Глава 13

За те два с половиной дня, на которые нам пришлось задержаться в пирамиде, больше не произошло ничего странного.

Никакого нового появления Тени, никаких намёков на скорое возвращение Регины.

Зато просто горы самого разнообразного хлама, который мы бесконечно разбирали и складывали в пространственные пакеты.

Конечно, хлам — это совсем не верное слово, но когда два дня копаешься даже в самых полезных вещах, то всё сливается в одну большую гору барахла.

Хотя меня и не могло не радовать, как много первоклассного учебного материала мы заполучили.

Конечно, не по основной специальности моего клана, но по артефакторике, зельям и общей теории магии здесь нашлась целая масса полезных книг и артефактов.

Да и даже по некромантии я кое-что нашёл. Видимо, Регина прихватила откуда-то книги просто для коллекции и, как обычно, для того, чтобы сунуть нос в чужие секреты.

А, если вспомнить, что некоторые книги я также недавно забрал из замка деда…

В общем, с такими трофеями, я рассчитывал, что обучение юных Рихтеров продолжится уже совсем с другой скоростью и эффективностью.

Да и у наших более взрослых, но всё же ещё начинающих некромантов, тоже будут отличные пособия для развития навыков.

Но помимо очевидных хранилищ всевозможных богатств, пирамида Регины хранила много секретов.

Тут и там при помощи звероголовых мы то и дело находили самые разнообразные тайники и заначки. Как с артефактами, так с готовыми куколками или просто залежами неотсортированного биоматериала.

В одной из таких комнат Ольгу едва не стошнило от запаха и вида давно отрезанных волос и ногтей.

Похоже, что Регина сама забыла про этот свой склад, да ещё и саму комнату для хранения подобных вещей выбрала на удивление неудачную.

Это было что-то вроде кладовки в нижней части пирамиды, и через неё протекал один из местных подземных ручьёв.

Так что, несмотря на то, что мы в пустыне, склад оказался довольно сырым, и прямо на чьих-то биоматериалах выросла целая колония грибов.

Разумеется, мы сразу же находку сожгли, также как поступали с любыми биоматериалами, которые находили.

Мы также, на всякий случай, вновь зашли в самое главное её хранилище куколок, которое при нас охватило огнём.

Я собирался удостовериться, что пожар — вовсе не иллюзия, которой Регина прикрыла настоящую комнату.

Было бы глупо улететь отсюда, оставив ей возможность вернуть себе самое важное. Нет уж, пусть заново охотится за материалом и создаёт новых кукол, если хочет.

Так и мне будет проще её поймать, если она рискнёт сунуться за этим в один из городов моих союзников или, тем более, в сам Рихтерберг.

В общем, мы ещё раз не просто визуально осмотрели сгоревшие полки, но и провели с дедом целый ряд ритуалов, которые могли бы раскрыть возможные иллюзии.

И только, когда убедились, что здесь нет никакого подвоха, покинули этот зал окончательно. Даже моему заклинанию тления тут было нечего делать.

Я до сих пор удивлялся тому, насколько кардинальную защиту выбрала для этой комнаты Регина. Стоило бы ожидать, что она постарается всеми правдами и неправдами сохранить свою коллекцию, а не уничтожить её собственными же руками.

Но, поразмыслив немного, я понял, что возможно, там можно было обнаружить какие-то настолько неприятные секреты, что она предпочла не рисковать.

Возможно, это касалось других Великих Князей и их ближайшего окружения, а может быть чего-то ещё.

К сожалению, теперь мы это уже не узнаем. Хотя я бы посмотрел на лицо Десмонда, если бы он обнаружил, что некоторые его подчинённые играют на стороне Сципион.

Даже жаль, что я не получил никаких подобных доказательств. Было бы забавно помахать у него перед носом куколкой какого-нибудь близкого соратника.

Я почему-то был почти уверен в том, что нашёл здесь что-то подобное, если бы не пожар.

Ну, мы и так заполучили достаточно полезных вещей, чтобы огорчаться по этому поводу. А щёлкнуть Роланда по носу я всегда успею. Как и в принципе его прикончить.

