Глава 11

Первым заговорил Драмиэль.

– Брат… – начал хриплым, чуть встревоженным голосом.

Ротберг остановил его жестом.

– Она не знает? – спросил, не отрывая от меня внимательных глаз.

– Не знаю чего? – мне вдруг стало жутко.

– Ты ей не сказал, – сам себе ответил Ротберг.

Я повернулась к Драмиэлю. Тот сидел, сжав челюсти с такой силой, что на лице выступили желваки.

– Это опасное знание, – проговорил он с явным усилием. – Ей не стоит…

– А может, наоборот? – впервые за все это время на лице Ротберга отразились эмоции. – Может, как раз ей нужно знать. Это ведь ее наследие, как я понимаю. Если она, конечно, и правда потомок королевской семьи.

Теперь они смотрели друг на друга как соперники. Или враги. Драмиэль что-то хотел скрыть от меня и взглядом умолял брата молчать. А тот раздумывал, что делать дальше.

В воздухе сгущалось напряжение.

– Да о чем вы?! – не выдержала я и привстала. – Хватит тайн! Признавайтесь, что вы скрываете?!

– Здесь невозможно создать полог тишины, – в голосе Драмиэля мелькнула мольба.

– Он все равно все узнает, – пожал плечами Ротберг. – К тому же как раз для него это давно не секрет.

Оба сосредоточили внимание на мне. Я в тревожном ожидании переводила взгляд с одного на другого.

– Сядь, – сказал Ротберг.

– Я постою.

– Нет, тебе лучше сесть. Поверь.

Драмиэль кивнул, показывая, что мне стоит послушаться.

Я подчинилась с нервно бьющимся сердцем.

– Место, на котором стоит Академия… – начал отец. – Тебе известно, почему ее построили именно там, так далеко от столицы?

– Ну… Об этом нам рассказывали на занятиях. Там центр сплетения многих магических линий. Место силы.

– Верно. А еще на том месте пять тысяч лет назад стоял королевский дворец черных фениксов. Это место веками было центром Даргемии.

Да, хорошо, что меня заставили сесть. Иначе я бы упала.

Новость ошеломила меня? Мягко сказано! Возникло чувство, что меня огрели по голове чем-то тяжелым и пыльным. Мысли вмиг затуманились, перед глазами все поплыло. Воздух стал тяжелым и плотным. Я хватала его открытым ртом – и никак не могла надышаться. А кровь в висках шумела и билась так, будто хотела прорвать оболочку сосудов и хлынуть наружу!

– Таша, – ко мне подскочил Драмиэль, – вот, выпей воды, ты вся серая.

– Нет, – прохрипела я, отталкивая стакан. – Подождите. Так, значит, поэтому медальон отправил меня в Академию? Дело вовсе не в учебе! Портал был настроен на дворец фениксов!

Теперь многое стало понятно. Картина сложилась.

Со стоном я закрыла лицо руками.

Итак, на Земле нет магии. Поэтому мой отец-дракон не почувствовал феникса в моей маме. Он и своего дракона-то там не чувствовал. Но именно благодаря отсутствию магии на свет появилась я.

Это первое.

Второе – кто-то все-таки знал, что моя мама феникс! Кто-то, возможно, следил за ней с самого рождения и знал ее родителей. А может, он даже сам отнес ее в детский дом? Ох, а если этот неизвестный мой дедушка или бабушка? Или их там, как предположил Драмиэль, целая диаспора? Возможно, мы этого никогда не узнаем.

И третье. Я здесь не одна. Второй феникс наверняка появился в Академии по той же причине. Личный портал перебросил его “во дворец”. Но когда именно это случилось? Одновременно со мной? Вряд ли. Новых преподавателей в том году не было, а среди первокурсников только я отличалась странностями.

Значит, он пришел раньше. И к тому же старше меня. Я ведь слышала его голос…

– Похоже, все так и есть, – прервал Ротберг карусель моих мыслей. – И, уверен, наш король это сразу понял. Едва мой недотепа-брат сообщил о тебе, как в голове Ортреда уже возник план. Поэтому тебе разрешили остаться и учиться. Поэтому король признал наше родство. И поэтому ты сейчас здесь.

“И поэтому он дал мне подержать то кольцо, – пронеслось в голове. – Это была проверка”.

