Глава 6

Перед магобусом у меня было время для спокойных взвешенных размышлений. Поцелуй с Конрадом удивительным образом прочистил голову и, словно по мановению волшебства, отодвинул в сторону ненужные метания.

Мне стали очевидны две вещи: первая – несмотря на недоверие и остатки обид, противиться близости с Экханом дальше было странно, потому что сила моего влечения к нему от этого лишь росла. Вывод был очевиден: стоило удовлетворить потребности семилетней давности, как с той запиской, что Конрад мне прислал. Ведь оставалась вероятность, что все мои чувства вызывал не настоящий Экхан, а выдуманный мной давным-давно. Значит, я обязана была дать себе разрешение на короткую связь, после которой интерес мог угаснуть, а моя душа успокоиться.

Мысль об этом придавала сил.

И вторая очевидная вещь, на которой стоило заострить внимание: манипуляции Налсура. Каким-то образом он заставил меня расслабиться, но его недавний выпад стал напоминанием о важном деле, ради которого я приехала в академию. Конечно, Налсур обязался помочь и гарантированно дать нужное имя в строго оговоренные сроки, но не следовало опускать руки. Декан некромантов точно вёл свою игру, в которой места для победителей были строго лимитированы.

А на кону все еще стояла наша с отцом свобода. И не было ничего важнее этого.

Так что я вынула дела своих студентов и, пролистала их одно за другим, подтверждая сделанные ранее выводы. У меня оставалось три кандидата, два из которых воспитывались в одном заведении. Откладывать собственное расследование дальше я не имела права, а потому воспользовалась рунофоном. Связалась со своим должником и дала два задания, после чего спрятала документы подальше и старательно подавила неуместное давление совести.

Или я, или наследник Ордисов.

За счастье наследника будет биться целое королевство, а за наше с отцом – только мы.

Мой должник обещал сделать все возможное и невозможное, чтобы накопать максимум важной информации по запросу. Я понимала, что дядя Нильс наверняка уже проверял истории всех пятикурсников, но ничего не нашел. Иначе не прислал бы меня сюда с требованием раздобыть имя наследника. Однако мой человек умел доставать информацию, как никто другой, и очень давно хотел получить свободу от клятвы… Я дала ему два имени и месяц на поиск ответов, так что уже к концу марта имела все шансы узнать, кто из парней наследник. Без помощи Налсура.

К шести часам я с вещами пришла к магобусу. Студенты – сонные и заранее уставшие – толпились там же. Судя по их виду, почти все они, как и я, провели ночь перед практикой без сна. Только двое не могли скрыть своего счастья. Первым был Виктор. Этот наглец при виде меня улыбнулся и пожелал доброго утра. Вторым был заметно подросший и восторженно виляющий хвостиком, щенок Таттиса.

– Ты что, берешь собаку с собой? – нахмурилась я.

– Я хотел оставить Зайку у Нилы, в безопасности, но он без меня сильно тоскует, – кивнул Чесс.

– Насколько сильно по шкале от одного до десяти? – прищурилась я.

– Нила принесла воющего щенка под утро, – хмыкнула Юлия, – сказала, что не смогла сомкнуть глаз всю ночь. Зайка скулил и изгрыз ее любимые туфли.

– Я куплю ей новые, – ответил Таттис, бережно прижимая довольную собаку к груди. – Но оставить его больше не с кем, гера Эффит. У малыша может случиться моральная травма. А менталистов для фамильяров пока не обучают.

– Ладно, – отмахнулась я, – только смотри за ним как следует. Если он возьмется за мою обувь, я съем его на ужин.

– Не надо так шутить, – попросил Таттис хмуро.

– Никаких шуток, – заверила я. – Эти ботильоны из новой коллекции, и стоят как весь твой гардероб вместе взятый. Я за них порву.

– Понимаю, – кивнула Юлия, с обожанием посмотрев на мою обувь. – Они потрясающие.

Я гордо кивнула и поежилась от пронизывающего ветра.

– А где наш водитель? – спросила недовольно. – Почему мы стоим на улице?

– Ждем декана Ардо и гера Экхана, – сообщил Александр, стоявший неподалеку прикрыв глаза и опираясь на выдвинутую ручку чемодана. – Они были здесь, но отошли в академию. Водитель с ними. Утрясают какие-то дела с оплатой перевозки.

– Можно было поспать лишний час, – недовольно пробормотал Даниэль, сцеживая зевок в кулак. – Отвратное утро.

– А по-моему отличное, – пожал плечами Виктор. И в ответ на несколько раздраженных взглядов (в том числе и мой), улыбнулся, добавляя: – Романтика же. Мы все вместе встречаем рассвет. Это сближает.

– Предпочитаю в такое время сближаться только со своей постелью, – ответил ему Эллис, поправляя очки.

Все согласно замычали что-то невразумительное, но одинаково недовольное, а Виктор лишь улыбнулся шире. Вид у него был слегка пришибленный, одуревший.

“Значит, Конрад не стал прерывать его свидание,” – сделала вывод я и отвернулась, чтобы не заразиться настроением здоровяка. Не хватало еще темной магине начать улыбаться в шесть утра. Все знают, это плохая примета.

