Глава 10

На следующий день к гостинице приехал магобус с оборудованием для практики на болотах.

– Вы слишком нас торопите, – сказала я, встретившись с капитаном Джазом.

– Это необходимость, – вздохнул он, – жалоб с болот поступает все больше. Там творится что-то плохое, а контролировать ситуацию некому. Так что нужно ехать сегодня же. На границе с общиной останутся мои люди. Выделил вам пять человек. Часть из них будет сменяться каждые три дня. Все – боевые офицеры с опытом.

– Стоп! – Я подняла руку. – Каждые три дня? Я не ослышалась? На сколько же вы планируете нас там оставить?

– Зависит от вас, – пожал плечами капитан. – Но народ в общине… как бы это лучше сказать? Проблемный. Они ненавидят новую магию. Проводят обряды столетней давности, гадают по рунам, держат знахарей, которые лечат травами. В общем, у них в ходу старые заклинания. Очень редко кто-то из них по доброй воле покидает общину, но и они становятся магопротивниками.

– Я знала нескольких. – Скривившись, передернула плечами. – Встречала их по работе, но близко, к счастью, не общалась. Они не хотят пользоваться благами, которые открыли в последние сотни лет. Не применяют новых формул, заклинаний и схем. Считают все это кощунством и поклонением Бездне.

– Фанатики, – буркнул полисмаг, стоявший за плечом капитана. Рыжий, высокий, поджарый. – Будь наша воля…

– Идите подышите воздухом, сержант Ирс, – перебил парня капитан Джаз. – Мы тут и без вашей воли разберемся.

– Так точно, – кивнул сержант, перед уходом успев… подмигнуть мне.

Последнее привело в легкий ступор.

– Это один из ваших опытных ребят? – усмехнулась я, поражаясь бесстрашию местных полисмагов.

– Именно, – кивнул капитан. – Порывистый, конечно, но очень сильный и не раз себя проявил. В бою с нечистью Ма́ксимус Ирс незаменим. Не стоит обращать внимание на слова сержанта, а вот в случае беды – обращайтесь. Главное, расследуйте все как следует. С главой общины будет особенно тяжело. К нему нужно относиться с уважением, без намека на дерзость. Оставьте все шуточки, ухмылки и подобное на потом. Если вас там не поймут, просто выгонят и напишут жалобу. Тогда студентам практика не зачтется.

– Вы предлагаете подчиняться проблемному главе во всех его прихотях? – нахмурилась я. – А если он прикажет нам нечто несовместимое с реальными возможностями?

– В таком случае скажете, что новых магов смогут прислать лишь через месяц, а то и два. Насколько понимаю, ситуация там не терпит отлагательств, иначе они бы не били тревогу и точно не пустили к себе темных. Обращаться к магам – это последнее дело, а они обратились. Старайтесь поладить с главой. Договорились?

Я покачала головой, напоминая:

– Мои подопечные – студенты. Да, с последнего курса и весьма хороши в своем деле. Но они еще учатся. И, в случае опасности, я не стану рисковать их жизнями. Если пойму, что глава общины – самодур, мы также уедем, и я сама напишу столько жалоб, что мало никому не покажется.

– Понимаю вашу позицию, – вздохнул капитан Джаз. – И уважаю ее. Но все же постарайтесь решить задачу максимально быстро и спокойно. Нам не нужна волна недовольств от общин, а вам важна практика.

– Сделаем все, что будет в наших силах, – сдержанно пообещала я, заранее понимая: легко не будет.

Еще несколько часов ушло на ожидание Конрада с Виктором. Те с утра отправились к гере Руте, как обещали, чтобы рассказать новости о ее почившей соседке. Как только Экхан с Томсом вернулись, магобус отправился в путь. К болотам.

За нами ехала охрана на двух магобилях. Первый – от капитана Джаза, второй, как мне шепнул Конрад, – те, кого прислал Налсур.

Все они должны были оставаться на границе с общиной, так как вход на территорию возможен был лишь по приглашению главы.

– Его зовут Э́рик Дит, – громко прочитала Юлия. – Семьдесят три года. Управляет общиной уже несколько десятилетий. Жена – А́нна Дит. Сколько лет неизвестно. Вообще данных про общину и их образ жизни очень мало. Своих женщин они не показывают, даже говорят о них редко. Для переговоров или торговли всегда выезжает глава в сопровождении парочки крупных мужчин. Территорию община населяет больше ста пятидесяти лет. Судя по заявлению гера Дита, на их болотах происходит нечто дурное. Оттуда слышатся голоса, зовущие прийти на помощь, а рядом гибнут растения и животные. Вот и вся информация.

– Негусто, – покачал головой Даниэль.