А пока мы собирали трофеи, в пирамиде параллельно закипела такая жизнь, которой наверняка не помнили здешние стены.

Звероголовые при помощи песчаных и земляных духов что-то здесь ремонтировали, что-то перестраивали под себя. Занимали комнаты и продолжали ухаживать за подземными плантациями.

Но Анпу говорил мне, что это ненадолго.

— Раз вы очистили наше старое поселение, то очень скоро мы туда переедем. Просто понадобится время, чтобы перенести плантации и как следует там всё подготовить для жизни.

— Ну с ремонтом уже помогает Калькатир, — ответил я, — оценив его таланты, могу предположить, что вам останется разве что просто прийти туда и обжиться. Но вы уверены, что хотите покидать пирамиду? Здесь у вас уже всё налажено. А после того, как мы деактивировали все ловушки — ещё и безопасно.

Дед дополнил мою мысль с, как всегда, присущим ему цинизмом:

— Ну, а если Регина всё-таки вернётся она достанет вас в любом месте.

Анпу кивнул.

— Да, мы всё это прекрасно понимаем. Но причины просты. Во-первых мы хотим вернуться в родное поселение, где многие из нас родились и выросли. А во-вторых, попросту неприятно видеть вокруг то, что напоминает о нашем рабстве. А в пирамиде об этом напоминает абсолютно всё.

Он тяжело вздохнул и опустил голову под грузом тяжёлых мыслей.

А дед при взгляде на это лишь поморщился.

— Вот за это я и не люблю живых. Столько сентиментальности и никакой практичности, — фыркнул он.

— Не надо, деда, — одёрнула его Ольга.

Она очень сильно сочувствовала звероголовым и даже успела подружиться с некоторыми из них.

Внучка, как ни странно, оказалась очень любопытна в том что касалось других народов.

Когда мы с ней об этом заговорили, я с удивлением узнал также и то, что оказывается она до сих пор регулярно переписывается с Нэрис, принцессой Сирен.

Пока мы были в подводном городе я не замечал, чтобы они как-то сильно сблизились. А вот поди ж ты. С тех пор, как Сирены получили доступ к современной технике, Ольга постоянно общалась со многими из них.

Она даже показала мне какой-то общий чат, где состояла наиболее влиятельная молодёжь их клана.

И, разумеется, я мог только одобрить такие контакты. Если наследница рода заводит дружбу с важными союзниками, то клану это только на пользу.

Так что я был уверен, что скоро смартфоны появятся и у звероголовых.

И в этом меня расстраивало только одно. То, что они всё ещё работали на скверне.

Я бы хотел ускорить собственные исследования и представить людям новую технику, созданную при помощи чистой магии. Но слишком многое упиралось в человеческие ресурсы.

Рихтерам всё ещё отчаянно не хватало специалистов во многих отраслях.

Часть нужд закрыли Вийоны, но их специализации касались в основном медицины, так что этого было очень мало. И я всерьёз рассчитывал на проект Ольги, по поиску свежей крови среди чистильщиков и «лекарей».

Вряд ли, конечно, среди них окажется ещё и много талантливых механиков и техников, но надо же с чего-то начинать.

Тем временем, до пирамиды добрался Калькатир, и совсем скоро мы собирались вернуться домой.

Стоит сказать, меня очень занимала способность джинна легко находить любое место, где бы не находился его сосуд. Поэтому он даже не запоминал ориентиры пирамиды, а просто прилетел сюда руководствуясь своим магическим чутьём.

А, пока его не было, Анпу рассказал мне о том, почему Калькатир вообще находился в тех подземельях.

Это и впрямь казалось странным. Даже, если звероголовым пришлось в спешке покидать обжитые места из-за очага, то как можно было забыть такого важного и нужного соратника?

На мой взгляд, это вообще первое, что нужно было хватать в такой ситуации. Ведь при помощи джинна можно быстро отстроить поселение заново где угодно.

И, оказалось, что они его всё-таки забрали с собой в тот раз.

