Глава 9 · Последствия допроса и способы лечения

Распрощавшись с мадам Клозеттой, в сопровождении «мальчика» Антония направилась наконец к своей машине.

– Вы не против, если я поведу? – вежливо поинтересовался мужчина из эскорт-услуг.

Первым порывом было отказаться и отпустить сопровождающего восвояси, но тут Антонию повело. Мужчина деликатно придержал ее, и, оценив собственное состояние, Антония вынуждена была поинтересоваться:

– Права и стаж вождения?

– Третья категория, пять лет.

Антония мысленно присвистнула. Неплохо для человека его профессии! Интересно, обучение оплатила фирма-работодатель или это была его собственная инициатива?

Получив разрешение и ключи, мужчина помог Антонии сесть в машину, мягко закрыл дверь и плавно тронулся с места. За бережное отношение к чужому имуществу Антония мысленно поставила «мальчику» плюс – он оказался первым, кто не хлопнул дверцей ее машины. Вел он тоже аккуратно и излишне осторожно, словно вез хрупкий сосуд с взрывоопасным топливом. В другой ситуации Антонию такой стиль вождения раздражал бы, но при столь любимых гонках и скачках по ухабам ее бы банально укачало, поэтому она терпела.

– Спасибо, милейший. Мне ваши услуги больше не нужны. Скажите, сколько я вам должна, и мой дворецкий вызовет вам кеб, – устало потирая виски, проговорила Антония, когда машина остановилась перед воротами поместья.

– Мадам Клозетта оплатила фирме время до утра, вознаграждение лично сотруднику – на усмотрение клиента, – приятным голосом произнес мужчина.

– И все же подскажите расценки. Как принято с вами расплачиваться? Я не обращалась еще… м-м-м… к вашему агентству.

– Ну, зависит от типа услуг. Сопровождение на рынок и помощь с покупками, расслабляющий или тонизирующий массаж, сопровождение на званый ужин, выступление партнером на уроках танцев и те услуги, о которых вы подумали, обычно оцениваются по-разному.

– Вы все это делаете? – удивилась Антония.

Как-то иначе она представляла работу эскорт-служб.

– Только элитные дома могут позволить себе обучить сотрудников полному спектру услуг. С нами ваша репутация не пострадает, мы обеспечиваем полную конфиденциальность. Наше учреждение – лишь филиал фирмы, основанной в столице, но все сотрудники проходят собеседование с магами и дают клятву молчания и ненанесения вреда и Пятый комплекс. Все нарушения расследуются магами, а порой и Читающими.

– Я сама Читающая, – рассеянно кивнула Антония.

Пятый комплекс означает магическую печать, которую обычно ставят служащим дворца и в домах богатых и влиятельных фамилий. Суть проста: не навреди нанимателю, не укради, не рассказывай хозяйских тайн, не ври, не предавай. Клятва серьезная, ее нарушение в зависимости от ситуации и условий контракта влечет разные последствия вплоть до мучительной смерти. Антония подозревала, что в данном случае все намного проще и нарушителя ждут просто неприятные ощущения и беседа с магом и нанимателем.

– Знаю, мадам обмолвилась, – ровно отозвался мужчина, разминая Антонии затылок.

Она и не заметила, как его руки оказались у нее на плечах и принялись умело массировать напряженные мышцы. Давящая тяжесть в висках ослабла.

– Если пожелаете, я постараюсь облегчить вашу боль, но для этого придется пройти внутрь. Горячая ванна, теплое вино с пряностями и массаж должны помочь.

– А откуда вы знаете про головную боль? – почти откинувшись на плечо мужчины и отдавшись воле его рук, вяло поинтересовалась Антония.

– Нас этому учат. Я проходил полугодовую практику в центральной больнице и отдельно обучался анатомии и массажу. Я хочу вам помочь.

Антония поверила ему. Она не чувствовала грязной зависти к ее деньгам и иных скользких эмоций. Доброжелательное любопытство, интерес к ней как к женщине, уважение как к профессионалу своего дела. Антония не считала себя выдающимся следователем, но переубеждать мужчину не стала. А потом решила: что ей терять? Мадам Клозетта этого «мальчика» ей практически подарила, так почему бы не принять такой подарок? Ей сейчас действительно плохо, а ухаживать мужчина умеет не хуже медсестры. И он ей еще ни разу не соврал, не польстил. Интересно, их при обучении предупреждают, что на Читающих лесть действует вовсе не как комплимент, а как ложка соли в чай?

– Хорошо, пойдем. Но только если ты сам уверен, что этого хочешь, – сдалась Антония, перейдя с парнем на «ты».

