ГЛАВА 33: Алмазное небо

На следующий день. Неподалёку от императорской резиденции (Шанни)

Летающая платформа плавно скользила по небу. Мигель шуршал отчётами, а я жадно осматривалась, боясь лишний раз моргнуть и пропустить хоть миг волнительного путешествия.

Перед красотой Небесного города померк даже страх. Едва из-за облаков показались искрящиеся башни, я напрочь забыла о предстоящей встрече и прилипла к окну, вспоминая знакомство с Рэми и жизнь в его особняке.

В первую ночь, когда дракон только поселил меня и морфалов в гостевой комнате, мы не могли уснуть и Атрей, дух-хранитель особняка, выдал нам несколько книг. Одна из них оказалась «живой» и показывала не картинки, а объёмные иллюзии.

Они были очень реалистичными и передавали даже звуки и ароматы. Я до сих пор помнила чувства, которые пробудила во мне иллюзия Алмазной резиденции и окружающих её Самоцветов.

Тогда моя мечта поступить в один из них казалась безумной.

Беглая воровка, проникшая в Верхний город вместе с толпою нищих. На что я могла рассчитывать? Я даже не умела читать и писать. Только щёлкала замки как орешки и была полна решимости отомстить Змею.

Последнее, впрочем, не изменилось, только из безродной и никому не нужной сироты я вдруг стала наследницей двух старейших родов империи и невестой генерала. А ещё блестяще отучилась четыре года в одном из тех самых Самоцветов, несмотря на все козни Жабейшества.

Знал бы Доэр, кому пакостил всё это время, захлебнулся бы собственным ядом!

Платформу немного тряхнуло. Мы проходили очередной виток Алмазного сердца — легендарного защитного купола, созданного после мятежа Лейка.

— Почти приехали, — бархатный голос дракона вырвал из размышлений.

Он уже закончил с бумагами и с любопытством рассматривал меня.

— Что не так? — забеспокоилась, поправив волосы. — Причёска растрепалась?

Встреча с императором всегда подразумевала строгий протокол. Нас пригласили на утреннюю неформальную беседу, поэтому я не могла явиться в обычной форме и заплести косу. Пришлось надеть нежно-сиреневое платье с небольшим вырезом и кружевными рукавами, а Тиана помогла уложить волосы.

Подруга не знала о помолвке и посчитала, что встреча связана с предстоящей поездкой в Немёртвое королевство. Но всё равно настояла на нежном и простом образе, чтобы не нарушать формат «чайных» бесед.

Ещё и намекнула, что если бы не планы императора, то у нас с Мигелем получается настоящее свидание.

Тогда я отмахнулась, но сейчас, глядя на проносящиеся за окном пейзажи, сильно пожалела, что впереди только работа.

— У тебя невероятная улыбка, — Мигель неожиданно наклонился ко мне, скользнув пальцами по волосам и задевая золотые цепочки на гребне, отчего они тихонько зазвенели, — а с причёской всё замечательно. Очень красиво.

От смущения вспыхнули даже уши. Я и в мыслях не допускала, что он мог просто смотреть на меня, хотя сама украдкой любовалась им во время поездки.

— Спасибо… — прошептала, невольно коснувшись браслета.

Утром хотела снять его на время, чтобы не смущать друзей. Но артефакт запротестовал, сильнее обхватив моё запястье, а затем принялся менять обличья, предлагая варианты на выбор.

Я остановилась на простеньких часах и отправилась на тренировку. Перед поездкой Тиана убеждала меня снять их, ведь они совершенно не подходили к платью! Но пока подруга рылась в шкатулке, хитрый браслет превратился в очаровательное украшение с россыпью розовых бриллиантов и аметистов.

Мигель позже пояснил, что Вэйгар Рэми обладал Даром метаморфа и, создавая браслет, вплёл в него часть своей Искры. Поэтому украшение могло маскироваться, подстраиваясь под наряды и желания хозяйки.

Удобно, ничего не скажешь! И можно здорово сэкономить на драгоценностях.

Браслет возмущённо потеплел. Кажется, ему претила сама мысль о подобном. Но извиниться я не успела. Платформа вновь задрожала и пошла на посадку.

Выглянув в окно, я увидела собравшихся на площадке солдат в белоснежной форме с золотыми эполетами и синими лентами на груди. Они выстроились в ряд, вытянувшись по струнке и торжественно подняв оружие. Неподалёку замер стройный молодой мужчина в роскошном голубом камзоле.

