Глава 22

Я уже отвык от того, что люди смотрят на меня со страхом. Да, пускай посторонние и называют меня 'древним чудовищем, и, возможно, пугают моим именем детей.

Но только не, мои люди, которые работают на клан и видят меня постоянно.

При встрече, они поглядывают на меня чаще всего с любопытством или даже с радостью. Но точно не сжимаются от страха.

А вот Шарлотта почему-то выглядела как запуганный зверёк, словно решила, что я вызвал её для того, чтобы за что-то наказать.

И очень скоро я убедился, что она действительно так думала.

При взгляде на меня в её глазах блеснули слезы, она вся задрожала и практически сразу начала за извиняться.

Когда я прямо спросил её, в чем дело, Шарлотта рассказала мне какую-то странную историю..

Из её рассказа я понял только то, что её бывший муж хотел воспользоваться подписью девушки, чтобы обмануть наших юристов.

И, похоже, она думала, что я позвал её именно по этому поводу.

Проблема показалась мне настолько пустой, что даже вникать в неё не хотелось. Я ценил личную преданность, и Шарлотта ни разу не давала повода в ней усомниться.

Юридическими делами клана занималась Линда и её помощники, которых она лично инструктировала. Так что я был уверен, что какой-то одной подписью, пускай даже подписью члена клана, повлиять на выдачу денег невозможно.

Наши беспощадные акулы-юристы проводят все необходимые проверки в любых случаях, кроме разве что тех, где я напрямую отдаю им личный приказ.

Но Шарлотта и впрямь сильно переживала по этому поводу, и я не мог так просто это проигнорировать.

Правда, услышав сумму «махинации», я едва не расхохотался. Если для её бывшего мужа — это большие деньги, то остаётся ему только посочувствовать.

Но наказания за столь мерзкую попытку шантажа, он, разумеется, тоже не избежит.

Правда, когда я начал расспрашивать Шарлотту о том, как найти этого дурачка, чтобы поручить кому-нибудь разобраться с этим делом, Шарлотта призналась, что Фил и Ганс уже поехали поговорить с ним и уверяли её, что сами разберутся.

— Тогда беспокоиться не о чем, — улыбнулся я ей.

Я знал, что наши блогеры никакие не бойцы и не маги, но вот чего у них не отнять, так это убедительности, недаром их ролики собирали миллионы просмотров. Парни умели доходчиво объяснять остальным, что к чему.

Так что я был уверен, что раз уж они взялись за подобную задачу, то у них есть какой-то план.

Может быть они и казались простоватыми на первый взгляд, но дураками точно не были и вполне могли правильно оценить угрозу.

Но на всякий случай я все-таки запросил информацию у Лифэнь, чтобы убедиться, что блогерам не грозит опасность.

В конце концов, они уже прочно ассоциировались с популярной некромантией. Если что-то случится с ними, то это окажется для клана серьезной потерей.

Но Лифэнь быстро меня успокоила, сказав, что эти два товарища прихватили с собой Фреда.

Сделали они это, судя по всему, тем же способом, которым управляет умертвиями Игнат, что немало меня удивило.

Я даже задумался, нет ли у парней каких-то крох дара некроманта. Настолько слабого, что его не заметить без специального сканирования.

В противном случае, стоило признать, что Фред пошёл с ними по своей собственной воле. А это означало, что он добрался до крайне высокого уровня для умертвия.

На определённом этапе развития у этих существ формируются своего рода личности. Но в отличие от ревенантов, они не сохраняют черты прежнего владельца, а используют жизненный опыт, полученный в уже «посмертном» состоянии.

Удивительным в этом было то, что Фреда в последнее время никто специально не тренировал. Благодаря куче полезных навыков он был буквально нарасхват, и постоянно оказывался то там, то сям.

Но главное, теперь я точно был спокоен за здоровье и жизнь наших блогеров, о чём и сказал Шарлотте:

— Раз они сказали, что справятся, значит, так и есть. Но, вообще-то я позвал тебя по другому вопросу. Я хочу больше узнать о твоём прошлом, о том, как ты попала в приют. Может быть, ты помнишь своих родителей или что-то ещё важное из детства, о чем ты могла бы мне рассказать?

Успокоилась Шарлотта она не сразу, но все-таки взяла себя в руки и погрузилась в воспоминания.

Делала она это старательно, словно школьница-отличница.