– Вы очень необычная клиентка, – улыбнулся мужчина, открывая перед ней дверцу машины.

Антония хмыкнула, почувствовав отклик дара. Теперь понятно, почему мужчина так рвется ей помочь. Он будет хвастаться перед коллегами, что сама Читающая его одобрила и приняла, и попросит прибавку у начальства. Возможно, за это даже повысят его категорию в агентстве. Хотя какая ей разница? Он ее не раздражает – уже неплохо.

Пока «мальчик» умело разминал ей шею и отвлекал разговорами, Олаф отпер ворота и с подозрением посмотрел на гостя. Поклонился Антонии, приветствуя, с удивлением принял от незнакомца ключи от хозяйской машины.

– Все дела и вопросы потом, Олаф. Сегодня был сложный день. До утра не беспокоить, у меня гость.

– Ужин?

От одной только мысли о еде Антонию замутило.

– Не нужно.

– Любезный, – подал голос «гость», – если возможно, через час пусть принесут леди охлажденные фрукты, сыр и большое количество минеральной воды. И можно уже сейчас подать свежие апельсиновые корки и зеленый чай.

– Ладно, – удивился просьбе Олаф.

Он бросил взгляд на Антонию и дождался подтверждающего кивка.

– А вам? – поинтересовался дворецкий у «гостя», уже догадываясь по его виду, что за птица залетела сегодня к хозяйке.

– Легкий ужин часа через два, если вас не затруднит, – вежливо улыбнулся парень.

Олаф кивнул и ушел предупредить домашних, чтобы не беспокоили хозяйку. Они и так старались не обращаться к ней без надобности, но мало ли кому что приспичит.

– Я не люблю зеленый чай, – тихо известила Антония, ведя парня к своим покоям.

– Пусть это будет лекарством. В ванной алкоголь пить не стоит – он быстро ударит в голову, а вам это сейчас не нужно.

Антония вздохнула, соглашаясь.

А уже через десять минут поняла, что не пожалеет о своем решении оставить «гостя». Мужчина деликатно и ненавязчиво помог ей раздеться, сделал ванну с расслабляющими маслами и массаж. Терпеливо напоил ее зеленым чаем и снес недовольное фырканье и колючие взгляды. Когда он наконец вывел Антонию из ванной, она чувствовала себя намного лучше и даже смогла немного перекусить фруктами. Тихий приятный голос, искреннее желание помочь и ненавязчивая забота. Антонии даже не пришлось пить снотворное и глотать горькое успокоительное, все лекарства заменил незнакомый мужчина из элитного дома эскорт-услуг. Оказывается, в такие моменты ей просто нужен кто-нибудь рядом, тот, кто не оценивает и не осуждает. Тепло человеческого тела и сочувствие помогли не хуже успокоительных пилюль.

Когда через два с половиной часа Олаф заглянул в гостиную при покоях Антонии, чтобы убрать посуду, он застал там заканчивающего ужин «мальчика».

– Как она? – поинтересовался дворецкий после короткой заминки.

Ну подумаешь, парень по вызову. По виду из элитных, ухоженный, вежливый, не дешевка с угла «улицы красных фонарей», которые и украсть, и придушить могут.

– Уснула, – тихо ответил «гость», покосившись на дверь. – Часто у нее такое?

– После серьезных допросов, – отозвался Олаф, не видя в этом тайны.

Да и печать клятвы молчала, значит опасности для хозяйки нет.

– Сочувствую.

– Ты сейчас домой или?.. – не зная, как вежливо закончить фразу, Олаф неопределенно махнул рукой.

Из-под рукава мелькнула татуировка клятвенника.

– Моя аренда оплачена до утра. Раз не выгнали, останусь.

– Сурово у вас, – хмыкнул Олаф.

– Тебе не легче пришлось, – хмыкнул в ответ «гость», и мужчины обменялись взглядами.

– Присмотришь за хозяйкой? – уходя, попросил Олаф.

– Насколько в моих силах, – пообещал «мальчик».

Он не спеша допил чай, прислушиваясь к шорохам за дверью, не проснется ли его клиентка, но все было тихо. Когда он вернулся в спальню, девушка со смешной короткой стрижкой спала, свернувшись калачиком и обняв угол одеяла. Гость разделся и тенью скользнул к ней в постель. Девушка сначала нахмурилась, недовольно повела плечом, но потом расслабилась и потянулась к теплу.

* * *

Утром Олаф по привычке заглянул в хозяйскую спальню. Убедившись, что все в порядке, собрался уйти, но «мальчик» спал очень чутко.