Спустя пару минут пришли недостающие звенья нашей грустно вздыхающей цепи. Конрад поприветствовал меня легким кивком и одарил оценивающим взглядом. Выглядел он спокойным и сосредоточенным, как всегда.

Водитель тут же открыл магобус и отделение для багажа.

– Вижу все в сборе, – заметил очевидное Налсур. – И это отлично. Василиара, как настрой?

– Убивать, – честно ответила я.

– Правильно, – оптимистично заверил он, – вас ждет какая-то мерзкая нечисть на болотах. Там и оторветесь по полной.

– Ты с утра отвратительно бодрый, – поморщилась я. – Это признак нехорошего человека.

– К счастью, есть в этом мире и хорошие люди, как ты, – усмехнулся он в ответ. – На вас все и держится.

Я фыркнула и отвернулась.

Студенты принялись грузиться в транспорт. Марк подхватил и мой чемодан, заметив, что собирается всячески заискивать, подхалимничать и вообще сохранять статус любимчика, дабы точно сдать эту практику. Я одобрительно кивнула:

– Молодец, обожаю подхалимов. Ты уже наполовину сдал.

Налсур тихо пробормотал что-то об ужасных преподавателях, потом громко пожелал нам удачи и, пожав Конраду руку, удалился, потребовав не подставлять родную академию.

В магобусе я села впереди у входа и совсем не удивилась, когда Экхан протиснулся мимо, заняв место у окна, рядом со мной. Сразу откинув спинку сиденья, он прикрыл глаза и попросил:

– Разбуди меня, когда приедем. Желательно нежно.

На мой возмущенный взгляд Конрад ответил тихим сапом! Уснул во мгновение ока. Этой своей способностью он поражал до глубины души.

Остальные расселись по двое, при этом я заметила, что Марк и Юлия предпочли быть как можно дальше друг от друга. Эти двое никак не могли найти общего языка.

– Дела будем читать сейчас? – спросила я у всей компании, как только магобус тронулся. – Или в гостинице, после размещения?

– Потом! – дружно отозвались сонные студенты.

Даже щенок демонстративно улегся на соседнем с Таттисом сиденье и, забавно раскинув лапы, прикрыл глаза.

– Устал, бедняга, – с нежностью и виной в голосе проговорил Чесс. – Всю ночь переживал, куда я делся.

Мне ужасно хотелось съязвить в ответ. По привычке. Но тут Зайка открыл глаз и, приподнявшись, перевалился так, чтобы голова оказалась на коленях хозяина. Лизнул его руку, тяжело вздохнул, вжимаясь носом в рукав теплого свитера, и снова зажмурился.

Я отвернулась, посмотрела на спящего Конрада и подумала вдруг, что тоже могла бы завести собаку. Потом. Когда все закончится и от мнимых привязанностей ко всем этим людям не останется и следа.

* * *

Магобус припарковался рядом с двухэтажным светло-розовым зданием, расположенным среди голого фруктового сада. Сейчас деревья имели жалкий вид, а газоны вокруг навевали тоску, но я на миг представила местность в зелени, и картинка заворожила.

– Это – наша гостиница? – уточнил Марк, первым бросаясь к выходу. – Страшненькая какая-то. Мелкая и невзрачная. Почему нельзя поселить нас в центре?

– Потому что отсюда ближе добираться до мест происшествия, – ответила я, тыкая в бок в очередной раз свалившегося на меня Конрада.

– Уже приехали? – сонно спросил он, принимаясь потягиваться. – Кажется, только глаза прикрыл…

Я устало вздохнула, таким образом соглашаясь с его словами. Бессонная ночь вовсю давала о себе знать.

– А по-моему, здесь миленько, – высказалась Юлия, приникая к окну. – Смотрите, какие аккуратные белые занавески на окнах. Все с вышивкой. И цветочки на подоконниках…

– Напоминает психушку, – прервал ее Эллис Умс, пробираясь к выходу следом за Марком. – Слишком “миленько”.

– Тебе лишь бы увидеть во всем плохое, – упрямо заявила Юлия. – А мне все равно красиво.

– И мне, – согласился с ней Конрад, глядя при этом на меня. – Очень красиво. Нра-авится.

Я демонстративно вскинула подбородок и молча вышла следом за парнями.

На этот раз нас поселили на окраине Нормикса, в тихом районе с множеством частных домов. Гостиница, соответственно, также была попроще прежней: комнат на десять-пятнадцать, не больше.

Из нескольких окон первого этажа струился мягкий свет, приглашая скорее войти и отдохнуть после долгой дороги. Что я и сделала, велев Александру быть за старшего.

Внутри царила атмосфера уюта, тепла и невероятной чистоты. Скрипучей чистоты. Жутковатой чистоты.

А еще однотонности. Цвета гостиной плавно переходили от темно-коричневого к светло-бежевому и назад.

Паркет в гостиной сиял, на полках ни пылинки, все поверхности идеально выскобленные и с минимумом вещей. У правой стены потрескивал догорающими поленьями камин; рядом стояли мягкие кожаные кресла и небольшой столик с вазочкой, внутри которой красовались девять тюльпанов. Посреди комнаты красовался длинный стол из темного дерева, накрытый кипенно-белой льняной скатертью с ажурным рисунком.

