Глава 21 · Серьезный вопрос

Королева оказалась не просто большой. Она была огромна!

Конечно, до вормикса эта тварь не дотягивала, но оказалась ощутимо больше Шейры. О чём моя кошка вообще думала, бросая вызов такому монстру?

Зайдя в разлом, я сразу же призвал Лаву. Пока лучше беречь энергию — мало ли что. Мальфира решил призвать, только если понадобится, как и Весту. А вот Шейра была наготове.

Сам разлом очень напоминал тот с гигантскими деревьями, где однажды потерялись мои добытчицы-инферны. Деревья чудовищных размеров уходили кронами к самому небу. Обладая большим количеством ветвей, они являлись прекрасным местом обитания для многочисленной живности. Гигантские джунгли просто кишмя кишели летающими, ползающими и прыгающими тварями самых разных калибров, от мелочи размером с земного льва до монстров вроде Шейры.

Хотя нет, кошки из стаи, отправившей сестричек на разведку, оказались единственными сверххищниками в этих краях. Это мне уже Веста рассказала, пока я Шейре печати ставил. Пантеры здесь царствовали безраздельно, собирая ежедневную кровавую дань. Впрочем, живности от этого меньше не становилось!

И вскоре я понял, откуда у кошек такая невосприимчивость к магии. Дело в том, что в этом удивительном разломе разве что сами деревья не умели плеваться огнём, кислотой, наносить стремительные удары усиленными когтями или замораживать своих соперников взглядом. А так как меня интересовал только кристалл, я решил уйти в тени раньше, чем привлёк к себе ненужное внимание, и уже оттуда призвал Шейру.

Указания ей не требовались, и через пару минут она прямой наводкой вышла на свою теперь уже почти бывшую стаю.

— Зачем вернулась? — прищурилась королева. — Новый дом для стаи готов?

Благодаря Шейре я прекрасно понимал речь королевы — пока слушал ушами большой кошки, конечно. Я не обрёл знания их языка, просто в мыслях Шейры, которые она транслировала мне, не существовало языкового барьера.

— В том мире нечего есть, — оскалилась Шейра. — Зато там живут сильные двуногие, которые придут сюда и прекратят существование этого мирка.

— Я поведу стаю в новый мир, — упрямо мотнула головой королева. — И найду пищу там, раз ты на это неспособна!

— Не поведёшь, — рыкнула Шейра. — Стаю поведу я.

— Ты опять? — королева откровенно зевнула. — Тебя отшлёпать?

— Выходи и дерись, — моя кошка вдруг поднялась на задние лапы. — Я вызываю тебя!

— Ты, ты и ты, — королева по очереди посмотрела на приближённых, лежавших ближе всего. — Объясните ей её место.

Три пантеры, не уступавшие Шейре в размерах, поднялись с лежанок и вразвалочку двинулись на неё. Не знаю, что они собирались сделать, вот только ждать Шейра не стала.

Я физически почувствовал отток энергии, когда большая кошка потянула её на себя, напитывая по максимуму печати усиления. Вот она присела, сжавшись как пружина, рывок… и первая из жертв покатилась по листве с разорванным горлом. Но Шейре показалось этого мало. Догнав кувыркающееся тело, она обхватила передними лапами голову, упёрлась задними в тело, вдавливая невероятно прочную шкуру когтями, и… просто оторвала её!

Шокированы оказались все. Особенно — душа погибшей пантеры, скользнувшая ко мне в Океан душ.

Оставшиеся противницы присоединились к ней через пару секунд — после двух мощнейших ударов лапами со стороны Шейры, проломивших черепа, которые выдержали бы взрыв ящика тротила изнутри!

— Ты будешь со мной драться! — с вызовом зарычала Шейра, слизывая с когтей кровь соплеменниц.

Остальные пантеры, почувствовав неизбежность схватки за власть, отступили, образовав широкий круг. Вожди не должны драться среди подчинённых — таков закон стаи.

