Глава 7

Ещё только подплывая, мы уже видели, насколько местный порт огромен. Здесь повсюду бурлила жизнь. Помимо нашего корабля в этот же момент пришвартовывались ещё три судна, и это не считая десятков кораблей, уже сбросивших якорь, а также тех, что, наоборот, отплывали.

Как только мы пристали к берегу, масштабы местной торговли стали ещё более очевидными.

— Это только торговый порт, — сказал нам Али, пока мы стояли на палубе перед трапом и оглядывали окрестности, пытаясь сориентироваться в этом бурлящем хаосе.

Над нами возвышались многоярусные пагоды и башни торгового квартала, соединённые между собой хитросплетениями висячих мостов, по которым сновали носильщики с тюками. Со всех сторон доносились крики зазывал, а ароматы пряностей и благовоний смешивались с запахом морской соли.

— Пассажирский порт на самом деле тоже недалеко, но всё-таки чуть поодаль, — продолжил Али, указывая в сторону северной части побережья, где виднелись изящные башни с развевающимися разноцветными флагами. — И смею вас заверить, там поток кораблей ничуть не меньше, чем здесь.

— И чему обязан такой успех у туристов? — с усмешкой поинтересовался дед, разглядывая золоченые купола какого-то дворца, возвышающегося над портовым кварталом. — Не этими же дешёвыми тряпками, о которых ты так вдохновенно нам рассказывал?

— Сюда многие приезжают для того, чтобы чему-то научиться, — ответил вместо Али Симон, с явным удовольствием вдыхая воздух, наполненный воспоминаниями. — Я тоже был из таких. Здесь может и не самые сильные школы фехтования, зато очень много мастеров, которые могут научить лучше чувствовать свою энергосистему и работать с энергетическими потоками.

Я проследил за его взглядом и заметил в отдалении группу людей, практикующих какие-то ритмичные движения прямо на одной из террас, нависающих над водой. Их движения были плавными, словно они сами состояли из волн.

— Кроме того, и рукопашные боевые искусства здесь на высоте, — добавил Симон.

— Ну и тёплый климат, и низкие цены тоже имеют значение, — практично дополнил Али.

Внизу под нами раскинулся настоящий водный рынок: сотни маленьких лодок и плотов с разноцветными навесами образовывали целые улицы и переулки.

Торговцы в широкополых конических шляпах перекрикивались друг с другом, предлагая товары. Повсюду мелькали яркие шелковые одежды, блестящие украшения, экзотические фрукты и цветы лотоса.

Дед хмыкнул и шагнул на трап, собираясь спуститься вниз, Али окликнул его и обратился к нам всем:

— Будьте осторожнее и следите за своими вещами. Здесь можно мигом остаться не только без кошелька, но и без последних трусов, — он кивнул в сторону мальчишек, ловко лавирующих между торговыми рядами. — Местные воришки настолько наглые и проворные, что способны утащить практически всё, что угодно, вплоть до вас самих.

Он улыбнулся, давая понять, что последнее всё-таки шутка, но тем не менее ещё раз серьёзно попросил, чтобы мы держали ухо востро. Я заметил, что некоторые из этих «детей» двигались с неестественной гибкостью и ловкостью, словно кошки, перепрыгивая через препятствия и даже цепляясь за стены зданий.

— А что насчёт груза, который мы привезли с собой? — уточнил я. — Ваши люди проследят за его сохранностью?

— Разумеется, — кивнул Али. — Мы работаем здесь уже не один год. У нас тут каждый последний грузчик знает все правила безопасности. Случаев воровства у нас бывает не более десятка в год. Это считается очень низкими показателями.

— Может быть, нам тогда лучше самим проследить за своими вещами? — фыркнул дед, с подозрением глядя на двух носильщиков в пёстрых тюрбанах, которые уже подбирались к нашему багажу.

Я усмехнулся и сказал:

— Я волнуюсь больше не за вещи. Не завидую я тем, кто решит позариться на ящики с химерами.

Ольга засмеялась, явно представив себе это зрелище, в котором незадачливый разбойник открывает большую коробку и, вместо сокровищ, видит перед собой кардинала с его леденящим душу пустым взглядом и руками-бензопилами.

В этот момент дед спустился вниз, на мощёную цветным камнем набережную, ещё раз оглядел пёструю толпу вокруг себя, хмыкнул, и я почувствовал волну магии, исходящую от него.