Слева вверх поднималась широкая лестница с высокими перилами. Видимо, она вела к номерам. Вправо уходило еще несколько дверей, одна из которых была приоткрыта. Именно оттуда по дому разносился потрясающий аромат свежего кофе и выпечки, обещающий покой и настоящий домашний комфорт.

И единственным недоразумением во всей этой атмосфере однотонной коричнево-бежевой идиллии казалась я.

– Куда вас несет?! – рявкнули за моей спиной.

Я обернулась. В проходе замерла, упирая руки в покатые бока, высокая медноволосая женщина с мощным мужеподобным телосложением.

– Вы это мне? – спросила я холодно.

– Нет, своему почившему дедушке, – хмыкнула незнакомка.

Я сжала ладонь в кулак. Тьма, собравшаяся на кончиках пальцев, притаилась, готовясь сорваться вперед в любой момент.

– И что вас не устроило? – уточнила я, чуть склонив голову.

Незнакомка тут же стрельнула зелеными глазищами вниз, на мою обувь.

– Грязь, – сказала она безапелляционно.

Красавицей женщина не была. И даже симпатичной была вряд ли. Слишком крупный нос нехорошо контрастировал с маленькими тонкими губами. Усугубляли ситуацию также квадратный подбородок и густые темные брови.

Медные волосы женщина собрала в аккуратную толстую косу, а сама была одета в белое платье, расшитое рисунком в виде многочисленных листочков клевера. На ногах имелись плетеные белые тапочки. Но женственности наряд не добавлял. Напротив, он удивительным образом подчеркивал мужеподобную фигуру: широкие плечи, узкие бедра и слишком крупные стопы.

– Разуваться не научились? – спросила незнакомка, пока я ее рассматривала. – Тапки для кого в коридоре? Или вы и дома ходите в уличном?

– Дома не хожу, – признала я, бросив взгляд на пол. Грязи там не наблюдалось. Но пыльные следы на идеальном паркете я оставила.

Женщина прорычала нечто невразумительное и ринулась ко мне с таким грозным видом, словно готовилась к драке. Я предвкушающе улыбнулась и подняла руку, раскрыв ладонь. Тьма заплясала на месте, взметнулась вверх змеей и опала, обнимая плотными кольцами мои запястья. Она ждала команды.

Незнакомка тут же остановилась.

– Темная магичка, что ли? – спросила женщина с подозрением, но без страха или брезгливости. – Это вы, что ли, из академии по предзаказу?

– Из нее, родимой, – кивнула я.

– Значит, напишу вашему ректору, чтоб учил всех уважительно относиться к чужому труду! – припечатала медноволосая. – Пусть добавят вам уроков этикета. Ох уж мне эти бедовые студенты.

Ответить я не успела. В гостиную ввалилась вся наша честная компания. В обуви. С чемоданами и сумками. С громкими обсуждениями того, как несправедливо декан поступил, отправив их в эту глухомань.

И тут уже я рявкнула:

– Куда по помытому?!

Все остановились, как вкопанные.

– Что не так, гера Эффит? – удивился Марк Лис.

– Обувь снимаем в коридоре, – ответила я спокойней.

– Так вы же сами… – начал он, но прервался под моим тяжелым взглядом.

– Поняли! – кивнул Даниэль. – Один момент!

– Сердечно извиняемся, – тут же заулыбался Марк, переведя внимание на медноволосую незнакомку, – больше не повторится.

Вся толпа принялась протискиваться назад, тихо переругиваясь между собой.

– Куда это вы? – услышала я удивленный голос Конрада.

– Тише-тише, – зашикали на него, – снимайте обувь.

– Я же говорил, “дурдом”, – простонал откуда-то из глубины коридора Эллис Умс.

А медноволосая, глянув на меня, неожиданно протянула мозолистую руку и представилась:

– Беа́рта Ри́вз. Хозяйка гостиницы. Рада постояльцам, способным понять важность чистоты.

– Василиара Эффит. – Я пожала широкую ладонь, отметив сильно огрубевшую кожу женщины. – Куратор бедовых студентов. Постараемся больше не нарушать правил. Еще бы прочитать их все.

– Соблюдайте порядок, – велела гера Рипс. – С остальным разберемся.

– Уверены? – усмехнулась я.

– Вполне, – кивнула она.

– С нами собака. Щенок, – припомнила я тут же. – Фамильяр – если точнее. Очень умный, и хозяин отвечает за него головой. Как на это смотрите?

– Негативно, – прямо ответила гера Ривз, – но постараюсь перетерпеть его присутствие в доме несколько дней. Главное – чистота!

– Спасибо, – поблагодарила я, – возьму это под личный контроль.

– Обедать сейчас будете? – по-деловому уточнила женщина. – Или сначала займетесь делами?

– Сейчас! – рявкнули студенты, вновь вываливаясь из коридора в разного рода гостевых тапках. – Мы голодные!

– В таком случае, выносите стулья из кладовой, – гера Беарта указала на неприметную дверь в углу, под лестницей. – Потом можете подняться в свои комнаты и переодеться с дороги. А я пока накрою на стол. Кому мне выдать ключи от номеров?

Она вопросительно посмотрела на меня, вынимая из кармана звенящую связку.

– Комнаты распределю сама, – отозвалась я, – благодарю.

Гера Беарта ушла, а студенты выстроились в ряд, глядя на меня с немым вопросом.