После такого представления королеве ничего не оставалось, кроме как подняться со своей подстилки. И к моей кошечке она на этот раз отнеслась со всем уважением, даже почтением. Не кинулась сразу в драку, а пошла кругом, изучая. Может, усомнилась, та ли это Шейра? Обе пантеры прижали уши, оскалив клыки в злобном шипении.

— От тебя пахнет иначе, — принюхалась королева. — Как ты стала сильнее?

— Подчинись — и у тебя тоже будет такой шанс, — оскалилась Шейра. — Ты в любом случае умрёшь сегодня.

— Это ты что ли меня убьёшь? — фыркнула старшая. — Сила решает далеко не всё. Тебе не хватает опыта.

Королева издала утробный рык, припала к земле и прыгнула на Шейру. Но так, что приземлилась, не долетев до моей кошки всего ничего. А вот та отреагировала на прыжок мгновенно и тоже прыгнула навстречу. Матриарх, приземлившись, тут же оттолкнулась от земли снова и… поддела Шейру своей тушей, опрокинув на лопатки и прижав лапой к земле. Длинные хвосты обеих пантер метались из стороны в сторону, помогая удерживать равновесие в этой смертельной схватке.

— Я же говорила, — королева показательно выдвинула когти, приготовившись нанести смертельный удар. — Сила это ещё не всё.

Вообще-то она права. Чаще всего так и бывает — сила ещё далеко не всё. Вот только у Шейры этой силы, а заодно и физической стойкости, имелось в избытке.

И она, вывернувшись, ударила королеву когтями задних лап в живот, располосовав шкуру. Не разорвала, но ранила серьёзно.

Та попыталась ухватить Шейру за горло зубами, но получила за это лапой по голове и покатилась по земле. Обе пантеры разбежались в стороны, яростно шипя и рыча друг на друга. Зрители из стаи отступили ещё дальше, освобождая место для маневра.

После этого королева, видимо, решила играть всерьёз!

Поединок между двумя пантерами превратился в калейдоскоп! Обе двигались с невероятной для таких гигантов скоростью, не давая отдыха ни себе, ни противнику. Атаковали из любого положения, балансируя хвостами при резких поворотах и прыжках. Отталкивались лапами от земли, стволов деревьев, от случайно подвернувшихся и не успевших отскочить соплеменниц. Драли друг друга когтями и зубами, били лапами. То сходились в клубок из когтей и клыков, то разлетались в стороны, оглашая джунгли яростным шипением, жутким визгом, мявками и рычанием. Как самые обычные дворовые кошки, с той разницей, что от этих тряслись даже такие исполины, как местные деревья!

Мы с Лавой выбрали удобные зрительские места на одной из нижних ветвей, воспользовавшись тем, что к месту обитания стаи никто из местной фауны приближаться не рисковал.

«Как думаешь, она справится?» — Лава, кажется, тоже болела за Шейру.

«Смотри, — показал я, — королева ранена и не успевает регенерировать. Она устаёт, а Шейра нет. У Шейры вообще ни одной царапины!»

«Твои печати — просто чудо! — восхитилась Лава. — Я тоже хочу… хотя и страшно, как это больно. Даже Шейра визжала!»

«Боль не зависит от размеров», — покачал я головой.

Вскоре всё завершилось. Шейра, ухватив королеву зубами за шкирку, подняла её над землёй, демонстративно встав на задние лапы. Раздался скрежет, с которым огромные клыки прошили шкуру, а затем хруст крошащихся шейных позвонков поверженной противницы.

Ещё одна душа влилась в наше дружное сообщество.

— Так вот в чём дело… — королева, оглядевшись, сразу поняла, где оказалась. — Охотник. Шейра сказала правду. У меня не было шансов.

— Рад, что ты это понимаешь, — материализуясь перед ней, улыбнулся я. — И, прости, но с Шейрой я уже договорился. Так что новой королевой стаи будет она, хоть и победила тебя с читами. Признаешь её власть или прямиком в очистительный огонь?

— Право силы… — склонила голову побеждённая.

