Глава 14. Козы против пауков

Утром мы позавтракали, как ни странно, остатками ужина, а после Силан спросил:

— Ньера Лина, а можно нам это… в деревню сбегать? Мне Асю проведать надо.

— Ага, и сети выбрать, — проговорился Македон, и мальчишки смутились.

— Так вот кто их поставил! — шутливо сощурилась я, но заметив, как они понурились, поспешила добавить: — Да ладно вам, ловите на здоровье.

Парни тут же воспряли духом.

— Ньера Лина, а можно мы снова придем чуть попозже. Принесем хлеба, молока, яиц и другой снеди.

По мере перечисления таких желанных продуктов рот, не смотря на только что съеденный завтрак, наполнился слюной.

— И Асю приводите, познакомимся. Только тихонько, — сказала я. — Только пока не стоит рассказывать обо мне в деревне, ладно? Потом, конечно, сказать придется, но пока не стоит.

Я не знала, как отреагируют деревенские на мое появление. А вдруг, испугавшись носферов, прибегут всем скопом, но что-то я не уверена, что после такого смогу тут остаться хозяйкой. Как показывает опыт, могут меня тоже причислить к силам зла, и не факт, что волшебный меч мне поможет. Я просто не успею им воспользоваться. Можно, конечно, заранее загадать желание о защите, но проверять, сработает ли, все равно придется на себе.

Ой! Что-то мне не хочется.

Слишком уж я от них отличаюсь. Мальчишки еще маленькие, они видят во мне только ньеру — создание высшее в их глазах, потому и иное. Я вспомнила это их: «Ньеры таким не занимаются».

— Мы ни слова! — пообещал Силан.

— Никому! — добавил Македон.

— Скажем, что так носферов испугались, что из лесу боялись выйти. Всю ночь просидели под кустом, — тут же выдумал легенду Силан.

— Нам поверят, — снова поддержал его Македон.

— Поверить-то поверят, но… — задумалась, как бы обосновать и санкционировать вынос продуктов. Мальчишки не выглядели хилыми или недокормленными, но и не верилось, что у них продуктов в избытке. — Скажите, что наткнулись на отшельницу, которая ни с кем не желает встречаться, но за еду я заплачу. — Денег я нигде в замке не обнаружила, кроме нескольких медяшек, но остались подсвечники, покрывала, кое-какая утварь. — Пойдемте, посмотрим, что может пригодиться.

Мальчишки переглянулись и дружно кивнули. Похоже фраза про отшельницу не вызвала у них никаких вопросов.

Я отвела мальчишек в одну из сохранившихся нетронутыми комнат на втором этаже.

— Вот тут есть красивое покрывало. Подойдет в качестве платы?

Открыв рот, мальчишки уставились на ручную вышивку. Тонкий цветочный узор украшал стеганую поверхность, переливаясь блестящими нитками. Красиво, но по мне перебор.

— Конечно! — закивал Македон.

— Да за одно это покрывало жена старосты до осени вас снабжать продуктами будет и помалкивать! — подтвердил Силан. — А если намекнуть, что есть еще подобные вещицы, так и козу подарит.

— Или корову!

— Корову? — переспросила я, уже прикидывая, что подобного опыта у меня точно нет, но, наверное, не так уж и сложно будет научиться ухаживать за скотинкой. — Корова — это хорошо. Хотя, лучше все-таки коза, — что-то мне подсказывало, что коза мне пока сподручнее окажется. — Думаете расщедрится?

— Вполне, — подумав, вынес вердикт Силан.

— Это, потому что у нее Рисанна — старшая дочь на выданье, она девка не слишком красивая, потому за нее хорошее приданное нужно собрать, — сообщил болтливый Македон.

— Поняла.

Подумав, поднялась к себе и добавила две нитки жемчужных бус и тончайшего материала сорочку, найденные в моих покоях — мне эти вещи все равно ни к чему. Надеясь, что с жемчугом не прогадала, замотала все в неприметную однотонную наволочку и отдала мальчишкам.

— Передайте это жене старосты и скажите, что покрывало — плата за продукты, а остальное — подарок для Рисанны. Ну и, если козу дадут, наверняка, у меня найдется что-нибудь еще для невесты.

Проводив ребят до ворот, попросила быть осторожными. Пока их не было, я продолжила наводить в замке порядок, а заодно раздумывала о том, что на самом деле случилось с хозяином замка. Прочитанная вчера история про Дракона и Тень меня основательно взбудоражила, и я все чаще стала задумываться о моем странном знакомце. Интересно, что он ест в той пещере?

