Глава 17

— Пирожки с картошкой? — с любопытством спросила, срочно делая вид, что ни о чем таком важном мы с Сэном не говорили.

— С яйцом, картофелем и капустой, — кивнула Луиса. — Большего на ужин не ждите, я совсем ничего не успела приготовить. Молоко или чай?

— Молоко, — в один голос ответили мы с дворецким, и экономка ушла.

Но обсуждение мы не продолжили, потому что в столовую потянулись и все остальные, учуяв сногсшибательный аромат.

— Мила заболела, — в очередной раз жаловался Норден на здоровье одной из его любимиц.

Мила была самой крупной лошадью в графской конюшне, и очень красивой, статной, благородной. Я видела ее лишь однажды, когда Норден выгуливал ее неподалеку от замка.

— А я совсем с ног валюсь, — покачала головой Рози, лениво запихивая в рот кусочек пирожка. — Вымыть все окна в одиночку - непосильная задача.

— Когда уже нам пришлют кого-нибудь на помощь? — с пренебрежением спросила Эби. — Работать в Вэйстон-Дай стало невозможно!

— Ну так уволься, в чем проблема? — не выдержал Жан. — Я часто вижу, как ты занята чем угодно, только не работой.

— Кто бы говорил! — фыркнула в ответ Эби, одарив лакея многозначительным взглядом.

— Ешьте молча, — пригрозила пальцем Луиса. — Сейчас услышит кто-нибудь из господ ваши препирания, и все вместе вылетите отсюда.

— Но нам и правда нужна помощь, — покачала головой Рози. — Луиса, Сэн, вы бы поговорили с господами. Ну пусть попросят в обществе безработных нескольких человек, хотя бы горничных.

— И конюхов.

— Лакеев тоже не хватает. Мы не успеваем обслуживать приемы пищи и одновременно чистить одежду.

— Одежду чищу я, — взглянул на Стила Сэн. — Когда вы успели утомиться?

Пока мои коллеги выясняли, кто прав, а кто нет, я быстро зажевала три пирожка, запила холодным молоком и убежала в свою комнату. Я ждала, пока слуги закончат свой ужин, после которого всегда ужинали господа, и тогда я могла бы спокойно затопить камины.

Господин Вэйтер в последнее время завтракал, обедал и ужинал со своей семьей. Я же вдруг поняла, что каждый раз, приходя в столовую, с нетерпением жду, когда военачальник появится в дверном проеме с улыбкой, которой умеет улыбаться только он. Но он не приходил, а я сильнее убеждалась в том, что хоть Вэйтер и считает себя равным нам, все же это не так. Он принимает пищу в большой роскошной столовой, будучи одетым в костюм идеального кроя. Его посуда из серебра, хрусталя и фарфора. Он ест морепродукты, свежие фрукты, изысканные деликатесы, и сладости, изготовленные лучшими кондитерами королевства. После чего, придя в нашу компанию, вновь становится просто мужчиной. Красивым, добрым и галантным, но обычным человеком, а не наследником целого графства.

Этот контраст меня смущал, пугал и путал, но от того не переставал все сильнее привлекать меня.

Так я думала все время, пока носилась из комнаты в комнату, где должна была затопить камины, а остановилась в покоях господина Вэйтера и, отставив ведро для золы, принялась рассматривать красивые безделушки на прикроватной полке.

Военачальник любил милые вещицы, вроде мраморных фигурок животных, сухих веточек в вазе и ажурных салфеток под ними. Все эти вещи говорили о том, что господин Вэйтер обладает тонкой душевной организацией, и пусть он умеет не показывать эмоции, как говорил он сам, эмоции ему все же не чужды.

Я и не заметила, когда господин Вэйтер вошел в свои покои и замер на входе, наблюдая за моими действиями с пристальным вниманием. Я трогала рожки оленя, сотканного из металлической паутинки, и не замечала ничего вокруг.

— Понравился?

Я вздрогнула и выронила оленя из рук. Фигурка упала на не покрытый ковром участок мраморного пола и получившийся звон показался таким громким в наступившей тишине.

— Простите, не хотела лазить по вашим вещам… Простите!

Я бросилась к еще не зажженному камину, коря себя за то, что позволила себе расслабиться и так бесцеремонно копаться на полках военачальника. Что он теперь будет думать обо мне?

Господин Вэйтер подошел к кровати, поднял с пола оленя, которого я забыла вернуть на место, и вернулся ко мне.

— Ты можешь взять его, если понравился.

Мой ошарашенный взгляд, кажется, развеселил мужчину. Вэйтер сел на диван, уперся локтями в колени и смотрел на меня смеющимися глазами.