– У хозяйки этого заведения пунктик на чистоте, – сказала я, строго посмотрев на каждого. Включая вошедшего последним Конрада. – Так что постарайтесь ее не нервировать. Хватайте багаж и пойдем наверх, заселяться.

Как выяснилось, второй этаж делился на два крыла: левое и правое. В первом было всего две просторные комнаты с отдельными ванными, а во втором шесть, но душ единственный, в отдельном помещении.

– Девочкам налево, – тут же скомандовала я.

И Конрад ринулся туда, сверкая улыбкой и демонстрируя мой чемодан. За ним отправился Виктор – он нес багаж Юлии. Остальные парни, получив ключи, отправились распределяться самостоятельно.

– Если мне не достанется комнаты, придется жить у тебя, – заявил Конрад, проникая в мой номер. – Здесь и кровать большая, всем места хватит.

– Никаких “всех” на моей территории, – покачала головой я. – И вообще, веди себя, как взрослый, сознательный…

Договорить помешал поцелуй: почти невесомый, но моментально сбивающий с толку.

– Прости, не удержался, – признал Конрад, замирая рядом и насмешливо глядя мне в глаза. – Стоило попробовать эти губы на вкус, и теперь мне нет покоя. Кажется, ты действуешь на меня, как привораживающий эликсир.

– Вполне возможно, – кивнула я, – ведь сначала он вызывает вожделение, а потом сводит с ума. Хорошего от приема эликсира не жди, Конрад.

– Я живу, не загадывая слишком далеко наперед, – широко улыбнулся он. – И с некоторых пор не боюсь оказаться привороженным. Так что дерзай. Своди меня с ума, Лиара.

К счастью, отвечать ничего не пришлось. Романтику момента нарушило громкое урчание моего желудка, и Конрад моментально забыл о роли любовника-совратителя.

– Ухожу! – подняв руки, сказал он. – Переодевайся и иди есть. Я подгоню студентов. Захвати дела – почитаем после обеда, с чем придется столкнуться. Курирующие нас полисмаги обещали заявиться к ужину, так что время есть. Увидимся.

Он вышел за дверь, оставляя деликатный обволакивающий аромат с легкими древесными нотками, а также легкий привкус разочарования. Я поймала себя на том, что ждала продолжения напористых ухаживаний. Чтобы отказать, разумеется! Но Конрад ушел, так что пришлось и мне действовать быстро.

Умывшись и приведя себя в порядок после дороги, я переоделась в темное платье средней длины и собрала волосы в тугой пучок на затылке. Образ вышел строгим и деловым. Именно в таком виде я собиралась посетить “доброго друга” в местной лечебнице. Но сначала вынула из чемодана розовые тапки в виде зайчиков и спустилась к обеду.

Студенты уже галдели, усаживаясь за столом и жадно рассматривая блюда, принесенные для нас герой Ривз. Мой выбор пал на тушеную картошку с овощами и мясом. Ела я быстро, при этом прокручивая в голове возможные варианты развития событий при встрече с мэром Мимисом. ситуация, безусловно. могла усложниться, если мужчина был в сознании. Сущность внутри него наверняка рвалась на свободу, ведь договорной срок ее пребывания в теле человека давно истек. Она же могла помочь мэру узнать меня и обличить…

– Гера Эффит! – донеслось справа, и я удивленно обернулась к Марку.

– Вы нас совсем не слушаете, – обиженно заявил он. – Как насчет того, чтобы прогуляться в местный парк и почитать о новых заявках там?

– Конечно, – кивнула я, поднимаясь. – Так и сделайте.

– Мы? – не понял Марк. – А вы?

– А я должна уехать по делам. Ненадолго. К ужину вернусь и выслушаю ваши предложения по реагированию на местные запросы.

– Куда вы уезжаете? – нахмурился Виктор. – Вдруг полисмаги приедут раньше, а мы даже не будем знать, где куратор.

В его словах, как ни странно. была логика.

– Я должна посетить мэра Мимиса, – отчиталась, тонко улыбнувшись Виктору. – Он заболел. Сильно. Хочу навестить его и посмотреть, смогу ли чем-то помочь.

– Вы о том мэре, который чуть не заморил проклятием своего сына, Миртона Эшера? – склонив голову набок, уточнил Даниэль.

– Не нам судить его методы воспитания, – холодно заметила я.

– Может, тогда и нам следует его проведать? – предложил Умс. – Посмотреть, как вы поможете хорошему человеку. Набраться опыта.

– Идите вы… погулять в парк! – бросила я, покидая стол. – Но сначала проверьте, чтобы все после вас было идеально чистым. Особенно следите за щенком! Слышишь, Таттис?

Не дожидаясь ответа, я поднялась к себе, чтобы захватить сумку с верхней одеждой. Обувь сменила уже внизу. Там же вручила слишком задумчиво-молчаливому Конраду заявки от полисмагов на эту практику и попросила:

– Следи за ними, пока меня не будет.

Экхан схватил меня за руку у самой двери. Удержал, чуть потянув на себя и уточнил, сверкнув темными глазищами:

– Ничего не хочешь сказать, Лиара?

– Все уже сказано, – ответила я.

Он медленно кивнул и отпустил меня, больше не проронив ни слова.