Более того, именно с его помощью в песках, где нет никаких ресурсов для подобного, возникла пирамида.

Обратно же его вернул один сокологоловый из тех, кого Регина не смогла поработить сразу.

В какой-то момент он понял, что происходит и решился бежать. Но главное, он хотел спасти джинна, даже с риском для собственной жизни. Мечтал таким образом ослабить ведьму, которая поработила его народ.

Вот и получилось, что он пожертвовал собой, когда вошёл в очаг и оставил там кувшин.

— Но откуда ты сам это знаешь? — удивилась Ольга, слушая этот рассказ вместе со мной.

— Я тоже долго сопротивлялся ментальному вторжению, — ответил Анпу, — но я отказался бежать вместе с ним. Это был мой друг, — с грустью добавил он, — я тогда был наивным и надеялся, что смогу помешать Регине захватить власть над нашим народом.

— Странно, что она тебя за это не убила, — отметил дед.

Анпу вздрогнул.

— На самом деле, этому есть объяснение, — он понизил голос, — прошу, не говорите об этом больше никому, но я единственный из звероголовых, с кого ведьма иногда снимала свои чары.

— Но зачем? — снова удивилась внучка.

Анпу помрачнел, эта тема явно давалась ему с трудом. И, вместо него ответил дед:

— Очевидно же, — сказал он Ольге, — Регина — садистка. Таким образом она, очевидно, над ним издевалась, когда ей было скучно. Он собственными глазами видел всё то, во что превратился его народ и корил себя за то, что ничего не мог сделать. Ох уж эти обычные смертные… — лич пренебрежительно махнул рукой, как обычно, показывая своё отношения к слабостям живых.

И, как обычно, на это уже никто не обратил внимания. Привыкли.

Анпу только кивнул, подтверждая, что лич прав.

— Так всё и было, — с болью в голосе сказал он.

— Главное, что теперь всё позади, — подбодрила его Ольга.

— Да, — действительно несколько воспрял духом звероголовый, — и я ещё раз благодарю Максимилиана, что он не отказал нам в покровительстве. Разумеется, мой народ сделает всё, чтобы отплатить вам за эту доброту, — он склонил голову.

А я тихонько вздохнул. Сегодня, перед отлётом, меня ждала ещё одна официальная церемония.

Мы заключали с их народом вассальный договор, и Анпу едва не умолял, чтобы мы сделали это торжественно. Насколько это вообще возможно в текущих обстоятельствах.

— Моему народу очень нужна точка опоры, чтобы заново найти своё место в мире, — объяснил свою просьбу он, — и, если мы просто пожмём друг другу руки, а не проведём церемонию по всем правилам, то многие из нас решат, что на самом деле этот договор мало что значит. И, что люди нами как всегда пренебрегли.

Его глаза в этот момент приобрели такое грустное выражение, словно это была морда не шакала, а какого-то побитого щенка.

И Ольга сразу же встала на его сторону. Но я и сам был не против. Я хорошо понимал доводы Анпу, и то, как важно может быть вдохновить своих союзников.

Да, веселее от этого задача не становилась, но лидерам иногда приходится делать очень скучные вещи ради важной цели.

А я уже давно не был ребёнком, чтобы бунтовать по этому поводу.

И раз уж я решил заключить со звероголовыми договор, то собирался сделать всё, чтобы он принёс Рихтерам максимум пользы.

И, если я мог повлиять на их моральный дух а, помимо благодарности за освобождение, добиться ещё и верности, то глупо было бы этого не сделать.

Так что, помимо прочего, в пирамиде ещё и велась подготовка к церемонии.

Анпу жаловался, что не удастся провести её по всем правилам, потому что у них не сохранилось никаких ритуальных предметов.

Но всё равно он выжал из имеющихся ресурсов максимум. И даже организовал пир.

К счастью, в пирамиде Регины нашлось достаточно больших залов, которые бы могли вместить даже несколько сотен выживших звероголовых.

Так что, как только закончилась официальная часть, началась настоящая вечеринка. Ольга даже помогла им настроить музыкальный центр, чем здорово всех удивила.

