Глава 23

Хотя дед и заговорил, но на большее он прямо сейчас не был способен.

Похоже, эта фраза отняла у него последние крохи энергии, и он произнёс эти слова держась исключительно на врождённой вредности, которую не изменила даже смерть.

Чтобы дед начал самостоятельно восстанавливать свои силы, понадобится либо немного времени, либо помощь со стороны.

И я, не раздумывая, выбрал второе. Время — слишком ценный ресурс, чтобы тратить его на сомнения.

Я уже принял решение вернуть к жизни могущественного лича, так что нет никакой разницы, получит он свои силы сейчас или чуть позже.

Всё равно придётся договариваться.

Да, к сожалению, нет никакого способа контролировать нежить столько высокого порядка.

Всё потому, что у лича уже есть хозяин-некромант. И это он сам.

Когда мы обсуждали это с Ольгой, она спросила:

— Но ведь ты можешь перехватить управление над химерами или умертвиями, которых создала я или Алина… да кто угодно. Почему это не сработает с личом? Особенно, пока он слаб.

Но суть в том, что самоконтроль лича — это один из краеугольных камней его существования.

Даже самый слабый лич не позволит никому взять над собой контроль. В лучшем случае, я мог бы вновь заполучить власть над телом Армана Салазара, а сознание деда попросту вернулось бы в филактерию.

Так что следует просто это принять. С личом можно либо договариваться, либо уничтожать. Третьего не дано.

И, чтобы ускорить процесс, я начал вливать в тело деда энергию.

Так что примерно через пять минут он уже смог встать с трона, после чего подошёл к столу и хозяйским жестом забрал с него свои кубики-филактерию, при этом внимательно глядя на меня и мою реакцию.

Я возражать не стал.

Один раз я его уже упокоил, сумею сделать это и снова, если понадобится. Даже если провернуть это окажется значительно труднее, чем раньше.

Но одно я знал точно, стоит начать суетиться, как дед сразу же почует слабость и будет вести разговор уже совсем с других позиций.

Поэтому, позволяя забрать филактерию, я тут же сообщил ему, что для меня это не важно. Что я не боюсь последствий, пусть даже он перепрячет её куда угодно.

А лич, подкинув в руках кубики, расплылся в жутковатой улыбке и нарочито ворчливо заскрипел:

— Значит, внучок Макс соскучился по дедушке Карлу? Интересно, что же произошло? — он сделал шаг в сторону Ольги и внимательно на неё посмотрел, — может быть дело в ней? Нашёл невесту и вспомнил про семейные узы? Хочешь моего благословения? А может… — он резко подошёл к ней почти вплотную, — надеешься, что я помогу тебе избавиться от нежелательных брачных оков?

Он засмеялся хриплым каркающим смехом, но к чести Ольги, она даже не вздрогнула.

Я много раз предупреждал её, что нет ничего хуже, чем показать личу свои страхи и слабости. И внучка не подвела.

Вместо этого она сама бесстрашно шагнула ему навстречу и, улыбнувшись, представилась.

— Я уже часть семьи Рихтер. Меня зовут Ольга, и я ваша далёкая прапраправнучка. Согласитесь, было бы странно, если бы Макс хотел жениться на родственнице?

Дед положил ей руку на плечо.

— Красивая и смелая, настоящая Рихтер. А может быть ещё и умная? Когда-то внук не оценил моё предложение, но я готов прямо сейчас предложить тебе то же самое, что и ему. Я помогу тебе стать личем и научу всему, что знаю. Ну как?

Я едва не расхохотался. Дед как всегда в своём репертуаре. Нагло вербует мою союзницу в моём же присутствии. Причём делает это так, что невозможно понять всерьёз он это говорит, либо же это очередная его проверка.

Ольга улыбнулась.

— Спасибо, но я ещё не настолько устала от жизни.

Дед несколько секунд помолчал, а потом махнул рукой.

— Молодёжь! Чего ещё от вас ждать! Вечно надеетесь, что у вас ещё есть время. Что есть смысл чего-то ждать и держаться за жалкую смертную жизнь и эмоции! Когда-нибудь, девочка, ты поймёшь, как жестоко ошибалась. Главное, чтобы не было слишком поздно.

Дед сделал несколько шагов назад, снова уселся на свой трон и повернулся ко мне:

— Ну, полагаю, ты тоже не передумал?