— Если бы тебя застал не я, а скажем, Ее Светлость, ты была бы уже уволена. Так что не советую трогать что бы то ни было в ее покоях.

— Я не хотела, просто все эти фигурки такие прелестные, я не могла не посмотреть.

— В моих покоях ты можешь трогать все, что угодно, — господин Вэйтер взглянул на меня красноречиво.

Я залилась краской, думая совсем не о фигурках на полке. Тут же мысленно дала себе оплеуху и принялась яростно выгребать золу из топки в ведро.

— Оставь это, — мужчина забрал у меня кочергу. — Забыла, что мы сегодня ночью идем в город? Мне ни к чему огонь в спальне, меня ведь здесь не будет.

— А когда мы выйдем?

— Через час, когда мой брат и его жена запрутся в своих покоях. В десять они уже не выходят в замок, всю жизнь у этих двоих была привычка рано ложиться спать.

— Они могут увидеть нас в окно.

— Могут, но мы не пойдем по той дороге, которая просматривается из их окон.

— По секретным ходам? — предположила я недоверчиво.

— Вроде того, — кивнул Вэйтер. — Возьми его, — в мои руки перекочевал металлический олень. — Пусть будет у тебя, на память.

— Вы куда-то снова уезжаете? — я поднялась с колен, отряхнула штанины и, подумав всего секунду, могу ли я так поступить, села на диван рядом с военачальником.

— Нет, в ближайшие несколько лет мне никуда не нужно. Но, может быть, ты захочешь куда-то уехать. Ты кажешься мне очень умной девочкой, и я не могу поверить в то, что ты готова всю свою жизнь посвятить грязной работе.

— Не готова, — эхом повторила я, сжимая в руке оленя. — Но выбора у меня нет.

— Почему же?

— Мне больше некуда идти, господин Вэйтер. И я ничего не умею, — я пожала плечами, вспоминая свою специализацию. В Аберголе она явно нигде и никому не пригодится. Готовить я не умею, так бы пошла работать хоть поваром, все не с грязными тряпками возиться. — Я люблю работу с растениями, так что мне не очень тяжело выполнять ее.

— Понимаю, — поджал губы мужчина. — Заработать на обучение мало кому удается, но на твоем месте я бы попробовал что-то другое, кроме работы в саду.

— Что, например?

— Ты очень красива и могла бы выйти замуж за достойного и богатого человека, — сказал господин Вэйтер спустя минутную паузу.

Я рассмеялась в голос.

Для меня, девушки с Земли и из двадцать первого века, совет господина Вэйтера показался настолько удручающе-смешным, что я хохотала и не могла остановиться. Мужчина же поглядывал на меня с некой осторожностью, как на душевнобольную.

— Насмешили, — сказала я, резко обрывая смех. — По-вашему я ни на что не гожусь, кроме как удачно выйти замуж?

— Я тебя обидел? Прости, если так… Но мне казалось, мечта любой девушки встать рядом с достойным мужчиной.

— Любой? — вздохнула я, осознавая в тысячный раз, где нахожусь. — Вы правы. Но у меня в этой жизни другие цели.

— Вот как? Значит, у тебя все же имеются планы на будущее?

— Я уйду сразу же, как только заработаю денег на дом. Сэн сказал, что мне хватит десяти лет, чтобы накопить нужную сумму. Десять лет, конечно, долгий срок, а я не так уж молода, но выбора у меня все равно нет.

— Сколько тебе лет? — задал Вэйтер совсем неуместный вопрос, но я все же ответила.

— Тридцать два.

— Ты прожила так долго одна! — воскликнул мужчина так восторженно, как если бы я сообщила, что получила Нобелевскую премию. Впрочем, откуда ему знать об этой премии.

— Вы зря так удивляетесь, господин Вэйтер.

— Зови меня просто по имени, когда мы наедине.

— Правда?

— Конечно. Все так делают.

— Что ж… Вэйтер, вы на самом деле зря думаете о девушках так, будто они ни на что не годны, кроме как выскакивать замуж и немедленно рожать наследников. Мы можем многое. Вот я, например… — я оборвала фразу, мысленно покачав головой. Снова говорю что-то не то, так недолго и выдать себя с головой. — Неважно.

— Но все же ты красива и очень умна. Этого нельзя отрицать, и тебе стоит найти применение своему таланту и дару природы.

— Какое же?

— Ну, раз замуж ты не хочешь, — Вэйтер почему-то грустно вздохнул. — Ты могла бы стать натурщицей для художников.

— Что?! — я аж на диване подпрыгнула от возмущения.

— Ну не хочешь, и ладно…

— Вы думаете, что я могла бы раздеться перед мужчиной, чтобы тот рисовал с меня, а потом заплатил?!