ㅤ

Стая подчинилась Шейре безоговорочно. Они не слепые, они увидели, что порвавшая королеву «претендентка» сама осталась без единой царапины. Да, королеву и трёх её «ближников», если это понятие здесь уместно. Так что авторитет новой королевы стая признала сразу. Я бы сказал, преклонили колени… но скорее присели на передние лапы, склонив головы. Поза покорности, в общем-то, универсальна.

Умирать они, правда, не очень хотели. И про вечную жизнь тоже не поняли. Слишком сложные понятия для этих хоть и больших, но не слишком умных кошек. И когда я появился, чтобы по-быстрому отправить всех в Океан душ, рычали и хотели разорвать. Пришлось прижать их своей аурой Охотника, потратив на неё изрядную часть запаса энергии. Ничего, энергия восстанавливается быстро, а ждать, пока новая королева перебьёт свою стаю, у меня времени не было. В то же время жаба не позволяла оставить этих кисок здесь. Жаба и соображения безопасности: вышли Шейра с Вестой — могут выйти и остальные.

Но в итоге наше с Шейрой совместное давление на кошек победило, и каждая вдохнула Тьму с моей ладони. И всего через каких-то четверть часа после того, как мы зашли в разлом, со стаей было покончено.

Вот каждый раз бы так! Зашёл, увидел, прибрал к рукам. А то ещё превозмогать приходится…

«Ты знаешь, где здесь кристалл?» — спросил я Шейру.

«Что это?» — удивилась та.

«Вот такая штука красивая», — я передал ей мысленное изображение радужного кристалла.

«Никогда не видела! — восхитилась кошка. — А что он даёт?»

«Силу даёт, и вообще, поддерживает существование этого осколка мира», — объяснил я.

«Если силу, то… Наверное… Я не уверена… — Шейра замялась. — Пойдём, покажу, может там есть то, что ты ищешь».

И мы пошли. Точнее, она помчалась длинными мягкими прыжками, по полсотни метров каждый, а я полетел за ней на Лаве.

Вышли мы к скале. Хорошая такая скала, большая, удобная. Как раз под размер моей кошки — чтобы подняться по пологому склону и разлечься на плоской вершине. На солнышке нагревается, да ещё и фонит разломной энергией так, что никаких сомнений — мы на месте.

Разломные кристаллы — сразу пять штук — обнаружились под землёй, на глубине десятка метров, кольцом. Их никто не прятал, просто листва с гигантских деревьев, опадая, постепенно похоронила их под толщей перегноя. Видимо, когда-то этот скальный уступ был повыше…

«Скала королевы стаи, — с некоторым трепетом объяснила Шейра. — Только королева имеет право здесь возлежать».

«Ну, теперь это твоя скала, — хмыкнул я. — Пока я вожусь с кристаллами, можешь на ней полежать. Закрой гештальт».

«Чего закрыть?» — не поняла кошка.

«Мечту исполни!» — рассмеялся я.

А сам подумал, что надо будет в Океане воспроизвести кошкам этот тропический гигантоманский рай. Мне не сложно, а им будет привычная среда обитания. И скалу тоже сделать. Пусть Шейра удовлетворит свои амбиции — глядишь, служить будет не за страх, а за совесть.

А ты и правда забралась на скалу. Полежала с минуту, подумала.

«Не то, — спустилась она вниз. — Чтобы быть королевой, нужна стая. Без стаи я просто Шейра и всё».

«Да ты философ! — восхитился я. — Копать поможешь?»

«Да», — коротко ответила кошка и принялась рыть землю там, где я показал.

До первой друзы дорыли за пять минут — Шейра копала, как взбесившаяся землеройная машина, будто у неё кубовые ковши вместо лап.

«Так вот что ты искал, Охотник…» — кошка замерла, рассматривая кристаллы.

«Красиво, правда?» — спросил я, примериваясь, как бы сподручнее выколупать кристалл.

Он ведь, как гриб — всё пространство вокруг пронизано им. И надо «снять» кристалл, не повредив. И сам кристалл не повредив, и пространство вокруг. Уменьшать необязательно — вынесу в крипторе, Ярик потом сожмёт и покажет уже наконец мне, как это делается. Эх, мало я в прошлой жизни с парнями из Ордена Архитекторов квасил, надо было чаще — глядишь, и сам бы знал.