Его волосы цвета спелой пшеницы были уложены по последней моде крупными локонами и украшены бриллиантовым обручем, а породистое лицо выражало такое превосходство, что затмевало даже чарующие виды. Увы, в худшем смысле этого слова.

Я сразу узнала его, и мне вдруг стало неприятно находиться здесь.

— Почему младший принц лично встречает нас?

Максимилиан Кэйлор по праву считался одним из самых красивых мужчин империи, а ещё был выдающимся алхимиком. Его заслуги и научные достижения не подлежали сомнению, но не оправдывали чудовищного самомнения.

— Неужели император всё рассказал ему? — продолжила я, не дождавшись ответа.

— Нет, Райан поклялся сохранить твои способности в секрете, — голос Мигеля прозвучал уверенно, хотя взгляд был мрачнее тучи. — Скорее всего, приказал присмотреться к тебе.

— В каком смысле? Он же не мог приказать сыну увести невесту у генерала!

— Мог, — ошарашил Рэми. — Ты просто не знаешь Райана. Его проверки, щедро сдобренные паранойей, иногда переходят все границыразумного.

— И что нам делать?

— Ничего. Дорогая, ты ведь не бросишь меня ради власти и титула? — в янтарных глазах дракона вспыхнули лукавые искорки, и я тихонько фыркнула.

Незамысловатая шутка разбавила повисшее в воздухе напряжение. Но осадок остался.

Я не ожидала, что император зайдёт так далеко.

— Какая досада! Несколько прядей всё же выбилось. — Мигель неожиданно пересел ко мне и скользнул ладонью по волосам.

Только, вместо того чтобы поправлять причёску, он, наоборот, её портил!

— Что ты…

— И рукава помялись, — задумчиво добавил он, обнимая меня за плечи и крепко прижимая к себе.

Больше он ничего не сказал. А я так растерялась, что из головы вылетели все мысли и вопросы.

Меня окутало уютным теплом, ароматом цитрусов и шоколада. Даже когда платформа приземлилась и Рэми отстранился, я всё ещё чувствовала на себе его запах.

С запозданием вспомнила, что Максимилиан — сапфировый дракон. А они весьма чувствительны к запахам и потокам энергии. Он сразу почувствует от меня аромат Мигеля.

Не настолько яркий, чтобы поставить мою репутацию под удар, но достаточно ощутимый, чтобы сделать правильные выводы и сохранять дистанцию между нами.

— Шанни, — Мигель вышел из экипажа и подал мне руку.

Сейчас он выглядел подчёркнуто вежливым и отстранённым. Но цепкий взгляд принца сразу задержался на моих порозовевших щеках, а затем скользнул дальше, оценив слегка растрепавшуюся причёску.

Мигель не испортил её в буквальном смысле, но если присмотреться, можно заметить, что волосы в спешке поправляли.

— Ваше высочество, — едва я выбралась из экипажа, Рэми почтительно поклонился принцу. — Такой приём — честь для нас. Позвольте представить вам мою невесту, Шанни Тэсс.

Я немного растерялась. Слова Мигеля шли в разрез с этикетом и нашим планом.

Перед тем как официально объявить о помолвке и представить миру свою избранницу, маги его уровня должны заручиться благословением императора. К тому же хоть встреча и носила условно-неформальный характер, я прибыла во дворец как помощница генерала и временно исполняющая обязанности младшего дипломата Смерти при Драконьей гвардии.

Именно так он должен был меня и представить!

— Как же сложно иметь дело с военными, — принц неожиданно рассмеялся, — чуть что, и сразу угрозы.

— Ваше высочество, как можно! Разве бы я посмел? — Мигель удивился.

Почти искренне. Не будь я менталистом, в совершенстве чувствующим эмоции, даже поверила бы.

— Вы так поспешили представить свою невесту, что лишь глупец не счёл бы это предупреждением.

Принц с шумом втянул воздух.

Исходящий от меня аромат он тоже унюхал.

— Впрочем, вас можно понять, — примирительно добавил, заметив ледяной взгляд Мигеля, — мисс Тэсс, рад встрече. Позвольте проводить вас в сад. Отец уже ждёт.

Я почтительно склонила голову, а заодно прислушалась к эмоциям принца. Хотела понять, чего ожидать дальше, но Максимилиан потерял всяческий интерес ко мне и помолвке. Он резко сменил тему и, едва отошли от посадочной площадки, накинул полог тишины и заговорил о ночном налёте на Паутину.

