Глава 19. Прощай неприветливый приют, да здравствует дорога!

До самого вечера я себе места не находила. Интуиция просто вопила, что нужно бежать и быстрее. Я боялась, что новые козни Аффинаты могут плохо для меня закончиться, да и сидеть, дожидаясь возвращения Плохиша, определенно не лучшая идея. Просто отвратительная идея. Лучше момента, для побега просто не будет.

Кое как дождавшись ужина, от волнения, едва не принялась грызть ногти, хотя думала, что отучилась от этой привычки еще в детстве. Но видимо, слишком многое пришлось вынести моей психике за столь короткое время.

Ужин прошел на удивление спокойно. Не считая того, что амулет показал, что в моей тарелке есть нечто вредоносное, после чего блюдо заменили полностью. Однако Аффи никто и слова не сказал, что только убедило меня в том, что нужно драпать и как можно скорее.

Вернувшись к себе, поискала Пухлика, но экофара в покоях не обнаружилось. Наверное улетел охотиться. Запершись, отправилась в ванну, но не для того, чтобы помыться. Этим я займусь позже. Достав припрятанный среди умывальных принадлежностей перстень, окунула его в воду. Но сколько не ждала, волшебная рябь так и не исказила поверхность купели.

Плохо. Видимо, буря все еще продолжается, и связаться с той милой старушкой, которая меня так напугала, не выйдет.

Достала и развернула набросанную от руки карту, скривилась недовольно. Рисовала я ее впопыхах, переживая, что меня кто-нибудь застанет, потому получилась она так себе. А с тем, что я узнала сегодня на прогулке, мне не помешало бы дополнить ее южными территориями, хотя бы немного их наметив. Определенно, нужно еще раз наведаться в библиотеку. Но попозже.

Гаэро в замке нет, а остальных можно не опасаться. Эрл еще за ужином накидался своего любимого эш-кам-акка, а эрлесса сослалась на усталость после прогулки и заперлась в своей комнате, планируя лечь пораньше. Насколько я успела изучить привычки обитателей, эрлины тоже по вечерам носа не казали из своих комнат, и слуги на виду не показывались. Замок точно вымирал после заката. Но это и не мудрено, ведь работа начиналась с самого утра.

Пока ждала, когда стемнеет за окном, читала книгу. А потом не выдержала и накидала записку для Граппы, в которой предупредила ее об опасности общения с нирфеатами. Рассказала о завуалированных коварных планах Гаэро. Что-то мне подсказывало, что не видать девушкам счастливого замужества с такими-то женихами. Вложив записку в томик так, чтобы уголок выглядывал, направилась в библиотеку. Если Граппа придет за новой книгой, обязательно заметит записку.

На этот раз рисовалось мне спокойнее, и я постаралась перенести как можно больше подробностей на желтоватый лист. К тому же никто не мешал мне изучать содержимое полок. Географического атласа я не обнаружила, но легенды Драконьих Пределов показались мне довольно полезными. То, что я успела выхватить, листая книгу, во многом пересекалась с обрывочными знаниями, которые у меня имелись о мире. Прихвачу с собой, буду почитывать на отдыхе.

Все. Пора уходить.

Когда я в сопровождении огонька, почему-то мне казалось, что того же самого, что и в прошлый раз, вернулась к себе, на меня с порога налетел экофар.

— Марина, где ты была! Уже поздно!

— Пухлик! — выронив книгу, схватилась за сердце.

— Прости, что напугал. Я волновался. Вот, — он протянул мне какую-то бумажку.

Это оказалась записка от Лизы. Девушка потерлась в деревне и сделала все те же выводы, что и я, насчет дороги, потому перенесла место встречи в другое место. В лесок возле того самого озера, где мы днем видели дракона. Именно мимо него вела тропа к дороге на юг. Идеально, вот только далеко. Чтобы туда добраться пешим ходом мне потребуется пара часов. За это время меня заметят.

Безумно наглая идея пришла внезапно, ошеломив меня точно удар молота по наковальне возле самого уха.

— Пухлик, утром мне потребуется твоя помощь, никуда не улетай.

Бегая электровеником, я принялась готовиться. К сожалению, много с собой взять было нельзя, потому Лиза и отправилась в деревню с ночевкой. С собой она унесла некоторые вещи, которые потребуются в дороге, а так же должна была позаботиться о припасах. Потому что я с котомкой, набитой добром, из замка выйти не смогу.