И, если сначала, звероголовые настороженно отнеслись к современной музыке, то через несколько песен, распробовали и начали танцевать.

И, стоит сказать, что несмотря на звериные головы и повадки, веселились они совсем как люди.

В этот момент, Анпу вновь подошёл ко мне с благодарностями.

— Многие из них, — кивнул он в сторону танцующих, — смогли прийти в себя лишь сейчас. И это всё благодаря вам, господин Рихтер, — он склонил голову, — мой народ вечно у вас в долгу.

Я принял его благодарность, а он добавил:

— И я бы хотел предложить вам кое-что ещё. Правда, на этот раз не навсегда, но я переговорил с Хешеремом и Тиамат. Они готовы временно отправиться с вами. И я подумал, что вам будет удобнее полететь на сфинксах, чем ютиться втроём на вашем динозавре.

Сказав это, он вдруг испугался, что нечаянно меня оскорбил такой репликой, так что сразу же начал извиняться. Но я не видел в этом ничего обидного. Птер, при всех его достоинствах, и впрямь не был особенно удобным средством передвижения.

— Наши лучшие рукодельницы два дня тайно мастерили для вас три седла, которые идеально подойдут как сфинксам, так и Птеру, — сказал он, когда мы поднялись на плоскую верхушку пирамиды.

Она оказалась на удивление подходящей для того, чтобы устроить на ней взлётную площадку. Так что и Птёр всё это время ждал нас там. А также именно туда, под, на скорую руку, сооружённый навес, звероголовые помощники стаскивали наши трофеи.

— Мда, — прокомментировала Ольга, впервые увидев эту кучу пакетов в одном месте, — мы словно супермаркет грабили, а не жилище ведьмы. А вы, как два шопоголика, — начала смеяться она, — когда мы с дедом взяли пакеты в обе руки, чтобы закрепить их на Птере.

— Главное не внешний вид, а суть, — глубокомысленно изрёк лич, от чего внучка засмеялась ещё сильнее.

А потом сказала:

— Надо отвести тебя в настоящий супермаркет и приодеть. Только сейчас я поняла, как нелепо смотрится твой старый сюртук на фоне современных вещей.

Дед нахмурился.

— Я же сказал, главное не внешний…

— Да-да, конечно, — перебила его внучка, дав понять, что всё уже решила.

Она быстро перестала обращать внимание на его постоянное ворчание и сообразила, что он пока не в том положении, чтобы с нами спорить.

Дед тоже это знал, но делал вид, что всё не так. И сейчас, резко сменил тему:

— На сфинкса я не сяду. Даже не надейтесь! — упрямо отрезал он, — я предпочитаю надёжных мёртвых созданий, — на этих словах лич почти любовно потрепал Птера по загривку.

— Одно из сёдел как раз отлично подходит для того, чтобы закрепить его на динозавре, — услужливо отметил Анпу.

А мы, наконец, их увидели.

Ольга даже присвистнула от такого великолепия. Сёдла выглядели воистину королевскими. Я бы даже сказал, что они больше походили на украшенные драгоценными камнями комфортабельные кресла.

Анпу, сияя от того, что их подарок оценили, помог нам закрепить их на спинах наших летающих помощников.

Сфинксы всё это время молчали, но всё-таки перед отлётом Хешерем сказал:

— Наши крылья готовы рассечь завесу расстояний, чтобы вернуть вас к истокам вашего странствия.

На этих словах он и его подружка, слегка склонили голову, а затем терпеливо ждали, пока мы устроимся у них на спинах.

И, надо сказать, их предложение пришлось как нельзя кстати. Потому что на Птере едва хватило места даже для одного лича. Всё остальное было занято нашими трофеями.

— Он похож на какую-то летающую распродажу, — снова начала смеяться Ольга.

Но, главное, мы наконец, взлетели.

И спустя несколько часов уже увидели Рихтерберг.

Вот только что-то в нём мне сразу показалось странным. И спустя пару минут я понял что. Случилось то, чего, согласно моим знаниям, сейчас произойти просто не могло.

Очаг. Очаг открылся прямо внутри города.