Глава 11. Ядовитые гости

На этом общение с Плохишом мы закончили и удалились. К счастью, следом он не потащился. Так и остался в саду. Заговорили мы только свернув в коридор, где были мои покои.

— Лиза, вас что-то связывает с этим ньером… Напомни, как его зовут?

— Гаэро, — снова пискнула Лиза, и поежилась, потупив взор.

— Угу, Гаэро. Конечно же. Ты как-то странно на него реагируешь. Он тебе нравится? Имей ввиду, такие, как он не приносят счастья таким, как ты.

— Ньера! Как вы можете подобное обо мне думать! Он же некромант и нирфеат! Я боюсь его до остановки сердца! — горячо зашептала Лиза, прижимая к груди горшок с червями и озираясь по сторонам.

Некромант? Офигеть!

И тут меня осенило: Плохиш говорил, что проверял, что я не драугр. Неужели реально некромант? Облик вполне скалывался. Если бы он играл роль в кино, я бы ни на миг не засомневалась, что некромант. Надо же… А я думала, врач.

Толкнув дверь в покои, нахмурилась, жалея о том, что они по какой-то причине покои не запираются. Пожалуй, надо будет это как-то исправить. Или ставить какие-то сигналки, чтобы понимать, входил ли кто-то сюда без меня…

— Говоришь, этот Гаэро некромант? — поинтересовалась я.

— Да. А еще нирфеат, но это секрет. Я однажды подслушала… То есть, увидела… То есть… Эрлина попросила отнести эрлу в гостиную закуски, я вошла с подносом не вовремя. Там был Гаэро и он сказал… Нет, я не могу это повторить, — замотала она головой.

— Что именно он сказал, Лиза? Я никому не скажу и… не стану думать о тебе плохо, — осторожно я забрала из ее рук горшок с червями.

— Нет и нет! Я ни за что не произнесу вслух нирфеатское приветствие! Говорят, когда его произносишь, тебя слышит королева Нирфея. Стоит его произнести вслух хоть раз, и она узнает о тебе. Может, вам — ньерам это кажется глупостями, но сохи верят. Не буди лихо!

Я поняла, что через суеверия пробиться будет куда сложнее, чем в нашем мире. Например, моя сестра и та посыпала соль сахаром, если вдруг доводилось ее нечаянно рассыпать. И это компьютерный гений! Чего я хочу от служанки-простолюдинки в мире, где едва ли не средневековье или около того? А еще

— Нирфеатское приветствие? — тут до меня дошло, что речь снова о чем-то, что знают все. — Я поняла, Лиза. Не нужно ничего говорить! Так выходит, ты это услышала и?

— Да, но сделала вид, что только что вошла. Они так и не поняли, а я боюсь, что некромант со мной сделает что-нибудь нехорошее…

Угу. Убьет, овладеет и съест… По крайней мере смотрел он на Лизу так, что последние два пункта не вызвали у меня сомнений.

— Постарайся не попадаться ему на глаза, по возможности.

Для себя я решила, что потребую Лизу в себе в услужение, или даже устрою скандал, что мою горничную заставляют заниматься чем-то еще, и я не могу распоряжаться ею, когда мне вздумается.

Мы заперлись и отправились в ванную. Птенец вяло валялся в углу, где мы его оставили, и лишь повел глазами, но не приподнялся. Признаться, я запаниковала. Может, стоило отдать его сразу Граппе? У нее хотя бы котелок со змеями есть… С чего я, вообще, вообразила, что стану благодетельнице?

— Маленкий, тебе плохо? — я присела рядом прямо на пол и открыла горшок. — Лиза, подай что-нибудь, чем червяков достать…

Но не успела я толком договорить, как экофар поднял голову, встопорщил хохолок и оживился. Поднявшись, опрокинул горшок лапой, рассыпая землю. Я в панике отпрянула в сторону и поспешно вскочила, не желая находиться рядом с червяками-переростками. А птенец, уже работал мощным клювом, подхватывая вывалившихся червяков и проглатывая их целиком. Одного перекусил пополам, заставив противно дрыгаться, истекая белесой жидкостью.