Юлия сложила пополам лист бумаги, выданный мне капитаном Джазом перед поездкой, и пожала плечами, озадаченно спрашивая:

– Они всерьез рассчитывают, что мы сможем уничтожить нечисть, которая плодилась там сотню лет?

– Полисмагам нужно, чтобы глава перестал писать жалобы, – ответил ей Конрад. – Им выгодно получать растения, выращиваемые общиной, и совершенно не нужны “висяки”. А мы – посредники для решения вопросов.

Вопреки всему, Экхан не уснул во время поездки. Он сидел у окна вполоборота и слушал краткую информацию по исполнению заявки вместе с остальными.

– Давайте пораскинем мозгами, – предложила я. – Что мы знаем про территорию общины?

– Она закрыта для посторонних, – начал Александр. – Современная магия там не в чести. Но, говорят, есть старые капища с рунами, пропитанными защитной силой. Благодаря этому общине не страшна нечисть.

– Откуда там руны? – нахмурилась я. – Взглянуть бы.

– Маги оставили? – предположил Таттис, поглаживая щенка. – Скорее всего, в тех местах случилось что-то масштабное.

– Поднять бы записи архивов, – нахмурился Даниэль. – Но нам не дали времени на подготовку.

– Здесь и так все очевидно, – вмешался Марк. – Руны защиты такой силы оставляли после серьезного магического происшествия. Какая разница, что именно случилось? Главное – земле требовался отдых от нового потрясения. И защита. Отец как-то обмолвился, что все эти общины образовались не просто так, а по необходимости.

– Так и есть, – кивнул Конрад. – На опустошенных выжженных землях нельзя магичить, иначе можно спровоцировать нечто жуткое. И твари Бездны рванут к нам потоком. Таким образом, проще всего поселить на подобные территории людей, согласных жить вне магии. И дать им определенный уровень свободы.

– Они своеобразные охранники пустошей, – поняла Юлия. – Вот почему к общинам столько снисхождения. И никто не лезет проверять, что конкретно у них происходит.

– Разумеется, – усмехнулся Конрад. – С ними заключены контракты, а границы и территорию внутри спасают руны. Иначе нечисть давно добралась бы до общины и всех там порешила.

– А сейчас защита слабеет, – задумчиво продолжила я. – И стало происходить нечто такое, что глава решился пустить магов на свою территорию.

– Интересно, – вклинился Эллис Умс, – если руны уже не защищают во всю силу, значит ли это, что земля восстановилась?

В магобусе повисла тишина. Мы переглядывались, задумчиво пожимали плечами.

– В любом случае, интересная будет практика, – сделал вывод Марк.

– Расслабляться не стоит, – подтвердила я. – И ещё… Вспоминаем правила максимально вежливого общения. Любая жалоба от главы пойдет минус баллом к нашей работе. А человек он, по всей видимости, сложный. Ясно? Важно соблюдать все правила, которые нам озвучат. Не ругаться, не хамить, не ехидничать…

– Мы поняли, гера Эффит, – кивнул Александр. – Не дураки.

Я тяжело вздохнула и отвернулась от студентов, командуя:

– Теперь отдыхайте. Неизвестно, когда это удастся в следующий раз.

Прикрыв глаза, я постаралась устроиться поудобней. И тут же ощутила, как опускается спинка сиденья. Под наклоном дремать было гораздо удобней. И еще комфортнее стало, когда Конрад укрыл меня своей курткой. Я так и не открыла глаз, трусливо притворяясь моментально уснувшей и жалея, что забыла раздобыть мятных леденцов.

* * *

Магобус остановился у леса. Высокого, густого и… словно живого. Древнего и могучего.

В вечерних сумерках, казалось, оттуда кто-то вглядывался в наши лица, в глаза и проникал в головы, оценивая мысли и решая, можно ли пропустить всех дальше. А потом я поняла – это не было простым ощущением.

– Там люди, – сказал Умс, замерший позади меня. – И не только.

Я обернулась, приподняла бровь, молча требуя продолжения. И тут же заговорил Таттис:

– Древнее место. Ему тысячи лет. И здесь было много боли. Лес посажен магами, на священном месте. Он защищает от непрошенных гостей. Если откажется пускать, нельзя настаивать.

– Чудесно, – сказала я сквозь зубы. – Теперь мы еще и лес будем слушать.

– И землю, – улыбнулся Таттис. – Даже ветер здесь не прост.

Я хмуро посмотрела на магобус и полисмагов, выгружающих наши вещи.

Охрана не могла идти дальше. Договоренность с главой была лишь на представителей академии. А мне уже становилось не по себе. Хотелось отправить студентов назад, в уютную чистенькую гостиницу, и запретить даже близко подходить к таинственному месту, от которого мурашки бежали по телу.