Я покачал головой. А он продолжил:

— Значит, тебе что-то от меня очень сильно нужно, — подытожил лич, — но я даже не собираюсь спрашивать что именно, пока сам не узнаю ответы на все интересующие меня вопросы. И в первую очередь я хочу знать уважил ли ты старика или совершил очередную бестактность. Кому принадлежало тело, которое ты для меня достал?

Я улыбнулся.

— А ты полюбуйся сам, — предложил я ему, — в этом зале много зеркал.

И действительно, после того, как пауки немного здесь прибрались, нашему взору открылись не только фрески и картины, но и целая стена ростовых зеркал. Дед любил роскошь и обожал, когда свет люстр и канделябров отражается в зеркалах.

Дед хмыкнул, вновь поднялся с трона и подошёл к одному из них.

Как лич он сразу же, прямо при возрождении, начал изменять внешний облик тела под себя. Но сейчас специально вернул ему истинный вид.

И мы все снова увидели перед собой Армана Салазара.

Но реакция дедули, как всегда оказалась неоднозначной.

— Даже не знаю, — покачал он головой, — мне никогда не нравился этот хрыч. Но то, что ты его, наконец, уделал — это достойно. Готов признать.

— Если не нравится, можем выбрать что-то попроще, — сказал я, — вариантов много. Одних бывших бандитов пара сотен…

Однако, как я и думал, деду это предложение по душе не пришлось, и отдавать тело Армана он и не думал. Лучшего сосуда, чем бывший маг вне категорий было трудно себе представить. И дедуля Карл это прекрасно знал, просто не мог отказать себе в удовольствии повредничать. Но когда запахло жареным, быстро передумал.

— Нет, — коротко отрезал он и вернулся к трону, попутно вновь натягивая на тело маску своей старой внешности.

Если обычному химерологу для этого понадобились бы инструменты, то лич перестраивал своё тело интуитивно, можно сказать автоматически. Его уровню контроля за мёртвой плотью действительно можно было позавидовать.

— Итак, — немного помолчав продолжил он, — а теперь расскажи мне, что стряслось с моим замком? Когда ты меня упокоил, я думал, что хотя бы клановое имущество сохранится в целости. Но то, что я вижу сейчас… здесь словно шла бесконечная война. И закончилась она совсем не в нашу пользу.

— А ты ничего странного не замечаешь? — поинтересовался в ответ я, — в энергетических потоках например.

Первое вторжение скверны в наш мир началось уже после того, как я его победил. Так что ему предстояло узнать ещё много интересного.

— Замечаю, — сразу же отозвался дед, — но я ещё не провёл полный анализ. Чувствую, что вокруг очень много энергии. Но что-то с ней не так. Если выражаться словами смертных, она горькая. Хотя и съедобная.

— Мир изменился, — коротко ответил я.

Я специально не торопился вываливать перед ним всю информацию. Раз хочет сначала задавать свои вопросы, то пусть задаёт. Облегчать ему задачу я не планировал.

Так он не сразу поймёт, что именно мне нужно, в то время как сам будет вынужден подстраиваться под мои ответы.

В переговорах с древним манипулятором — мелочей не бывает.

— Значит, ты не справляешься с этой новой энергией, пока она разрушает мир? — предположил он, как обычно, пытаясь меня задеть.

— Конечно нет, — отмахнулся я, — уничтожение скверны занимает много времени, но я знаю, что с этим делать.

— Тогда что тебе нужно? — наконец, задал он главный вопрос.

Что ж, недолго он продержался. Я улыбнулся.

— Как ты заметил, я недавно уничтожил Салазаров, а до этого ещё и Вийонов. У Рихтеров появились свои счёты к Великим Кланам. Ну а ты вообще никогда их не любил. Поэтому я подумал, что будет не честно, если я оставлю всё веселье себе, не дав тебе даже шанса поучаствовать.

— Значит рыжая стерва тоже мертва? — торжествующе ухмыльнулся лич, — я всегда говорил, что она тебе не подходит. Надо было слушать деда раньше!

Я пожал плечами.

— Лучше поздно, чем никогда.