Силан и Македон вернулись ближе к вечеру. Принесли огромную корзину с продуктами, которую едва смогли дотащить, а следом за ними на веревочке шла…

— Не может быть! — выскочила я им навстречу. — Коза!

Бело-рыжая, с тонкими витыми рожками и внушительным таким выменем. Надо же!

Не то, чтобы я умела ее доить, но уверена, научусь. А еще решила, что во что бы то ни стало сберегу ее от паучихи, даже если мне придется для этого выделить в замке отдельную комнату для этой стервочки. А по шкодливой морде Маруськи, как я сходу окрестила новую питомицу, видно было, что девица с характером. В общем, при виде этой животины я испытала такой восторг, словно в первый раз попавший в зоопарк ребенок.

Я хотела было забрать корзину у мальчишек, но трезво оценив ее габариты, отступила. Силан с ней справится лучше, чем я.

— Тащите ее на кухню, — скомандовала я, и повела козу туда, где ее посоветовал привязать Мак.

Потрепав по плюшевой нежной морде, потрогала витые рожки, погладила и угостила морковкой, которую Маруська приняла благосклонно. Решив, что мы поладили, я поспешила на кухню разбирать продукты.

Жена старосты не пожадничала. В корзине обнаружились яйца, крупные коричневые, почти как гусиные. Два десятка! Тут я сразу задумалась о курах. Наверное, можно организовать пару-тройку несушек за какое-нибудь еще добро?

Молоко, масло, сметана, крупа какая-то, похожая на зеленоватую гречиху. Мешочек соли и мешочек какой-то травки, по запаху напомнившей мне орегано.

— Это приправа?

— Дык, ревец же! — удивленный моим невежеством, подсказал Македон, рассматривающий содержимое корзины с неменьшим интересом, чем я сама.

— Шнырь, ньера Лина на такое раньше бы и не посмотрела. Откуда ей знать, что едят сохи вроде нас.

— Домашняя колбаска! Вяленое мясо! — воскликнула я, исходя слюной от умопомрачительных запахов.

На дне корзины были овощи. Как вполне знакомая мне на вид картошка, которую здесь называли картаханом, так и совершенно незнакомые морцы, похожие на фиолетовую желеобразную субстанцию в плотной оболочке, которые откровенно пахли помидорами.

— Ромак мы брать не стали, — заметил Силан, и я оценила его шутку.

Отдельно лежал завернутый в чистую тряпицу хлеб.

— Боже, он теплый!

Когда я вгрызлась зубами в хрустящую корочку и застонала от удовольствия, мальчишки довольно переглянулись.

— Сейчас будет пир! — пообещала я и пожарила яичницу с колбасой и морцами, посыпав все сверху ревцом.

— Никогда такого не ел! — причмокивал довольно Мак.

— Ньера готовила собственными руками, потому так вкусно, — с видом знатока заметил Сил.

После ужина мы перешли к беседе.

— Как дела в деревне? Что сказала жена старосты? Почему Асю не привели? — интересовалась я.

— Старостиха про отшельницу не поверила.

— Но откуда тогда взялись бы вещи, что я передала?

— Наша мать в замке работала, когда жива была. Старостиха считает, что она припрятала кой-чего в лесу, а мы с Асей знаем где. Вот и думает, что я сестру прятать от тех, кто придет, собрался, вот и собираю необходимое, чтобы Ася могла пересидеть в убежище. Она тоже считает, что ей надо спрятаться. Ее уж точно заберут, недаром тот гад на нее так зенки пучил.

— А что сама Ася думает?

— Я все рассказал, но сестра мне не поверила. Говорит, что эта… я выдумщик. И вообще никуда уходить не собирается. Говорит, что останется и будет помогать отбиваться.

— Зря она так, — расстроилась я. — Мне еще больше захотелось познакомиться с этой решительной девушкой.

И за деревенских я все больше беспокоилась.

— Может, если я ей напишу… — тут мой взгляд упал на окно, за которым уже сгущались сумерки.

Оказывается, мы так заболтались, что пропустили закат.

— Сфира! Маруська! — подскочила я и заметалась по кухне.

Мальчишки тоже повскакивали.

— Ой, беда! — заголосил Македон.

Я даже растерялась. Сомнений в том, что у паучихи сегодня тоже выдался добрый ужин не было никаких. И как я так бездарно могла потерять козочку!