– Глава ждет вас там, – сообщи сержант Ирс, протягивая мне один из походных рюкзаков и перстень с крупным зеленым камнем. Заметив мой недоуменный взгляд на украшение, пояснил: – Это артефакт связи. Если поймете, что нужна помощь, прочтите вслух руны внутри перстня. Древняя магия не повредит этому месту, а мы поймем, что пора идти в гости к магопротивникам.

– А если лес вас не пустит? – усмехнулась я, протягивая руку вперед.

– У нас свои методы, – усмехнулся сержант, сверкнув глазищами.

И в этот момент Конрад забрал у него перстень. Раньше меня. Просто схватил украшение и натянул на свой мизинец, поблагодарив:

– Спасибо за заботу. В случае чего, непременно обратимся.

Следом Экхан забрал и мой рюкзак. При этом на спине уже был его собственный. Глянув на меня, он мотнул головой в сторону леса и ласково так, уточнил:

– Не пора ли нам заняться делом, гера Эффит? Там люди ждут помощи.

– Пора, – кивнула я. – Спасибо… Гомер.

Развернувшись, я отправилась пересчитывать поголовье студентов, а затем повела всех навстречу неприятностям. Каждый шаг был борьбой с самой собой. Лес словно хмурился, глядя на меня, давил своей мощью и предупреждал. Я сжимала кулаки и шла дальше.

Всех нас нарядили в специальные теплые костюмы. Темно-зеленого цвета. И в высокие ботинки, не пропускающие влагу. Вещи были защищены рунами: старинным способом, о котором в наше время многие забыли. Потому как пользоваться современной магией здесь запрещалось.

Стоило подойти к кромке леса, как из тени вышли люди. Их было трое. Позади два бугая, по комплекции напоминающие нашего молчаливого Виктора. Только светлокожие, светловолосые и голубоглазые. Впереди старец, кажется, лет двухсот: сухонький, низенький, морщинистый и совершенно седой. Одежда у него была серой и такой же невзрачной, как сам носитель. И только одно выделяло старика среди остальных: необычный янтарный цвет глаз. Я вздрогнула, когда он посмотрел на меня. Наверное, такое же чувство я могла бы испытать, посмотри на меня волк. И не просто зверь, а вожак стаи.

– Вот и вы, – сказал старик на удивление молодым хорошо поставленным голосом. Говорил он, обращаясь к Конраду. – Наконец-то приехали. Мое имя – Эрик Дит.

– Василиара Эффит, – ответила я, выступая чуть вперед. – Куратор группы. Чем именно мы можем вам помочь?

Старик, все это время пялящийся на Конрада, медленно, словно нехотя перевел взгляд на меня. И покачал головой:

– Вы не будете участвовать в переговорах, – сказал он тихо, но таким тоном, что меня пробрало до костей. – Я буду говорить с вашим мужчиной.

И только я хотела вспылить, как старик исправился:

– С вашим главным мужчиной. С ним. – Он снова посмотрел на Экхана.

Внутри закипела злость. Искра ярости, зажегшаяся в районе груди, грозила вот-вот полыхнуть, превращаясь в пожар. Но, ценой огромных усилий, я смогла ее сдержать. А вот Юлия – нет.

– Гера Эффит – главная! – сказала она звонким хорошо поставленным голосом. – И говорить о своей беде вы должны с ней.

Седые брови старика чуть приподнялись, а губы слегка искривились, невнятно выражая то ли веселье, то ли презрение. А может, все сразу.

– Если ваши женщины заговорят со мной снова, – сказал он Конраду, – я откажусь принять вас. Мы попрощаемся здесь же. Если же они готовы держать язык за зубами и стать тенью рядом с мужчинами группы, я приглашаю вас пройти со мной. Решите здесь и сейчас. Готовы ли вы слышать голос главы и строго следовать правилам нашего общества?

После этого он прикрыл глаза, будто устал и пришла пора подремать.

Бугаи позади старика молча и недвижимо стояли на своих местах. Смотрели они тоже на Конрада. Будто больше никого не было.

Экхан обернулся ко мне, заламывая бровь. Я посмотрела на студентов. Они выглядели растерянными. А Юлия виноватой.

Мной снова овладело жгучее желание забрать их и бежать. В магобус, в гостиницу и, после, в академию. Сдать Налсуру и выдохнуть. Все живы. Все здоровы. Только практика не случилась. И значит, никто не получит документ об окончании академии.

– Ладно, – сказала я одними губами, глянув на Конрада.

Он кивнул и заявил старику:

– Мы принимаем ваше приглашение, гер Дит. И готовы следовать правилам.

Глава открыл глаза волчьего цвета и уточнил у Экхана:

– Как я могу обращаться к главе вашей группы?

– Гомер Дорах, – ответил тот.