– Доброго утра! Через сколько ее разбудить? – шепотом поинтересовался мужчина, на плече которого доверчиво спала хозяйка.

– Ей вставать через час, но для этого начинать будить ее нужно уже сейчас, – хмыкнул дворецкий.

– Хорошо. Мы будем вовремя, – тихо ответил «гость», и Олаф ушел, решив на всякий случай все же проверить позже.

Звуки, доносившиеся из-за двери при повторном обходе, подтвердили, что хозяйка уже не спит и Олаф может заняться другими делами. Дворецкий подумал: быть может, всегда приглашать парней по вызову, чтобы будить хозяйку? Посмеявшись своим мыслям, он спустился на кухню проверить приготовления к завтраку и обсудить с поварихой список покупок на неделю.

* * *

Антония никогда еще не чувствовала себя после раннего подъема так легко. Она бодро приняла душ, шустро оделась, но когда спустилась вниз, «мальчика» и след простыл. Пожав плечами и порадовавшись, что додумалась заранее сунуть ему конверт с чаевыми, Антония с аппетитом накинулась на завтрак.

– Что у нас сегодня, Олаф? Мы вчера не успели поговорить, – между кашей с фруктами и булочкой с корицей поинтересовалась она у стоящего поодаль дворецкого.

– Нужно оплатить счета за дом. Я купил кристаллы про запас и заменил часть светящихся элементов в лампах в доме. Виттор просил удобрения, Йорка с матушкой собрались в город, – коротко отчитался Олаф.

Не то чтобы эти вопросы требовали внимания хозяйки, но она любила знать о делах домашних.

– Йорке из поместья не выходить, – обожгла дворецкого взглядом Антония. – В городе его могут подкараулить и проследить бывшие подельники. Пока что лучше ему сидеть здесь.

– Понял, – кивнул Олаф, предчувствуя, как расстроится мальчишка.

– Счета давай мне – зайду оплачу в обед, это этажом выше.

Дворецкий мысленно выдохнул – как ему не хотелось приближаться к этому зданию!

– Удобрения лучше отложить до следующего месяца, иначе мы не влезем в бюджет. Попроси Виттора заранее предупреждать, что ему понадобится, а лучше составьте вместе годовой план. Ни за что не поверю, что он не знал, что после пересадки нужно будет подкормить цветы. За продуктами съездишь сам. И купи Йорке новый альбом и конфеты в качестве премии. Он хорошо себя вел и старался в этом месяце.

Олаф кивнул. Если к альбому добавить от себя журнал с картинками и рогатку, быть может, мальчишка и не будет так уж сильно дуться, что его не взяли в город.

* * *

По пути на работу, поддавшись порыву, Антония зашла в кондитерскую. Взяла соленые крекеры себе и Вику, сырные палочки Шаттону, леденцы Лендеру и коробку столь любимого Калли печенья. Настроение было прекрасное, но ровно до того момента, как на выходе она столкнулась в дверях с непонятным типом.

Высокий, в темном костюме, он казался матерым псом, Антония на его фоне выглядела домашней болонкой. Чувство опасности обожгло изнутри, но девушка продолжала держать лицо и улыбаться. Едва не уронив пакеты, она отступила на полшага, ожидая, когда мужчина пропустит леди, как и положено всякому благородному человеку. Почему-то в его благородстве Антония не сомневалась. И, хотя сразу спрятала взгляд за вуалеткой, она успела отметить и резкие породистые черты лица, и уложенные сложным образом волосы, и идеально сидящий костюм из отличной ткани. Нос щекотал дорогой парфюм. Столичный выскочка, не иначе. Только отчего же тогда от него так хочется убежать и спрятаться в самый дальний угол?

Мужчина оказался не просто мужланом, а хамом – по-простому отодвинув Антонию, он прошел в кондитерскую. Антония аж задохнулась от такой наглости. Где это видано, чтобы с леди, да и просто со знатной горожанкой, так обращались? Однако чувство опасности не дало возмутиться, удержало от необдуманных действий.

Проглотив обиду, Антония бросила пакеты на заднюю скамью автомобиля, не заботясь об их содержимом, села на водительское место, громко хлопнула дверью и только тогда немного пришла в себя. Ну да, хам, но чего еще ждать от столичного выскочки? Мужлан и грубиян. Она и не таких видела в высшем свете. А вот машину жалко, эта механическая красавица ни при чем.

И тут к Антонии пришло понимание. Она не смогла прочитать этого типа, совсем! Всех работников и посетителей кондитерской и прохожих на улице она чувствовала, а мужчина словно не существовал для ее дара. Это было все равно что внезапно лишиться зрения и слуха и пугало так, что страх выбивал воздух из легких.

