Глава 24. Дракон и Тень
Реджинхард Берлиан, драклорд Дракендорта.
Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл
Я летел над бушующим морем, так низко, что соленые капли орошали драконью броню. Наконец я чувствовал себя сильным и цельным. Полноценным. Больше всего это походило на счастье. Еще не оно, но я уже близок. Осталось сделать две вещи, заменить артефакт и выгнать войско Нирфеи со своих территорий, и тогда можно будет расслабиться и отдаться ему полностью.
Драконье тело резало ночную прохладу, крылья играли с потоками воздуха. Сердце шалело от радости, и, казалось, мир радуется вместе со мной. Мир, судьба которого в моих руках.
Но радовался я не только из-за единения с драконом, была еще одна веская причина — Василина и ее маленькая дочка.
«Никогда бы не подумал, что испытаю что-то подобное к чужому ребенку, что приму Тень, которая была с другим…»
«Это противоречит всем канонам, но я чувствую тоже самое», — отозвался Берлиан.
Сегодня даже в наших мыслях царила полная гармония.
«Она моя женщина».
«Она моя Тень».
«Защитим этот мир».
«Защитим нашу семью».
Я не знал, где заканчиваются мои мысли, и начинаются мысли дракона, но думали мы одинаково — и Лина, и ее дочь отныне наша семья.
За то недолгое время, что мы были знакомы, Василина Вьюга — женщина из другого мира — успела покорить обе моих ипостаси. Дракон принял ее безоговорочно с первых дней, а человеку потребовалось время и поступки, но не устояли оба. И если оглянуться назад, то каждый из нас уже в первое мгновение встречи знал, что она предназначена для нам свыше.
«Моя магия сходит с ума в ее присутствии…»
«Моя кровь кипит, когда ее целую…»
Лина делает нас гораздо сильнее, сама не подозревая.
«Дракон прародитель вернул нам обе Тени, и мы должны их уберечь».
«Клянусь, мы сделаем это!»
За несколько часов я облетел свои владения, привыкая снова быть драконом. Далеко не все драклорды ведут подобные беседы в собственной голове, и редко столь же ярко ощущают двойственность, как и я. Наверное, так повлияло заточение, а разделение все только усугубило, но на магических способностях это не отразилось, а в остальном нам было все равно.
Пользуясь драконьими воздушными переходами, позволяющими мгновенно перемещаться в любую точку своего предела, мы обследовали все вплоть до границы с Солияром и обнаружили, что побережье пострадало полностью. Что творится у соседей, мешала разглядеть завеса.
«Раанан тоже закрыл свой предел», — заметил Бер.
Драклорд Солияра Эмбер Раанан янтарный дракон, самый молодой и самый огненный из всех нас. Часть его владений занимают джунгли, а вторую — огромная пустыня, таящая множество опасностей.
«Надеюсь, он сделал это вовремя, и хотя бы ему удалось удержать власть и не попасться на уловки нирфеатов».
В том, что нападения на драклордов были спланированы, я уже не сомневался. Но мы не знали, как обстоят дела в других пределах, кроме Торисвена. Изумрудный дракон вынужден спасаться в теле Эйдена Шатолье, но сколько они оба выдержат? А что будет, если погибнет, кто-то из них?
«Нирфеаты привели войско в Дракендорт, это может означать лишь одно…»
«Берштон их больше не сдерживает, — закончил за дракона я, и круто развернулся. — Побережье мы проверили, нужно посмотреть, что творится в глубине материка».
Еще десяток раз мы проваливались в воздушные переходы, выныривая в разных местах. В городах еще сохранилась жизнь, но тяжелая аура беды витала над ними. Многие деревни были сожжены, или опустели и зияли запущенными черными гнойниками, но встречались и уютные поселения, излучающие светлую энергию. Обнаруживались они в глухих и потаенных местах, умело скрытые от посторонних глаз, но не от драконьего зрения.
Не укрылось от него и спрятанное на подступах к Дорт-холлу нирфеатское войско.
«Их чересчур много, и они чувствуют себя безнаказанными».
«Ты прав, нужно что-то предпринять. Я устроил им представление, и они даже поверили, но не думаю, что надолго».
«Ты прав. Я бы не успокоился, пока не спалил всех до тла. Нирфеатскую заразу следует выжечь огнем!»