Растолкав мальчишек, бросилась бежать по коридору, и оттуда наверх по винтовой лестнице — в центральную башню, где были окна на все стороны. Пацаны — следом. Внутри мы дружно уставились во все стороны.

— Жива! — сразу же завопил Македон.

Оказалось, что Маруська повторила мой первый подвиг. Она дала деру по той же самой лестнице на стену, что была недалеко от огорода. Обрывок пережеванной веревки болтался на шее, у лестницы и на стене снова высилась гора паутины, но здоровая и живая коза грозным блеяньем дразнила паучиху, а когда та снова стрельнула в нее паутиной, увернулась и, задрав белый хвост, поскакала на стену.

Я выдохнула.

— Ого! Она так умеет?! — мальчишки были в легком шоке от происходящего.

— Сфира-то? — переспросила, не понимая, про козу или про паучиху идет речь.

— Паутиной как кидается-то! — качал головой лупоглазый Мак.

— Да. Однажды чуть меня с балкона не утащила вместе с креслом, — подтвердила я.

Ну теперь мальчишки точно ночью во двор не высунутся.

— А где она днем прячется? — спросил Силан.

— Хотела бы я знать…

Мы еще немного понаблюдали, как рыжая негодница откровенно издевается над паучихой, паутина которой с каждым броском становилась все жиже и летела все ниже. Затем, козе надоело, или она подустала? Гордо заблеяв, Маруська взлетела по крутым ступеням на стену и ускакала куда-то, цокая копытцами в предночной тишине.

— Надо ее как-то спасать, — с сомнением высказалась я.

Выходить на улицу совершенно не хотелось, но мучила совесть и за козочку было переживательно, хотя уже не так, как в первый момент.

— Да чего ее спасать-то? Эта точно не подохнет, — махнул рукой Силан и зевнул.

— Она как-то на три дня потерялась. Думали сожрали ее холкогрызы в горах, так ведь нет! Сама пришла!

— Ну раз холкогрызы не сожрали… — с сомнением протянула я, отметив, что понятия не имею, о ком говорит Мак.

Никаких ассоциаций. Возможно, что-то вроде наших волков? Переспрашивать не стала, не желая показывать излишнюю неосведомленность и для себя отметила, что стоит быть поосторожнее в подобных моментах.

— Спать хочется… — потер сонные глаза ушастый Мак.

— Ага, — заразительно зевнул Силан, и я тоже поддалась на провокацию.

Утром я первым делом вскочила с постели и побежала высматривать Маруську. Живая и здоровехонькая коза как ни в чем не бывало жевала свежевыдернутый ромак в огороде.

— Маруська! — выдохнула я и почувствовала такое облегчение, словно с плеч свалился тяжеленный камень.

Признаться, меня всю ночь мучили кошмары с вариациями на тему противостояния коза «вэ эс» паучиха. Успокоившись, вернулась к себе, чтобы умыться и переодеться. Предстояло приготовить завтрак и накормить мальчишек, а в моей голове уже зрела шикарная фантазия на тему молочной каши с медом и маслом. Но когда я заглянула в комнату, мальчишек там уже не было, а с улицы доносился какой-то шум, перемежаемый воинственным блеяньем.

— Там в траве!

— Маруська!

— Ой! Меня-то за что?!

Я поторопилась спуститься ниже и выскочила на тот самый балкон, с которого Сфира меня едва не утащила вместе с креслом. По двору бестолково носились трое: Мак, Сил и Маруська. Маруська взбрыкивала и пыталась выловить кого-то в траве. Рядом почему-то то на корточках, то на четвереньках перемещался Мак, а Силан пытался ее оттеснить от младшего товарища.

— Ну? Поймал?

— Нет. Аааа! — Мак отскочил в сторону и шлепнулся на пятую точку, но поспешно вскочил, судорожно вздрагивая всем телом.

— Укусил?

— Нет. Просто мерзко. Дылда, принеси чеплашку какую-нить. Не хочу его руками трогать…

Было похоже, что пацаны и коза за кем-то охотятся. За кем-то, кого в высокой траве толком и не видно. Убедившись, что все трое в безопасности, я поспешила вниз. Силан меня опередил и принес с кухни какой-то горшок.

— Пойдет? — потряс он горшком, с опаской приближаясь к Маку, который бродил кругами, раздвигая руками траву и вглядываясь себе под ноги.

Маруська стояла неподалеку и с гордым видом жевала жвачку. Завидев меня, она приветственно заблеяла.