Координаты лечебницы я знала от капитана Торрина Джаза. Добиралась до места почти час, снова и снова продумывая при этом, как буду действовать. Даже убедительные слова для главного врача придумала. Не ожидала лишь одного: охраны возле палаты мэра.

– Никто не войдет без разрешения заместителя мэра, – сообщил мне крепкий высокий детина с лицом, лишенным эмоций.

– Но гер Мимис – мой старый друг. – Я постаралась сделать взгляд наивным и просящим. – Он будет рад встрече.

– Нельзя, – вторил громиле его чуть менее мощный коллега. Мысленно я обозвала его “дубль первого”. – Только по разрешению заместителя мэра!

– Может, оно у меня есть? – загадочно предположила я.

– Предъявите, – попросил здоровяк.

– Не могу. У меня разрешение свыше, – ответила я, экстренно импровизируя. – От Мироздания, что требует нести благо в этот несправедливый мир.

– Вы что, больная? – напрягся “дубль первого”.

– А кто сейчас здоров? – философски вздохнула я. – Но вы можете привести лекаря, пусть всех нас продиагностирует.

Охранники переглянулись, нахмурились и уставились на меня еще более недружелюбно, чем раньше.

– Серьезно что ли, не пустите? – удивилась я. – Шутки в сторону. Вы мешаете пройти подруге мэра, которая может его спасти. Я примчалась сюда, как только узнала, что он в беде. Бросила дела и личные нужды.

– Без разрешения нельзя, – заученно повторил здоровяк.

– То есть заместитель мэра против выздоровления начальства? – Я сложила руки на груди и покачала головой. – Не ожидала, что придется подавать в суд. За покушение на убийство. Здесь же мотив налицо. А вас приплетут как пособников. Считайте, попрощались с профессией. Уже придумали, кто будет носить вам передачки в тюрьму?

– Не говорите ерунды, – сурово заявил “дубль первого”. – Мы все равно вас не пустим.

– Хорошо, – согласилась я, вынимая из сумочки рунофон. – Тогда мне придется связаться с полисмагами и сообщить им о беспределе, который вы здесь устроили. Знаете капитана Джаза?

– Допустим, – буркнул здоровяк, нервно покосившись на дверь в палату.

– Он лично позвал меня для помощи мэру, – почти не солгала я. – И, если счет жизненных сил гера Мимиса идет на дни, то сами понимаете, вы способствуете убийству. Он умрет, и вам никто не поможет.

– А вам до нас какое дело? – раздраженно уточнил “дубль”.

– У меня очень высокие моральные принципы, о которых ходят легенды, – ответила я деловым тоном. – Пособники убийства не останутся безнаказанными.

– Чего вы хотите? – устало спросил здоровяк.

– Хочу войти в палату к старому другу и провести диагностику под вашим присмотром, – тут же ответила я. – Вы не сведете с меня глаз. Я дам вам свои документы. Меня ведут лишь благие намерения.

– Вы же темная магичка, – не поверил “дубль”. Он вообще казался более сообразительным.

– Темная. Но с чистым сердцем и открытой душой, – кивнула я, добавляя с оскорбленным видом: – Нельзя оценивать человека предвзято, опираясь лишь на глупые слухи о нашей якобы злобности. Так вы дадите мне спасти человека?

Охранники переглянулись, пожали плечами и кивнули почти синхронно. Здоровяк бросил, глянув на меня:

– Идите. Но без глупостей.

– И документы дайте, – опомнился “дубль”, протягивая руку. – Кто вы такая вообще?

Я покопалась в сумочке и предоставила им права на вождение магобиля.

– Гера Василиара Эффит, – прочел охранник. – Что-то вы на себя не похожи. Здесь какая-то страшненькая девчушка.

– Это магия магографий на документы, – вздохнула я, поправляя прическу. – Присмотритесь внимательней. И извинитесь за “страшненькую”.

– Простите, – послушно кивнул он, вглядевшись в карточку. – В жизни вы гораздо симпатичнее.

– Правильно говорить красивее, – поправила его я, входя в палату.

Мэр Мимис лежал один среди множества ваз с цветами. Зрелище было скорее пугающим, чем милым и поддерживающим. Я бы точно не обрадовалась, если пришлось бы очнуться после болезни в эдакой оранжерее медленно увядающих растений.

Но не мне судить о предпочтениях мэра.

Выглядел пациент скверно: бледный, осунувшийся, с темными мешками вокруг глаз. Я перестроила зрение, присмотревшись к его ауре. И ничего не заметила. Сущность отлично пряталась от посторонних, не желая быть узнанной и убитой. Однако, стоило мне подойти чуть ближе к мэру, как его ноздри затрепетали, а веки чуть приоткрылись. Мужчина тихо застонал.

– Что с ним? – забеспокоился здоровяк. – Может, позвать лекаря?

– Конечно, – согласилась я и посмотрела на “дубль”, дабы избавиться от более умного надсмотрщика. – Идите, найдите медперсонал. Скажите, мэр приходит в сознание.

– Ивар, ты за старшего! – бросил он и сбежал, бросая нас со здоровяком одних.

Я довольно ринулась к больному. Но здоровяк неожиданно преградил путь, грозно повелев:

– Отойдите. Лекарь скажет, можно ли беспокоить больного.