– Нет. – покачал головой старик. – В этих местах нет места лжи. Лес не пропустит того, кто прячет имя рода.

– Конрад Экхан, – моментально исправился наш притворщик.

И старик кивнул, делая приглашающий жест в сторону:

– Пройдемте. В лесу особая магия – древняя и сильная. не противьтесь ей. Расслабьтесь и следуйте по указанному мной пути. Помните лишь об одном: та тропинка верна, по которой я вас веду. Ступив на иную, можете остаться в лесу на века.

Договорив, он спокойно пошел вперед, а за ним последовали светловолосые громилы.

Конрад кивнул мне, давая знак, чтобы шла следом. А сам отправился замыкающим. Не удержавшись, я обернулась к магобусу и тяжело вздохнула, понимая, что где-то там, в наступившей вечерней темноте, осталась последняя возможность сбежать.

К общине шли долго. Или нет? Я не могла сказать, как ни старалась припомнить после. Время в этом необычном лесу словно бежало иначе, то замедляясь, то ускоряясь и навевая море ненужных мыслей о будущем, поднимая со дна души сомнения и пробуждая страхи.

Невероятным оказалось и то, что в лесу царил день. А ведь вошли мы в него в начале ночи.

Древние деревья, только пробуждающиеся после зимней спячки, частично сплели свои кроны, образуя внизу прохладный полумрак. Воздух был насыщен запахом влажной земли и мха. Дышалось тяжело, словно мы поднимались все выше в гору, но я точно знала, наш путь пролегал по равнине. Солнце пробивалось к нам с боем, создавая причудливую игру света и тени. Иногда рядом появлялись другие тропинки. Они манили ступить на них и отправиться к своему счастью.

Иногда раздавался тихий душераздирающий вой – это Зайка беспокоился на руках Таттиса.

Когда же наконец лес расступился, я выдохнула с неимоверным облегчением и даже улыбнулась, радуясь выходу из древней ловушки. Только счастье было недолгим.

– Здесь наши пути разойдутся, – сказал глава Дит, дождавшись всех в темноте на лугу и указывая вдаль, за валун справа: – Вам следует пройти туда. К охотничьему дому на окраине болота. Можете отдохнуть и привести мысли в порядок. Только не забывайте выставить кого-то для дозора, ибо времена у нас неспокойные.

– Разве мы не можем остаться в вашем поселении? – нахмурился Конрад, зло глядя на старика.

– Только не с женщинами и собакой, таящей в себе столько магии нового мира, – покачал головой глава. – Но вы можете отправить их самих в охотничий дом. А сами проследовать с нами. Для вас найдется кров и ужин.

Я грозно посмотрела на открывшую рот Юлию. Та замолчала, но глаза!.. Если бы Юлия могла убивать взглядом, стала бы бедой пострашнее местной нечисти.

– Пожалуй, мы все будем ночевать у болота, – постановил Конрад холодно.

– Я так и полагал, – смиренно заметил старик. – В таком случае, за вами явятся утром. Только за мужчинами. Женщины могут заняться чем-то, что сами выберут для досуга. Доброй ночи.

Мы дружно смотрели как уходит троица магопротивников. Тишину разбил тихий голос Юлии:

– Старый…

– Тш-ш-ш, – зашипели мы с Конрадом дружно.

А Александр еще и рот Юлии прикрыл. Покачал головой, и она окончательно присмирела.

– Извините, – выдохнула тихо. – Просто…

– Да, – кивнула я, – необычный прием. Но мы согласились следовать их правилам.

– Сделаем что нужно и уйдем, – сказал Конрад, хмуро оглядываясь на лес. – И не отставайте. Держитесь друг друга. Не нравится мне здесь.

– Пойдемте в дом, – подбодрил всех Марк. – Может, там нормальные постели, приятные сюрпризы, и не все так плохо, как рисует воображение.

Конечно, он ошибся, и все было еще хуже.

Все в этом необычном месте было пропитано старой магией, пугающей и чарующей одновременно. И ветер здесь то исчезал, то появлялся вновь, осторожно касаясь волос и лица. Откуда-то издали ухали совы. А дом охотников стоял совсем недалеко от леса, на этот раз болотистого и пугающего.

– Это что еще такое? – поморщился Марк, замирая напротив древней покосившейся избушки с тремя закопченными окнами.

Я обреченно застонала.

– Наше жилище, по всей видимости, – недовольно предположил Александр, останавливаясь рядом.

– Схожу осмотрюсь первым, – постановил Конрад.

– Подождите, – попросил Таттис. – Разрешите первому войти Зайке.

– Пусть, – кивнула я, – почему нет?

