Глава 26

Он точно спятил!

– Нет, я в своем уме, – ухмыльнулся Сильхард, будто прочитав мои мысли. – Ты же его истинная пара, значит, легко ударишь в самое слабое место. Потом избавимся от Эльсанира, и драконы будут ввергнуты в войну за трон Ленорманна. Но даже если откажешься, это уже ничего не изменит. Ты же феникс. Знаешь, что будет, когда я высосу тебя до конца?

Я уже не могла шевелиться, поэтому просто показала глазами: “Что?”

– Сработает наш инстинкт выживания. Ты начнешь тянуть силу из своего благоверного и поверь, расстояние здесь не помеха. Так уж мы, фениксы, устроены, выживание прежде всего.

Так вот каков его план! Убить Айзена моими руками!

Холод стал на порядок сильнее. Я чувствовала себя так, будто лежу в глыбе льда, присыпанная льдом. Веки отяжелели, держать их открытыми становилось все труднее. Появилось желание сдаться.

Какая разница, что будет потом?

Мне не победить Сильхарда. Он хорошо подготовился и все просчитал. Сначала устроил так, чтобы мы с Айзеном оказались в одном приграничье, потом натравил на нас дроу, а после них – вампиров.

Он хотел использовать меня, чтобы навредить Айзену. Не важно, соглашусь я принять его сторону или нет, результат будет один. Однако…

Однако он, похоже, не знает, что феникса во мне больше нет…

– Ты была чудесной ширмой, даже жаль с тобой расставаться, – он продолжал откровенничать, явно наслаждаясь моим беспомощным видом. – Никто не заподозрил Бурджа Паркатиса в гибели студенток. Все улики указывали на тебя. Надо признать, был момент, когда я испугался, что мою личность раскроют. Но удача осталась на моей стороне. Я сумел подчистить память Алисии и подставить эту истеричку Бастерс. Знаешь, она мне никогда не нравилась. Думаю, тебе тоже.

Я смотрела на него, а в голове потихоньку складывалась картинка.

Сильхард с самого начала знал обо мне! Возможно, и то письмо он подкинул. Ведь у него должен быть точно такой же медальон, как у меня, с одноразовым порталом. Но ему ничто не мешало использовать свои силы мага Крови и мага Созерцания, чтобы изменить настройки и вернуться на Землю столько раз, сколько потребуется.

А еще я поняла, что в мире драконов он намного дольше меня. Так долго, что сумел объединить вампиров и дроу и стать своим в Академии.

Он замолчал. Мне бы заболтать его, заговорить, но я не могла издать даже звука. Стало ясно, что это конец.

Нет, не сейчас! Я еще не готова! Я должна найти выход!

Мои веки закрылись. Навалились темнота и тишина.

“Кирранион…” – в угасающем сознании вспыхнуло незнакомое имя.

Вспышка была короткой, но я инстинктивно за нее ухватилась. Потому что чужое имя несло в себе силу, тепло и уверенность.

Нет, не чужое.

Перед внутренним взором вырос дракон. Дракон Айзена!

Так вот, как его зовут. Кирранион.

Откуда мне это известно?

Наверное, все дело в истинной связи и в том, что я оказалась в пограничном состоянии между жизнью и смертью.

“Ламаррис! – по краю сознания яркой вспышкой промчался далекий зов. – Ламаррис!”

Меня звал не Айзен, а его дракон. И вообще звал не меня, а мою драконицу.

Я была обессиленной и беспомощной, не могла даже разлепить ресницы, чтобы посмотреть, что происходит вокруг. А вот она встрепенулась. Внутри вспыхнул жар.

Сначала это была крошечная искорка. Но уже секунду спустя пламя заструилось по венам, выжигая смертельный холод. Айзен делился со мной своей силой, как и планировал Сильхард.

Но в одном он просчитался. Я больше не феникс!

Осознание этого влетело в мой разум вместе с огненным вихрем, смело все барьеры и заставило открыть глаза.

