. Думаю, после завтрака можете встать и прогуляться. Конечно, работать вам в ближайший месяц запрещено. Так что имейте это в виду. Ну, всего хорошего!

В последний момент я едва успела окликнуть его, чтобы не уходил, потому что быстрый, как ураган, доктор Пивси уже практически вылетел в приоткрытую дверь.

— Подождите! Господин… что вообще произошло?

Мужчина резко остановился, развернулся и тут же подошел обратно ко мне. Уселся на табуретку рядом с кроватью, положил ногу на ногу и ответил:

— Простите, не подумал о том, что вы, должно быть, сбиты с толку.

— Да, так и есть, — кивнула я. Теперь уже и голос повиновался гораздо лучше.

— Ну, не буду тянуть василиска за хвост, расскажу вкратце. Вы едва не погибли в Сумерках, но наш совсем не прекрасный принц на черном коне безрассудства вытащил вас в прямом смысле с “того света”. И вот вы здесь!

— Но… — запнулась я. — Как я выжила?

— Понятия не имею! — весело воскликнул доктор и даже хлопнул в ладоши. — Но это не главное. Главное, что вы здесь! И даже почти совсем не пострадали. А сердечный ритм выровняется.

— А граф?.. Что с ним?

— Пф! Да что ему сделается, — махнул рукой медик, — такими, как Кайл Шерье, даже нежить травится.

— Но где он? — обеспокоенно проговорила я, чувствуя, что почему-то ужасно хочу есть. Вместе с этой мыслью в голову прокралось подозрение, что лежу тут я уже довольно давно.

— Кайл собирает некромантов в ближайших городах провинции. Но это, конечно же, страшная тайна. — Медик хохотнул. — Когда ты — опальный принц, очень, знаете ли, не хватает общества других колдунов. Уж не знаю, зачем они, эти колдуны, нужны, но без них вот прям никак!

Медик явно веселился, а у меня по спине пробежали холодные мурашки. Не знаю, в курсе ли был Пивси того, для чего Кайлу требовались люди, но я-то знала, что все дело в государственном перевороте. И это меня страшно пугало.

— А давно он уехал?

— Вчера. Как только понял, что вы, милочка, пошли на поправку. Беспокоился за вас наш граф. Свезло, правда?

— Несказанно, — кивнула я, окончательно садясь на постели. — Простите, господин Пивси. Мне ведь так ни разу и не назвали ваше имя. Могу я поинтересоваться, кому обязана за помощь и лечение?

— Мое имя Дэвид, — представился он, чуть склонив голову. — Можете так меня и звать.

— Вы очень добры, — улыбнулась я и поняла, что сил на разговор трачу ужасно много.

— Еще некоторое время вы будете чувствовать слабость, — заметив мое состояние, сказал Дэвид. — Это последствия перехода через портал духов. Удивлен, что вам вообще удался подобный фокус. Такие порталы не предназначены для людей. Лишь для призраков, нежити и демонов.

От этой новости меня передернуло.

— Я уже поняла, что выжила чудом, — кивнула в ответ, вспоминая довольно скалящуюся Лорейну. Эта нахалка явно знала заранее, чем кончится наше приключение. И сознательно вела меня на смерть.

— Именно так, — кивнул мужчина. — Но не буду задерживать вас больше. Вам еще нужно покушать и отдохнуть. Завтрак на столе, а потом вы свободны, как банши в небесах Сумерек!

— А как же моя комната, мои обязанности служанки? — вдруг вспомнила я, с легким стыдом осматривая длинную ночнушку, в которую оказалась одета.

— Вы освобождены и от того, и от другого. А ваши покои отныне вот эти, — весело ответил он, обведя рукой помещение. Затем поклонился на прощание и вышел прочь.

Как только доктор Пивси оставил меня одну, я огляделась. Вокруг раскинулось светлое широкое помещение, очень напоминающее одну из гостевых замка. Только здесь словно было немного… уютнее, что ли.