“Заговаривать ему зубы нет времени, – подумала я, – после прихода лекаря меня, скорее всего, погонят отсюда и больше не впустят. Придется применить силу к охране и позже объясняться в полисмагии из-за своих действий. А ведь за это они попробуют настоять на ментальном допросе, и тогда может всплыть самая неприглядная правда”.

– Гера Эффит, не подходите, – повторил здоровяк, выставляя вперед руки. Прошу вас проследовать в коридор.

Я улыбнулась:

– Конечно, Ивар. Вас же так зовут?

Призвала магию для нанесения ментального удара, чтобы охранник уснул и… отвлеклась. Из коридора послышался рокот множества голосов, следом за которым в палату ворвалась толпа. Мои студенты с воплями бросились к кровати мэра.

– Вот он! – кричал Марк, хватая больного за тощую руку.

– И правда сильно болен, – поразилась Юлия, почти падая на грудь мэра. – Кто же его так проклял?! Или это старость?

– Без него практика уже не та, – покачал головой Даниэль.

– Когда мэр был здоров, нам давали нормальную гостиницу, – посетовал Марк, отпуская руку больного. – А теперь все…

– Очнитесь, гер Мимис! – строго приказал Александр, заходя со стороны охраны. – Вы нужны нам сильным и крепким.

– Лучшие уходят от нас, – поддержал его Эллис Умс. – И цветы уже принесли. Как на панихиде.

– Пахнут слишком сладко, – поморщился Виктор, нюхая один из букетов за спиной обалдевшего охранника.

– Жаль мэра, – кивнул Таттис, вставший в изножье постели, – но смерть – это еще не конец.

Все закивали, а щенок, сидящий у Чесса на руках, грустно завыл.

Тогда-то охранника наконец прорвало. Грубо выругавшись, он отодвинул меня в сторону, дернул на себя Умса с Александром и ринулся на остальных, требуя покинуть палату немедленно.

– Кто вы такие?! Вон! Немедленно прррочь! – рычал здоровяк Ивар.

– А чего мы сделали-то?! – громко и чуть истерично возмущался вошедший последним Конрад. – Зачем вы меня толкаете? Я пришел, потому что было открыто! Это дорогая рубашка! Я расскажу отцу о рукоприкладстве, слышите?! Вас обо мне не предупреждали?

– Говори, кому хочешь… – хрипел здоровяк, с силой толкая Конрада к двери.

– Наших бьют! – завопила Юлия, зажимая уши. – Помогите!

Таттис протянул ей щенка, тихо о чем-то говоря. А я…

Вздрогнув, я наконец пришла в себя и прошептала заклинание. Обратилась к запертой сущности, требуя указать, почему она не может покинуть тело, ставшее темницей, и исполнить магическую клятву.

Мэр распахнул глаза и громко захрипел, выгибаясь дугой.

Одновременно со мной завыл щенок.

– Гера Эффит, помогите умирающему! – рявкнул Конрад, встав перед здоровяком-охранником и обращаясь к нему: – Поймите, она дипломированный некромант. От ее заклинаний даже зомби оживают. А мэр у нас еще живой.

Я слушала в пол-уха, подалась ближе, обхватила лицо “больного” ладонями и, заглянув в глаза, отражающие саму Бездну, потребовала ответ у сущности, связанной со мной клятвой.

– Защитные руны, – проскрежетал мэр голосом, от которого даже меня передернуло. – Зде-е-есь.

Гер Мимис приподнял левую руку, на запястье которой действительно был рисунок, нанесенный чернилами. Кто-то пытался уберечь мэра от нечестивых подселенцев. Вот только доброжелатель не учел, что темная сущность уже была внутри и из-за рун оказалось запертой. По сути этот неизвестный добряк обрек мэра на гибель, даже не понимая, что сотворил.

Он или она превратили мою практически безобидную затею в смертельную ловушку!

Я снова прошептала заклинание, на этот раз взяв мэра за руку. Дала своей тьме новый приказ: уничтожить руны. За спиной ругались студенты и охранники. Кажется, прибежал и лекарь. Громче всех был Конрад, требуя оказать ему первую помощь, потому что он единственный сын у отца…

Руническая защита мэра истаяла, оставляя ожоги на запястье. Он снова захрипел, громче и пронзительнее, чем раньше. Заметался в постели, сжав челюсть и откинув назад голову.

– Покинь это тело, – произнесла я одними губами.

Мэр расхохотался, безобразно скалясь и глядя на меня провалами глаз. Насосавшись сил от мэра, она стала в разы сильнее, чем была прежде. И не собиралась останавливаться даже чувствуя мой призыв. Я выругалась, понимая, что вынуждена буду раскрыться перед всеми, проведя полноценный ритуал изгнания. Незаметно сделать подобное не представлялось возможным. Хуже того, эта гадина из нижнего мира успела захватить столько жизненных сил Мимиса, что он оказался на границе жизни.

Я закатала рукава, выстраивая в голове план действий. И в этот момент моего плеча коснулся Таттис, произнеся тихое:

– Помогу.

Я обернулась. Чесс молча уставился куда-то в пространство. В помещении стало холоднее. Воздух стал тяжелее, пропитался эманациями тьмы, и теперь она вибрировала в каждом постороннем звуке, в каждом движении. Я ощутила страх сущности, с которой нас связывала клятва. Мэр снова захрипел, метнулся вправо и затих. Гадина внутри тела, несмотря на силу, едва сопротивлялась воле Чесса, цепляясь за последние нити, связывающие ее с человеком. А потом мэр громко рвано выдохнул, перевернувшись на спину.