— Гадость! — сморщилась я, тем не менее ощущая облегчение.

Наблюдать, как экофар питается, было мерзковато, но с рационом мы вроде угадали. Значит, выживет. А птенец тем временем расправился со всеми червяками, что выпали, и ловко выцарапывал последнего — самого предусмотрительного, из горшка.

— Приятного аппетита, — с запозданием пожелала я. — Не благодари.

Лиза рассмеялась, прикрыв рот ладошкой. При этом экофар как-то хитро на меня глянул и чирикнул. Я отчетливо услышала:

— Спасибо! — прозвучало не то как свист, не то мне показалось в слово в птичьем щебете.

Лиза никак не отреагировала. Только руками всплеснула:

— А насорил-то, напачкал! Сейчас уберу. Ньера, скоро ужин. Не стоит опаздывать, надо бы переодеться.

— Да, только сначала я ополоснусь.

Пребывание в духоте у Граппы и поход в сад не прибавили мне свежести, так что я не сомневаясь забралась в купальню и открыла воду. Удивительно, но здесь был самый настоящий водопровод с подобием крана и двумя вычурными вентилями. Лиза уже объяснила, что он работает на магии.

Лиза проводила меня до малой столовой, и когда я вошла внутрь, за столом уже сидели Аффината и Мискалия. А еще там был Плохиш. Сидел по левую руку от эрла, то есть по правую от меня, что мне совершенно не понравилось.

— Ньера Фризо, — учтиво поклонился тот, словно и не «тыкал» мне в саду, и отодвинул стул, помогая усесться.

Вероятно, виной такому внезапному преображению была эрлесса Зинборро, которая тоже присутствовала здесь. Ворона благосклонно улыбалась, наблюдая за нами. А от меня не укрылось, как перекосило Аффинату.

Но тут появился эрл Зинборро и ужин начался.

Я украдкой улыбнулась Граппе, которая не стала наряжаться в светлое, дабы не выдавать задумку сестре, но уже не поражала экстравагантным нарядом, а выглядела вполне скромно и уместно. Однако, я отметила, что она нанесла макияж. Неброский. Немного оттенила ресницы и выделила скулы.

А еще она ела, и пища на ее тарелке вполне соответствовала всем канонам правильного питания. Мои уроки она запомнила отлично. Ела Граппа неторопливо и наслаждалась каждым кусочком. На нее то и дело с неприязнью поглядывала Аффи и, наконец, не выдержав, что-то шепнула сестре на ухо. Граппа лишь глянула на меня, убеждаясь, что я положила себе на тарелку все тоже самое, и повела плечом, отмахнувшись от злодейки-сестры.

Аффината, напротив, толком не ела, зато строила глазки Плохишу. Тот, же как назло принялся ухаживать за мной:

— Марина, попробуйте мантрено, здесь его великолепно готовят.

Не дождавшись ответа, он положил мне на тарелку кусочек какого-то мясного рулета. Будто мало было, что он словно невзначай касался меня бедром под столом, вынуждая незаметно отодвигаться. То просил что-то передать, и касался пальцев. Достал!

— О! Спасибо за столь утонченный комплимент! — расцвела в улыбке эрлесса. — Это речная рыба с овощами и травами, выдержанная в особом маринаде перед запеканием, — пояснила она. — Рецепт мой родины. Я сама его приготовила, — она скромно улыбалась.

— Благодарю, — я вынужденно отщипнула кусочек.

Признаться, я бы предпочла доесть мясо, и вообще, нахальный поступок Плохиша, посягнувшего на мою тарелку, мне совершенно не понравился. Но отказаться есть означало бы задеть эрлессу и эрла тоже. Вон он как внимательно смотрит.

Выручила Граппа.