Самое главное, чтобы получилось вынести меч. Превращать его снова в кинжал я не решилась, памятуя, что любое колдовство тратит энергию, и неизвестно, когда это фатально ударит по мне. Поэтому остаток времени потратила, чтобы приспособить ножны под одежду, и сделать это так, чтобы не было особо заметно, что я что-то прячу. Кажется мне это удалось.

Решив, что все готово по максимуму, искупалась как следует, понимая, что подобная возможность предоставится еще не скоро, и отправилась спать. Сны мне не снились, да и засыпала плохо от волнения. Поэтому проснулась еще до рассвета. Умывшись и одевшись, распихала все ценности — кольцо Лунары на палец, страницы дневника за пазуху, меч — на спину на манер рюкзака. Карту во внутренний карман кафтана.

Оделась я как на конную прогулку, только натянула штаны на бриджи. Так и теплей и юбку потом можно будет выкинуть. А еще короткий всего-то до колена, плотный плащ. Такой и от холода укроет и от мелкого дождика. В общем, утеплилась в дорогу. Прихватила пару обуви полегче вроде низких кожаных ботинок. В сапогах с высоким голенищем по жаре днем гулять такое себе.

— Пухлик?

Сонный птенец появился из ванной, где облюбовал для сна тот самый угол на теплом камне.

— Выходим? — чирикнул он.

— Да. Помнишь, я тебе говорила, что мне понадобится твоя помощь?

— Конечно! Что я должен делать? — оживился птенчик.

— Ты должен выманить всех людей из конюшни.

Граппа объявила, что наградит того, кто поймает ее экофара до смотрин. Цену объявила хорошую, и сарафанное радио разнесло новость среди челяди и даже за пределами замка. Пухлику приходилось прятаться как следует, чтобы поохотиться. Одна радость: балкон в мои покои находился в самом глухом углу, который едва ли не проклятым считался. И то экофар улетал и возвращался рано утром и после заката, когда совсем стемнеет.

— Ты хочешь, чтобы я на люди показался?

— Да. Пусть они тебя начнут ловить, а ты замани их подальше. В идеале, за стену, а там уже лети и прячься. Встретимся в лесу у озера, знаешь такое? — показала ему карту, на которой оно было отмечено.

— Понял. Сделаю, — согласился птенец без лишних разговоров.

— Тогда присядем на дорожку, и вперед. Удачи, Пухлик! И… Будь осторожен. Не попадись.

На том и расстались. Экофар выпорхнул в окно, а я направилась к выходу. На крыльце по традиции дежурил знакомый уже стражник.

— Доброе утро, Смихан. Опять спишь на посту?

— Ну что вы, ньера! — встрепенулся стражник и тут же насторожился: — А куда это вы собрались в такую рань?

— А разве эрлесса не предупредила? С этого дня я возобновляю утренние конные прогулки. Мне это совершенно необходимо. С самого детства я занимаюсь верховой ездой, чтобы укреплять организм.

— Понимаю. Ну тогда хорошей вам прогулки, проводить вас на конюшню?

— Спасибо, сама найду, — отмахнулась я.

Где конюшня я выяснила еще вчера, проследив, куда именно уводили лошадей. То, что стражник не задал лишних вопросов, показалось мне добрым знаком, и я, не скрываясь, отправилась к цели.

Экофара я нигде не видела. Оказалось, он скрывался за неприметным кустом, но как только я прошла мимо, выбрался и принялся деловито копать землю, точно заправская курица. Покосившись на него, я мысленно пожелала нам удачи еще раз. Она лишней не будет.

Приоткрыв двери конюшни, бросила взгляд внутрь. Несколько сонных грумов обихаживали лошадей. Ближайший обратил на меня внимание. Прежде, чем он успел задать мне вопрос, я выдала:

— Ой, а это не экофар там случайно? — и демонстративно обернулась через плечо.

— Где? — тут же среагировал крепкий парнишка, позабыв обо всем прочем.

— Да вон же! Перед конюшней клюет что-то. Это ведь за него ньера Граппа объявила вознаграждение?

Парень так ломанулся к двери, что едва меня не снес. Хорошие, видимо, деньги Граппа сулила. Грум притормозил у самой двери, осторожно выглянув наружу, и протянул с благоговением:

— Экофааар! Ньера, никому больше не говорите, ладно, — обратился он ко мне, алчно сверкнув глазами.

Улыбнулась ему светло и чисто и кивнула. Но стоило парню выскочить наружу, как набрала в легкие побольше воздуха и завопила так, чтобы даже в самом дальнем углу конюшни было слышно:

— Экофар! Там экофар! Скорее ловите его! Приказ ньеры Граппы. Она хорошо наградит вас.