Его интересовали мельчайшие детали, и Мигель отвечал подробно, в красках описывая случившееся. По понятным причинам обходил лишь моменты с участием меня, как Вершителя. Хотя подчеркнул, что адепты принимали непосредственное участие, и отдельно выделил наши заслуги в уничтожении нечисти.

Генерал ловко жонглировал правдой и подавал всё так умело, что даже у меня не возникло ни малейшего сомнения в его словах.

Только удивило, как уверенно принц задаёт вопросы и как сильно изменился его взгляд.

В нём больше не было скуки и высокомерия, а модная причёска и украшенный жемчугом камзол теперь смотрелись чужеродно. Словно из облака шелков и драгоценных камней выглядывала гремучая змея.

— Ни одного пленного! — сокрушённо воскликнул принц, когда Мигель закончил доклад. — Вы с Дамиром в своём репертуаре. Не могу сказать, что одобряю подобную расточительность… — он резко замолчал и перевёл взгляд на меня, — или я не прав?

Вопрос был сродни удару, от которого невозможно уклониться. Любой ответ заведомо причинит урон, задев либо честь Рэми, либо императорской семьи. Ведь ставить под сомнение слова принца — преступление. А идти против Мигеля я не собиралась.

— Я не смею оспаривать приказы своего командира и предпочитаю судить об эффективности проведённой операции по её результатам, — уклончиво ответила, — генерал Рэми разработал и привёл в исполнение сложнейший план. Под его руководством мы за одну ночь полностью зачистили лабиринт, десятилетиями считавшийся недосягаемым, а также уничтожили весь клан Теневых Гарпий, не потеряв при этом ни единого бойца и избежав жертв среди мирного населения.

— Но как же допрос? — в сапфировых глазах дракона вспыхнул неподдельный интерес и… удовлетворение.

Ему понравился мой ответ и то, что я не попалась на уловку, а осталась на стороне своего командира.

— Я не владею навыком предсказания и не знаю, какие сведения мы могли бы извлечь из памяти пленных, но опираясь на опыт прошлых операций, рискну предположить, что никакие, — произнесла, прямо глядя в глаза принца.

Ещё одно грубое нарушение этикета, но теперь я понимала: изящный образ — лишь прикрытие. Принц и есть таинственный командир Небесной гвардии, обеспечивающий безопасность императора и охрану Поднебесной. Иначе Рэми не отвечал бы на его вопросы насколько подробно.

— Почему вы так уверены в этом? — Максимилиан задумчиво сощурился, но злости или недовольства я не чувствовала.

А значит, выбрала верную тактику.

— Генерал Рэми не зря упоминал допрос Гюрзы и «ножей», и сделал акцент на том, что в Паутине нас ждала ловушка. В кланах, подобных Теневым Гарпиями или Стальным Аспидам, распространены Печати крови или метки, с помощью которых главарь может контролировать остальных и блокировать их воспоминания. При попытке вскрыть этот блок пленный умирает, но чаще бандиты такого уровня сами раскусывают капсулу с ядом, и если их удаётся взять живыми, это скорее повод насторожиться, а не радоваться.

Принц неожиданно рассмеялся. Искренне и заливисто, запрокинув голову, и на миг из-под белоснежного кружева его воротника показались щупальца чудовищного шрама и паутинка магической татуировки.

— Вы умны и остры на язык, но при этом умеете жалить тактично, не выходя за рамки этикета. Это полезный навык в высшем свете, хотя вам следует поучиться мягкости, некоторые ответы всё же были на грани, — наконец произнёс Максимилиан, — но это придёт с опытом. В любом случае я рад, что сердце генерала в надёжных руках, как и предстоящие переговоры с Немёртвым двором. Приятно было пообщаться, и постарайтесь не смотреть моему отцу в глаза. В отличие от меня, Райан не оценит подобной смелости, — добавил он и… ушёл, оставив нас с Мигелем одних посреди огромного сада.

Я ещё никогда так сильно не ошибалась в людях…

— Какой у него уровень?! — восхищённо прошептала, как только принц скрылся из виду. — Его ментальная защита превосходна!

— Мне начинать ревновать? — вкрадчиво поинтересовался Мигель.

— Ни в коем случае! — я фыркнула. — Но всё же я сражена наповал! Принц… Получается, он и есть знаменитый Серебряный лис?

О личности командира Небесной гвардии ходило немало слухов. Но доподлинно известно лишь то, что он заступил на пост пять лет назад и за это время предотвратил семнадцать покушений на императора. При этом только избранные знали, кто он и как выглядит.