Поняв, что в таком состоянии вести машину невозможно, Антония откинулась на спинку сиденья и принялась делать ментальное упражнение, одно из тех, которым Читающих учат с детства. Нестерпимо хотелось вернуться в магазин и проверить, попытаться прощупать того типа всерьез, но этот порыв Антония задушила на корню. У нее нет прав и полномочий применять дар к простым людям, а почему в городе объявился тип, полностью от нее заэкранированный, не ее дело. Пока…

Может, предупредить Ирвина и попросить навести справки? Пожалуй, стоит.

Глубоко вздохнув и силой воли выбросив мысли о странной встрече из головы, Антония направила машину в сторону департамента.

* * *

Гостинцам коллеги обрадовались. Калли тут же организовала всем чай, Лендер достал откуда-то еще одну коробку леденцов, и когда через полчаса в кабинет зашел начальник, он застал мирную картину почти семейного чаепития вокруг стола артефактора.

– Ну и как это понимать? – устало вздохнул Ирвин.

– Сахар полезен для ума, – тут же вставила Антония, понимая, что, в общем-то, это она подставила коллег своими угощениями.

– Тогда и мне сделайте, покрепче и послаще, а то голова совсем уже не варит, – вздохнул шеф, окинув насмешливым взглядом притихших подчиненных, и подтянул стул для посетителей в общий кружок.

Калли что-то пискнула и в очередной раз поставила чайник, к Ирвину придвинули коробки и кульки с угощениями.

– Что случилось, босс? – тихонько поинтересовалась Антония, почти кожей ощущая неприятное покалывание от нависшей над мужчиной тучи тяжких раздумий.

Нагружать его еще и новостями о таинственном типе резко расхотелось.

– Новое убийство. Ночная бабочка, семнадцать лет, одиночка. Ни семьи, ни друзей. Соседи жалуются, что клиентов приводила домой. Вчера, по их словам, был кто-то совсем ненормальный, в странных одеждах и маске.

– Чучело? – само собой вырвалось у Антонии.

– Именно так они этого типа и описали. А ты откуда знаешь? – прищурился Ирвин.

– Вчера встретила мадам Клозетту. Она утверждает, что видела живое чучело в переулке, когда вышла подышать свежим воздухом среди ночи.

– Хм, уже что-то! – повеселел босс. – Антония, я про уложение Двадцать пять помню, ближайшие два дня ты работаешь в кабинете на приеме жалоб, без допросов и выездов. Шаттон, вы с Калли поговорите с соседями жертвы. Когда Гус вернется, пусть отправится к мадам Клозетте и выяснит подробности. Вик – ко мне в кабинет. Все, шевелите шестеренками. Как только появится новая информация или хоть какие-то новости, сразу сообщайте.

Прихватив кружку с недопитым чаем и пару крекеров, Ирвин ушел к себе, едва не забыв пиджак. Калли, вздохнув, убрала со стола, отказавшись от помощи Антонии, мол, она и так угощения на всех принесла. Шаттон занялся своим любимым делом и обстоятельно оформил папку для новой жертвы, сразу же наполовину забив ее бумагами.

Антонии хотелось поежиться от их спокойствия. Новая смерть, а они спорят, какой опросник взять на выезд, так, словно выбирают крекеры у прилавка кондитерской.

* * *

Вскоре отдел опустел. Лендер ушел к коллегам из департамента патентов, а Антония все же решила зайти к боссу. Быть может, неизвестный и есть их неуловимый убийца?

Лендер стоял в конце коридора с парой мужчин в серо-фиолетовой форме. Бурно жестикулируя, они спорили над непонятной юлой, жужжащей посреди коридора. Антония про себя улыбнулась. Похоже, коллега опять пытается запатентовать какое-то изобретение.

На стук Ирвин ответил сразу. Антония просочилась в дверь и подняла взгляд на босса. Кольнула совесть, что она отвлекает его по пустякам.

– Тебя что-то беспокоит? – сразу уловил суть ее прихода Ирвин.

Он внимательно выслушал Антонию, постучал вечным пером по столу.

– Я тебя понял. Но, сама понимаешь, объявлять этого неизвестного преступником лишь потому, что он для тебя закрыт, мы не можем. Кроме того, у него может быть официальный допуск и разрешение на артефакт с таким эффектом, например, если он из королевской семьи или секретных служб. Но спасибо, что сказала, я буду отслеживать этот момент. Еще вопросы?.. Нет? Свободна.

Антония вежливо кивнула и вернулась в кабинет. Она была благодарна боссу за то, что он отнесся к ее словам серьезно.