Но долго наслаждаться убранством не позволил зверский голод. Унюхав ароматы с подноса на столе, я коршуном налетела на ароматные булочки с ветчиной и сыром, свежую клубнику во взбитом йогурте, горячий чай и яичницу с беконом. А после этого уставшее тело снова сморил сон.

Стоило прилечь на постель, как на меня навалились смутные видения, утягивающие в забытье. И самым ярким образом стал Кайл Шерье, целующий и обнимающий меня. Кажется, перед тем, как окончательно уснуть, я покраснела, ощутив прилив возбуждения. Укрылась посильнее одеялом и позволила себе унестись в мир грез, не замечая, что знакомые алые глаза злобно смотрят на меня с потолка.

Через пару дней я уже совсем пришла в себя. Меня больше не мучила слабость, не болела голова, а из недомоганий остались лишь тоска по графу и страх перед нашей новой встречей.

Почему он не поговорил со мной, не дождался, пока я очнусь? Злится ли он на меня или нет? Какое дальше я буду занимать положение в замке Найрен?

Ведь после того, как я узнала очередную тайну опального принца, он вполне может меня уволить. Или еще чего похуже. Но, честно говоря, я была не способна подумать о нем плохо и не верила, что он может причинить мне вред.

Но избавиться от обнаглевшей служанки не так-то и сложно. В конце концов, я уже несколько дней не выполняю своих обязанностей. Живу в комнате для гостей, как какая-нибудь знакомая графу маркиза. Ем жареные помидоры с креветками и пью фруктовый мед.

Не слишком ли много для простой босячки?

В один из дней случилось нечто необычное. Я гуляла по замку и случайно наткнулась на брошенную кем-то швабру. Не в силах пройти мимо, я схватила ее и решила запихнуть в один из чуланов на первом этаже. Однако, резко дернув его дверь, поняла, что сделала это зря. Чулан явно был заперт на замок, который почему-то не выдержал моего напора. Дверь распахнулась, и изнутри на меня уставился высушенный труп мужчины, поразительно напоминающий бывшего дворецкого. Того самого, которого Кайл должен был выгнать из замка.

Недолго думая, я сунула туда же швабру, обливаясь холодным потом от страха, и быстро захлопнула дверцу.

Теперь к моим переживаниям добавился еще и ужас от мысли, что Кайл после ритуала Аралишгаль мог превратиться в убийцу. Богиня смерти обещала ему безумие в обмен на безграничную власть. Что, если это уже случилось? Что, если Кайл Шерье теперь такой же, как и его отец, мертвый король по прозвищу Джейк Злая голова? Ведь тот славился именно тем, что частенько превращал своих слуг в мертвецов.

Но, к сожалению, развеивать мои страхи и сомнения никто не спешил. Несколько раз я пыталась зажать нашего дворецкого в каком-нибудь углу и выпытать у него, что вообще происходит и что меня ждет. Но, во-первых, взрослого мужчину не очень-то и зажмешь где-нибудь, а во-вторых, Фейн каждый раз спокойно отвечал мне, что на мой счет распоряжений не поступало. Я должна продолжать жить там, куда меня поселили по приказу графа, и есть то, что велено по приказу графа.

Собственно… больше ничего мне и не оставалось. Хотя грех было жаловаться. За неделю, проведенную таким образом, я успела отдохнуть, привести себя в порядок и даже, кажется, похорошела от безделья.

Только тоска с каждым днем становилась все невыносимее. Тоска и подозрения, так похожие на страх.

Но однажды ночью мои тягостные размышления о том, где же граф и что с ним происходит, резко закончились. Примерно в то же время, как солнце опустилось за горизонт, дверь моих покоев резко распахнулась, словно ее кто-то пнул ногой, а затем с громким хлопком закрылась, предварительно пропустив внутрь Кайла Шерье.

Мне хватило одного короткого взгляда на него, чтобы понять: с графом что-то не так. Его черные глаза опасно блестели, волосы растрепались по плечам и слегка падали на лицо беспорядочными прядями. Он не выглядел неряшливо, лишь немного дико, почти хищно, с этой расстегнутой до середины груди рубашкой, отсутствующим камзолом и плотно сжатыми челюстями.