Всех, кто здесь был, как ветром сдуло. Пришлось посторониться и прижаться спиной к одному из стойл, чтобы не затоптали. На выходе образовалась пробка, в которой щедро раздавались тумаки и тычки. Народ был готов друг друга грызть, чтобы выполнить приказ эрлины. Вот и славненько. Чем менее дружно они станут ловить Пухлика, тем больше у него шансов удрать.

Я быстро направилась вдоль стойл, высматривая лошадей. Ехать на вчерашней и думать нечего, а лошадь Аффи выносливая и спокойная. Я еще вчера обратила на это внимание. Такая мне подойдет. Благосклонность гнедой тонконогой кобылы я заслужила, угостив ее куском сахара. Так что общий язык мы нашли быстро.

Осталось оседлать, но тут все просто. Сама того не подозревая, Аффината провела мне мастер класс по расседлыванию. А я все запомнила, сравнила с тем, что уже знаю, и оседлать лошадку удалось без проблем.

Во дворе было пусто, когда вывела лошадь из конюшни. Даже стражников на стенах я не заметила. Неужели они покинула посты, чтобы поймать экофара? Надо же!

Пока все шло гладко, и до самых ворот меня никто не окликнул. И все равно волнение зашкаливало, свернувшись тугим комком в районе солнечного сплетения. Потому я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть, когда отпирала калитку, а за спиной вдруг раздалось многозначительное покашливание.

— И куда это вы собрались, ньера?

Это был второй стражник, имени которого я не помнила. А вот его неприятный бегающий взгляд и поганый язык, очень даже отложились в памяти. Я надменно окинула его взглядом и, не удостоив ответа, продолжила мучиться с засовом. Он был какой-то хитроумный и не желал поддаваться, из-за чего я все сильнее психовала и спешила. Мне казалось, что земля под ногами горит.

Рука стражника легла на мою, вынуждая прекратить попытки, и я невольно вздрогнула.

— Ньера, вам лучше ответить, — протянул он, словно разговаривал с неразумным дитем.

— Я обязана объясняться перед тобой? — приподняла я бровь, с трудом сохраняя самообладание.

Понятно, что если меня сейчас остановят, то эрлы приставят охрану, что сильно осложнит мне жизнь. От такой нерадостной перспективы даже дышать стало трудней.

— Харрик, отстань от ньеры. Она на прогулку утреннюю собралась. Скоро вернется, — подошел Смихан.

Похоже, эти двое не польстились на приманку в качестве экофара, и не стали принимать участия в его поимке. Я с трудом заставила себя не паниковать.

— На прогулку, да без свиты? Вспомни, сколько охраны вчера было на выезде! — намекнул излишне проницательный Харрик. — И кто позволил взять лошадь ньеры Аффинаты? Вчера ньера гостья на другой ездила.

Черт! И почему я не подумала, что лошадь эрлины слишком заметная?

— У той лошади сбита спина. А ваши нерадивые грумы отправились какого-то экофара ловить, вместо того, чтобы помочь мне подобрать новую. Пришлось справляться собственными силами, — сердито отозвалась я. — У эрлины Аффинаты кобыла смирная, остальных я не знаю, — попыталась выкрутиться.

Тем временем Смихан тоже что-то заподозрил:

— А ведь и верно, ньеры обычно не выезжают без охраны. Ньера, вы нам ничего не хотите рассказать?

— Я не нуждаюсь в охране. Не забывайте, я добралась сюда из Кирфаронга, — надменно усмехнулась я.

Стражники переглянулись.

— А вот я видел, как вас привезли сюда на телеге два сохи… — неугомонный Харрик, чтоб ему спать на колючках и крапиве! продолжал сомневаться, ставя под угрозу мой нехитрый план.

— Помогите открыть калитку и займитесь уже делом! — рыкнула я, надеясь, что уверенное поведение сработает.

Не сработало.

— Покарауль-ка ньеру, Харрик. Я схожу, разбужу эрла. Узнаю, можно ли ее выпускать без сопровождения.

Вот и все. Приплыли… Остается последнее средство, к которому я не собиралась прибегать без крайней необходимости — меч. Взяться за ручку и пожелать, чтобы они выпустили меня, помахав вслед белыми платочками, а затем напрочь забыли, что мы тут виделись. В том, что это сработает, я не сомневалась. Вот только, какова будет расплата? Если я свалюсь без сил или замертво, то побег будет провален.