Конрад забрал щенка с рук хозяина и лично поднес к двери. Приоткрыв ее с жутким скрипом, присел на корточки и поставил собаку. Зайка отряхнулся всем телом, тявкнул и вбежал внутрь, громко цокая когтями.

Мы ждали. Несколько минут ничего не происходило, затем послышалось рычание, громкий лай и… из дома повалили крысы. Много, не меньше десятка. Длинные, худющие, мерзкие. Я брезгливо передернула плечами, а Умс, пересекая траекторию грызунов, присел и снял очки.

Крысы замирали, приближаясь к Эллису. Одна сделала это в прыжке. И упала кулем к ногам Умса.

– Зачем? – спросила Юлия, как и я, обходя грызунов стороной. – Пусть бы себе бежали.

– Это хо́рчистры^[1] – просто ответил Эллис, возвращая очки на нос и переводя на нас совершенно спокойный взгляд.

А я похолодела.

– Как? – спросила, приближаясь к крысам на негнущихся ногах и перестраивая зрение на магическое.

Действительно, стоило сфокусироваться на одной тушке, как она начинала двоиться, и прорисовывался второй силуэт: крупнее, зубастей и опасней. Я читала о ядовитых хорчистрах, но очень давно. Кажется, на втором курсе академии… Эта нечисть считалась давно вымершей!

– Вот и первые приятные сюрпризы, – пробормотал Даниэль, усаживаясь рядом с одной из крыс. – Насколько помню, эти гадины могут перевоплощаться не только в грызунов, но и в птиц. И нападают стаями.

– Гостеприимный здесь народ, – со злостью сказала я и сделала мысленную пометку: отомстить. Потом. Обязательно найду, как именно. Никто не смеет безнаказанно гадить темным магам, особенно тем, что под моей защитой!

Из дома выскочил Зайка.

Встряхнулся снова и, громко гавкнув, забрался на руки к Юлии, стоящей ближе всех. Та сразу начала гладить спасителя, приговаривая, какой он сильный и смелый защитник. Щенок трусил хвостом и закатывал глаза от восторга. А Конрад все же вошел в дом, крикнув уже оттуда:

– Чисто! В смысле, тьмы здесь нет. А грязи полно.

– Кровати есть? – спросила я о самом важном, заходя в небольшое помещение, представляющее собой одновременно кухню, комнату, прихожую и кладовку с охотничьими инструментами.

– Три штуки, – кивнул Экхан влево и приложил руку к стене, на которой была выведена руна “солнце”.

В помещении тут же стало светлее, что позволило нормально осмотреться.

Слева у стены действительно стояли три железные кровати с перинами, набитыми соломой. А еще посреди помещения красовалась печь с облупившейся белой краской. Рядом валялась стопка дров. С потолка – то тут, то там – свисали пучки трав. У стены справа стоял мощный деревянный стол с множеством сколов и трещин. На нем же стояла чугунная посуда для готовки.

Стулья нашлись рядом с крепко сбитым стеллажом, на полках которого хранились несколько топоров, лук со стрелами и коробы спичек. У входа стоял мешок с солью.

– Небогато, – заметил Марк, также осматривая дом внутри. – Но хоть крыша над головой есть.

– Поесть бы, – подал голос Виктор. – Весь день голодаем.

– Сейчас что-нибудь организуем, – пообещала я. И тут же перевела злорадный взгляд на Конрада, исправляясь: – Наш руководитель все сделает. Так ведь, гер Экхан?

– Всенепременно, – отозвался он. Скинул на кровать мой и свой рюкзаки, и… тоже схитрил: – Тяните жребий, драгоценная моя группа. Все, кроме меня.

– Это еще почему? – возмутилась я.

– Вдруг понадобиться принять важное решение, а я устал? – аргументировал Экхан. – Так что давайте сами-сами. Вот и спички. Кто вытянет короткую, тот у мамы кулинар!

– Не-е-ет, – простонала я, держа в руках спичку-коротышку. – Да вы издеваетесь. Давайте перетягивать!

Говорила я в пустоту. Студенты, во главе с Конрадом, уже отправились на улицу, осмотреться вокруг дома.

– Ну погодите, – обещала я им, распахивая одно из закопченных окон, – вернемся домой, все аукнется. Слышите?

Оглохли, конечно. Наглецы…

* * *

Ночь вышла беспокойной. Улеглись мы поздно, поели плохо. Готовить мне пришлось в печи. Из принесенных с собой круп я выбрала гречку. Конечно, она подгорела и имела ужасный привкус. Но консервированная тушенка временно исправила ситуацию. Вслух меня почти все похвалили. Кроме Виктора. Тот сразу спросил о насущном:

– Давайте готовить будут те, кто умеет?

Грубо, конечно, но я не спорила. Не хотелось каждый день травиться.