Но сейчас, вот таким по-животному живым, он вдруг показался мне еще красивее, чем прежде.

— Ваша светлость?.. — прошептала я, чувствуя, как перехватывает дыхание, как сводит спазмом горло.

— Ниара… — проговорил он так, что все внутри перевернулось. Мурлыкающе, низко и будто предупреждая о чем-то.

А затем он шагнул ко мне. Сперва медленно, затем быстрее и через мгновение уже схватил меня, придавив к стене, обнимая за бедра и одновременно вдавливая в собственное тело. Коснулся носом моего лица, проведя вверх по щеке. Распахнутыми губами прочертил линию от подбородка до уха и хрипло прошептал:

— Я так скучал… Так сильно скучал…

От этого голоса и острых, разрывающих на части слов, которых так ждала, я словно начала падать. Уноситься в черную бездну Сумерек, где совсем недавно чуть не погибла.

Ради него…

Он прикусил меня за шею под самым ухом и горячо поцеловал. Спустился ниже, обжигая губами чувствительную кожу, и одновременно властно и собственнически задрал мою юбку, вонзив пальцы в бедра.

Я зарыла глаза и тяжело вздохнула, потеревшись о него щекой, вдыхая его сумасшедший аромат, от которого кружилась голова. Аромат, который превращал меня в туман, готовый раствориться от порыва ветра.

Я должна была что-то сказать Кайлу, что-то ответить или спросить. Но мне внезапно стало так хорошо, что думать о чем-то, кроме него самого, уже не хотелось. Все казалось таким глупым и неважным. Все, кроме него одного.

А в следующий миг я почувствовала, как граф скользнул рукой между моих ног. Горячие пальцы раздвинули мою влажную мягкость и тут же без труда проникли внутрь, вырвав из горла сдавленный стон.

Это было так жарко, желанно и сладко, что у меня на миг потемнело перед глазами. Я опустила веки, откинув голову назад, упираясь затылком в стену и хрипло дыша. Утопая в горячей пульсации между бедер, плавясь от жара внизу живота.

— Такая сладкая и узкая, — низко, с тихим рычанием проговорил граф, тяжело дыша, почти с остервенением целуя мою грудь и лаская меня рукой. — Такая желанная…

Кайл всегда умел делать так, чтобы я теряла дар речи. Чтобы вместо мыслей и связных слов из горла был способен доноситься лишь стон.

И именно в эти моменты он начинал со мной говорить. Как сейчас:

— Ты скучала по мне, моя хитрая Ниара?..

И после короткой паузы, за время которой я вообще не успела ничего сообразить, добавил:

— Уже такая влажная… Скажи, ты ждала меня, думала обо мне?

Я тихо выдохнула сквозь распахнутые губы, едва сдержав еще один стон, а затем через силу заставила себя ответить:

— Ждала. Каждый день…

И тут же почувствовала его улыбку. Через мгновение он вдруг отстранился, перестав меня целовать, но все же не убирая руки. Теперь он словно наблюдал за моей реакцией на его движения. И от стыда, спровоцированного этим фактом, я еще сильнее загоралась.

Воздух будто стал застревать в легких. Я смотрела на графа широко распахнутыми глазами, то и дело судорожно вдыхая, тихо всхлипывая от горячих спазмов прямо под его пальцами.

— Я знаю, что ждала, — проговорил он дерзко и вызывающе, с темной улыбкой на лице, от которой я чувствовала себя беззащитной… но и желанной. — Я знаю все, что ты делала в мое отсутствие. Скажи, как часто ты ласкала себя, думая обо мне?

Я стремительно покраснела, испытав очередной прилив жара к бедрам. Прикусила губу, чтобы не застонать, и на миг закрыла глаза, надеясь, что разрядка вот-вот наступит.

Но Кайл неожиданно замедлился, а затем и вовсе убрал руку, после чего я едва не завыла от разочарования. Распахнула глаза и поглядела на него с вызовом.

— Ни разу, — соврала, даже не задумавшись.

Но Кайл улыбнулся еще шире.