Во время выездов в город на нём всегда красовалась серебряная маска, а приказы страже Лис отдавал с помощью специальных артефактов и магических печатей.

До сегодняшнего дня я подозревала многих, даже Мигеля! Но никогда и в мыслях не допускала, что таинственным командиром окажется младший принц.

— Цитируя Лиса, скажу, что вы очень умны, моя леди, и от вас сложно что-либо скрыть, — Рэми рассмеялся, подхватывая меня под локоть и увлекая вглубь сада. — Что касается магического уровня принца, его ментальный Дар немного уступает твоему, но он единственный в империи владеет искусством Пересмешника и может копировать как голоса других магов, так и их эмоции, используя при необходимости вместо щитов.

— Редкий Дар… — задумчиво протянула я. — А чужие ауры он тоже может копировать?

— Боюсь, это уже государственная тайна, — усмехнулся дракон.

— Намекаешь, что я и так узнала слишком много?

— В этом и состоял коварный план, — доверительно прошептал Мигель, — теперь я уже никогда не смогу отпустить тебя. Мы связаны страшными тайнами.

Последнюю фразу он произнёс, наклонившись к моему уху и практически касаясь губами раковины. Горячее дыхание щекотало кожу, мысли разбегались в разные стороны, уступая место игривому настроению и безрассудству.

Хотелось просто прогуляться по саду, наслаждаясь его неземными красотами, а не гадать, серьёзен ли сейчас Мигель, или за нами уже наблюдает император.

Фантазия вдруг нарисовала образ владыки, ползущего за нами меж кустов и подслушивающего каждое слово, и я с трудом сдержала смех. Слишком уж потешно вышло, хотя на деле у Райана Кэйлора были все основания вести себя подобным образом и проверять даже тех, кто прошёл с ним через Бездну.

Из-за смерти отца ему пришлось взойти на престол в неполных девятнадцать. У него не было опыта правления и члены Совета не воспринимали юного мага всерьёз, принявшись вовсю делить империю между собой.

Райана считали украшением трона, безмолвным болванчиком, сменившим на посту больного короля. Знать полностью устраивало, что последний год владыка практически не приходил в себя и всеми делами заправлял Совет. Они уже всё решили и желание нового правителя взять власть в свои руки не вписывалось в их картину мира.

Они бессовестно лгали ему, глядя прямо в глаза, осознанно замалчивая правду об истинном положении дел в государстве. Манипулировали, пытались запугать и считали, что сумеют легко сломать и подчинить.

Но мятеж Змея изменил всё.

На сторону Райана встала армия и Жнецы Смерти. А после разгрома мятежников грянула и волна сумасшедших чисток.

Новый король избавился от тех, кто посмел унижать его и смеяться. Его стали бояться, а со временем и уважать.

Слабый мальчишка, которого собирались сделать марионеткой Совета, неожиданно повзрослел и вошёл в историю как величайший император Эленвара.

И с тех самых пор смотреть ему в глаза могли лишь избранные. Прямой взгляд означал для него угрозу и вызов. Мигель предупреждал меня об этом.

Рэми мог себе это позволить, а я… Нет, уж лучше полюбуюсь легендарными лунными розами. Эти цветы навевали особые воспоминания, ведь я давно мечтала увидеть их не на картинке, а вживую.

Раньше мы с Ви и Марчелло частенько призывали их иллюзию. А после усаживались посреди фантома и просили «умную» книгу дополнить его ароматом цветов и пением птиц.

Мы представляли, что находимся в настоящей оранжерее. Мечтали, говорили обо всём, даже о невозможном. А иногда просто запасались чаем с конфетами и молчали, думая каждый о своём.

Тогда мы ещё не могли путешествовать и даже простые прогулки по городу были под запретом из-за Змея. Но благодаря книге и её иллюзиям, комната в доме Рэми казалась нам целым миром.

Удивительным, совершенным, сотканным из магии и аромата лунных роз.

Жаль, что со мной сейчас нет Ви и Марчелло. Я хотела бы разделить с ними этот момент. Да и сами цветы в реальности оказались ещё прекраснее. Белоснежные, с перламутровым отливом и кружевными лепестками, они искрились в солнечных лучах, словно грани чистейшего бриллианта, и притягивали взгляд, заставляя сердце биться чаще.

Ни одна иллюзия, даже самая искусная, не передавала и сотой доли этого великолепия.