Сильхард по-прежнему сидел надо мной, но смотрел в сторону, будто прислушивался к чему-то. Это был шанс!

“Давай!” – шепнула я, обращаясь к своей истинной сути.

Та ответила тихим смешком.

А мгновение после мое тело окутал свет.

Он вспыхнул так внезапно, что Сильхард на секунду опешил. Я успела толкнуть его в грудь, вложив все силы в этот толчок, и вскочить на ноги.

Связь между нами оказалась разорванной.

– Нет! – зарычал Сильхард, бросаясь за мной.

Но мое тело уже начало изменяться. Я ощутила, как становлюсь сильнее и больше. Как отступают холод и страх.

Крылья распахнулись, подняв сильный ветер. Стоящие рядом деревья согнулись, трава и вовсе легла.

Послышался треск.

– Думаешь, это тебе поможет? – ярость в тоне Сильхарда стала сильнее. – Ты только продлишь агонию!

Я не собиралась ни смотреть на него, ни отвечать. Просто рванула прочь так быстро, как только могла.

И врезалась в черный туман.

Магия Разрушения моментально окутала меня. Она была вязкой и липкой, как смола. А еще причиняла острую боль там, где коснулась моей чешуи. Было чувство, что я прыгнула в чан с кислотой.

Я замолотила лапами и крыльями, забила хвостом, надеясь вырваться из плена. Стала барахтаться, как муха в паутине, но лишь сильнее запутывалась.

Пока на помощь вновь не пришли инстинкты.

Внутри меня зародилось пламя. Сконцентрировалось в районе живота, промчалось по горлу и вырвалось наружу. Оно обрушилось мощной лавиной на стену, и тьма слегка рассеялась.

Я бросилась сквозь нее.

Мой огонь – мое оружие против силы феникса! Я же дракон. Я могу с ним сражаться!

В идеале да, но я не боец. Так что использую свое преимущество, чтобы сбежать и добраться до Айзена. Только он может защитить меня. Только с ним и к нему.

“Кирранион!” – послала я мысленный зов.

“Ламаррис!” – пришел ответ.

– Не так быстро! – раздался зловещий клекот.

И на меня опустилась огромная лапа. Острые когти впились в чешую и заскользили по ней.

Меня вновь окутал черный дым Разрушения.

– Пусти! – зарычала я, вырываясь.

Но это не помогло. Огромный феникс крепче сжал свои когти.

– Какая ты глупая! Неужели так и не поняла, что фениксы сильнее драконов? – гортанно рассмеялся Сильхард и потащил меня по земле.

Я цеплялась за кочки, кусты и деревья. Пыталась бить его крыльями, но все было зря. Он хорошо изучил слабые стороны драконов и их слепые зоны. Я не могла его даже достать!

Так, Таша, стоп! Ты же сама была фениксом. Значит, знаешь, их слабые стороны. Давай, вспоминай! Ну хоть что-то!

Человеческий разум лихорадочно метался в поисках ответов, пока драконье тело волокли по земле.

Но, похоже, у фениксов слабостей нет. Тем более у того, кто обладает тремя запретными силами: магией Крови, магией Разрушения и магией Созерцания. Драконы никогда не победили бы моих предков, если бы не предательство принца Гардерия!

Стоило вспомнить об этом, как я ощутила нечто внутри себя. Слабый отголосок чего-то знакомого. Такого родного и маленького. Это был мой феникс. Она все же выжила?

“Нельзя! – пронеслись в голове ее мысли. Или это были мои? – Род предателя не должен наследовать трон!”

“Так давай же, помоги мне!” – мысленно взвыла я.

Когти Сильхарда пробили мою чешую. Я зарычала от боли.

Давай же, маленькая, очнись. Ты же мой феникс. Ты мне очень нужна! Если мы проиграем Сильхарду – это будет конец.

– Ты могла быть со мной. Могла стать моей королевой. А теперь умрешь здесь, недодраконица, – выплюнул Сильхард с нечеловеческой злобой.

Он швырнул меня в сторону.