Заложив крутой поворот, на бреющем полете прошелся над лагерем, выдыхая пламя. Шатры и палатки вспыхивали, точно сухая солома. Люди и нелюди метались и кричали. Наблюдая, как внизу мечутся живые факелы, сделал еще несколько заходов до того, как нирфы собрались и попытались дать отпор.
«Пока не время для решающей битвы, нужно возвращаться», — осадил я вошедшего в раж Берлиана.
«Ты прав, не стоит недооценивать эту Нирфею», — дракон покладисто со мной согласился.
«Мы их напугали и заставили задуматься. Пора заняться кристаллом».
Подходящий следовало выбирать тщательно и готовить заранее.
«Планируем вылетать на рассвете?»
«Пожалуй, на закате. Нужно отдохнуть как следует. Опять же, если нирфы явятся, то сделают это немедленно, и лучше, если мы им устроим сюрприз».
Порешив так, мы перенеслись к пещере.
«Не сочти меня трусом, но мне боязно сюда возвращаться», — пожаловался Берлиан.
«Прекрасно тебя понимаю, так что ночевать будем в замке».
«Я только за!»
Оказавшись в пещере, обошел ее по периметру, пристально всматриваясь в каждый сталагмитовый куст, заглядывая в каждый угол и намеренно игнорируя то единственное место по центру, едва ли не у входа, которое призывно сияло, откликаясь на магический запрос.
«Ты же понимаешь?»
«Делать нечего. Думаешь, хорошая идея?»
«Давай взглянем поближе».
Выдохнув тонкую струйку пламени, я наблюдал, как от пола отделяется приличный кусок алмазной породы с заключенными внутрь яхнэ. Поднявшись в воздух, он плавно вращался прямо перед моей мордой.
«Понимаешь, что это значит?» — первым не выдержал Бер.
«Еще бы!»
Яхнэ каким-то чудом сделали этот кристалл вечным, если я верно понимал увиденное.
«Нет худа без добра».
«Хвала Дракону Прародителю!» — с благоговением ответил дракон и выдохнул мощную струю пламени, придавая бесформенному куску алмаза округлую огранку.
Готовый артефакт так и остался медленно вращаться посреди пещеры, отражая многочисленными гранями блики звезд. Внутри него соединились в символ бесконечности браслеты-яхнэ, которые не позволяли мне выйти, а теперь не дадут разрушится новому кристаллу.
«Ну все, теперь можно и домой».
Оставлять готовый артефакт без присмотра мы не боялись. Даже если кто-то сюда и доберется, все равно не сможет к нему прикоснуться. Слишком сильна в нем драконья магия.
Через несколько минут, я мягко приземлился на специальную площадку у своей башни и, превратившись в человека, отметил, как легко и просто это получается. И все благодаря ей — моей Тени.
«Какой ты маленький! Мне даже страшно», — дракон внутри ощутил дискомфорт.
«Я — нормальный, а ты просто отвык за долгое время».
«Возможно… Я это… Спать».
Не только дела притомили Берлиана. В человеческом обличие дракон внутри всегда засыпает, чтобы не подавлять человека собственной сутью. Так было задумано творцом. Наверное, поэтому другие драклорды не чувствуют подобной двойственности, ведь в человеческом теле проводят большую часть времени, благодаря своим Теням.
Тень… Лина…
Я ворочался в постели, не в состоянии уснуть. Меня мучили образы, а воспоминания о наших редких, но страстных поцелуях будоражили кровь и будили естество. Я сменил тысячу поз, вставал и умывался, пил воду. А потом, сердясь на себя, оделся и вышел в коридор.
Василина Вьюга, Тень Дракона.
Предел Дракендорт, Замок Дорт-холл
Народ ахнул и притих, провожая улетающего дракона взглядами.
— Ну что ж, а теперь всем спать! Завтра нас ждет непростой день!
Я говорила достаточно громко, чтобы меня услышали те, кто стоял поблизости. Агриппина, которая все еще сохраняла человеческий облик, но выглядела теперь немного моложе, чем раньше, подхватила Злату на руки.
— Идем, Лина. И поскорее, — тихо произнесла она.
Я не стала спорить. Все же я прожила с Гапой столько лет, и даже сейчас, когда узнала всю правду, доверяла ей куда больше, чем кому-либо. Мне и Злате ее не стоит бояться. К тому же, как выяснилось, гарпия была профессиональным хранителем, а значит, четко знала, что следует делать. Тем более, что я прекрасно понимала, как только люди перестанут смотреть в небо, их взгляды обратятся ко мне. А мне не до разговоров, у меня ребенок в туалет хочет!