* * *

Она вяло перебирала прибывшие с механическими птицами заявления. Ложное срабатывание охранной сигнализации в частном доме, подозрение на поддельные лекарства, донос на соседа о том, что тот бьет жену, битье витрины торговой лавки неизвестными хулиганами, пропажа механической собаки и жалобы на шум из таверны в доме напротив – все как всегда.

Взгляд зацепился за написанное корявым, как будто детским, почерком письмо. Вытянув бумагу из общей кучи, Антония вздрогнула. Пропала мама. Приметы. Во что была одета. Носила кулон и браслет. Девушка бросилась к стеллажу с делами, которые списали на несчастный случай. Где же оно? Ах да, вот, третье слева. Женщина, около тридцати лет. Про кулон и браслет ни слова, но остальные приметы и одежда, к сожалению, совпали. Антония с силой сжала папку, сама этого не заметив. Украшения наверняка давно пополнили коллекцию Чучела. Ну, убийца, ну погоди, воздастся тебе по заслугам!

* * *

Когда через пару часов вернулись Шаттон и Калли, Антония разложила на полу неровными рядами все «несчастные» и «глухие» дела за последние два года. Рыжая коллега недоверчиво фыркнула и, осторожно переступая через бумаги, прошла к своему столу.

А вот Шаттон внимательно выслушал Антонию, вник в суть проблемы и уселся прямо на пол рядом с ней. Он задумчиво осмотрел фронт работ и потянулся к ближайшей папке. Дела мужчин Шаттон и Антония сразу откладывали, а дела всех девушек, хоть немного подходящих на роль жертвы Чучела, собирали в стопку. Таких дел накопилось больше пятнадцати.

Гус, как всегда, ворвался в кабинет, не глядя под ноги, споткнулся об аккуратную стопку дел о прошлогодних убийствах, едва не налетел на Шаттона и ошалело уставился на царящий в кабинете кавардак.

– Что тут у вас происходит?

– Собираем дела по Чучелу за последние несколько лет, – ровно отозвался Шаттон, поднимаясь с пола.

Антонию он уже давно пересадил за свой стол составлять обобщенный предполагаемый портрет жертвы и искать общее между всеми пропавшими девушками. Сам он продолжал выбирать подозрительные дела, которые могут быть связаны с их маньяком. Увы, пришлось признать, что у них в городе действительно завелся серийный убийца.

– По Чучелу?.. – недоуменно переспросил Вик.

Он зашел сразу за Гусом и аккуратно прошел к своему месту. Он чмокнул Калли в щеку, отчего та зарделась и смущенно покосилась на коллег.

– Антония считает, что половину висяков за последние пять лет можно списать на нашего убийцу, – коротко описала рыжая сотрудница суть проблемы.

– Да? А что об этом говорит?

Через десять минут блондин хмуро теребил манжету рубашки и недоверчиво оглядывал перечни дел.

– Похоже на правду. А ту брюнетку, которая пропала по осени, уже посчитали?

– Нет, – озадачился Шаттон. – А где ее папка?

– Должна быть в «несчастных». – Вик двинулся к стоящему в углу шкафу. – Тони, ты молодец!

Антонии было приятно услышать похвалу от коллеги, но вот Калли прожгла ее неприязненным взглядом.

Заглянув вечером в кабинет, Ирвин удивился царящему оживлению. Антонии пришлось снова повторять свою версию о том, что убийца появился не «вдруг» и уже давно промышляет в городе, просто держался осторожнее, а сейчас почувствовал себя безнаказанным, допустил ошибку и дал в руки следователям пару зацепок.

– Молодец! Шаттон, что вы уже раскопали по Чучелу?

– А почему Чучело-то? – удивился Вик. – Почему не Кровожадный Незнакомец?

– А мне вообще Ужасный Убийца нравится, – отозвалась Калли.

– Ужасный Убийца звучит по-детски, – буркнул Шаттон.

– И что ты детям и внукам рассказывать будешь? Что гнался по темным переулкам за Чучелом? – надулась Калли.

– То ли дело Великий Серийник! – вставил свою шестеренку Вик.

– Отставить балаган! – отрезал Ирвин. – Мы тут не для удовольствия штаны просиживаем, а ловим опасных преступников. Вик, ты сегодня на дежурство с Шаттоном. Калли, завтра запросишь описания мест убийств и отчеты о вскрытии жертв у городской стражи. Гус, ты на приеме жалоб. Тони, продолжай разбираться с делами. Все, отдел, вы сегодня хорошо поработали! Отбой, до завтра отдыхайте.