— Зачем раздеваться? — Вэйтер вытаращил глаза, взглянув на меня как-то по-другому. Клянусь, он в этот момент меня будто сканировал.

Я, понимая, что неправильно истолковала смысл его слов, вновь села.

— Художники рисуют портреты?

— И портреты тоже, но раздеваться не нужно… С чего ты вообще это взяла?

— В общем, мне это не подходит, наверное, — неуверенно произнесла я, но отметила себе, что надо будет поискать художника в Вэйстоне. Лишними деньги не будут.

— А еще в различных конторах города можно получить место практиканта даже без обучения. Например, в общество констеблей иногда набирают служителей правопорядка. Девушки на этой должности опрашивают жителей города на предмет жалоб на различные королевские учреждения… Да почему раздеваться-то?! Ты раздевалась перед художником? С чего в твоей голове возникла такая мысль?

Я прыснула со смеху в кулак, решив не отвечать. Лгать надоело, а правду сказать не могла.

— Я благодарна вам, Вэйтер, за то, что вы рассказали мне о возможностях другого заработка. Вот только жить мне негде, поэтому я останусь в Вэйстон-Дай, ну а побыть натурщицей для художника можно и в выходной день, если у меня такой будет.

— Только не раздевайся перед ним.

— Ни в коем случае!

Вэйтер поднялся с места, выглянул в окно и кивнул мне.

— Нам пора. Выходим потихоньку, спускаемся по лестнице вниз, потом в подвал мимо кабинета Сэна, а там туннель выведет нас за ворота.

Мы проделали путь так, как и сказал Вэйтер. Спустя несколько минут мы уже вынырнули из люка, который находился через дорогу от ворот замка, и поспешили в сторону города. Нас никто не мог заметить. Никто, кроме Эби, которая любила гулять по ночам.

Я хихикала над ситуацией, в которой военачальнику пришлось сбегать из собственного дома по подземному туннелю. Вэйтер смеялся, заразившись моим смехом, и так мы добрались до города, веселясь.

В это время суток Вэйстон еще не спал. То тут, то там прогуливались молодые парочки или женщины с маленькими собачками. Подвыпившие юноши тянулись в самый известный кабак города, а не обремененные нормами морали девушки гуляли вдоль улиц, громко смеясь, чтобы их заметил какой-нибудь мужчина, имеющий хоть немного денег.

Таким я этот город еще не видела, поэтому шла за Вэйтером, крутя головой по сторонам с открытым ртом. Если бы я хоть иногда смотрела под ноги, то не споткнулась бы о камень и не полетела бы прямо в спину военачальника. Благо, мужчина быстро спохватился и поймал меня уже на подлете к земле.

— Залюбовалась? — улыбнулся он, явно имея в виду огромный фонтан на площади, который виднелся за аркой впереди нас.

— Очень красиво! — подтвердила я, разглядывая в этот момент лицо Вэйтера. — Поставьте меня на ноги, пожалуйста.

— Извини, — мужчина помог мне обрести равновесие и убрал руки в карманы. — Мы почти пришли.

Вэйтер повел меня к одному из двухэтажных домов, единственному, чей двор не был облагорожен десятками клумб. Заросли сорняков под окнами дома указывали на то, что здесь живет кто-то очень занятой. И логически подумав, я пришла к выводу, что знакомый сыщик Вэйтера является настоящим профессионалом, раз в бесконечных делах у него не нашлось времени для уборки мусора во дворе и мытья окон.

— Ой, а мы не слишком поздно? — я схватила мужчину за рукав, когда он уже занес руку, чтобы постучать в дверь. — Все же поздний вечер, ваш друг наверняка спит.

— Мой друг… — эхом повторил Вэйтер. — Не спит.

После короткого стука дверь отворилась, и в темноте коридора появился силуэт. Я улыбнулась приветливо, а когда раздался женский голос, обомлела.

— Вэйтер, дорогой! — шепотом проговорила хозяйка дома. — Проходите скорее, ни к чему светиться.

Мы юркнули в дом и женщина тут же чиркнула спичкой, полумрак рассеялся и я увидела, что мы находимся в гостиной. Комната была пыльной и неуютной, на симпатичном диване валялась гора одежды, столько же вещей висели на спинке кресла у небольшого камина, а на туалетном столике множество пузырьков и шкатулочек были свалены в кучу.

Я обернулась, чтобы взглянуть на хозяйку всего этого бардака, да так и застыла с открытым ртом. Я и раньше видела вживую красоток, но таких - никогда. “Друг” Вэйтера обладал очаровывающей внешностью, пышными формами и осиной талией, перетянутой широким кожаным ремнем. Комбинезон из темно-синей парчи, казалось, вот-вот разойдется по швам в районе груди, но вовсе не из-за лишнего веса женщины - его у нее не было! Как можно выглядеть так сногсшибательно в условиях средневековья?! Где она делала подтяжку лица и ринопластику?