— Ньер Гаэро, Аффи тоже хочет кусочек мантрено из ваших рук. Вы не будете так любезны, — и тут я увидела, что при желании старшая дочь Вороны может быть весьма убедительной.

— Конечно, эрлина, — Гаэро откромсал кусок мантрено и положил на тарелку Аффинате, которая оторопела от неожиданности.

Выглядела она так испуганно, будто не ожидала такой подставы.

— Я… Спасибо, ньер, — захлопала та ресницами.

А Гаэро, похоже о чем-то догадавшись, пристально уставился на нее.

Граппа, победно сверкнув глазами в сторону сестры, демонстративно положила в рот кусочек мяса. Получилось у не так эротично, что даже я засмотрелась, но затем спохватилась и сделал тоже самое, а после слегка нарушила целостность куска рулета. Пробовать его мне хотелось все меньше. И теперь уже не по причине наглости Плохиша, у меня появились подозрения иного рода. Зря я не прихватила перо экофара…

Аффи так и продолжала гипнотизировать кусочек рулета, а вот Гаэро демонстративно отломил вилкой почти половину податливого кругляша и положил в рот. Аффината пискнула и, вскочив из-за стола, выбежала из столовой.

Губы Граппы растянула мстительная улыбка. А вот лицо Вороны вытянулось.

— Ньер Гаэро… Нет! — она вскочила и вытянула руку в ужасе. — Не ешьте это! Негодница отравила блюдо, судя по всему. Простите ее ради Дра… Простите, ньер, — она заламывала руки с совершенно несчастным видом.

Эрл Зинборро как раз пригубил «эчпачмак», или как там назывался тот самый напиток, который я запомнила по запаху, но не по названию? Осознав, что именно случилось, он покраснел и начал издавать какие-то невнятные звуки. Похоже подавился.

Мискалия, на тарелке у которой наблюдалась изрядная порция всего подряд, перестала жевать и растерянно переводила взгляд то на него, то на мать, то на Плохиша. А я с чистой совестью отодвинула свою тарелку.

— Граппа! — наконец, совладала с собой Ворона. — Почему ты меня не предупредила?

— О чем, мама? — смотрела та взглядом ангела во плоти.

— Отвечай!

— Я не знала наверняка, а мои подозрения вы обычно считаете неуместными. Зато теперь мы наверняка знаем, что этот мантрено лучше не есть.

— Да, но ньер Гаэро его уже съел! — Хересс в отчаянье едва не сорвалась на крик.

При этом она испуганно уставилась на гостя. Определенно, его тут принимали, но побаивались.

— О, не переживайте, ньера, — тот как ни в чем не бывало доедал опасный рулет тот. — Вспомните, кто я. Немного белой травы не причинит мне никакого вреда. А вкус стал только пикантней, — усмехнулся он.

В этот момент эрл, который едва продышался и справился с душащим его кашлем, решил хлебнуть воды. Зря. Некромант развернулся и стукнул его пару раз промеж лопаток.

— Спасибо, — сдавлено пробурчал эрл, слегка осипший. — Простите моих дочерей. Они еще совсем неразумные мармеладки. Не ведают, что творят. Волнуются перед смотринами.

— Мы все очень волнуемся, — закивала поспешно эрлесса и, наконец, опустилась на стул, почуяв, что гроза миновала.

— Какие же они мармеладки? Огненные ящерки! Хищные, изворотливые, такие юные… — нирфеат сделал сомнительный на мой вкус комплимент.

Но Хересс, похоже, понравилось. Она даже зарделась.

— Ньер Гаэро, а вы не планируете… жениться? — поинтересовалась она, вроде как смущаясь.

— Подумываю об этом.

— Тогда приглашаю вас тоже на смотрины. Думаю, ньер Клайд не будет против.

— Не будет. Я как раз приехал, чтобы передать, что с Клайдом прибудут еще несколько ньеров. Если ваши дочери не заинтересуют его, то, может, приглянутся, кому-то другому.