— Что здесь происходит? — позади стражников раздался знакомый женский голос.

Те тут же подтянулись и расступились, явив моему взору Граппу. Эрлина приближалась, кутаясь в длинную шаль от предутренней прохлады.

— Да вот. Ньера говорит, что на прогулку собралась с позволения эрла и эрлессы, — с поклоном ответил Смихан.

— Да только никто нам ни о чем подобном не говорил, — добавил Харрик и тоже поклонился.

Наши с Граппой взгляды встретились, и повисла долгая пауза.

На миг я похолодела, ощущая, как рушатся все надежды…

— Выпустите нашу гостью, болваны! — приказала эрлина раздраженно.

Я точно в прострации наблюдала, как Смихан бросился отпирать мне калитку, а Граппа шагнула ко мне и неожиданно обняла:

— Спасибо за предупреждение, Марина, — шепнула она.

Я ответила не сразу. Потребовалось несколько вдохов и выдохов, чтобы осознать, что это не шутка, и Граппа действительно мне помогает.

— Не за что. Не хочу, чтобы ты в беду попала, — ответила я прежде, чем наши объятия разомкнулись.

— Хорошей прогулки, Марина. И осторожнее в тумане. Лошадь может поскользнуться или испугаться чего-нибудь. И не ходи далеко на восток и на юг, там опасно.

— Просто прокачусь по вчерашнему маршруту и назад, — улыбнулась ей я, ощущая какое напряжение сквозит в каждом моем слове.

Калитка была открыта, но я не спешила выходить. Несколько мгновений мы молча буравили друг друга взглядами. И вдруг Граппа горько усмехнулась:

— Я так тебе завидую, Марина. Меня мама никогда не отпускает одну. Никуда. Живу, точно в темнице… Но ты, не я.

— Жаль, что мы не сможем покататься вместе, Граппа, — отозвалась я почти искренне.

Закончив на этом обмен любезностями, мы расстались.

Я вывела лошадь за ворота и, забравшись в седло, неспешно преодолела первую сотню метров, чувствуя спиной чужие взгляды. После моста дорога спускалась в низину, укрытую туманом, точно пуховым одеялом. Только нырнув в него, я обернулась и почувствовала некоторое облегчение, не увидев толком даже очертаний замка.

Где-то неподалеку слева раздавались крики — люди определенно ловили там экофара. Пухлик продолжал их дразнить, гоняя под стенами замка и скрываясь в густом, точно молоко тумане. Испытала беспокойство за птенца и подспудную неловкость за то, что умыкнула его у Граппы. Эта эрлина оказалась куда лучше, чем я про нее подумала при первой нашей встрече. Своеобразная девушка, но точно не плохая… И все равно то, что она меня видела, не слишком хорошо.

Вопреки предупреждению Граппы, я гнала так быстро, насколько позволял туман, торопясь отъехать от замка подальше под его прикрытием. Сначала свернула на развилке налево, но сделав круг вернулась мимо того самого озера к дороге на юг. Иногда я замечала людей, но те шли на отдалении, и я видели лишь очертания силуэтов. Они, полагаю, тоже.

К месту встречи я поспела аккурат когда туман рассеялся, а Дракон и Тень засияли в очистившемся небе.

— Ньера, я так волновалась! — бросилась ко мне Лиза из-за кустов. — О! Вы и лошадку сумели раздобыть?

— Да, но мне кажется, что ее стоит оставить. Больно приметная.

— И то правда… Таких лошадей у простых путниц быть не может… — подтвердила служанка мои сомнения.

— Если привязать ее тут, то Зинборро поймут, какой дорогой мы ушли, — засомневалась я. — Наверное, надо проехать в сторону восточного тракта. Но сначала нужно дождаться Пухлика.

Мы, все больше тревожась, ждали птенца. И наконец, он вынырнул из пелены тумана.

— Марина! Я здесь!

— Наконец-то! Ты цел?

— Едва не попался. Они где-то взяли сеть и растянули. Едва не вляпался. Перьев потерял немало…

— Прости, маленький! — обняла я птенца.

— Прощу, если ты меня понесешь, — отозвался тот, довольно щурясь. — Уходим, быстрее, пока они сюда не добрались.

Поддавшись его тревоге, я повернулась к Лизе.

— Что с лошадью делать?

— Если ее отпустить, кобылка вернется в замок, — обнадежила Лиза.

— Лучше поехать верхом, пока погоня сюда не пришла. Они могут отследить меня по перьям. Скидываю их, когда страшно.