Да, проверка. Хорошо, что у меня хватило выдержки отдать артефакт и глазом не моргнуть. Неизвестно, как поступил бы король, пойми он, что я могу открыть тот портал хоть сейчас.

Я посмотрела на обоих мужчин.

– Осталось решить, что делать дальше.

– Как что? – удивился Ротберг. – Пока продолжай спокойно учиться. Драмиэль тебе в этом поможет. А насчет артефакта скажете королю, что я скорее умру, чем выдам секрет. Это заставит его сосредоточиться на тебе и твоем обучении.

Он протянул руку к вазе и взял яблоко.

– Дело не только в артефакте, – осторожно вставил его брат. – У нас есть проблема посерьезнее. Таша – истинная пара принца Айзена. Наследника трона.

Яблоко упало из рук Ротберга. Глухо стукнуло по столу и отпрыгнуло на пол. Подкатилось к моим ногам.

Ротберг цветисто выругался.

– Ты – истинная принца? – он уставился на меня так, будто видел впервые.

– Да, – кивнула я.

Повисла пауза. Ротберг то и дело дергал бровями.

– И чего вы хотите от меня?

– Чтобы ты помог своей дочери, – сказал Драмиэль.

– Все это, конечно, очень интересно. Но, я так понимаю, король против ваших отношений? – испытующий взгляд Ротберга остановился на мне.

Я кивнула.

– Тогда я тоже против, – продолжил он. – Как дракон и как подданный Ленорманна. Фениксы – темная раса. Невеста наследника – будущая королева Ленорманна. А Ленорманном не могут править темные. Это исключено!

Его слова звучали жестко и хлестко. От них мне стало больно.

– Я еще и дракон, – прошептала, борясь с подступившими к горлу слезами.

– Это ничего не меняет. Твой дракон очень слаб, раз ты пришла искать моей помощи. И всегда будет слабым.

Он поднялся с места, резко отодвинув стул. Тот издал противный протяжный скрип, проехав ножками по каменному полу.

– Но именно поэтому мы и прибыли, – попытался остановить его Драмиэль. – Нужно усилить ее драконицу. Ты как отец можешь это сделать!

– Не могу, – он мотнул головой. – Забыл, что здесь не работает магия?

– Магия в крови! Если мы перельем Натали твою кровь, то, возможно, за границами острова магия пробудится…

– Вот именно, возможно, – оборвал Ротберг.

– Пожалуйста, брат. Она же твоя дочь.

– Я не чувствую, что она моя дочь. Прости.

Не выдержав всего этого, я вскочила.

– Ты куда?

– Мне лучше выйти, – пробормотала, направляясь к дверям. – А вы пообщайтесь тут без меня. Думаю, что вам есть о чем.

– Натали, останься, – позвал Драмиэль.

Но я уже была возле выхода. Пролетела мимо удивленного слуги и выскочила за двери.

В горле стоял комок. Неужели все зря? У меня было столько надежд на эту встречу, а оказывается, я не больно-то и нужна своему отцу. Знай он, что моя мама феникс, то и близко бы к ней не подошел.

– Ротберг! – раздалось из-за дверей.

Потом донеслись шаги. Они быстро приближались.

Да, слышимость здесь феноменальная. Ни одно слово, сказанное в этом доме, не останется тайной.

Дверь открылась. По спине мазнул холодок.

– Наталья, – произнес Ротберг, останавливаясь позади меня. – Постой. Я не хотел быть грубым. Но тебе лучше забыть про принца. Так будет лучше для… всех.

Я сжала кулаки и повернулась.

– Для кого “всех”?

– Для всего Ленорманна. Если твоя тайна станет известна драконам, даже король не сможет тебя защитить, понимаешь? Он просто не захочет рисковать своим положением. Не забывай, как однажды главы кланов выбрали род Ленорманн для правления нами, так могут и снять!

– Но ведь я тоже могу стать драконом! Просто помогите мне. Дайте шанс.

Вместо ответа Ротберг прошелся по мне сканирующим взглядом. Изучил с головы до ног.

– Здесь опасно, – сказал таким тоном, что мне стало не по себе. – Я прикажу дворецкому отвести тебя в комнату. Там ты сможешь нас подождать.

Затем щелкнул пальцами. На пороге появился уже знакомый мне Конрад. Ротберг отдал короткий приказ, и тот поклонился.

– Леди, ступайте за мной, – услышала я.