Я упала на спину. Сверху спикировал черный феникс. Он был не больше моей драконицы, но намного опаснее и сильнее. С его черных крыльев плотным туманом струилась магия Разрушения.

Мне удалось увернуться. Это непросто, когда ты огромное неповоротливое существо. Еще и крылья мешают.

Феникс вновь атаковал меня. На этот раз ударил обеими лапами. Его когти пробили мне грудь.

Внезапно в круглых птичьих глазах что-то мелькнуло.

Удивление? Страх?

Я не поняла. Потому что Сильхарда откинуло от меня. А я ощутила, как снова меняюсь.

***

Говорят, в миг смертельной опасности в человеке просыпается второе дыхание. В такие моменты он способен на поступки, которые не совершил бы, не окажись на краю гибели.

Но я за последние несколько часов столько раз умирала, что смерть уже стала привычкой!

Сама мысль об этом вызвала во мне гнев. К гневу примешалась ярость, затем внутри вспыхнул огонь и вырвался из меня черным гейзером.

Именно этот гейзер из черной магии откинул Сильхарда. А мое тело уменьшилось, передние лапы превратились в крылья и покрылись перьями. Теперь я стояла на задних ногах, яростно щелкая зубастой пастью и хлеща по земле длинным драконьим хвостом с булавой на конце.

Что? Я виверна?!

Понимание пришло очень быстро: фениксу не хватило сил воплотиться. Поэтому я сейчас не дракон и не феникс, а вот такое непонятное существо, соединившее в себе признаки обеих сущностей.

Но вместе с ними во мне смешались и обе магии – темная и светлая. А это взрывной коктейль!

Чудовищная противоестественная смесь прокатилась по телу, поднимая и перья, и чешую. Раздался оглушительный взрыв. От меня во все стороны хлынула звуковая волна, сметая дерн, выворачивая с корнем деревья и поднимая в воздух тучи камней.

Когда воздух немного очистился, я разглядела фигуру Сильхарда.

Принц фениксов стоял напротив меня. Одна его лапа была повреждена, с крыльев сыпались перья. Но в целом он выглядел сносно.

Я же еле держалась на ногах. Меня шатало, перед глазами все плыло. Слишком много энергии и сил забрал выброс магии.

– Думаешь, это может меня убить? Ты… – прошипел Сильхард, плюясь слюной. – Выродок. Полукровка. Таким, как ты, не жить в этом мире!

Он вновь кинулся на меня. Я отшатнулась, не успевая уйти из-под удара, сделала шаг назад и просто упала. Хрустнули крылья. Подняться или перекатиться уже не было сил.

А феникс бросился на меня. На этот раз это действительно был конец. Я проиграла…

Внезапно раздалось рычание. Пламя со свистом прорезало воздух, и огромный дракон спикировал прямо на черного феникса.

Он схватил его зубами, оторвал от меня и унесся с ним в небо.

Кирранион! Это был он.

Миг – и рядом со мной свалилась истерзанная пернатая туша. На нее налетел дракон, и они покатились по земле, уничтожая остатки леса.

Я хотела встать, но лапы не слушались. Сломанные крылья болели. Попыталась вернуться в человеческий облик, но не смогла его вызвать. Слишком устала.

Веки сомкнулись сами собой…

Рядом раздавались звуки боя. Клекот феникса, рычание дракона, удары. Когда мне удавалось набраться сил и хоть чуть-чуть приоткрыть глаза, я видела черный дым и кровь, фонтаном бьющую в небо.

Чья это кровь – выяснять не хотелось.

Наконец все затихло.

Я содрогнулась от ужаса. Тишина пугала больше, чем крики и хруст костей.

– Айзен? – с трудом прошептала имя любимого.

Из пасти виверны вырвался тихий горловой рык.

В ответ прозвучало молчание.

По телу промчался страх. Неужели с ним что-то случилось?

Я снова позвала:

– Айзен!

Рядом со мной тяжело опустилась драконья лапа. Затем перед затуманенным взглядом прорисовалась исполосованная когтями жуткая морда.