Все закончилось. Но его силы по-прежнему были на пределе, и я приложила руку к груди гера Мимиса, делясь собственным ресурсом и все еще не веря в увиденное. Впервые мне довелось быть свидетелем работы некроманта с ТАКИМ даром. Таттису не требовалось, как другим, вслух произносить заклинания, обращаясь к нечисти. Не требовалось делать пассов в воздухе и рисовать пентаграммы для призывов. Он всегда стоял на границе миров и видел гораздо больше всех нас. И мог больше, промерзая при этом до глубины души.

Я поднялась только через минуту, когда мэру стало легче. Он задышал свободней, перестал метаться на подушке и, приоткрыв глаза, тихо, обнадеживающе, прошептал:

– Я вас уничтожу. Все-е-ех.

“Очень хорошо, – подумала я, – когда человека ведет ненависть подобной силы, он выживет любой ценой”.

– Такова ваша благодарность за помощь? – поразилась я вслух, демонстративно пошатнувшись.

Чесс меня удержал. Руки у него были ледяные, голова опущена. Он прятал взгляд, наверняка наполненный тьмой. Я сразу начала переводить внимание на себя.

– Как мне плохо! – сказала, прижав руку к груди. – Но я спасла мэра. Его жизнь – моя награда.

Свидетелями моих пафосных заявлений оказались один “дубль”и лекарь. Остальных успели вытолкать за дверь.

– Как вы себя чувствуете, гер Мимис? – спросил полный лысый мужчина в белом халате, склонившись над больным.

– И тебя уничтожу, – зло выплюнул мэр.

Приняв скорбный вид, я потянула Чесса к выходу, слабо попросив:

– Уведите меня отсюда, Таттис. Этот человек, которому я смогла помочь, поделившись собственными жизненными силами, пока слаб рассудком. Такое часто случается в затянувшейся борьбе с темным недугом. Если бы меня позвали раньше…

– Ты покойница, – пригрозил Мимис, попытавшись приподняться в постели.

– Больных надо лечить, а не наказывать, – философски ответила я. – Лечитесь, дорогой друг.

Мэр в ответ обозвался. Красиво и витиевато. Умело так.

Я даже заслушалась.

– Простите его, – попросил лекарь, укладывая Мимиса назад. – Главное, что вы действительно совершили чудо. Спасибо!

Я лишь кивнула, прошептав охраннику, стоящему на пути:

– Пропустите. Мне нужен покой и свежий воздух.

– Убью-ю-ю, – понеслось с кровати мэра. – Думаешь, я не знаю, что это все вы? Вы все! Ты, ты, ты и ты!

Я строго спросила у не желающего отойти охранника:

– Почему его друзья не обратились в нашу академию раньше? Еще немного, и гер Мимис мог умереть. Вы это понимаете?

– Да, – напряженно кивнул здоровяк. – Но почему он так зол? Вы точно друзья?

– Были ими, – скорбно признала я. – Теперь бедняга расплачивается разумом за вашу беспечность. Но он хотя бы живой, и надежда вернуть все, как было, остается. Знаю, как это важно для его близких. Особенно для моего студента, Миртона.

– Он тоже хотел моей смерти! – прохрипел Мимис. – Вы все! И каждый ответит!

– Спасибо за помощь, – кивнул охранник, видимо, признавая – мэр в самом деле не в себе. Протянув мне забытые уже права на вождение магобиля, он уточнил: – Но что мне сказать начальству? От чего вы его вылечили?

– Я не успела толком понять, – ответила едва слышно, – применила сразу несколько заклинаний изгнания и снятия проклятий. Потратила все силы. Простите, едва стою на ногах. Отвечу на любые вопросы позже. Гер Торрин Джаз знает, где меня найти.

– Конечно, – недовольно сказал охранник, отступая.

Сзади раздалась отборная ругань. Я бросила быстрый взгляд на мэра, тянущего вперед тонкие руки со скрюченными пальцами.

– Нужно вколоть ему успокоительное, – покачал головой лекарь. – Позовите медсестру! Срочно!

Охранник кивнул и рванул следом за нами на поиск дополнительного персонала.

В коридоре нас ждали студенты, с которыми мы сразу направились прочь. Экхан с Умсом стояли чуть поодаль, продолжая объясняться со вторым охранником. Конрад эмоционально требовал извинений за порванную рубашку какого-то известного бренда.

– И подлечить бы его в спецучреждении… – слышала я Экхана за спиной, пока удалялась от палаты мэра. – Он оскорблял нашего куратора. А вы меня ударили. Дважды. Я вынужден буду снять побои и рассказать о ситуации отцу.

Охранник ответил что-то, и Конрад заговорил еще громче.

– А вы понимаете, что этот неадекватный мэр мог броситься и на меня? Видели его глаза? Я не трус, но на мне огромная ответственность. У папы больше нет наследников…

Мы все ушли в парк, раскинувшийся у лечебницы. Подальше от посторонних глаз и ушей. Там, присев на скамейку, я сунула руки в карманы и хмуро уставилась на своих студентов. На каждого по очереди. Они смотрели в ответ – прямо, без тени сомнения в правильности того, что совершили.