Посмотрела в последний раз на отца и пошла за слугой. Но пока мы не скрылись из виду, мой затылок сверлил пристальный взгляд Ротберга. Казалось, он что-то задумал.

***

Я стояла на балконе, в комнате, куда меня привел Конрад, и смотрела вниз, на волны, бьющиеся о скалы. Морской воздух проникал в ноздри, он нес свежесть и запах свободы. Но легче от этого не становилось.

Хмурые мысли не желали меня покидать. Пальцы нервно мяли края рукавов.

Да, не такой встречи с отцом я ожидала. Не такого холодного безразличия.

Неужели Ротберга совершенно не тронуло, что у него есть дочь? И что женщина, которую он любил, умерла.

А любил ли…

Я тяжело вздохнула.

Пора посмотреть правде в глаза. Мы с ним абсолютно чужие люди. Или драконы. И ничего друг другу не должны. Ни он мне, ни я ему.

Он, может, вообще не рад нежданной наследнице. Особенно фениксу.

От этих мыслей на душе становилось все хуже и хуже. Никогда прежде меня так не ранило чужое равнодушие. Сейчас я чувствовала себя ребенком, которого поманили конфетой, а в яркой обертке оказался обычный камень.

Обидно до слез.

За спиной распахнулась балконная дверь.

– Как ты? – спросил, входя, Драмиэль.

Я оторвалась от созерцания моря и повернула голову в его сторону.

– Бывало и хуже.

– М-да уж, тяжелый вышел разговор, – вздохнул он, отмечая мое погрустневшее лицо.

– Зря мы приехали. Только время потеряли.

– Жалеешь?

– Да.

– Понимаю, – Драмиэль подошел ко мне и встал рядом. – Мой брат изменился. Раньше он таким не был.

– Я думала, он любил мою маму. Думала, оставил ее, чтобы спасти. А оказывается, чтобы спастись самому…

– По крайней мере, теперь ты знаешь правду.

– Только что толку? Мою проблему это никак не решает.

– Не спеши. Сегодня он впервые узнал о твоем существовании. Вы хоть и родственники, но пока чужие друг другу. Просто дай ему время.

– У меня его нет. К тому же он ничем и никак не показал, что хочет узнать меня ближе.

– Это все остров. Он лишает нас не только магических сил, но со временем и эмоций. А мой брат здесь уже долгие годы. Боюсь, он совсем разучился радоваться и сопереживать. То, что ты видела, это не он. Это то, что от него осталось. Мы тут с тобой всего пару часов, а я уже своего дракона не чувствую, и ощущения притупились.

Драмиэль поправил ворот рубашки.

– Со мной все в порядке, – хмуро ответила я. – Но вы правы, я совсем не чувствую драконицу. И ваших с Ротбергом драконов тоже не ощущаю.

– А родственную связь?

Я покачала головой.

– Вот видишь, – обрадовался Драмиэль. – Все дело в острове. Проведя здесь десятки лет, Ротберг просто не в состоянии испытывать чувства.

– Десятки?

– Да, его заточили еще при Викорте. А если ты помнишь, Ортред правит уже восемьдесят лет.

Я быстро сопоставила в уме новые данные. И раньше было подозрение, что время в наших мирах течет не параллельно. А теперь слова Драмиэля окончательно меня в этом убедили.

Значит, пять тысяч лет, пролетевшие здесь после разгрома Даргемии, могут оказаться в четыре раза меньшим сроком на Земле. А тот Анорис Тервор – первый владелец моего медальона, мог попасть в наш восьмой век…

– Вам нужно еще раз поговорить. Познакомиться ближе, – Драмиэль прервал мои мысли.

– Думаете, это что-то изменит?

– Не попробуешь – не узнаешь.

– А что он вам сказал, когда я ушла?

– Ну… мы поругались, – дядя смущенно отвел взгляд. – Точнее, ругался я, а он просто молча слушал.

Я понимающе хмыкнула.

– Мне тоже пойти с ним поругаться?

– Хотя бы попытайся поговорить. Через час будет прилив, это лучшее время, чтобы убраться отсюда. Кто знает, когда вы увидитесь еще раз, и увидитесь ли вообще.

Он был прав. Второго шанса король может не дать. А у меня в душе столько всего накопилось, что просто необходимо высказаться. Пусть Ротберг ничего не почувствует от моих слов, ни радости, ни печали, зато мне станет легче.