Мы выскользнули из толпы незамеченными и быстро поднялись по пологому широкому каменному крыльцу, ведущему в главное здание замка.
— Я думала, они меня не отпустят, накинутся с вопросами.
— Поэтому я нас и прикрыла пологом, — хищно улыбнулась гарпия.
— Пологом?
— Это что-то вроде морока или отвода глаз, если опираться на земные сказки.
— О… Ясно. Ты и такое умеешь? Ну так даже лучше. Не готова я сейчас с людьми объясняться.
Больше всего я боялась неудобных вопросов о Злате, а мне сейчас не до того. И вообще, считаю, это дело Реджа, преподнести народу все в верном ключе. Не знаю, как драклорд это собирается разруливать. Я читала местные легенды, и помню, что Тень должна принадлежать только драклорду и никому больше. То есть по всем канонам, я должна быть девственницей, и поди, объясни, что не так здесь все просто…
Ну и конечно же, я боялась за Злату. А то найдется еще одна Аруха или другая карга, которая решит нас травить.
— Ньера Лина! — нас догоняла Айсана.
Девушка быстро осмотрела нашу компанию, а затем прижала руки к груди и с умилением посмотрела на мою дочь, а затем перевела взгляд на меня и светло улыбнулась:
— Это ведь она, да? Твоя малышка?
Я закивала и поджала губы, чтобы сдержать неожиданно накатившие слезы.
— Дракон прародитель, как я за тебя рада, Лина! Наконец, хоть просвет появился. Драклорд наш свободен и при Тени. И ты теперь счастливая!
— Идемте, болтушки, — проворчала Агриппина, и на мгновение продемонстрировала свой истинный облик.
От неожиданности Ася отпрыгнула, прижав руку ко рту, чтобы не вскрикнуть, а затем выпучила глаза:
— Не может быть! Хранительница! — на лице девушки отразилось узнавание, а затем и радость. — Ну теперь точно все будет хорошо.
Недолго думая, мы отправились в мои покои, где продолжала жить Айсана. Тут снова было чисто и уютно, а моя спальня будто бы только и ждала, когда вернется хозяйка. Купая Злату в ванной, я твердо решила остановиться здесь. Не ютиться же нам с ребенком в покоях драклорда? Как-то это неправильно.
— Мама, а мы тут жить будем, да? — осоловело моргала немногословная дочурка.
— Да, солнышко, — я улыбнулась и сцедила зевок в кулак.
— Здорово! Я хочу посмотреть весь замок.
— Обязательно все посмотрим, а пока давай будем выбираться.
Я и купание все это затеяла только, чтобы снять перевозбуждение ребенку. А Ася добавила в воду какую-то успокаивающую травку. И от ее приятного, похожего на нашу лаванду, запаха тянуло прилечь. Вскоре мы все угомонились, погасили лишние свечи и легли.
— Мама, а где баба Гапа?
— В соседней комнате.
— Пусть ляжет с нами, я без нее боюсь спать…
Я огорченно нахмурилась, понимая, что это последствия моего долгого отсутствия. Похоже, Злата привыкла, что гарпия всегда рядом.
— Хорошо.
Агриппину даже звать не пришлось.
— И чего ты боишься, мелкое чудовище? — тут же заглянула она в нашу спальню.
Я думала Злата обидится, но нет.
— Аррррр! Ррррр! — зарычала Агриппина.
— Рррррррррр! — радостно отозвался мой ребенок, заставив меня выпучить глаза.
Порычав хором, они тут же успокоились. Злата завозилась, заворачиваясь поудобнее в одеяло.
— Эм… Это что сейчас было?
— Чудовищ разогнали, теперь не страшно… — сонно пробормотало мое дитятко и тут же засопело.
— О как! — у меня аж лицо вытянулось.
А с другой стороны, тоже метод. Не можешь побороть безобразие — возглавь. В данном случае, представь себя самым страшным монстром из всех.
Я опустила голову на подушку, втягивая ноздрями вкусный детский запах. Как же приятно ощущать рядом своего ребенка. Как же мне этого, оказывается не хватало! Я осторожно прижала дочку к себе. Зарылась носом в еще слегка влажные волосы и провалилась в дрему.