Вот только, к сожалению, даже через час активной беседы и наводящих вопросов с моей стороны, я не узнал ничего, ровным счётом ничего полезного.

Ничего, что мне не было бы известно до этого.

Шарлотта не помнила свою жизнь до попадания в приют. Она не знала своих родителей.

И даже о детях, с которыми она вместе жила в приюте, и которые попали туда примерно в одно время с ней, она могла рассказать мало интересного.

Тем более, что мы уже копали в эту сторону раньше. Даже в самом приюте появлялись.

Лифэнь тогда проверила всех этих детей, как и истории их появления. Это были дети, которых якобы вывезли из приграничных деревень, которые захватывала скверна и там никто не выживал, кроме собственно этих самых детей, которых спасали в первую очередь.

Но, я ещё тогда подозревал, что это какая-то выдуманная история. Конечно, такие случаи действительно бывали, но теперь, зная, как действовали фантомы, подбрасывая детей в приюты за пределами своей общины, я был уверен, что весь этот рассказ просто легенда, придуманная ими, чтобы избавиться от лишних вопросов и чтобы не пришлось объяснять, почему у этих детей нет никаких документов и кто они такие вообще.

В любом случае, я как мог пытался вытащить из Шарлотты хоть что-то, но быстро убедился, что она действительно ничего не помнит.

Хотя, конечно, когда мы закончили разговор, она искренне пообещала, что попытается восстановить старые детские воспоминания, насколько это возможно.

На этом мы с ней и расстались, договорившись снова встретиться уже завтра.

Все-таки оставался небольшой шанс, что она действительно вспомнит что-то важное за вечер и ночь.

Я же пока решил освежить в памяти те данные, которые ранее собрала Лифэнь, а также проанализировать хотя бы те крохи информации, которые только что получил при разговоре с Шарлоттой.

Правда, очень скоро убедился, что никаких потайных ключей, скрытых посланий или чего бы то ни было ещё, что могло бы помочь мне в поисках, в её рассказе не было.

В конце концов, на завтрашнюю встречу я уже пришёл не один, а с теми, кому больше всего доверял в вопросах понимания человеческих душ.

Первой, конечно же была Октавия.

Сципион просто по своей природе отлично разбирались в людях, а дар только усиливал эти качества.

Вторым же был дедуля Карл.

Да, несмотря на то, что он уже давно превратился в лича, который не чувствует эмоций, это не значило, что он их не понимает.

Наоборот, необходимость постоянно притворяться и демонстрировать другим чувства, которых у него нет, значительно прокачала его способность понимать, что у других на уме.

Да и до своего превращения дед всегда отличался смекалкой, сообразительностью и умением подмечать даже малейшие детали в общении с собеседником.

Шарлотта ещё не пришла.

Мы ждали её в гостиной и уже сейчас начали обсуждать, как нам быть.

Октавия расстроенно протянула:

— Пожалуй, это первый раз, когда я жалею о том, что мой дар пропал. Если бы я владела ментальной магией, то могла бы поместить бы Шарлотту в транс и вытянуть всё из её подсознания. Даже если она ничего не помнит сама, то какие-то воспоминания в ней всё равно сохранились.

Я согласно кивнул.

— Да, ты права, это могло бы что-то нам дать. Но, с другой стороны, мы даже не знаем, что именно мы должны искать. Что, если секрет вовсе не в том, что произошло в её детстве, а в чем-нибудь ещё?

— Да, такое тоже может быть, — согласилась со мной ведьмочка.

— Можно сделать проще, — вмешался дед. — Необязательно владеть ментальной магией, чтобы вытащить из девчонки все, что она знает, достаточно превратить её в ревенанта или даже в лича. Между прочим, личи никогда ничего не забывают, — он величественно поднял палец вверх.

И, конечно же, именно эту фразу услышала стоящая в дверях Шарлотта.

Она испуганно замерла, и в её глазах явно читался немой вопрос, входить ли ей в гостиную или бежать куда подальше.

Я громко сказал:

— Никто никого превращать ни в ревенанта, ни в лича не будет. Лучше давайте поразмыслим, какие у нас ещё есть варианты. Я вас позвал для этого, а не для того, чтобы ты, дед, снова занимался своей пропагандой личизма.

Услышав это словечко Октавия прыснула, а Шарлотта самую малость успокоилась.