Граппа испуганно вскинула голову. Эрлесса, кажется, тоже слегка напряглась:

— Вот как? Но нам об этом ничего не известно…

— Теперь известно, — отрезал Гаэро и, как-то нехорошо посмотрев на меня, залпом опустошил свой кубок.

После этого ужин как-то быстро закончился, как и аппетит у всех, кроме Плохиша. Остались только он и эрл, который не мог покинуть такого гостя одного. Мне так хотелось убраться от него подальше, что я позабыла спросить Ворону насчет Лизы. По той же причине я ворвалась в свои покои безо всяких предосторожностей. Хотелось спрятаться, забаррикадироваться, почувствовать себя в безопасности, хотя бы мнимой…

Балкон снова был открыт, и сквозняк трепал занавески. Но стоило мне закрыть входную дверь, как они опали. Я остановилась и присмотрелась: никаких призраков на балконе, просто сквозняк. Запершись, распахнула дверь спальни. Больше всего мне хотелось стянуть неудобное платье и переодеться во что-то более уместное. Улечься в кровать и уснуть.

Я так и не поняла, откуда появилась змея. Мне показалось, что она свалилась прямо с потолка мне на голову. Завизжала, отпрянула, но дверь открывалась внутрь, а я успела ее затворить. Теперь в панике никак не могла догадаться, что надо тянуть а не толкать, а тем временем шипящее чудовище, похожее на кобру, приближалось, готовясь к броску…

Издав очередной оглушительный визг, я вжалась спиной в дверь, ожидая укуса, и в этот момент распахнулась дверь ванной. Оттуда вылетала фиолетовая стрела и без страха напала на змею. Завязалась драка. Экофар, а это был именно он, когтями вцепился в противника. Шипящий клубок покатился по комнате, рассыпая перья.

Змея извивалась, бросалась из стороны в сторону, ударяя птенцом об пол, кровать, стены. Она яростно шипела, пытаясь обвить хвостом экофара. Но тот держал ее близко к треугольной голове, не позволяя себя ужалить, и не выпускал, только щелкал клювом.

Его клюв оказался стальным не только с виду, но и в деле. Его загнутая форма с острым краем годилась вовсе не для того, чтобы потрошить орехи или фрукты. В какой-то момент экофар перекусил змее позвоночник, а затем и вовсе отделил тело от головы. Еще какое-то время оно извивалось и дергалось, не желая умирать. Птенец, испустив победный клич, распахнул крылья и вытянув шею, зашипел и защелкал клювом, вроде как глумясь над поверженным противником.

Я нисколько не преуменьшала степень собственного везения. Не окажись здесь экофара и хана мне. Наверняка эта змея ядовитая. Не знаю, способен ли волшебный меч исцелять, но на себе проверять совершенно не хотелось. Но как там экофар?

У меня каждый раз что-то в груди сжималось при очередном ударе, когда змея его мотала. Спохватившись, я зажгла магические шары и присела рядом, опасливо косясь на змеиные останки.

— Маленький, ты не ушибся, — протянула руку, но так и не решилась погладить птенца. — Спасибо! Что бы я без тебя делала? — покачала я головой.

— Чего-чего? Померла бы, — совершенно по-человечески ответил экофар.

Голос у него был забавный эдакий вроде как детский и птичий одновременно.

— Ой! — от неожиданности я даже на пятую точку шлепнулась и привалилась спиной к кровати. — Меня укусила змея и я брежу, или ты…

— Или я! Если бы эта гадина тебя цапнула, то ты бы уже не дышала, поверь. Голову выкини, кстати.

— Ч-чего? — посмотрела на отделенную от тела змеиную голову, валяющуюся поодаль.

— Башка у нее больно ядовитая. Смотри, чтобы яд на кожу не попал и кровь. Лучше тряпочкой бери. И не советую босиком наступать на то место.