Тяжело вздохнув, я приняла решение.

— Лиза, забирайся на лошадь. Проедем еще немного, чтобы увеличить расстояние, а затем отпустим.

Так мы и поступили. Я с Пухликом на руках залезла в седло, Лиза с припасами — расположилась на крупе. Объехав вокруг того самого лесного околка у пруда, который прикрывал нас от взглядов с дороги и от замка, остановились снова. Я спешилась и быстро переоделась, сняв нарочито броскую накидку и головной убор, в которых было принято выезжать ньерам. Осталась в простой черной куртке, а волосы спрятала под неказистый головной убор. Ну вот.

Расставаться с кобылкой не хотелось, проехать бы еще пару часов, но нет. Слишком уж она приметная, а тумана здесь за лесом на пригорке больше нет. Ее легко срисуют из замка.

Бросив поводья я гикнула, пугая кобылку. Хлестнула ее по крупу хворостиной. Та, взбрыкнув от столь небрежного обращения, поскакала в сторону восточной дороги, но вскоре остановилась и свернула к противоположному берегу озерка, где принялась пастись. Все это мы отметили уже на ходу. Спеша убраться подальше, то и дело оглядывались.

— Вот и славно! — выдохнула Лиза. — Ой, ньера! Трясет меня, аж зубы стучат! — призналась она.

— Страшно?

— До печенок! Назад в замок мне теперь нет ходу. Эрлесса отдаст нирфеатам, как грозилась.

— Не отдаст. Идем скорее! — перехватила я поудобнее Пухлика, но, признаться, я и сама была далеко не так спокойна, как хотела казаться.

Не приходилось мне раньше ходить в столь дальние пешие походы. Этот вид развлечений Цветков не практиковал, так что пятнадцать тысяч шагов на шоппинге — мой предел. Только вот не уверена, что и на лошади выдержала бы такой переход. Наивно полагать, что это простое дело.

Но, как говорится, большое путешествие начинается с маленького шага, и мы с Лизой старательно отмеряли пыльную дорогу. Несколько раз приходилось нырять в придорожные кусты, пропуская редких встречных путников, которых Пухлик замечал раньше, чем мы и успевал предупреждать. Экофар разместился у меня на закорках, удобно устроившись на доморощенном рюкзаке, который раздобыла Лиза.

В основном нам попадались крестьяне, но однажды мимо во весь опор проскакал на юг какой-то всадник. Слава богу, топот лошадиных подков экофар услышал еще раньше, чем успел его рассмотреть. Мы успели скрыться в придорожной канаве, сухой и заросшей какой-то травой, похожей на молодой ковыль. Легли в неглубокое русло, приникнув к земле

Вот тут-то я и порадовалась, что мы не верхом. В жалких кустиках и ямках целую лошадь не спрячешь.

— Надеюсь, это не за нами погоня? — прошептала я, когда лошадиный топот отдалился.

Лиза осторожно приподнялась и посмотрела всаднику вслед.

— Я не рассмотрела, его толком, но, кажется, это Гевор — связной Зинборро… — встревожилась она.

— Он и есть, — подтвердил ее слова Пухлик.

— Гевор связной? — удивленно переспросила я.

Я думала, что он маг эрла или колдун. Ведь именно он использовал амулет, чтобы отпугнуть дракона вчера во время прогулки. Кажется, таким, как он, не почину почтальоном работать.

— Когда эрлу надо срочно передать послание нирфам, он отправляет Гевора к границе с Берштоном. Ох и злится же тот! — мстительно усмехнулась Лиза.

— Не нравится мне срочное желание эрла пообщаться с нирфеатами… — тут уж и я встревожилась.

Сильно подозреваю, кто может оказаться причиной такой срочности.

С другой стороны, пока посланец до места доберется, пока письмо передаст… Может, и мы успеем дотопать до границы с Дракендортом? Там вроде бы одно от другого не так далеко.

— Получается, этот ваш Гевор еще и почтальоном подрабатывает? Неужели никого попроще во всем замке не нашлось? — удивилась я.

— Нет! — рассмеялась Лиза. — Он письма не возит. Амулет у него есть специальный, чтобы говорить с нирфами на расстоянии.

— Амулееет… — несложно было догадаться. — А зачем ему тогда к границе скакать? Чего бы прямо из замка и не поговорить?

— Раньше так и поступали, да только когда новый драклорд объявился, магия Предела этого больше не позволяет.

— Интересно… А куда старый драклорд подевался? — поинтересовалась из праздного любопытства.