– Иди, – сказал Драмиэль, развеивая последние сомнения. – Иначе потом пожалеешь, что не пошла.

– Ладно…

Я сделала глубокий вдох, словно хотела унести с собой морской воздух, и покинула балкон.

За дверью комнаты ждал слуга. На мою просьбу отвести к хозяину он кивнул и направился вглубь дома. Я – за ним. Шла и думала, о чем буду говорить. Подбирала слова, искала проникновенные фразы…

Но все казалось пустым и нелепым. Как достучаться до человека, который не в состоянии ощутить твою боль?

Перед тяжелой, украшенной резьбой дверью мой провожатый остановился. Стукнул три раза и отступил.

– Я занят, – раздался резкий ответ.

Ну уж нет, не сегодня.

Я молча толкнула дверь и вошла.

– Я же сказал… – начал Ротберг.

Он сидел в массивном кресле и смотрел в окно. Но при моем появлении повернул голову и замолчал.

– Мы скоро отплываем, – сказала я.

– Знаю, – кратко ответил он.

Его глаза внимательно следили за мной.

– Не знаю, когда мы увидимся в следующий раз… – продолжила я.

– Это неважно, – оборвал он. – Не стоит себя утруждать.

Его нежелание вступать в диалог заставило меня растеряться.

– Но я же хочу с вами познакомиться. Почему вы так упорно отталкиваете меня?

– Потому что я тебе не нужен. Ты прибыла, потому что тебе нужна моя кровь. Если бы не это, я, возможно, до конца жизни не узнал бы, что у меня есть дочь.

Ротберг говорил равнодушным, немного усталым тоном. Но мое сердце заколотилось быстрее, дыхание сбилось.

Неужели его это задело? Неужели он еще способен что-то почувствовать?

Я боялась обмануться, но надежда уже вспыхнула в моей душе, словно факел.

– Все не так! – воскликнула я со всей горячностью, на которую только была способна. – Мне нужен отец! Если бы не был нужен, я бы не стала отвергать предложение Айзена и прошла с ним обряд Единения!

– Что? – Ротберг привстал. – Что ты сказала?

– Я отказала принцу! Король посчитал это знаком покорности и даровал мне свидание с вами.

– Вот оно как… Да, Драмиэль что-то сказал об этом, – пробормотал он, возвращаясь в кресло. – Я не поверил. Ни одна девушка, тем более истинная суженая, не откажется от такого предложения. К тому же это могло пробудить твою драконицу. Ты сглупила.

– Пусть так. Но я решила встретиться с вами и заручиться вашей поддержкой.

– Испугалась, что король лишит его трона? – губы отца скривились в понимающей усмешке.

– Да плевать мне на трон! Я люблю его не за это!

– А что же тогда? Почему отказала?

– Потому что тогда пострадали бы мои близкие! И вы тоже! – выкрикнула я и испуганно захлопнула рот.

Но слова уже вырвались. А с ними и все мои мысли.

Я не одну ночь над этим думала. Ведь и в самом деле, легче всего было согласиться на предложение принца и пройти с ним обряд. Я бы стала драконицей, он бы лишился титула наследника, и мы вдвоем уехали бы куда-нибудь подальше от столицы и Ортреда. Туда, где нам бы никто не мешал жить простой маленькой жизнью.

Только король не оставил бы это без наказания. Он прямо это сказал. Я видела его глаза в тот момент и понимала, что он не блефует. Он будет мстить. Методично и очень жестоко, пока мы с Айзеном оба не пожалеем, что родились на свет.

И я смалодушничала. Оказалась не готова рискнуть своей жизнью и чужими жизнями ради любви.

Поэтому Айзен обиделся.

Все это за миг пронеслось в голове, пока Ротберг молчал и изучал меня взглядом.

– Понятно, – произнес он странным тоном. – Ты еще и трусиха. Нет, тебе никогда не стать полноценным драконом. Мне стыдно, что в тебе течет моя кровь.

Я онемела. Было чувство, будто меня макнули лицом в чан с помоями.

А Ротберг спокойно встал и прошел мимо меня. Грубо задел плечом, отталкивая с дороги, хотя мог обойти. Я покачнулась, не удержав равновесие, а когда оглянулась, отца уже не было.

За распахнутой дверью стоял все тот же слуга и бросал на меня нетерпеливые взгляды.