Очень скоро я понял, что происходит. Одна из особенностей состояния лича заключалась в том, что он мог использовать некоторые заклинания почти автоматически. Это была даже не магия, а просто свойство его неживого состояния. Одним из таких была аура ужаса, и работать она начала мгновенно.

Даже мне на секунду стало не по себе. Холодная волна пробежала по позвоночнику, словно кто-то провёл ледяной иглой вдоль спины.

Ольга так и вовсе испуганно сделала шаг назад, не в силах справиться с давлением.

А обычные люди, которые до этого спокойно проходили мимо едва совсем не впали в панику, чуть ли не убегая подальше от деда Карла.

Вокруг нас мгновенно образовалось пустое пространство, как будто невидимая сила оттолкнула всех. Даже уличные музыканты, игравшие на ситарах под тенью цветущего дерева, замолчали на полуноте, а их инструменты издали резкий и неприятный уху «бзыньк».

— Вот так-то лучше! — довольно прокомментировал дед, оглядываясь вокруг. — Теперь уж точно никто не позарится на наше имущество.

Я тоже спустился по трапу и встал с ним рядом, наблюдая, как испуганная стайка детей в ярких одеждах скрывается в узком переулке между двумя зданиями, украшенными золотыми драконами и слонами.

— Интересная демонстрация способности, — сказал я, — но боюсь, нам это не подходит. Если ты не заметил, ты не только заставляешь людей отшатываться от тебя и убегать прочь, но ещё и привлекаешь внимание, словно ты самый настоящий монстр.

Над нами на балконах и террасах уже собирались зеваки, с тревогой и любопытством наблюдая за происходящим. Женщины в цветастых сари перешёптывались, прикрывая рты шёлковыми шарфами. Стражники в пурпурных тюрбанах, вооружённые изогнутыми саблями, начали протискиваться сквозь толпу в нашем направлении.

— Так мы быстро попадём во все местные хроники и сплетни. И уже вечером Канвары будут знать, что сюда прибыли Рихтеры, — продолжил я. — Так что сворачивайся и заботься о своём кошельке самостоятельно. Тем более что у тебя его нет, — добавил я с лёгкой усмешкой.

Дед цокнул языком, но ауру убрал. Я на секунду даже об этом пожалел, когда понял, что нам действительно придётся едва ли не расталкивать людей локтями, чтобы пробиться к выходу из порта.

Жаль что эту способность нельзя ограничить дистанцией в пару метров.

Стоило ауре исчезнуть, как жизнь вокруг снова закипела. Заиграли музыканты, заголосили торговцы, предлагая заморские товары, зазвенели колокольчики на башнях.

По воздуху плыл сладкий аромат жасмина и сандала, смешанный с запахами пряных специй и уличной еды. Над рыночными рядами покачивались фонарики и талисманы, отбрасывая причудливые тени на пёстрые навесы.

Симон с присущей ему галантностью делал всё, чтобы избавить Ольгу от неприятной задачи протискиваться сквозь толпу, ведя её за собой. И, надо сказать, у него это отлично получалось.

Вообще, я заметил, что, видимо жизнь в Синде не прошла для него даром, и пробивался сквозь это людское море он с поразительным умением.

Симон ловко уворачивался от носильщиков с бамбуковыми коромыслами, изящно обходил группы паломников в оранжевых одеяниях, и даже умудрялся избегать назойливых торговцев амулетами и благовониями, которые, казалось, могли учуять иноземца за милю.

Вскоре к нам присоединилась охрана Демиров. Они сняли с нас часть задач по тому, как эффективнее прорваться через эту толкучку.

А на выходе нас ждал новенький, отполированных до блеска лимузин. Он здорово выделялся на фоне множества местных видов транспорта, хотя, разумеется, рядом нашлось ещё несколько элитных автомобилей. Но в основном всё пространство вокруг заполняли довольно старенькие машины, а ещё больше было мопедов и рикш.

Над дорогой стоял тонкий туман из выхлопных газов, благовоний и пара от уличных кухонь. От такой смеси резких запахов, не привыкшему к подобному человеку мгновенно становилось дурно.

Нас с Ольгой спасало только то, что мы умели контролировать своё тело

— Мы с дедом по старинке прокатимся на рикше, — сказал я Али, с сожалением глядя на лимузин.