Рука невольно потянулась к ближайшему цветку. Хотелось коснуться его, ощутив бархатистую мягкость лепестков, но я быстро одумалась и отдёрнула пальцы. Вспомнила, что это запрещено.

— Вам нравятся эти цветы? — раздавшийся позади голос заставил вздрогнуть.

Грубый, низкий, похожий на утробное рычание крупного хищника. Он вибрировал от силы, не позволяя ни на миг усомниться в том, кому он принадлежит.

— Моё почтение Небесному владыке, да пребудет с вами Свет и озарит вечная слава каждый миг вашей жизни, — произнесла на одном дыхании и крутанулась на каблуках, завершая оборот реверансом.

— Установила личность по голосу, который слышишь впервые. Умная, даже очень, — император рассмеялся, но его смех прозвучал как угроза.

Пока не понимала: я просто умная и это комплимент, или «слишком умная» и не стоило столь поспешно демонстрировать смекалку?

— Характер сложный, недоверчивая и настороженная, как дикая кошка, — продолжил владыка. — Или правильнее называть тебя Волчицей? И впрямь похожа на мать. Голову склонила, но когти держишь наготове.

— Ваше величество, — голос Мигеля прозвучал почтительно, но я уловила предупредительные нотки.

Даже владыке лучше не переходить черту.

Впрочем, исходя из того, что я слышала о Райане, это были всё же комплименты. Просто словесное изящество никогда не было его сильной стороной.

Император ненавидел кружевные речи и полупрозрачные намёки, предпочитая им рублёные и прямые как лезвия фразы.

— Ты впечатлила Максимилиана. — Владыка шагнул к нам.

Я старалась не поднимать взгляд сразу, неспешно изучая его сапоги. Баснословно дорогие, но с виду простые.

— Его высочество прекрасный собеседник, я рада, что общение оставило у него приятное впечатление, — вежливо ответила, на что император вновь зашёлся смехом.

— Ты и впрямь настоящий дипломат, Шанни… Тэсс? Или лучше сразу называть тебя Рэми? — добавил он с лёгкой ехидцей в голосе.

— Если ваше величество будет милостиво и подарит нам своё высочайшее благословение, то второй вариант вскоре станет официальным, — вкрадчиво ответил Мигель.

— У меня нет повода отказывать своему верному генералу и дочери моего близкого друга, — усмехнулся император. — Но всё же… Ты не ответила, — он неожиданно обернулся ко мне. — Тебе нравятся эти цветы?

— Они прекрасны, ваше величество, — голос прозвучал ровно, мне удалось скрыть удивление.

Сути вопроса я пока не уловила. Оранжерея первой императрицы по праву считалась сердцем и одним из главных украшений Алмазной резиденции. Отрицать её совершенную красоту бессмысленно.

— Если нравятся, можешь сорвать их, — ошарашил Райан, — сколько пожелаешь. Одну, три, хоть все. Считай это моим подарком к помолвке.

— Кхм… — я сдавленно кашлянула, не совладав с эмоциями, и всё же подняла взгляд.

Мигель молчал и в упор смотрел на императора. А он… на него. Словно предупреждая не вмешиваться.

Он проверял меня! И я вдруг вспомнила, что первая хозяйка и создательница этой чудной оранжереи никогда не использовала её для отдыха. Здесь она проводила сложнейшие переговоры.

Тем, кто разочаровывал её, она дарила одну сорванную лунную розу. Как предупреждение и намёк на их бесславное будущее. Ведь оказавшись отрезанными от источника магии, цветы мгновенно увядали, осыпаясь пеплом в руках.

— Ваше величество, ваша щедрость безгранична, но, боюсь, я не могу принять этот дар.

— Слишком простой для тебя? — сощурился Райан.

— Что вы! Эти цветы великолепны, но недолговечны. Будучи сорванными, умирают за пару минут. Не стоит губить их ради секундной прихоти. К тому же помолвка — это наше с Мигелем будущее, мне бы не хотелось омрачать его горечью увядшей красоты и пеплом лунных роз.

Я ожидала, что император разозлится или снова рассмеётся, но ответом стала тишина.

— Ответ, достойный истинного Вершителя, — наконец произнёс Райан, когда пауза затянулась, став почти невыносимой, — ты знаешь подлинную цену словам и желаниям. Не гонишься за милостью великих, ценишь честь и свободу выше привилегий. Мне искренне жаль, что Мигель встретился на твоём пути раньше Максимилиана, но… буду счастлив благословить ваш брак. Вы — прекрасная пара.