Из плюсов: круп и тушенки нам дали достаточно, минимум на неделю. Из минусов – выяснилось, что нормально готовить среди нас умели лишь Юлия и, как ни странно, Конрад. Погрустив, они смирились со своей участью и поделили дни дежурств.

Улеглись мы ближе к часу ночи. Первыми дозорными выставили Виктора, Александра и Эллиса: они вытащили короткие спички. А ближе к трем я проснулась от странного звука: словно кто-то бросал камешки в стекло. Открыв глаза, прислушалась. Тишина, только сердце заходилось в бешеном стуке, отзываясь в голове и ногах одновременно. Тело сковывал ужас.

Хотела спросить, что происходит, но к губам прижалась горячая ладонь.

– Тихо, – прошептал Конрад в самое ухо. – Ни звука, пока не скажу. Пойдем на улицу, парням нужна помощь.

Я кивнула и бесшумно соскользнула с теплой печи, сунув ноги в походные ботинки.

Окинула быстрым взглядом помещение и не заметила ничего подозрительного. Под потолком висели несколько зажженных лампад, сохраняя толику желтого света. На печи в спальном мешке перевернулась на другой бок Юлия. На угловой кровати хмурился во сне Марк. Следом – уже проснувшись – сидел и сонно моргал Даниэль. Конрад приложил палец к губам, показывая Астриду, чтобы молчал, и кивнул в стороны, на спящих. Даниэль кивнул, бесшумно поднимаясь и надевая ботинки.

А мы вышли из дома.

Пахнуло холодом, прелыми травами и гнилью. По земле мягко стелился белый туман, а вокруг царила неестественная гибельная тишина. Наши парни сидели рядышком на поваленном бревне и смотрели вдаль невидящими взглядами, глупо улыбаясь. Прежде чем я к ним подошла, волоски на теле встали дыбом, а с болот раздалась тихая, пробирающая до костей трогательная песня. Невозможно было разобрать ее слова, но этого и не требовалось, потому что я точно знала, о чем она.

Это была песня о самых потаенных сомнениях и страхах, о боли, что ждала здесь, если не уйти, и о любви, которой не суждено было случиться. О предательстве, клятвах и ужасе одиночества. О трагедии, которой не избежать, если не пойти на зов…

Я сделала шаг, легко поддаваясь на зов. Но тут же была схвачена за руку. Конрад притянул меня к себе, коснулся губами уха, сообщая едва слышно:

– Это чары болотной девы^[2].

Я посмотрела на него, все еще плохо понимая, где нахожусь и что происходит. Тело било мелкой дрожью, а туман упорно звал за собой, обещая покой и радость. Манил, притягивал взгляд.

Там не будет плохого. Там… будет Ничто, обещающее покой и вечность.

Конрад осторожно положил ладонь на мой лоб и мягко повел ею вниз, давая понять, чего хочет. Я послушалась, прикрыла глаза.

– Я закричу, – прошептал он едва слышно, – а ты бросай в наших парней стазисом.

Хотела спросить, о чем он, но не успела.

Он действительно закричал. Хрипло и низко. Слова забытого языка взвились ввысь, разбились на осколки, разлетелись по сторонам, роняя свет и моментально перерождаясь в тьму-охотницу.

В крови забурлило, в душе разлилось благоговение. Я никогда не видела, как действует язык древних, и теперь не могла двигаться от внутреннего трепета перед чем-то великим… Туман также изменился: задрожал и распался на клочки плотных белых теней с распахнутыми безднами клыкастых ртов и когтистых конечностей. Болотные девы заверещали, отступая.

Конрад рухнул на землю, захрипел. А я, вздрогнув, рванула к поваленному бревну, вставая напротив троих парней с обезумевшими взглядами. Первым вскочил и рухнул от моего заклинания Таттис. Следом – Александр. А дальше… Я не ощутила сил в собственном резерве!

К счастью, двое уже лежали у моих ног. А вот третий… Виктор рванул вперед, не собираясь пробуждаться от чар. Толкнул меня в сторону, бросаясь за клочками тумана, уползающими в болота. Я успела вцепиться в руку Томса, повиснуть на ней, потянуть на себя. Но куда там! Без магии, которой не ощущала, остановить такого бугая оказалось невозможно. Пришлось бежать следом и запрыгнуть ему на спину, стараясь уронить. Не вышло!

Я кричала, била его по плечам, надеясь, что Виктор услышит до того, как мы попадем в голодную глотку распоясавшейся нечисти.

Он не слышал.

И я завыла от отчаяния, пытаясь собрать магию по крохам. Но внутри царила пустота, а впереди раскрывала объятия смерть. И вдруг что-то изменилось. Я ощутила отголоски магии, незнакомой и родной одновременно. А Виктор завалился набок. Кулем упал у защищенной границы.