Увы, но я пока так и не поборол свою досадную особенность, из-за которой уничтожаю практически любую технику, к какой бы ни прикасался. Хорошо ещё, что поезда и большие корабли остаются мне доступны, а то пришлось бы до сих пор ходить под парусом или использовать химер, даже в тех случаях, когда это не выгодно.

Али кивнул с пониманием и тут же подозвал двух колоритных рикш.

Их повозки были расписаны яркими сценами из местных легенд. Многорукие божества сражались с демонами, а танцовщицы в прозрачных одеяниях застыли в изящных позах. Над сиденьями нависали пёстрые балдахины, расшитые золотыми нитями.

Да и сами рикши выглядели вполне под стать своим повозкам, здорово выделяясь на фоне своих гораздо более бедных коллег.

Всё здесь существовало в двух экземплярах. Либо кричащая роскошь, либо вопиющая бедность.

К счастью, нужный нам отель находился недалеко, и много времени я не потратил даже на рикше.

Как только мы разместились в номерах в отеле, со мной сразу связалась Лифэнь.

— Ты выяснила, где держат Арджуна? — тут же спросил я.

Она хмыкнула.

— Боюсь, что это было самое лёгкое из того, что нам предстоит.

— Тогда оставь этот рассказ для момента, когда мы все соберёмся в конференц-зале.

Раз уж всё не просто, чего, в принципе, и стоило ожидать, значит, нам всё равно понадобится мозговой штурм, и, скорее всего, помощь Демиров, которые лучше знают местные порядки.

Тем более что собраться для обсуждения дальнейших планов мы и так должны были буквально через полчаса.

Конференц-зал находился на самом последнем, девятом этаже отеля. Казалось бы, довольно высокое и большое здание, но я уже успел немного осмотреть город, пока ехал сюда, и понимал, что на самом деле отель Демиров был довольно скромным местом на фоне множества других зданий.

За окнами конференц-зала открывалась впечатляющая панорама города, где современные стеклянные башни возвышались над древними дворцовыми комплексами. Это был один из самых благополучных районов города, так что здесь почти ничего не напоминало о многокилометровых трущобах, о которых нам тоже рассказал Али.

А вдалеке, у горизонта, виднелись величественные горные пики, подёрнутые голубоватой дымкой.

Впрочем, наш отель всё равно был очень приличным и даже роскошным, особенно внутри.

Как потом признался Али, без этого никак, если хочешь работать в каком-то более-менее нормальном сегменте рынка.

— Если обстановка будет слишком простой и обычной, то этот отель не заинтересует никого, — пояснил он, когда мы устроились в креслах из тёмного дерева. — Ни самых бедных, которым попросту не хватит денег даже на это, ни уж тем более самых обеспеченных. Чего-то среднего же здесь просто не существует, или этот слой столь мал, что можно не принимать его в расчёт.

Лифэнь получила доступ к большому экрану в центре зала, и, не теряя времени, мы начали слушать её доклад. Надо сказать, что этот экран у Демиров был не совсем простым, а с голографическим элементом.

Вместо того, чтобы показывать нам всё на экране, Лифэнь могла вывести трёхмерную модель прямо над столом.

— Почему ты не используешь такой экран у нас? — поинтересовалась Ольга, восхищённая технологией.

— Потому что зал заседаний в Замке так и не построили, — ответила Лифэнь. — А все совещания проходят или у меня в Центре, или в какой-нибудь кофейне. Я же всегда предлагала использовать самые последние технологии, но Игнат…

— Давайте обсудим это потом, — поторопил я их. — Сейчас я хочу узнать всё, что ты нарыла на Арджуна и темницу, в которой он сидит.

— Разумеется.

Перед нами появилось голографическое изображение высокой скалы, на вершине которой стояла башня. Тоже довольно высокая, больше похожая на маяк. А скорее всего, по совместительству она им и была, потому что на её вершине горела яркая магическая лампа, окруженная ореолом переливающегося сине-золотого света.

Сама башня была построена из светло-серого камня, покрытого магическими символами, светящимися ярко-голубым в темноте. Узкие окна-бойницы, больше напоминающие прорези, казались едва заметными на бронированных монолитных стенах.

У основания башни виднелись сложные защитные руны, которые, казалось, пульсировали энергией даже в трёхмерной модели.

— Собственно, вот это и есть тюрьма, в которой держат Арджуна, — пояснила Лифэнь. — Судя по информации, которую я нашла, попасть туда можно только с воздуха. Там держат особо опасных преступников, которые никогда не должны выйти на свободу, и члены рода Канвар лично её охраняют.