— Что ж, это верно, — серьёзно кивнул он, а через несколько секунд молчания продолжил, — вот только я одного не пойму, внучок. А с чего ты вообще взял, что я буду тебе помогать? Все эти истории про веселье оставь для нашей внучки, — он кивнул в сторону Ольги, — но мне-то сказки не рассказывай. Думаешь, я не вижу, что ты сейчас значительно слабее, чем когда-либо? Значит ты просто не можешь быстро справиться с какой-то из угроз.

Дед резко стал серьёзным, но я того и ожидал. Сейчас он, наверняка, начнёт ещё и угрожать, прощупывать нас с Ольгой. И только потом мы перейдём к настоящей стадии торга.

— Значит, я в тебе ошибся? — с притворным разочарованием ответил я, — знаешь, я ведь привёл сюда внучку, потому что так много рассказывал ей о твоих исключительных боевых навыках. Ты знаешь, она у нас тоже замечательный воин, так что ей всё это очень интересно.

Ольга меня поддержала:

— Вот именно, дедушка Карл, Макс говорил мне, что несмотря на все раздоры внутри клана, вы всегда оставались настоящим Рихтером. И не позволяли никаким уродам, даже тем, которые мнят себя Великими, оскорблять наш клан и вредить ему.

На самом деле это был практически единственный мой козырь в разговоре с дедом. Его холодная логика не исключала понятия клановости. Во всяком случае не до конца. Он так долго был Рихтером ещё до того как превратился в лича, что род стал важной частью его идентичности.

И это ещё одна из причин по которым я взял с собой именно Ольгу и никого другого. Только истинный потомок Рихтер мог чувствовать себя в относительной безопасности рядом с этим древним чудовищем. Во всяком случае до тех пор, пока мы не придём к соглашению.

Однако, дед так просто сдаваться не собирался.

— Думаешь купить меня льстивыми речами? — усмехнулся он, — а может мне просто убить сейчас вас обоих? Вы слабы, а вокруг столько энергии. Это будет хорошенькая месть за старый проигрыш.

— Попробуй, — не стал отговаривать его я, — может быть получится, а может нет. Вот только, что потом?

— Как что? — притворно удивился он, — я останусь самым сильным некромантом в мире. И буду становиться ещё сильнее. А заодно уже ни у кого не останется сомнений, что мой путь был самым верным.

Он раскинул руки в стороны, а его лицо вновь поменяло свои черты. Теперь превратившись в череп с горящими глазницами.

Как и всегда, дед не мог отказать себе в маленьком хоррор-представлении.

Однако, ожидаемой реакции он не получил. Мы с Ольгой довольно равнодушно скользнули по нему взглядом, даже не вздрогнув.

И деду пришлось сделать вид, что вовсе он ничего такого и не добивался. Так что он вернул себе на лицо старую человеческую маску и сменил тему:

— Род… клан… ты всё ещё подходишь ко мне с мерками живых. Какое это имеет значение для того, кто отбросил бесполезные чувства и эмоции?

Было бы глупо надеяться, что он просто согласится со всем без споров. Но у меня было чем ему ответить.

— Хорошо, — улыбнулся я, — давай представим, что ты действительно меня сейчас убьёшь. Чего, конечно не произойдёт, и ты сам это прекрасно знаешь. Но, допустим. Как думаешь, как быстро ты станешь целью номер один для наших врагов? Некромант, да ещё и лич… никто не будет с тобой церемониться, дедуля. Ты даже не успеешь войти в полную силу, как тебя уже прикончат. И вряд ли новый убийца будет столь же добр, как и я, чтобы оставить твою филактерию в целости и сохранности. На этот раз ты умрёшь навсегда.

— Спорно, — фыркнул дед, но замолчал и задумался.

Самое забавное, что мы оба знали, что всё, что он сейчас говорит, это не более чем бравада. Дед не хуже меня понимал все обстоятельства и знал, что клан — это не только эмоции и родственные связи. Это сила, которая стоит за каждым магом рода, если только тот не выберет дорогу предателя.

Дед Карл предателем не был. Кроме того, он даже понимал почему я был вынужден его упокоить, так что с точки зрения клановой логики, ему было не в чем меня упрекнуть.

Конечно, однажды между нами снова встанет конфликт интересов, я не питал иллюзий на этот счёт. Но сейчас надо просто додавить. Убедить деда в том, что пока сотрудничать гораздо выгоднее, чем сражаться друг с другом.

А так как это правда, то задача несколько упрощалась.