— Лжешь, маленькая служанка. Я знаю, — прошептал он, склонившись к моему уху, касаясь его губами и посылая по неудовлетворенному телу разряд за разрядом, — что ты ласкала себя каждую ночь, шепча мое имя. Скажи, зачем ты делала это, когда я так хотел оказаться в тебе?

Я вздрогнула от стыда и удивления, недоуменно вглядываясь в лицо графа. Ведь было ясно, что он не проверяет меня.

Он и впрямь знал, о чем говорил.

А я действительно ласкала себя, произнося его имя. Еще в своей каморке, еще до того, как лишилась девственности на балу…

— Мне известен каждый твой шаг, Ниара Келли, — сказал он твердо и вдруг серьезно посмотрел на меня, уперев руки по обеим сторонам от моего лица.

А затем вдруг щелкнул пальцами, и с потолка за его спиной спустилась белесая тень. Привидение Лорейны.

Понимание правды окатило меня ледяной волной.

— Вы приставили ко мне призрака?! — ахнула я. — И все это время она за мной следила?!

— Именно, — кивнул граф, прищурившись.

— Но зачем вы сделали это? Это… отвратительно! — возмущенно воскликнула я, взглянув в кровавые глаза банши, которая меня неожиданно перестала пугать.

— Естественно, чтобы ты не выдала меня, маленькая любопытная бабочка. Ты не задумывалась, почему я не наказал тебя ни за одну из твоих провинностей? Ни за то, что следила, ни за то, что обнаружила драугров? И уж тем более ни за проникновение в Сумерки, где ты узнала слишком многое, а я едва успел тебя оттуда вытащить. В некоторых провинциях Альденора расплата за это — отрубленные руки и вырванный язык. Но кроме всего вышеперечисленного ты знаешь, что я собираюсь свергнуть нашего короля. — Его голос был обманчиво мягок, но слова резали не хуже металла.

А самое ужасное было в том, что он прав. Для служанки я оказалась поразительно наглой и вездесущей.

— В твоих руках моя смерть, бабочка. Скажи мне, мог ли я оставить тебя без присмотра?

Сейчас я видела, что время игр кончилось. Он хотел говорить со мной серьезно, расставить все точки.

И, видимо, хотел решить, наконец, что со мной делать.

Я тихо вздохнула, вдруг осознав, что приставленная ко мне тихая и незаметная Лорейна — это меньшее из всех зол, которые могли выпасть на мою долю, если бы на месте Кайла оказался совсем иной некромант. Или любой другой принц, чья голова могла бы слететь с плеч, стоит мне раскрыть правду о его планах.

— В ваших руках мое сердце, Кайл Шерье по прозвищу Эридан. Я бы никогда не предала вас, — выдохнула я грустно.

Признаваться в любви всегда грустно, когда ты знаешь, что за этим ничего не последует.

Несколько мгновений граф молчал, глядя на меня темными сверкающими глазами. А затем вдруг притянул меня к своей груди и обнял, прижав крепко-крепко.

— А я бы никогда не причинил тебе вред, — проговорил он в ответ то, что я никогда и не мечтала от него услышать. — Я не могу выкинуть тебя из головы, глупая девчонка… Совсем помешался на тебе…

Сердце затрепетало в груди раненой бабочкой.

— Давно ли? — прошептала я, взглянув ему в глаза и не в силах не улыбаться. Счастье распирало грудную клетку, грозило вырваться и улететь в небо. — Разве я не просто служанка для вас?

Кайл вздохнул, и уголки его губ хитро приподнялись.

— Сперва так и было, — ответил он, пожав плечами. — Но с того дня, как я увидел тебя на балу…

— Вы меня узнали??? — ахнула я, не веря своим ушам.

Красивые губы изогнулись в усмешке.

— Я не такой уж идиот, как кажется, Ниара Келли, — ответил он.

— Мне никогда так не казалось… Но я думала, что… я вам нужна девственницей.

Говорить об этом было все же стыдно, и я слегка покраснела.

Граф хмыкнул:

— Кроме того, что я не идиот, я еще и не маньяк.