А ведь я каждого из них поставила под удар. Если бы с мэром случилось страшное…

– Таттис, как ты? – спросила я у Чесса, как раз забравшего назад Зайку. – Нужна помощь?

Он посмотрел на меня темными, как сама ночь, глазами и покачал головой:

– Дело привычное, гера Эффит. Только прохладно.

– С меня новый свитер, – кивнула я, будто это могло снять долг перед парнем.

– Вы уже подарили мне фамильяра, – улыбнулся Чесс. – С ним мне всегда теплее.

– Ладно, – кивнула я, снова принимаясь смотреть на остальных и подбирая нужные слова. – Как вы здесь оказались?

– Мы же говорили, что пойдем в парк, – напомнила Юлия.

– А гер Экхан предложил этот, – кивнул Даниэль. – Рядом с лечебницей.

– И вас не удивил такой выбор? – нахмурилась я.

– Мы вообще мало удивляемся, – пожал плечами Александр. – И всегда рады помочь хорошему человеку, даже если не получим благодарности.

Я поняла его намек. Уставилась в сторону и, собравшись, спросила:

– Итак, чего вы хотите? За то, что пришли проведать мэра вместе со мной.

К этому моменту к нам подошли двое. Конрад с Эллисом улыбались, обсуждая извинения охранника. Поняв, что все затихли, тоже замолчали и уставились на меня.

– Чего вы хотите? – повторила вопрос я, глянув на Экхана. Сжав в карманах кулаки, добавила сквозь зубы: – Клятвы долга?

– Никаких клятв, – строго сказал Конрад.

– Как это понимать? – нахмурилась я.

– Пообещайте нам, что в случае настоящей беды будете на нашей стороне, – неожиданно попросил Даниэль Астрид.

– О какой беде речь? – прищурилась я.

– Пообещайте, гера Эффит, – с нажимом повторил он. – Если поймете, что мы влипли, вы будете за нас.

– И вы поверите мне? – усмехнулась я.

– Поверим, – кивнул Александр. – Юлия сказала, что вы не подведете. Да и сами понимаем, почему вы… пришли проведать этого человека.

– Хотела ему помочь, – привычно солгала я.

– Вы чуткая и бескорыстная, – кивнул Умс. – Таких заботливых людей единицы.

– Поговори мне тут, – бросила я, фыркнув.

– Теперь хоть понятно, почему мы так срочно поехали на эту практику, – вздохнул Марк. – Ради благого дела.

Я грозно уставилась на самого рыжего и неоправданно смелого в этой компании. Он широко улыбнулся, оправдываясь:

– Мы ж на вашей стороне, гера Эффит. Учимся у вас душевности и отзывчивости. Можете не беспокоиться, возьмем только лучшее.

– Теперь стало еще волнительнее, – призналась я.

– Так что с обещанием? – напомнил Даниэль. – Как поступите?

– А если откажусь? – спросила я, посмотрев на него.

– Ваше право, – ответил он деловым тоном.

Я закатила глаза и поднялась со скамьи, недовольно сообщая:

– Обещаю помочь вам, если понадоблюсь. Ясно?

Мои студенты радостно закивали, предлагая скорее покинуть территорию лечебницы. Они почти сразу ушли вперед, принявшись спорить о будущей практике. Веселые, беспечные и спокойные. Совсем не понимающие, какую услугу мне оказали… Или, напротив, прекрасно понимающие, но… позволившие мне остаться вне долга.

Обошлось.

Мэр Мимис выжил, хоть и остался в весьма потрепанном состоянии. С меня взяли очередное обещание, не подкрепленное магией. Наивные мои, смешные студенты. Казалось бы, все хорошо. И мне ничего не стоило привычно обмануть их доверие в дальнейшем. Когда придет время…

Только при мысли об этом обмане на душе становилось темно и пусто. И сердце сжималось, заставляя чувствовать себя несчастной. По всему выходило одно: у моей победы был гадкий привкус…

Экхан догнал меня и подставил локоть, предлагая помощь.

– Я могу идти сама, – ответила по привычке, бросив на него строгий взгляд.

– Можешь, – кивнул он, и положил мою руку на свою, продолжая: – Но иногда необходимо опереться на кого-то рядом. А я всегда рядом, Лиара.

– Знаю, – вздохнула я. – Ты ужасно навязчивый.

– Скорее заботливый и предусмотрительный, – поправил меня он.

– В каждой дырке затычка, – буркнула я.

– Это хитроумное предложение провести время вместе? – тут же уточнил он.

Я цыкнула и срочно перевела тему.

– Откуда ты узнал про мэра? – прошептала, покосившись на Конрада, и сама предположила: – Налсур поделился догадками о моем… эм… промахе?

Экхан загадочно улыбнулся и покачал головой:

– Я не понимаю, о чем ты, Лиара. Мы просто приехали навестить гера Мимиса вместе с тобой. Разве я должен знать что-то еще? О каком промахе речь?

– Ты ослышался, – усмехнулась я, глянув на Конрада с толикой благодарности.

– Хорошо. Тогда поедем ужинать, – кивнул он, прибавляя шаг и увлекая меня следом. – Я страшно проголодался.