Женщина улыбалась мне пухлыми алыми губами, поправляя черные кудрявые волосы, которые сейчас были небрежно переброшены через плечо и свисали до самой талии. Я смотрела в ее огромные синие глаза и чувствовала, и слышала, с каким громким свистом падает моя самооценка.

— Ася не немая, — Вэйтер поспешил заверить свою подругу.

— Ася? — переспросила женщина, мило приподняв аккуратные брови. — Меня зовут Рита, очень приятно познакомиться с тобой.

— И мне, — кивнула я, вновь обретя дар речи. Попробовала улыбнуться, но губы будто свело. В груди отчего-то появилось незнакомое мне щемящее чувство, а Вэйтер, нежно смотревший на Риту, только усугублял мои ощущения.

— Что привело вас ко мне? — Рита опустилась на диван, смахивая гору белья на пол. — Присаживайтесь.

Под моим внимательным взглядом Вэйтер сел рядом с… девушкой, не женщиной - Рите не было и тридцати. Наверное, не было, по крайней мере, выглядела она на двадцать с хвостиком. Я заняла место в кресле, и Вэйтер начал разговор.

Рита внимательно слушала, кивала, а потом вытащила блокнотик из-под диванной подушки и принялась записывать все с таким серьезным видом, что я не могла не восхититься ею.

— Что ж, мне все понятно, дорогой…

“Дорогой!” — повторила я мысленно, закатывая глаза.

— …все будет сделано в лучшем виде.

— Я не сомневался. Повторю еще раз самые важные моменты: ты будешь изображать из себя мою личную горничную, может быть, даже любовницу…

Я ойкнула слишком громко и тут же поймала на себе удивленные взгляды. Пришлось срочно растягивать губы в улыбке.

— …мой брат в любом случае решит, что у нас с тобой что-то есть, так что переубеждать его нет смысла. Твоя задача подслушивать все разговоры, которые будут в доме. Моей семьи, доктора, слуг. Вообще все. Между моими покоями и покоями моего брата есть тайная комната, так у тебя будет шанс услышать больше. Я пробовал подслушивать, но каждый раз Виоленна и Фрозес замолкали, стоило мне появиться в том помещении.

— Они знают о нем?

— Не думаю. Покои всегда были моими, с самого рождения, и Фрозес в них никогда не заходил, и сомневаюсь, что интересовался планом замка.

— Ты можешь быть уверен во мне, — Рита легонько пожала руку Вэйтера. — Если эти двое что-то скрывают, то я непременно выясню, что именно. По срокам сориентировать не смогу, сам понимаешь.

— Понимаю. Я хорошо заплачу, не волнуйся.

— О, я и не волнуюсь на этот счет, — девушка рассмеялась мелодичным журчанием ручейка. — Мои расценки ты знаешь.

— Знаю.

— В таком случае, я придумаю себе легенду и приеду завтра утром. Приготовь для меня форму и комнату.

— Тебя устроит жить в крыле прислуги?

— Разумеется, я ведь буду служанкой. Не стоит давать лишних поводов твоей дорогой семье сомневаться во мне.

Рита и Вэйтер тепло обнялись на прощание, и я, чувствуя, как слабеют колени от внезапно нахлынувшего на меня раздражения, поспешила на улицу вперед мужчины. Я, конечно, дружелюбно попрощалась с сыщицей, но что-то в ней стало отталкивать меня. Ее излишне роскошная внешность, или то, как она смотрела на военачальника…

— Нам повезло, что Маргарет оказалась свободна, правда? — с улыбкой спросил Вэйтер, когда дверь за нами закрылась.

— Маргарет?

— Это ее имя, но друзья зовут ее просто Рита. Она всем вам представится этим именем, но не волнуйся, никто не знает Маргарет Эттвор в лицо, так что тайна не будет раскрыта.

— Мне кажется, она слишком молода для того, чтобы быть супер-сыщиком. Вы уверены в ней? Может, стоить нанять кого-то более опытного?

— Ася, я знаю Риту много лет, а если ты читаешь утренние газеты, то могла видеть ее имя во всех новостных колонках. Маргарет Эттвор - самый профессиональный сыщик из всех, кого знавало это королевство. Ее отец, дед и прадеды были не менее хорошими специалистами, так что профессионализм у нее в крови.

— Тогда хорошо, — кивнула я, с легкой неприязнью оглядываясь на дом.

Эби будет в бешенстве, когда увидит Риту!