Глаза Кирраниона пылали огнем. Он был весь в крови, а из пасти торчали черные перья. Шея дракона напряглась, затем он сплюнул на землю остатки огромной птицы.

– Все, – пыхнул мне в лицо. – Он больше не опасен.

Я перевернулась на живот и попыталась собрать лапы в кучу. Потом поднялась, чтобы увидеть, как тело птицы превращается в человека. Мой взгляд прикипел к его шее. Глаз Пустоты был там, но больше не пульсировал. Это означало, что скрывать ему нечего – магических сил у носителя не осталось.

– Это надо забрать, – пробормотала я и подтащила тело с Сильхарду, опираясь, смешно сказать, на собственные локти.

– Что это? – дракон тоже заметил артефакт.

– То, что не должно попасть в чужие руки. Надо передать эту вещь Драмиэлю, он придумает, как ее спрятать.

Кирранион молча отступил, показывая, что доверяет моему решению.

Я протянула когтистую лапу-крыло и сорвала с шеи родственника Глаз Пустоты.

Сильх судорожно вдохнул.

– Смотри! – крикнула Кирраниону. – Он еще жив!

– Это ненадолго, – рыкнул дракон.

Он занес лапу над телом Сильхарда. Теперь принц Даргемии был в своем настоящем обличии – прекрасного брюнета с точеными чертами лица.

– Подожди! – спохватилась я. – Не убивай его!

– Почему? – прорычал дракон.

– Он должен ответить за свои преступления. И очистить мое имя перед твоим отцом!

Последнее волновало меня больше всего.

Кирранион пропыхтел что-то нечленораздельное, затем склонился к лежащему человеку и с легкостью подхватил его, удерживая в пасти.

Я положила артефакт в рот. К сожалению, карманов у виверны не было. Поднялась на лапы и с удивлением обнаружила, что их снова… четыре!

Упс… как же так? Когда я успела перейти в форму драконицы?

Неужели во мне целых три ипостаси? Тогда я даже не полукровка, а трехкровка какая-то. Непонятное существо.

От удивления даже головой покачала, сшибла чудом уцелевший кустик и поковыляла за Айзеном, то есть за Кирранионом.

“Спасибо”, – прилетело по мысленной связи.

“За что?” – нахмурилась я.

“За то, что развеяла стену Разрушения. Если бы не ты, я бы не смог прорваться внутрь кокона, который феникс создал вокруг вас”.

“А… ты про ту стену… – рассеянно кивнула, спеша за Кирранионом. – Но я ничего не сделала. Это ты меня спас”.

“Вовсе нет. Ты сама себя спасла, Ламаррис. Я услышал твой зов и пришел, но не мог войти, пока ты не развеяла темную магию”.

Я немного помолчала. Потом все же призналась:

“Это не я. Не Ламаррис. Это сделал мой феникс. Кажется, он отдал все силы…”

Договаривать не стала. Не смогла. А Кирранион не стал уточнять. Будто понял, что мне нужно осознать это самой.

Дальше мы пробирались в тишине, нарушаемой лишь хрустом веток под нашими лапами и тяжелым драконьим дыханием.

Кирранион был изранен, его крылья висели клочьями, поэтому он не мог подняться в небо. А я без него даже не рискнула бы оторваться от земли.

Так что ковыляла за ним, помогая себе крыльями, которые чудесным образом восстановились при смене ипостаси. И размышляла о том, что случилось.

Мы ошиблись.

Во мне не три ипостаси и даже не две. Одновременно я могу быть только кем-то одним – человеком, фениксом или драконом. Но когда не хватает сил для полноценного оборота, тогда появляется виверна.

Это не отдельная особь, а переходная стадия между фениксом и драконом. То пограничное состояние, когда мое тело не может принять чистую темную или светлую магию. Тогда две разнополярные силы смешиваются в чудовищный вихрь, и на свет появляется чудо – не дракон и не феникс.