Теперь была моя очередь возмущаться:

— Поэтому над нами летает привидение? — приподняв бровь, спросила я. — Привидение, которое наблюдало, как я… — Щеки снова покраснели, но пора было высказать все, что лежало на душе: — Как я ублажаю себя, и, кстати, хотело меня убить буквально пару дней назад!

Что ж… пора было узнать правду. Если граф Шерье и впрямь дорожит мной, то это станет ясно прямо сейчас.

Кайл прищурился, а затем, готова была поклясться, на его лице появилось виноватое выражение!

— Прости, — наконец проговорил он, чем удивил меня до крайности. Принц извинялся перед служанкой! — Но, если тебе будет легче, призраки не ведают ни стыда, ни осуждения, ни, прости Тьма, возбуждения. Лорейне было абсолютно наплевать, на что смотреть. Как ты ласкаешь себя ночью или втихаря ешь некролягушек.

— Я не ем некролягушек! — воскликнула я в ужасе.

Кайл тихо рассмеялся.

— Я и не сомневался, — ответил он через мгновение, посерьезнев. — А насчет того, что она хотела тебя убить… К сожалению, ответить тем же и прикончить Лорейну за эту провинность я уже не смогу. Прости. Так уж вышло, что ее убили до меня, — коротко усмехнулся он и продолжил: — Но поверь, больше такого не повторится. Ты в полной безопасности. Если, конечно, сама не будешь выкидывать своих смертоубийственных подвигов.

— Не буду, — кивнула я с улыбкой, случайно взглянув вверх. — Но Лорейна все еще летает над нами и смотрит!

Мертвая дама и впрямь парила под потолком.

Кайл тут же со смехом щелкнул пальцами, и через мгновение банши и след простыл.

— Вы темный и опасный тип, ваша светлость! — с преувеличенным возмущением сказала я. — Настоящий некромант!

В этот момент я вдруг почувствовала, как рука графа вновь проскользнула мне между ног, а в следующий миг в меня проникли два пальца. Я ахнула, захлебнувшись воздухом, от напряжения, остро запульсировавшего внизу живота.

— Ну уж не игрушечный, — прошептал он мне в ухо, сладко сомкнув зубы на мочке.

— Но вы ведь не такой, как ваш отец… — проговорила я, прикусывая губу от желания, горячими волнами проходящего по телу.

— Может быть, даже я еще хуже него, — ответил Кайл, ускоряя движения руки у меня между ног.

— Я в это не верю, — хрипло выдохнула, чувствуя, словно вот-вот сорвусь в пропасть.

— Что ж… Это покажет только время, — закончил он и тут же вдруг резко вынул из меня пальцы. Уже через долю секунды он поднял меня, заставив обхватить себя ногами. Я с трепетом почувствовала раскрытыми бедрами его обнаженную плоть, лишенную брюк, а в следующий миг он уже вошел в меня, вырвав из горла громкий стон.

Удовольствие накрыло меня жгучей лавиной, едва не заставив потерять сознание. Живот свело спазмом, и от разорвавшегося напряжения по телу забили волны жгучих искр.

Не прошло и секунды, как прямо в этой позе, не давая отдышаться, граф шагнул к постели и упал вместе со мной на золоченое покрывало, тут же начиная жестко двигаться.

Я запрокинула голову, со сдавленным восторгом ощущая внутри огромный член, наполняющий меня, растягивающий, бросающий в бешеный водоворот наслаждения. Снова. Потому что возбуждение не спадало, становясь лишь еще больше.

Мы пришли к пику одновременно. Я — громко выкрикивая его имя, а он — шепча мне на ухо что-то невнятное. Что-то, от чего кружилась голова, заставляя меня чувствовать себя легкой и счастливой. Как никогда в жизни. (3303c)

— Я не боюсь тебя, Кайл Эридан, — в этот момент проговорила я, улыбаясь. — Даже если ты — самый страшный некромант в мире.

Граф улыбнулся, взглянув мне в глаза, а затем мягко коснулся уголка моих губ, тихо прошептав:

— Моя смелая девочка… Моя Ниара.