Ольга нахмурилась и почесала лоб.

— Всё-таки надо было взять с собой Птера, — сказала она. — С воздуха штурмовать тюрьму будет явно проще. Да и другого способа, похоже, всё равно нет. Может, попросим Прохора или ещё кого-нибудь пригнать его сюда?

Вокруг башни, если присмотреться внимательнее, можно было заметить полупрозрачный купол магического поля. Очевидно, это была не просто тюрьма, а настоящая крепость, защищённая мощнейшими заклинаниями стихии воздуха.

— Не торопись, — сказал я Ольге, — зачем нам разбивать лоб об эти стены?

— А как еще? — удивилась она. — Если нет другого пути, чтобы освободить пленника? Особенно с такого закрытого объекта. Я была уверена, что это боевая миссия. Да и вообще, не проще ли заодно сразу преподать урок Канварам?

Али испуганно на неё посмотрел, а в разговор вмешалась Лифэнь.

— К слову, насчёт штурмов. Разумеется, уже находились смельчаки, которые пытались освободить кого-то из этой тюрьмы. Был, например, случай, с главой одной крупной триады. Тогда его соратники заручились поддержкой чуть ли не всего криминального мира Синда. Всё потому что, многие синдикаты тоже кого-то да потеряли в застенках тюрьмы Канваров. И они решили, что объединившись, смогут разрушить тюрьму и вызволить своих.

Слушая это, Али кивнул и закончил рассказ за хакершу:

— Здесь все помнят этот случай. Потому что после этого, так сказать, штурма. Случился самый крупный перераздел влияния, который только знал Синд. Те, кто дерзнул выйти против Канваров, не добились ровным счётом ничего. Тюрьма так и осталась целой и невредимой. Зато сами они потеряли всё. Канвары почти не лезут в местные разборки и не беспокоятся о том, что творят другие кланы на их территории, пока те не задевают лично их. Но, если это всё-таки случилось, то они действуют максимально жёстко и безжалостно.

Меня не удивило то, что я услышал, но вот достаточно ли этих слов внучке, чтобы оценить опасность? Не уверен. Поэтому я тоже пояснил свою позицию:

— Похоже, что наши успехи вскружили тебе голову, но не стоит думать, что путь открытой войны самый лучший. Если ты вспомнишь, мы победили в каждом из наших столкновений с великими князьями не потому, что шли на них в атаку напролом, а потому что нашли способ застать их врасплох. Тщательно спланировав операцию, выбрав время, место, а также заручившись поддержкой верных союзников.

Внучка внимательно меня слушала.

— Мы побеждаем не потому, что мы самые сильные, Ольга. Сейчас это ещё не так. А потому что в первую очередь работаем мозгами и играем на слабостях врагов.

— Неужели Канвары такие опасные? — удивилась она. — Хотя, честно говоря, я про них практически ничего не слышала.

— Они не очень афишируют свои способности, — ответил я. — Но я уверен что они способны удивить. Возможно они сейчас самые сильные из кланов, кроме разве что Сципион, но у них слишком разные способности, чтобы сравнивать. При всех своих меркзих заготовках, ловушках и трюках, Регина — не боец в полном смысле этого слова. Она сильный маг-проклинатель, но не воин. Канвар же, напротив, самый настоящий воин и боевой маг.

Лифэнь, решила иллюстрировать мои пояснения и вывела на голограмму несколько портретов членов клана Канвар. Суровые лица с жёстким взглядом и характерными чертами, свойственными обитателям этих земель.

— К тому же, если они действительно занимались развитием своего дара все эти десять веков, а не почивали на лаврах, как это делала, например, Катарина, то я вообще понятия не имею, на что они сейчас способны. А значит, нам следует действовать осторожно, чтобы не попасть в ловушку.

— Но, как тогда ты планируешь вызволить Арджуна? — нахмурилась Ольга. — Мы же не можем превратиться в невидимок и пройти прямо у них под носом?

— Ну почему же, — усмехнулся я. — Рассказы про то, что вход с воздуха — единственный, вполне могут оказаться обычной мистификацией. Попыткой ввести всех в заблуждение. В конце концов, им необходимо не только охранять заключённых, но также кормить их, а ещё убираться в камерах, и не только. Как думаешь, будет ли этим заниматься какой-то из Канваров? Или обслуживающий персонал вместе с пищей прилетают туда по небу?