— Ньера Лина, доброго утречка! — вразнобой поздоровались мальчишки, когда я остановилась рядом с козой.

— И вам доброго утра, мальчики. Что за сыр бор? — парни непонимающе переглянулись, и я поспешила исправиться: — Что у вас такое творится?

Одновременно я подошла к козочке, присела, заглянув в умные глаза, что было сложновато.

— Я рада, что ты жива, — поддавшись порыву чмокнула козочку прямо в нежный нос.

— Осторожней! Боднет! — предупредил Силан.

Но Маруська и не думала бодаться. Наоборот, сощурилась от удовольствия, когда я ее почесала за ушком.

— Парни, а ее доить когда надо? И как? — я нагнулась и осмотрела полное молока вымя.

Мальчишки переглянулись и позабыв о том, чем занимались с видом эксперта стали наперебой давать советы.

— Привязать ее надобно. И ногу, чтобы не лягнула. Она эта… с характером, — покраснев, объяснил Силан.

То, что Маруська с характером, я и так уже поняла.

— Не потому ли ваша старостиха мне ее презентовала?

Мальчишки быстро переглянулись и, покраснев еще больше, стали переминаться. Ну и ладно. Несмотря на вздорный норов, козочка мне нравилась. Было в ней что-то эдакое. Гордое и независимое. К тому же судя по полному вымени, без молока я теперь не останусь, если сама не накосячу. Я снова погладила Маруську и улыбнулась.

— Еще какие-то указания будут?

— Можно ей корма задать, чтобы стояла спокойнее, — подсказал Мак.

— Ромак в тарелку нарезать? — предположила я.

— Вполне!

— Только не ругайте ее и не лупите, если заартачится, а то молоко может пропасть, — подсказал Силан.

Вымыть вымя теплой водой я и сама догадалась, а мальчишки объяснили принцип правильной дойки, и я на удивление справилась с первого раза. Маруська вела себя хорошо, хрумкала ромак и снисходительно косилась на меня большим оранжевым глазом со странным горизонтальным зрачком.

Когда я почти закончила, она вдруг заблеяла, дернулась, попав ногой прямо в котелок с молоком — единственную посудину, которая мне показалась удобной для моих целей.

— Маруська! — вскрикнула я, когда коза подалась ко мне выставив рога, но короткая веревка, которой мы ее привязали к старой телеге у сараев, не позволила мена боднуть.

— Паук! — заорал Силан пуча глаза и тыча в меня пальцем.

Смотрел парень прямо на меня, да так испуганно, что я решила — все! Пришла нам всем полная Сфира!

От страха меня почти парализовало, я смогла лишь завизжать и круто обернуться. Позади никого не было.

— Попался! — воинственно замахиваясь горшком прыгнул ко мне Мак, но я от него увернулась.

Он что меня треснуть решил?

— Сдурел?!

И в то же мгновение вдруг ощутила прикосновение. Что-то крупное ползло со спины на плечо. Тронуло мою шею, щекоча жесткими волосками…

— Аааа! — завизжала я, поняв, что это большущий волосатый паук.

В тот же миг синяя молния сбила это чудовище на землю, но меня уже было не остановить, я скакала на месте, орала и судорожно стряхивала с себя несуществующих пауков. Мне казалось, что они повсюду, тело чесалось от отвращения.

— Лина, Лина! Успокойся! Никого больше нет, — Соник летал рядом и пытался меня вразумить.

— Что это? Откуда он взялся? Мерзость! — все еще тяжело дыша, я продолжала непроизвольно отряхиваться и осматривать себя со всех сторон, насколько возможно.

И как я не почувствовала, как он на меня залез?

Днем я предпочитала носить мягкие сапоги до колена и плотные штаны, опасаясь, что в траве могут оказаться змеи. Или во всем виновата повязанная на пояс курточка из плотной ткани? Пока я доила козу сидя на невысоком чурбане, подобранном у сарая, паук залез по ней мне на спину. Вот на что отреагировала Маруська — паука увидела!

— Прости, что испугала тебя, — погладила козу. Та стояла спокойно и больше не пыталась бодаться. — Спасибо, Соник. Я думала, что умру от ужаса, — поблагодарила я своих спасителей.

— Я сам думал, что умру от ужаса. Он такой здоровенный! Брр! — ответил цветодрак и взлетел повыше, наблюдая как в траве ползают мальчишки. Точнее ползал только Мак, а Силан держался позади него, много шумел и наводил суету.