В голове крутились всякие мысли, которые плавно вернулись к Реджинхарду. Интересно, они уже вернулись? А кристалл им с Берлианом удалось подобрать? А когда они планируют лететь? А увидимся ли мы с Реджем перед расставанием. А это надолго? Как далеко эта самая стелла? А насколько такое путешествие опасно для дракона?
С трудом я представляла, как можно провести в полете несколько дней, да еще, когда под тобой колыхается водная зыбь. Беспокойство все усиливалось, и вскоре сна не осталось ни в одном глазу. Не в силах оставаться на месте, я тихонько встала и, набросив халат, прокралась к выходу из покоев. Айсана мирно спала на своей кровати в гостиной. На диване устроилась Агриппина. Она проводила меня внимательным взглядом и кивнула.
Я выскользнула за дверь и направилась к покоям драклорда. Собранные и молчаливые стражники на постах лишь приосанились, провожая меня молчаливыми взглядами, они все больше походили на настоящих. Похоже, потихоньку, втягиваются деревенские.
В покои Реджа меня пропустили без разговоров, да только его самого внутри не было. Я неприкаянным призраком обошла все комнаты. Постояла у окна, глядя на бушующее уже который день море, и вернулась к себе. Легла, но промаявшись еще час, не выдержала и снова отправилась к Реджу.
Мы встретились где-то на середине пути. Замерли на миг, словно не веря глазам, а затем, не сговариваясь, бросились друг другу навстречу. Редж обхватил ладонями мое лицо:
— Куда ты направлялась, Лина? Почему тебя нет в моей постели, а среди ночи я встречаю тебя в коридоре? — он был похож на пьяного, но от него не пахло алкоголем, лишь сверкали золотом глаза, словно через них подглядывал дракон.
— К тебе! Я шла к тебе! Не могла уснуть, все думала, где ты? Вернулся ли?
— Почему?
— Боялась, что ты улетишь, и мы не увидимся, — призналась я.
Не отводя взгляда, смотрела на губы драклорда, желая почувствовать их вкус. Мечтая, чтобы он сделал это так же страстно, как и в первый раз.
Редж поцеловал. Впился в мои губы, точно умирающий от жажды путник. Оглушая страстью, поражая в самое сердце. Я ответила с неменьшим пылом, но почти сразу оттолкнула его, прервав поцелуй.
— Стой! Скажи мне сначала, что будет дальше? — задала вопрос дыша, точно загнанный зверь.
Больше всего на свете мне хотелось продолжить, но это был принципиальный вопрос, ответ на который определит дальнейшую нашу с дочерью судьбу.
— Я буду любить тебя всю ночь, а потом полечу выполнять долг, возложенный на меня Драконом Прародителем, — хрипло признался Редж.
Безапелляционность жизненных планов этого мужчины должна была меня возмутить, но лишь заставила что-то внутри сладко сжаться. Все мое естество откликнулось на такое обещание. И все же:
— А потом, когда вернешься, что будет? Я и Злата, какова наша судьба? — добавила уточнение, о котором Редж, похоже, забыл.
Но ответ прозвучал без малейшей заминки, словно для него дело было решенное:
— Ты станешь ньерой Берлиан, а Злату я назову своей дочерью. Я буду беречь вас и любить все время, что нам отведено, — Редж смотрел мне прямо в глаза, и я почему-то ему поверила.
Голова закружилась, в ногах образовалась предательская слабость. Я сильнее вцепилась в плечи драклорда, и что-то произошло в этот момент. Между нами словно проскочила золотая молния, разрушившая все мои страхи и сомнения. Сейчас не было ничего важнее, чем я и он. Словно бы в этот момент мы стали одним целым — с Реджинхардом и драконом Берлианом.
— Люби меня, Редж! Сейчас! — прошептала я, требуя.
Драклорд подхватил меня на руки. Внутри меня словно плавали шарики света, и там, где они касались кожи, образовывалась вспышка. Или это Редж касался меня губами и руками?
Не обращая внимания на стражников, которые едва успели открыть перед нами двери покоев, мы целовались. Следующую Редж распахнуло ногой, и мы оказались в спальне. Он почти бросил меня на кровать и принялся срывать с себя рубашку. Я застонала, лишившись контакта с его телом. Этот мужчина был мне нужен как воздух, я не желала отрываться ни на одно мгновение и даже не задумалась о том, что меня может накрыть снова.