— Какие все нежные, — буркнул он, но продолжать не стал, вместо этого он повернулся к Шарлотте и поманил её рукой, — заходи, заходи, ничего я тебе не сделаю.

Не знаю уж, поверила ли ему Шарлотта, но внутрь вошла.

И первым вопросом, который я ей задал, разумеется стал тот, вспомнила ли она что-то новое из своего детства?

Девушка сразу же смутилась и потупила взгляд.

Похоже, она по-настоящему расстраивалась из-за того, что не могла быть полезной, но все-таки честно ответила, что кроме некоторых несущественных деталей в том, что касалось её взаимоотношений с другими детьми, она ничего не вспомнила.

Но мы все равно заставили её пересказать каждый эпизод, о котором она подумала.

И, в итоге, примерно полчаса внимательно слушали разного рода истории про детские разборки.

Про то, как кто-то у кого-то отбирал на обеде компот, как ещё кто-то заставлял остальных делать за них домашние задания, как у неё самой украли блокнот и так и не признались — зачем.

В общем, она поведала нам целую кучу подобных совершенно обычных детских историй.

Но все-таки мы терпеливо слушали это, потому что, как я уже озвучил ранее, совершенно не знали, где именно искать зацепки.

И я не был уверен, что эта фраза про компот на самом деле совершенно бессмысленна, может быть, этот самый компот воровал у неё урождённый Рихтер.

Хотя, шанс на это был невелик.

У нас уже были списки детей из того приюта, и никто из них на первый взгляд не выглядел кем-то, кто мог бы пролить свет на семейные тайны.

Хотя, конечно, это был один из рабочих вариантов действий, которые мы могли бы предпринять.

Если Шарлотта так ничего и не вспомнит, то, конечно, мы начнём уже активно собирать опрашивать всех выросших детей с зачатками дара некромантов, которые контактировали с ней в приюте.

Тем более, что мы и так уже начали вербовать большинство из них на работу.

Но, что если Шарлотта вовсе не родилась в очаге, среди фантомов, как остальные?

Что если тайна её происхождения другая?

Сама она не знала ничего о своей прошлой жизни, в том числе не помнила своих родителей.

Но у неё единственной среди всех тех детей была фамилия Беккер. А именно Беккеры оставили наследство Ольге перед тем как исчезнуть.

Может быть тогда это они и оставили Шарлотту в приюте?

Но в таком случае возникал новый вопрос.

Знали ли они, что им грозит опасность и что они скоро погибнут?

Либо так, либо они в принципе, были уверены, что их жизнь все время находится под угрозой.

Я вспомнил испытание Ольги, в котором она увидела картину из своего прошлого, где её родителей убили Десмонды.

Это значило, что они специально отслеживали потенциально опасных некромантов и уничтожали их. И возможно делают это по сей день. Во всяком случае на своих территориях.

Хотел бы я найти и опросить хотя бы одного ублюдка из тех, кто этим занимается. Уверен, что выяснил бы много интересного. Но, пока у меня не было ресурсов, чтобы вести полноценные расследования на острове Роланда.

И объявлять ему открытую войн тоже было рановато. Но рано или поздно я до них доберусь.

Вместо этого мне пришла в голову ещё одна мысль.

Испытание.

Если Ольга вспомнила то, что подсознание скрывало от неё много лет, то почему-то же самое не может случиться с Шарлоттой?

Тем более. что сама Шарлотта была уже магистром.

Похоже, что постоянные тренировки со Вьюнкой дали свои плоды.

И, если к нам на работу она поступала с еле заметными зачатками дара, то сейчас он существенно развился.

Это заметила даже Октавия, хотя никогда не общалась с ней близко.

Но её это заинтересовало по другим причинам. Она видела, что Шарлотта — начинающий некромант, а так, как сама ведьмочка надеялась, что теперь оказалась в том же положении, то она сразу начала её расспрашивать, каким образом та развивала свой навык.

Шарлотта смущённо рассказывала, что до этого дня даже и не знала, что добилась каких-то существенных успехов и поднялась на ранг магистра.

Она просто-напросто ежедневно тренировала Вьюнку, ну и в последнее время Блумфилды часто приглашают её на поля, где она помогает дрессировать уже мини-вьюнок.

Шарлотта скромно упомянула, что хотя сначала ей было очень трудно, но теперь она способна контролировать сразу несколько десятков мини-вьюнок одновременно.