— Поймал! Тутачки он! — раздался победный клич. Мак поднялся на ноги и, снова размахивая горшком, ринулся ко мне. — Смотрите, ньера Лина! Тут он! Здоровенный! — голос мальчишки был исполнен кровожадного восторга.

С опаской заглянула в повернутый к свету горшок, который по форме напоминал круглую как мяч вазу с отверстием. Из-за удачной формы, паук никак не мог забраться по стенкам, хоть и отчаянно сучил ногами.

— У-убери эту гадость! — я едва не запрыгала. — Фу!

— На паучиху похож, — нахмурился Силан. — Такой же рыжий и волосатый-полосатый.

— Размножилась, наверное, — предположил Мак почти любовно разглядывая добычу в горшке. — Ути-пути, какой маленький! — сунул он туда пальцем, и тут же отдернул.

Его комментарий меня вот совершенно не порадовал.

— Как размножилась? Когда размножилась?

Заросший травой двор мгновенно показался вражеской территорией. Что если в этой траве десятки или сотни вот таких маленьких копий Сфиры? А когда они вырастут? Мне вдруг стало дурно, и я пошатнулась.

— Ну вот опять! — тут же замахал крылышками перед моим лицом Соник. — Скажи этим недорослям, пусть воды тебе подадут.

— Ньера Лина, вам плохо?

— Ньера Лина, мы за косой в деревню сбегаем, и я тут вам все скошу постепенно, чтобы вы не боялись по двору ходить. Заодно и сено для козы на зиму будет.

— Х-хорошо, — я отошла к крыльцу у черного входа и опустилась на ступеньку, обхватив плечи руками. — А зимы здесь холодные?

— Сразу видно, не местная вы, — рассмеялся Македон.

— Это точно… — не стала отрицать я.

— Да ничего, жить можно, если дровишками запастись, — с серьезным видом рассуждал Силан. — Иной раз и ничего, снег долго не падает, только дожди, но бывало и завалит так, что месяц сугробы по пояс. Так что на зиму запасы делать надо. Это точно.

— А еще ветра лютые бывают с моря. Вот тогда совсем туго.

— Понятно… — за бытовыми задачами страх перед армией пауков если и не отступил, то хотя бы поутих. И в голову стали приходить рациональные мысли: — Наверное, надо найти гнездо и сжечь?

— Да, полить маслом и поджечь, — согласно кивнул Сил. — Однажды деревенские в лесу на охоте обнаружили змеиную яму, так староста собрал мужиков и того.

— С тех пор змеи не беспокоили, — со знанием дела подтвердил Мак.

— Ладно, идемте завтракать, — решительно поднялась я, соображая, что бы такое приготовить.

Мальчишки только заслышав, поспешили ко мне. В руках у Мака по-прежнему был горшок с пауком, от которого исходил зловещий шорох. Инстинктивно, я отшатнулась, толкнув Силана.

— Шнырь, убери эту пакость! Не видишь, ньере плохо от одного вида? — прикрикнул тот на товарища.

— Простите! — Мак приостановился, а мы с Силом свернули в ванную, чтобы вымыть руки.

Силан безропотно умылся, а спустя несколько минут к нам на кухне присоединился и Македон.

— Я отвязал Маруську. Пусть пасется.

— Хорошо. Мы тут решили сварить кашу. Ты как?

После позавтракав, мы снова вышли на улицу.

— Боюсь, что косу мне не дадут. Вопросы могут возникнуть, но я попробую стащить серп, — не слишком уверенно начал Сил, осматривая фронт работ.

Представила, как сложно работать серпом на такой большой площади, я предложила:

— Я пока поищу в сараях. Мне кажется, я где-то видела что-то похожее, но не придала значения.

— Нам пора, а то свои потеряют. Мы вернемся завтра утром, дома тоже есть дела.

— Хорошо. Попробуйте уговорить Асю навестить меня. А если она боится идти в замок, мы можем встретиться… — я задумалась. — Например, там, где стоят сети. Она же не испугается туда прогуляться?

— Ася-то? Не испугается. Моя сестра не робкого десятка.

Сначала я хотела передать девушке какой-нибудь подарок, но передумала. Еще решит, что я ее подкупаю или заманиваю. Кажется, Ася эта не глупая и не доверчивая девушка. Тем больше мне хотелось с ней познакомиться. Наверное, я сильно соскучилась по женскому общению.

На том и порешили.