Откликнувшись на призыв Редж вернулся, подарив мне долгий глубокий поцелуй на грани безумия. Сплетение языков и рук. Мы ласкали друг друга, изучая впервые. Наслаждаясь и восторгаясь каждым прикосновением. Я целовала его шею, вдыхая теплый запах, от которого хотелось по-кошачьи мурлыкать. Гладила сильные плечи, руки, спину. Мне нравилось его трогать, ощущать бархатистую кожу подушечками пальцев и ладонью. Я не желала останавливаться, делая это везде, куда дотягивалась.
Редж обхватил мои груди, стиснул, вызывая стон наслаждения, принялся играть с сосками. Его колено прижалось к промежности, вызвав новый прилив возбуждения, еще более сильный. Он зацеловывал все, что не прикрывала ночная сорочка, а затем просто рванул ее ворот до самого подола, разворачивая меня точно долгожданный подарок. Белья я на ночь не надевала, так что распаковка удалась на славу.
Окинув меня пылающим от страсти взглядом, Редж зарычал, и в этот миг я поняла, что его уже никто не остановит. Как можно остановить задавшегося целью дракона? Но мне по-прежнему не было страшно. Напротив, я испытывала чувство удовлетворения, радуясь, что так на него действую. И доверие?..
— Лина, я хочу, чтобы ты стала моей! Скажи да! — выдохнул драклорд, в то время, когда я уже думала, что он достиг той грани, когда невозможно рационально думать.
— Я твоя Тень душой и телом, — слова пришли точно по наитию.
— Ты станешь моей женой?
— Да!
Да сколько можно разговаривать! Я уже едва не плакала, плавясь как воск. Еще чуть-чуть и меня совсем не останется.
Почувствовав мое нетерпение, Редж выпрямился, избавляясь от штанов. Я уже видела его обнаженным, но сейчас он был готов к бою, и я невольно закусила губу. Идеальное тело. Во всем. Ну как можно быть настолько красивым?!
— Лина?
— Сделай меня своей, Реджинхард Берлиан. Только нежно, — уточнила на всякий случай, удивляясь, как низко и хрипло прозвучали мои слова.
Просьба — корректировка на новую реальность, так сказать. Слишком внушительное предо мной предстало зрелище.
Редж был нежен, но не стал затягивать с прелюдией. Да это уже и не требовалось. Я настороженно глядела ему в глаза, ощущая себя чуть напуганной девственницей, когда он приступил к самому главному, но и только. Никакой паники и ужаса, что охватывали меня раньше. Только приятно онемели руки, сама не знаю, почему.
— Ты так смотришь… Все хорошо? — поинтересовался драклорд, когда мы стали одним целым до конца.
Я видела, как ему сложно себя сдерживать, но он заботился обо мне, и обещал заботиться о Злате, это было самое важное. А еще был нежен, как я и просила.
— Хочу видеть своего мужчину, — ответила хрипло, а затем потянулась и поцеловала его в губы.
Больше мы не возвращались к разговорам, позабыв обо всем. Ожидание было долгим, и первая, похожая на взрыв, вспышка удовольствия взорвала нас почти сразу. Я кричала, шептала его имя, прижимаясь плотнее. Желая ощущать своего мужчину каждой клеточкой тела. Небольшой перерыв, и удовольствие продолжилось. Редж ласкал меня пальцами, губами, языком, доводя до исступления, заставляя умолять взять меня снова. Драклорд дарил наслаждение бескорыстно, ничего не требуя взамен, и я отдавалась его воле с жадностью, которой раньше в себе и не подозревала.
Обессиленные мы затихли, только когда в спальню заглянули Тень и Дракон, омыв наши обнаженные, влажные от пота тела своим светом.
— Я люблю тебя, — шепнул драклорд, засыпая.
Улыбнулась, слыша эти важные и такие нужные слова уже в сотый раз за эту ночь.
— И я тебя тоже люблю, мой дракон, — откликнулась, плотнее прижимаясь к нему задом.
Редж, сгреб меня в охапку и хотел было даже закинуть ногу, но я была против — тяжело и жарко. Спать неудобно. Так мы и провалились в густой и сладкий, точно горячий шоколад, безмятежный сон.