— Сомневаюсь, — хмыкнула Ольга, сообразив к чему я клоню, но всё-таки решила добавить, — но убираться могут и сами заключённые.

— Но не в служебных же помещениях, — добавила Лифэнь. — Ведь так их намного труднее охранять.

— В любом случае, я вполне уверен, что какие-то люди туда попадают. Нам просто надо их найти, — ответил я.

— К сожалению, я не могу сказать по этому поводу ничего конкретного, — покачал головой Али. — В конце концов, мы просто здесь торгуем и не лезем в местную политику и уж тем более к Канварам. Кроме того, если мы начнём просто так шнырять по городу и что-то вынюхивать, то сделаем только хуже. Местные не очень-то любят чужаков и вряд ли расскажут нам что-то даже за деньги. Да и запугать себя вряд ли позволят. Особенно если мы не хотим привлекать к себе внимание.

Он сделал короткую паузу, поправляя свой безупречный галстук.

— Но всё-таки у меня есть одна мысль. У нас есть надёжные партнёры. Они местные, но мы сотрудничаем очень давно и добились определённого уважения и хороших отношений. Я им доверяю, и вполне возможно, что через них у нас получится раздобыть какие-то сведения, хотя бы кончик ниточки, которую мы собираемся размотать.

* * *

Делового партнера Али, а по совместительству главу небольшого торгового клана, с которым они работали много лет, звали Лянь Фуцян, и он согласился встретиться с нами в одном из местных ресторанчиков.

Там подавали как простые и известные в других странах, так и очень сложные блюда, которые были популярны у местного населения.

В то время, как туристы, напротив, такие с виду скромные места, обходили стороной.

— Но это от недостатка понимания, — пояснил Али, — лучшую традиционную еду, как раз можно поесть именно в таких местах. Есть семейные ресторанчики, которые веками берегут свои рецепты. И точно такого же блюда, как у них не попробовать больше нигде.

Он рассказывал и дальше, объясняя, что очень часто такие места ещё и имели большое значение для местных бизнесменов. Многие начинали свой бизнес с подобных закусочных или получали их в наследство от родителей, которые, в свою очередь, получали их в наследство от своих родителей и так далее. Так что для них они могли быть связаны с традициями и тёплыми семейными воспоминаниями.

Али даже заявил, что в таких случаях совершенно недопустимо отказываться от приглашения, потому что это может нанести смертельное оскорбление пригласившему.

Но мы и так не собирались. Нас, наоборот всё устраивало и даже больше. Внучка вообще вся была в предвкушении, ей очень хотелось поближе познакомиться с местной культурой.

Да и в целом, мы понимали, что как раз популярные туристические места нам уж точно совершенно никак не помогут выйти на какие-то нужные связи.

— Только будьте осторожны, вся еда там, скорее всего, будет очень острая, так что сразу предупреждайте официантов, что вам нужно готовить без специй, — посоветовал Али. — Причём, будьте уверены, они всё равно их положат, но так, возможно, вы хотя бы сможете это есть.

Дед усмехнулся, и я понял, что у него уже созрел какой-то план.

А вот Ольга нахмурилась.

— Но ведь так мы не сумеем в полной мере почувствовать тот вкус, который был задуман поваром?

Али улыбнулся.

— По вам сразу видно, что вы не местные. Так что владелец и персонал не обидятся. Они понимают, что неподготовленный человек гораздо лучше оценит их блюда, если они окажутся чуть более… адаптированными, скажем так.

До места мы добрались быстро, хотя мне снова пришлось повторить поездку на рикше, но это было даже интересно. Так я мог наблюдать за городом изнутри, почти как местный житель.

Хотя на самом деле большинство из них даже услугами рикши пользовались не часто, потому что это стоило денег.

Проще было сэкономить и дойти пешком. А вот туристы с удовольствием на них разъезжали по всему городу, что меня совсем не удивляло.

Ещё по Коста-Сирене было понятно, что такая азиатская экзотика привлекает многих.

На нашем курорте тоже именно рикши захватили дороги, а автомобили вообще были запрещены на большей части улиц туристического города.

Здесь же всё было несколько иначе, и тележки, запряжённые людьми, соседствовали одновременно со всеми видами транспорта.

Ресторан, куда мы прибыли, в точности повторял описание, которое дал нам Али.