Меня откинуло дальше.

И тут же в нос ударил ни с чем не сравнимый запах: гнилостный и сладкий. А навстречу выползло оно… Зеленый монстр. Все шесть глаз смотрели на меня, а в открытой пасти виднелись острейшие ядовитые клыки. Болотная дева передвигалась на четырех когтистых конечностях, крутила головой и издавала утробные звуки: не то вой, не то скулеж. Я приподнялась на руках и швырнула вперед горсть зачерпнутой земли.

Нечисть вздыбилась, заверещала, и из ее рта во все стороны полетела вонючая желтая жижа. Но до меня ядовитая гадость не долетела: осела на возникшем впереди полупрозрачном щите. А в нечисть полетели темные сгустки энергии. Болотная гадина, шипя, растворилась в тумане, оставляя смрад и ощущение непроходящего ужаса.

– Марк, назад! – скомандовал Конрад, продолжая швырять в остатки тумана темными сгустками. – Убирай защиту и… Марк?!

Это было последним, что я слышала. Глаза сильно щипало, а уши заложило, а сознание и вовсе предпочло покинуть свою глупую хозяйку.

Приходила в себя тяжело.

Голова кружилась, во рту царил мерзкий привкус, тело знобило. Но самое страшное случилось дальше. Я открыла глаза и… ничего не увидела. Хотела прикоснуться к ним, только руки поймали.

– Тише, гера Эффит, – попросил Александр, – там мазь. Даниэль сделал что-то из привезенных ингредиентов. Должно помочь.

– Что со мной? – прохрипела я, поражаясь как ослабел и сел голос.

– Туман болотной девы. Он опасен для глаз, а вы упали, – напомнил Александр. – Даниэль вовремя начал лечение. По его прогнозам, все быстро пройдет.

“Даниэль – некромант-недоучка, – подумала я, сжимая кулаки и силясь рассмотреть хоть что-то. – Какие могут быть прогнозы?! Мне нужен лекарь! Но… нужно успокоиться”.

– Все будет хорошо, – невозмутимо сказал Астрид. Оказывается он был рядом. – Вы зря волнуетесь, гера Эффит. Слепота, конечно, штука неприятная, но у вас она временно. Продлится пару-тройку дней. Максимум неделю.

Я обернулась на звуки голоса и услышала поспешные шаги.

– Меня там уже нет, – крикнул Даниэль, – не пытайтесь убить или придушить. Все-все, молчу.

Я задержала дыхание и принялась мысленно считать до десяти, стараясь совладать с гневом. Тут же начала вспоминать последние события. Туман, болотные девы, Виктор в грязи. Конрад, нападающий сразу на нескольких болотных гадин, Марк с попыткой сделать стандартный щит…

Заныли ребра, заболела ушибленная нога, начала саднить кожа, содранная на локте.

– Как остальные? – спросила я, повернув голову туда, откуда недавно говорил Александр.

– Все живы, – отозвался он.

– Но? – нахмурилась я, с ужасом ожидая ответа. И… понимая, что Марк, Виктор и Конрад молчат!

– Марк пострадал. Он в таком же положении, – сказал Александр. – Временно ослеп. Упал без сил, пытаясь удержать щит в тумане. Здесь наша магия работает неправильно, расходуется слишком быстро.

Я кивнула, села в постели, свесив ноги и громко позвала:

– Марк?

– Я здесь, гера Эффит, – раздалось в ответ с соседней кровати. – Слышу вас хорошо, не кричите.

– Ты почему оказался на болоте? – продолжала допытываться я.

– Потому что Виктор упал, а вы покатились дальше, – просто ответил он. – А гер Экхан, конечно, очень сильный, но и ему нужна страховка.

– Он приказал следовать за ним? – уточнила я.

– Нет, – вздохнул Марк.

– Тогда ты обязан был оставаться на месте! – припечатала я.

– Я был ближе всех и видел, как вы летели с Виктора. А еще толпу больных гадин вокруг. Гер Экхан, конечно, очень силен, но…

– Марк! – рявкнула я.

– Больше так не буду, – легко согласился он. – Честное слово! Неделю – так точно.

И тихо беззлобно хмыкнул. А мне вдруг стало невыносимо стыдно за свою слабость и злость. И за то, что не смогла уберечь парней. Не остановила Виктора вовремя и едва не погибла, потащив за собой двоих.

Какой из меня после этого куратор?!

Мотнув головой, сделала над собой усилие и грозно пригрозила:

– Впредь действуй только по приказу. Это всех касается. Ясно? И если куратор прикажет оставаться на месте, вы обязаны остаться.

– Так я и бежал, чтобы узнать, как быть дальше, – не смутился Марк. – Вы ведь забыли отдать приказ, гера Эффит.