Полукровка. Смесок. Вот что я такое. И вот почему их никогда не любили. Просто боялись.

Я так глубоко задумалась, что не заметила, как впереди показалась деревня. Очнулась, только когда нам навстречу бросилось несколько человек. Это были пограничные маги.

Подбежав, они склонили головы перед Кирранионом. Тот сплюнул тело Сильхарда на землю, засветился и стал человеком. Причем вид его абсолютно новой, не потрепанной формы, свежего лица и идеально уложенных волос вызвал во мне приступ жгучей зависти.

– Теперь ты, – сказал он, ласково мне улыбнувшись.

Положил руку на мою шею и провел, будто лаская.

Мне захотелось податься ближе, чтобы контакт стал более тесным. Потому что в этом маленьком двуногом теле я ощущала силу и мощь большого дракона. Но я осталась на месте. Зажмурилась, вызывая в памяти свой человеческий облик, тщательно вспомнила все детали: и новенькую форму, и начищенную до блеска бляху ремня, и заплетенные в косу волосы, и потайной карман, в котором надо спрятать Глаз Пустоты…

– Леди Саррах? – чей-то изумленный возглас подсказал, что трансформация завершилась успешно. – Так вы хрустальный дракон?!

Хрустальный? Ах да, моя чешуя ведь прозрачная, будто стеклянная.

Я посмотрела на говорившего. Его лицо мне было знакомо. Кажется, это тот самый мужчина, который забрал Айзена с полигона Академии.

Сам Айзен коротко меня похвалил:

– Молодец, – и тут же начал раздавать указания: – Закуйте этого типа в антимагические кандалы. Приставьте к нему охрану. Доррен, Эрден, отвечаете за него головой! Будьте предельно осторожны, это черный феникс.

С побледневшими лицами люди Айзена кинулись выполнять приказ. Подхватили Сильхарда и потащили его в ближайший уцелевший дом.

– Что с порталами? – принц продолжил выяснять обстановку.

– Они все закрылись, – сказал один из магов, отдав честь. – Нападавшие частично уничтожены, частично взяты в плен. Но у нас есть потери.

– Сколько?

– Семнадцать боевиков из нашего отряда и пара драконов. Попали под действие темной силы.

Речь шла о магии Разрушения. До этого защитники Оренволда с ней не сталкивались и потому не знали, как она смертоносна.

– А студенты? – спросила я. – Что с ними? Они спаслись?

Сердце замерло от накатившей тревоги.

– Этого мы не знаем, леди, – мужчина смущенно отвел глаза. – Связь с ними потеряна.

Я стиснула руки, чтобы никто не заметил, как они дрожат.

– Все хорошо, – Айзен обнял меня и прижал к себе. – Не думай о плохом. Наверняка они добрались до Исткирии.

– А если нет? – я с отчаянием глянула на него.

– Мы это выясним. Слышали? – он повернулся к наблюдавшим за нами боевикам. – Отправьте отряд по следам практикантов. Руддерхар, бери своего бойца, и летите в Исткирию. Ищите пропажу с неба. Со студентами был эльф Илинор Дарвизз, он должен вывести их к границе!

Потом Айзен коснулся губами моей макушки и прошептал:

– Я чувствую брата и других драконов, которые были с ним. По крайней мере, они живы и не ранены.

– А остальные?

Я не сомневалась, что драконы смогут себя защитить. Им же вампирская магия нипочем. Да и вообще, в любой момент могут отрастить крылья и улететь, чего не скажешь о других членах моего расчета.

– Миркула, – я не сдержалась и всхлипнула. – Она была со мной, когда магистр Паркатис… то есть феникс напал.

– Магистр Паркатис? – Айзен напрягся.

Он отодвинул меня от себя и заглянул в лицо.

– Таша, ты говоришь про Бурджа Паркатиса, заведующего кафедрой Травознавства?

Я молча кивнула.

– Так вот где он прятался… Идем, – принц взял меня за руку и потянул за собой, – расскажешь, что знаешь.