Прикоснувшись к кристаллу, я просканировал его, объединив все свои чувства — и теневое зрение, и астральное, и магию земли. А он не так прост. Есть в нём узловые точки… И есть место крепления. Место, где меняется структура кристалла — та его часть, которая уходит под землю — это не источник энергии, а лишь проводник. Вот в чём дело! «Резать» надо ниже места крепления!

Дзинь! — хрустальным звоном отозвался кристалл, когда я надломил это самое основание. Дзинькнул, но излучение не прекратилось, и волна энергии, как когда разбиваешь кристалл, не прошла. Значит, получилось!

Убрав кристалл в криптор, я указал Шейре, в какую сторону копать дальше.

«Заберём два кристалла, на всякий случай. А остальные оставим. Чтоб никто не догадался, что мы здесь были. И вообще, нравится мне этот разлом. Кристаллов поубавим — и прорывать его уже не будет. Получится идеальный тренировочный полигон! Евгеныч уссытся от счастья!»

«Кто это?» — не отвлекаясь от рытья, спросила Шейра.

«Друг мой, местный… ну не король, но главный здесь. Учит молодняк, как защищать мир от прорыва монстров».

«Таких, как я?»

«От таких, как ты, — улыбнулся я, — обычные егеря не защитят. Для этого нужны парни посильнее».

«Как Охотники?»

«Как один Охотник».

ㅤ

* * *

ㅤ

В императорском дворце Теночтитлана, в специально оборудованном зале для международных переговоров, Ауизотль XIII занял своё место за полукруглым столом красного дерева. Последние приготовления к видеоконференции подходили к концу. Верховный жрец Уэуэ, скромно устроившийся за спиной императора, что-то тихо нашёптывал ему на ухо.

Когда все экраны заработали, создавая иллюзию круглого стола, за которым собрались главы государств, Ауизотль поморщился от яркого света. Ненавистная современная техника! То ли дело раньше — собирались на нейтральной территории, можно было и в глаза посмотреть, и по интонации понять. А тут — голограммы какие-то…

Король Франции, председательствующий на этом срочном совещании, оглядел присутствующих императоров, королей и президента, дождался утвердительных кивков от секретарей, подтверждающих качество связи, и начал:

— Господа, это собрание инициировал наш российский коллега, так что ему и слово. Дмитрий, прошу.

— Коллеги, — Голицын величественно кивнул, — я попросил вас собраться, чтобы обсудить ситуацию с Йеллоустоунским эпицентром в свете последних событий. А именно вопрос о зоне ответственности в Арапахо, где произошёл локальный прорыв.

— Локальный⁈ — вскинулся император Священной Римской империи. — Больше ста километров в ширину и полторы сотни в глубину это теперь локальный прорыв?

— Максимилиан, прорыв локализован, — с нажимом произнёс Голицын, — благодаря, кхм, своевременному вмешательству…

— Демонов! — выпалил Ауизотль.

— Слышь, ты! — глаза китайского императора полыхнули гневом. — Я последний раз предупреждаю насчёт демонов! Драконы — священные создания…

— И что ты мне сделаешь? — Ауизотль демонстративно откинулся на спинку кресла. — Ещё одно последнее китайское предупреждение?

Чжао Юньлун прищурился, и его голос стал елейным:

— Эмбарго наложу на поставки вам любой электроники. Вернётесь к артефактным пейджерам… или что там у вас было раньше? Папирусы? Глиняные таблички?

— А мы у Японии купим! — фыркнул ацтек.

— С этого момента, пожалуйста, поподробнее, — Мусасимару подался вперёд.

— Не купите, — Голицын мрачно усмехнулся. — Не будет скоро Японии, если они с моего Дальнего Востока по-хорошему не уберутся.

— Напугал ежа голой… кхм, — хохотнул Мусасимару. — как там русские говорят? У меня «дети императора»…

— … отрезаны от поставок с этого вашего… островка, — перебил его Голицын, — после того, как там прошлись МОИ дети.