Точнее, она называла это не «контролировать», а «попросить» их что-либо сделать. Шарлотта, подобно Игнату, использовала нетрадиционные способы управления химерами.

И также я видел, что до переходного испытания на следующую ступень, ей оставалось совсем немного.

Причём, скорее всего, она пойдёт по боевой ветке развития.

Хотя казалось будто бы её навыки совершенно мирные, ведь сама она толком не участвовала ни в каких битвах.

Но управление химерами все равно двигало её в сторону мага экзекутора.

Хотя сейчас это было, в общем-то, совершенно не важно.

Главное, что это был наш шанс вытащить из девушки что-то ещё.

Оставалось лишь подтолкнуть Шарлотту к переходу на новый уровень.

И сейчас у меня была возможность сделать это чисто.

Раньше я подталкивал сам себя к новым рангам, поглощая скверну в безумных количествах. Но, во-первых, я лишь возвращал свой уровень, а во-вторых, у меня просто не было выбора в обстоятельствах, когда действовать нужно было быстро.

Но теперь, когда у клана появился механизм, с помощью которого мы могли заряжать батарейки чистой природной энергией.

И совсем не обязательно было заставлять Шарлотту проходить сквозь боль и отравлять её организм скверной.

Конечно, её дар некроманта переработает эту отраву, но зачем лишний раз делать это именно таким грубым образом, если можно организовать всё, как нужно?

Главное то, что мы в принципе могли прямо сейчас подтолкнуть её к испытанию, потому что она сама почти дошла до него собственными силами.

Невозможно просто взять и влить в мага огромное количество энергии и ждать, что он поднимется на уровень вне категорий.

Скорее, получится обратный эффект, когда энергосистема, не способная к переработке такого количества мощи, просто захлебнётся и выжжет сама себя.

Таким образом, проще навсегда лишить себя магии, чем подняться на новый уровень.

Но когда до нового ранга остаётся совсем чуть-чуть, подобная возможность все-таки есть.

И, когда я озвучил эту идею, то, разумеется, все меня поддержали, даже сама Шарлотта, хотя она была до ужаса удивлена, что может продвинуться так далеко. — Когда я только нанялась к вам на работу, — сказала она, — я вообще практически не представляла, что такое магия. Да и сейчас не уверена, что понимаю это. И поэтому мне странно слышать, что я маг, да ещё и такой сильный! — с восторгом закончила она.

Разумеется, для того, кто ещё недавно был обычным человеком, ранг экзекутора оказался чем-то невероятным и недостижимым.

И можно было только удивляться, насколько сильно в Шарлотте развито интуитивное понимание некромантии в самом важном её аспекте.

Ведь именно способность к управлению химерами — это основа нашего дара.

И хотя Шарлотта, совершенно ничего не понимала в теории, но всё равно смогла продвинуться в этом навыке так далеко.

Пожалуй, её необходимо как можно скорее записать на учёбу в нашу академию, хотя бы как вольного слушателя лекций, чтобы девушка могла подтянуть пробелы в знания.

Но это чуть позже., а сейчас мы приступили к осторожной подготовке Шарлотты к испытанию.

Помимо того, чтобы влить в неё энергию, я, разумеется, также провёл и подробный инструктаж.

— Запомни, — объяснял я ей, — во время испытания с тобой может произойти абсолютно все, что угодно. На тебя может напасть любой монстр, любой человек, либо ты можешь оказаться в ловушке или просто пережить какое-то страшное состояние, кошмарный эпизод из своей жизни или просто ужас, который живёт внутри тебя.

Шарлотта внимательно слушала и кивала.

— И как мне лучше поступить? — уточнила она.

Я одобрительно кивнул, поддерживая такой подход.

— Ты не должна поддаваться панике. Важно с самого начала и до конца понимать, что, что это всего лишь испытание. Иначе есть риск, что ты будешь плутать в нём вечно. Не забывай, что все это — лишь плод твоего воображения. В испытании ты не сможешь узнать или увидеть что-то, чего нет в твоей голове. Но также не забывай, что ты сама можешь влиять на то, что там происходит. Используй все навыки, которыми ты владеешь, чтобы победить свой страх и выйти из испытания победителем.

Шарлотта кивнула и подтвердила, что все поняла, и тут же рухнула без чувств. Я едва успел её подхватить.

Её испытание началось.