Хотя он никогда здесь не был, но прекрасно представлял, что нас ждёт.

Несмотря на скромный внешний фасад здания с едва заметной вывеской, внутри нас встретил небольшой, но уютный зал, тщательно обставленный в традиционном стиле.

Низкие деревянные столы были отполированы до блеска, а вместо стульев на полу лежали искусно вышитые подушки и традиционные циновки.

Ольга с интересом рассматривала старинные гравюры на стенах, изображающие местные легенды и пейзажи. Она аккуратно сняла обувь, прежде чем ступить на мягкий ковёр, понимая значимость этого жеста уважения.

Глядя на это симпатичная молодая официантка в этническом костюме, ещё сильнее расплылась в улыбке, очевидно, выдохнув с облегчением, что ей не придётся объяснять туристам как принято себя вести в их заведении.

Лянь Фуцян уже ждал нас внутри. Причём, к нашему удивлению, он был там совершенно один.

Мы предполагали, что он прибудет хотя бы в компании телохранителей, потому что Али нам сказал, что просто так здесь никто не ходит. Но, возможно, его охрана осталась снаружи, потому что мы видели пару вооружённых людей, куривших неподалёку от входа.

— Странно, — тихо сказал Али, оглядываясь, — обычно это место полно людей даже не в самое популярное время. Сегодня удивительно пусто.

Я пожал плечами. Такой расклад нам был скорее даже выгоден. Меньше лишних ушей. Но, на всякий случай, я насторожился.

Та же улыбчивая официантка с достоинством подала нам красиво оформленное меню.

Совсем небольшое по размеру, но было видно, что им гордятся. Возле каждого блюда стояла пометка, ещё раз напоминая о традициях и уникальности вкуса.

Во всяком случае, они предлагали гёдза с фирменным соусом по семейному рецепту, лапшу с таинственным секретным ингредиентом и даже обычный на первый взгляд рис с рыбой должен был быть особенным, потому что посетителей уверяли в непревзойдённой свежести продукта. Рыбу по словам официантки выловили буквально пару часов назад. И всё это время она в живом виде ждала своего часа у них в аквариуме.

Кроме того, в меню нашлась вложенная листовка, рассказывающая о местной традиции. Если кто-то сможет съесть сразу пять порций их фирменных супер-острых блюд, то еда для него и для его друзей будет за счёт заведения, а имя героя будет выгравировано на специальной доске почёта.

Глядя на эту надпись, дед снова коварно ухмыльнулся. Я понял, что он зачем-то решил произвести впечатление на Ляня вот таким необычным способом.

Однако, судя по виду партнёра Демиров, впечатление производить уже было не нужно. Он и так был весь какой-то нервный и зашуганный, словно боялся нас.

«Или не нас?» — сразу промелькнула у меня мысль, и я ещё раз подумал о том, что лучше бы мне держать ухо востро.

Разговор тоже как-то сразу не заладился. Али пытался что-то ему объяснить, но Лянь растерянно потирал запястье и скомкано отвечал, вроде бы соглашаясь, но при этом не говоря ничего конкретного.

— Лянь, друг мой, — мягко обратился к нему Али, — я слышал, что это место славится своим чаем не меньше, чем едой. Может, закажем свежезаваренный улун? Он помогает собраться с мыслями.

Я кивнул в знак согласия. Мне эта идея тоже пришлась по душе. Кофе здесь не подавали, но ради разнообразия я был совершенно не против насладиться вкусным насыщенным чаем.

Однако, Лянь даже не успел ответить.

Вместо этого, в один момент, в зал ворвались те двое, которые дежурили у входа, а за ними сразу же ещё несколько.

Один из них грубо оттолкнул официантку, которая уже несла для нас несколько порций лапши на подносе.

Девушка покачнулась и едва устояла на ногах, но вот поднос не удержала.

С громким звоном разбились изящные фарфоровые тарелки, а сама она вскрикнула от боли, когда её окатил кипяток и в ужасе скрылась обратно на кухне.

Но разбились не только тарелки, а ещё и окна прямо возле нашего столика. Только моя реакция и быстро выставленный щит спасли остальных от осколков.

Из окон на нас тоже глядели злые вооружённые до зубов маги. Они целились в нас из автоматов и спешно готовили заклинания.

Интересно. Вроде бы я ещё не успел никому здесь насолить. Или нет?