Капец, приехали… Птенец мне раздает указания…

Кивнула, ощущая себя поехавшей. Затем обвела комнату взглядом. Повсюду были перья…

— Куда голову?

— Не знаю. Да хоть вон в окно вышвырни.

Точно сомнабула я поднялась, огляделась, а затем взяла одно из полотенец в ванной и, свернув его в несколько слоев, взяла змеиную голову. Мне было так мерзко, что я несла ее на вытянутой руке. Выбрасывать такое в окно спальни было подозрительно, и я пошла на балкон. Внизу под ним, как обычно, никого не было.

Похоже, там какое-то совершенно глухое и непопулярное место, на мое счастье. Не хватало только навозной кучи внизу для полной картины. Швырнув подальше в кусты змеиную голову, я порадовалась, как удачно она скрылась среди веток. И даже не вздрогнула, обнаружив, что рядом стоит призрак.

— Привет! — буднично и устало поздоровалась я с Лунарой, чувствуя себя окончательно двинутой.

Ну а как иначе, когда разговариваешь с птенцами и призраками?

Ньера Лунара мне не ответила. Вместо этого повернулась и посмотрела в сторону кустов. Затем снова на меня, а потом вдруг вытянула руку и указала на эти самые очертания кустов пальцем. При этом ее губы беззвучно шевельнулись: «Там».

— Там? Что там? — я внимательно осмотрела заросли и все вокруг них, но ничего стоящего внимания не приметила.

Признаться, было довольно темно, и скудного света недоставало, чтобы что-то разглядеть с высоты примерно третьего этажа. Когда я снова посмотрела на собеседницу, той уже рядом не было.

Может, показалось? Почудилось с перепугу?

Но нет, Лунара здесь была и сказала именно это слово.

Я еще немного постояла, рассматривая место под балконом и надеясь, что призрак даст еще одну подсказку, но нет. Ладно, посмотрю еще раз. С утра, когда будет достаточно света, а то густые тени по углам снизили видимость почти до нуля.

Когда я вернулась, экофар уже уволок тело змеи в ванную.

— Эй? Ты тут? — заглянула туда опасливо.

Если честно, на меня произвело впечатление, как лихо он работал клювом. Даром, что малыш. Еще пальцы откромсает.

— Тут.

— Мне это… Тушку тоже выбросить?

— Еще чего! Это мой ужин. И завтрак. И… Наверное на обед тоже останется, — предположил он с сомнением.

— То есть завтра червяков не копать? — почти обрадовалась я, заходя внутрь.

— Не копай, — великодушно позволил птенчик.

— Тогда пойду убираться…

Я тщательно вымыла пол, закапанный змеиной кровью. И, подумав, передвинула на то место половик от греха. Затем собрала все перья, что заняло у меня больше часа. По традиции подперев двери гардеробной и спальни стульями, вернулась в ванную. Экофарчик, утомленный боем, да еще и обожравшийся, крепко спал. Я тихонько наполнила горячей водой купель и полежала там полчасика, пока не ощутила, что нервы успокоились и расслабились, и меня сморил сон.

Перебравшись, в кровать я нащупала рукоять меча, который снова положила под подушку и закрыла глаза.

Мне показалось, что я сразу же очутилась в чужой спальне. На этот раз спальня была другой. Красивой, чистой ни капельки не мрачной. Здесь тоже горели магические светильники под потолком, создавая уют.

И мужчина тут тоже был. Тот же. Я поняла это сразу, несмотря на то, что он стоял ко мне спиной и на этот раз был одет. Красиво одет. Стоило мне появиться, как он это почувствовал. Замер.

— Этого не может быть… — донесся до меня его голос, от звуков которого что-то в груди сладко сжалось.

— Не может быть… — повторила я за ним. — Ты снишься мне снова. Разве так бывает? Нет, я мечтала об этом, но…

— Это не сон, Тень, — наконец повернулся он и быстро оказавшись рядом, заключил меня в объятия.