— Брейк, господа! Брейк! — президент США поспешил вмешаться. — Чжао, неужели вы действительно готовы пожертвовать прибылью от торговли только из-за…

— Из-за каких-то драконов, Джеймс, ты это хотел сказать? — в голосе китайского императора прозвучали очень недобрые нотки.

— Из-за неуместных слов в адрес священных драконов, — уточнил президент. — Я именно это имел в виду.

— То-то же, — кивнул Чжао. — И да, пожертвую. Денег у меня, знаешь ли, хватает. А вот драконов в мире не так много.

— Господа, — председательствующий король Франции постучал серебряным молоточком, — давайте всё же выслушаем предложение российского императора. Дмитрий?

— Благодарю, Луи. Я хочу пересмотра зоны ответственности в районе Арапахо. Нам постоянно предъявляют претензии, обвиняют в провокациях, но при этом мы не имеем никаких реальных рычагов влияния на ситуацию. Предлагаю исправить это несоответствие. Россия готова взять на себя полный контроль над участком периметра в районе Арапахо.

— Вместе с пирамидой? — прищурился Ауизотль.

— Разумеется, — кивнул Голицын. — Как вы могли заметить, пирамида снова работает…

— Хотите позаимствовать технологию создания охранного периметра? — перебил его ацтек.

— А разве защита периметра основана не на вере в бога-солнце? — усмехнулся Чжао. — Не ты ли вчера нам тут втирал? Правда, бог ваш почему-то облажался…

— Это всё из-за… — Ауизотль хотел было снова вставить про демонов, но вовремя заметил нехороший взгляд китайского коллеги. — Давай договоримся. Я не трогаю твоих драконов, а ты не говоришь мне, в кого и как верить.

— Сразу бы так, — благосклонно кивнул Чжао.

— Так всё же, вера или сложная технология? — император Священной Римской империи Максимилиан задумчиво посмотрел на Ауизотля. — Уверен, не мне одному любопытно!

— Технология, основанная на вере! — выкрутился ацтек.

— Которая даёт сбои, — заметил президент США. — В то время как русские уже доказали, что могут, если что, справиться и без неё.

— Силой! — воскликнул Ауизотль.

— Так тебя это пугает? — усмехнулся кайзер. — Но разве не в этом суть периметра? Мы удерживаем то, что пытается прорваться, а силой, верой или шаманскими плясками — это уже у кого как получается.

— Мне нужно сделать перерыв для консультаций, — неожиданно выдал Ауизотль и отключил связь.

— Что ж, у нас есть время обсудить… деликатные вопросы, — протянул кайзер и повернулся к Голицыну, — Брат, а как у твоей дочери с этим Черновым?

Дмитрий Михайлович чуть не поперхнулся водой:

— С каких это пор личная жизнь моей дочери стала предметом международных переговоров?

— Чернов всего лишь барон, — пожал плечами кайзер. — Но барон чертовски сильный. Такую силу должен кто-то направлять. Тебя мы знаем. Не всегда любим, но знаем как порядочного человека и надёжного партнёра.

— У меня тоже есть дочери, если что, — вставил король Франции.

— Старшей из них тринадцать! — фыркнул кайзер. — У меня вот семнадцатилетняя…

— Которая весной выходит за моего сына! — напомнил король Швеции.

— Густав, конечно выходит, это я так, для иллюстрации, — отмахнулся кайзер. — Я и предлагаю нашему брату хорошенько подумать. Титул не проблема, вон, Ауизотль ему как минимум князя за Арапахо должен.

— Я прекрасно понимаю, к чему вы клоните, — усмехнулся Голицын. — Но, уверен, этот вопрос — исключительно внутреннее дело моего рода… и рода Черновых, если уж на то пошло.

— Не совсем, Дмитрий, — подал голос император Священной Римской империи. — Беря на себя Арапахо, ты ведь делаешь ставку на Чернова, не так ли?

— Максимилиан, ты же понимаешь… — начал было Голицын.