— У наших врагов появился новый сильный союзник… — начал я свой рассказ.

После чего кратко пересказал ему обо всём, что случилось с некромантами за эту тысячу лет.

— Они называли нас пиявками! — с ненавистью добавила Ольга, — использовали, топтали нашу гордость и внушали, что мы второй сорт! Теперь они сами должны почувствовать на своей шкуре боль от унижения и разгрома!

— Сколько эмоций, — почти восхитился дед, — сколько в тебе энергии, внучка! Жаль, что ты ещё не поняла, что добилась бы гораздо больше… впрочем, с этим мы разберёмся потом, — не стал он вновь поднимать тему обращения в лича.

Вместо этого дед покачал головой и заворчал:

— А вот в тебе, Макс, я изрядно разочарован. Как ты такое допустил? А не мешал бы деду заниматься своими делами, глядишь, я бы вовремя подставил плечо роду, о котором ты так печёшься.

Я улыбнулся. Раз дед перешёл к старческому брюзжанию, значит переговоры идут в верном направлении.

Даже смерть не смогла переделать сварливый характер деда, так что и я не считал нужным с этим бороться, и пропускал его обвинения и издёвки мимо ушей.

— Прошлого не изменить, — пожал плечами я, — но кто знает, чего мы сможем добиться вместе сегодня?

— Что ж, — сдался он, — тогда поехали в Рихтерберг. Посмотрю, во что превратились современные Рихтеры и стоит ли вообще с вами связываться.

Последнюю фразу я вновь проигнорировал. Это лишь очередная попытка деда выглядеть хозяином положения.

Но я видел, что он уже на крючке.

Ещё бы! Цепкий ум лича ни за что не упустит шанс поживиться секретами других великих кланов, да ещё и нового неизвестного, но явно сильного врага.

Ради этого дедуля заключил бы союз с кем угодно, не то что со своим любимым внуком, который так любезно вернул его к жизни.

— Не поехали, а полетели, — улыбнулся я, — правда, сначала заберём из твоего замка всё ценное, что здесь ещё осталось. Не уверен, что мы вернёмся сюда скоро. Так что, собирай вещички, деда. Транспорт ждёт на улице!

* * *

— И я ему значит говорю… — на этой интригующей фразе боевой маг ранга Извершитель, Лэнс Йоханссон резко замолчал.

— Ну что? Не томи! — почти хором обратились к нему друзья, с которыми он ужинал в ресторане.

Однако, никакого ответа не последовало.

Вместо этого, Лэнс просто встал и не прощаясь вышел из здания, игнорируя удивлённые возгласы и окрики друзей.

В это же время другой боевой архимаг ехал в машине и разговаривал со своей любимой по телефону. Точнее пытался терпеливо ей объяснить, что не всё бывает так, как она хочет.

— Я уже два года не была на море! — канючила она, — и ты снова отказываешь мне в отпуске?

— Как будто это от меня зависит! — раздражённо отвечал ей мужчина, — ты же знаешь, что выезд из Рихтерберга пока не открыли!

— Но почему ты не отвёз меня на море раньше⁈ — не слушала она его аргументов, — у тебя было два года! Два!

Мужчина уже понял, что скандала не избежать и почти смирился с этим, как вдруг его глаза резко остекленели, после чего он бросил трубку и тут же изменил направление пути.

Девушка пыталась дозвониться до него ещё много раз, но трубку он уже не брал.

— Куда вы, учитель⁈ — молодой магистр ошарашенно наблюдал за тем, как его сенсей сначала прервал сотворение заклятия на середине, а потом и вовсе развернулся и двинулся прочь к выходу со спарринг-арены.

Ученик побежал за ним следом, надеясь получить хоть какие-то объяснения.

— Что я сделал не так, учитель? Обещаю, я исправлюсь, только объясните мне! Не уходите молча!

Но учитель на него даже не посмотрел.

— Я понял! Наверное, это ещё один урок! Я пойму его! Но может быть… может быть вы дадите мне подсказку?

Магистр бежал за ним до самой парковки, но учитель просто хлопнул перед его носом дверью и куда-то уехал.

Помимо этих троих, ещё четверо боевых магов рангом от деструктора до архимага резко побросали свои дела и, наплевав на любые обязательства и вопросы, на полной скорости помчались за город.

Прямиком туда, где находится замок Октавии Сципион.