Я фыркнула, качая головой, и задала новый вопрос:

– Выяснили, кто нас разбудил ночью?

– Нет, – ответил Даниэль. – Даже следов не нашли.

– Это был маг, – задумчиво продолжила я, – и он помог мне остановить Виктора. Иначе…

– Гер Экхан предположил, что кто-то из местных вынужден скрывать дар, – сказал Александр. – Но вряд ли нам удастся понять, кто именно.

– А где сам Конрад? – спросила я, не выдержав.

Мне до боли хотелось, чтобы он ответил. Услышать его голос и успокоиться.

– Гера Экхана нет в доме, – сообщил Александр.

Мое сердце пропустило удар. Я подавила рвущуюся наружу тревогу.

– А Виктор здесь? – спросила, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Они ушли сразу после завтрака, гера Эффит, – ответил Даниэль. – Вы с Марком проспали до полудня. Юлия приготовила кашу. Мы все искали щенка Таттиса… Он пропал ночью. А потом пришли люди главы, чтобы пригласить группу в поселение общины. – Даниэль снова приблизился и предупредил: – Не дергайтесь, сейчас повяжу вам на глаза повязку с тампонами, пропитанными мазью. Это ускорит процесс выздоровления.

Я подавила в себе желание отстраниться.

– Щенок пропал? – повторила я.

– Так и не нашли пока, – вздохнул Даниэль. – Таттис выглядит еще более отстраненным, чем обычно.

Мысленно выругавшись, задала следующий вопрос:

– Расскажи мне, кто ушел с главой.

– Гер Экхан, Таттис, Виктор и Умс, – ответил Астрид. – Юлия сейчас на улице. Сторожит. Марк в постели. Он, как и вы, недавно проснулся. Александр…

– Я здесь, слежу за вами вместе с Даниэлем.

– Почему Юлия там одна? – нахмурилась я.

– Не волнуйтесь, – откликнулся Александр, – перед уходом гер Экхан припомнил азы старой магии и нарисовал вокруг дома квадрат, закрепив каждый его угол защитными рунами. Мы все по очереди напитали их силой. На пару дней этого хватит, а потом повторим. Юлия в безопасности, пока не выходит за периметр.

– А зов болотных дев? – напомнила я.

– Они выползают только ночью. Так сказал гер Экхан, – ответил уже Марк.

Я кивнула и постаралась не двигаться, пока Даниэль завершал манипуляции с моими глазами.

Чувствовать себя слабой и беззащитной было… ужасно. Я не представляла, как смогу служить защитой и примером своим ребятам в таком состоянии. Внезапная потеря зрения пугала неизвестностью. Как можно было из-за глупой случайности стать обузой для всех?! Хотелось рычать. И рыдать. А еще… услышать Конрада. Убедиться, что он действительно не пострадал.

– Гер Экхан оставил это вам, – сказал Александр, как только Даниэль закончил с повязкой.

В мою руку вложили шелестящий плотный пакет.

– Аккуратно, он открыт сверху, – предупредил парень. – Там какие-то конфеты. Достать вам?

Я улыбнулась и кивнула. Это был мятный леденец. Сущая мелочь, но от волнения и благодарности у меня задрожали губы.

– Вам плохо, гера Эффит? – забеспокоился Даниэль.

– Нет, – буркнула я, запихивая в рот еще несколько конфет и переводя тему: – Отведи меня к рунам. Хочу проверить их и добавить магии от себя.

– И меня отведите, – попросил Марк. – Чувствовать себя беспомощным – жутко, хочу быть хоть чем-то полезен.

Он так просто озвучил мои сокровенные страхи, что я онемела. Разве можно признавать собственное бессилие вслух?! Так и молчала, пока Даниэль выводил нас на улицу. Очнулась только когда Юлия закричала:

– Наконец-то! Вы пришли в себя и даже ходите.

– А еще говорим. И можем послать далеко и надолго! – отозвался Марк.

В следующие полчаса мы ходили внутри нарисованного квадрата. Юлия описывала нам, какие именно руны были в углах, а мы с Марком подпитывали их своей магией. Заодно устроила небольшой зачет, опросив своих студентов сразу по нескольким важным темам начертательной некромантии.

Позже мы сели есть и говорили ни о чем.

Иногда я просила Александра или Даниэля рассказать, что происходит вокруг. И они снова и снова неустанно описывали один и тот же пейзаж. Так было немного спокойней. Хотя сердце стучало со сбоями, а взгляд, хоть и не видящий, то и дело устремлялся в сторону, куда по словам ребят, увели Конрада.

И в голове роились вопросы:

“Как они там? Не нуждаются ли в помощи? Не заманили ли нас в жуткую ловушку, откуда я не смогу помочь выбраться?!”