— Я понимаю, что для всех будет лучше, если Чернов останется у русских, — кайзер многозначительно обвёл взглядом присутствующих и остановился на короле Франции. — А не найдёт себе пару у кого-нибудь с чрезмерными амбициями по захвату всей Европы.

— Это кто тут с амбициями? — вскинулся Луи. — Уж кто бы говорил!

— Давайте признаем очевидное, — вздохнул Максимилиан. — Россия здесь — единственные, кто не претендует на господство в Европе. У них и своей земли достаточно.

— Вот именно! — оживился Мусасимару. — Столько земли, что они просто не знают, что с ней делать!

— А я смотрю, кто-то в себя поверил? — усмехнулся Чжао. — На подвиги потянуло? Лавры Наполеона покоя не дают?

— Ничего, — улыбнулся молчавший до того король Исландии, — компост из японских солдат получится ничуть не хуже, чем из французских или немецких.

— Господа, господа, — президент США поспешил вмешаться, заметив, как темнеют лица монархов, — давайте не будем накалять обстановку! И кстати, неужели только я заметил, что Чернов… давайте называть вещи своими именами… что Чернов и иномирная княжна — любовники?

Голицын закатил глаза, Луи одобрительно выгнул бровь и улыбнулся, Чжао понимающе усмехнулся. И только Мусасимару презрительно скривился, но его мнения никто не спрашивал.

— Вижу, ни для кого это не новость, — кивнул своим мыслям президент. — И раз уж мы закрыли вопрос с демоническим происхождением…

На всякий случай он опасливо покосился на китайца, но тот сидел с непроницаемым лицом, ожидая продолжения.

— … то может как-то поспособствовать легализации их союза? — закончил свою мысль Джеймс, и тут же добавил: — В дипломатических целях, на случай, если в будущем нам придётся встретиться с народом инферн. А какие они воины, девушки сегодня показали. И это несмотря на то, что, как мы знаем, минимум половина из них вообще не бойцы, а целительницы!

Слушали его внимательно и не перебивая.

— Да, поднасрали нам ацтеки, — выразил общее мнение кайзер и повернулся к Голицыну. — Брат, сделай хотя бы княжне нормальные документы. Пусть уже молодые люди…

Голицын, сидевший в это время с вытянутым от офигевания лицом, перебил своего дальнего родственника:

— Фридрих, я что-то вас не понял, — он оглядел остальных членов Совета. — Мы здесь собрались чтобы обженить Чернова? Или серьёзные вопросы решать?

— О, что может быть серьёзнее? — улыбнулся король Франции.

— Так вы бы хоть определились, на ком из принцесс вы его женить хотите! — рассмеялся Голицын.

Луи с Фридрихом переглянулись.

— На обеих, — развёл руками кайзер. — А что, у тебя какие-то проблемы с ксенофобией?

Голицын, хлопнув себя ладонью по лицу, собрался уже было ответить, но в этот момент вернулся Ауизотль. С заметно подёргивающимся глазом, он начал неожиданно спокойным тоном:

— После консультаций я решил, что мы готовы передать ответственность за Арапахо русским, на условиях аренды земли…

— У тебя что, солнечный удар? — поинтересовался Голицын.

— … за один теоку в год! Сроком на пятьдесят лет!— выпалил ацтек и поднял палец. — Но! С одним условием. Ни Россия, ни кто другой не лезут в наши внутренние дела. Особенно в том, что касается религии! Не хотите следовать нашим традициям — да и хер с вами! Еб**есь с этим сраным Арапахо сами! — сорвавшись, он перевёл дыхание и снова надел маску приличного политика. — Но в случае нового прорыва Россия компенсирует нам весь сопутствующий ущерб и затраты на его устранение!

— Вполне приемлемо, — заметил король Франции Луи.

Российский император нахмурился и несколько томительных для всех секунд обдумывал услышанное.

— По рукам! — кивнул, наконец, он.

— Кстати, — Мусасимару внезапно подался вперёд, — а где сейчас Чернов?

— В Арапахо, разумеется, — пожал плечами Голицын. — Где же ему ещё быть?