Глава 13

Несмотря на пережитое накануне, спал Макс хорошо и проснулся за час до будильника. В доме царили тишина и полумрак: общий подъем был назначен на восемь. Бесшумно, чтобы не разбудить Геру, Макс прокрался в ванную и там, понизив голос, поговорил с мамой. Удостоверившись, что ночь прошла спокойно, он открыл сообщение от Арсения.

«Позвони мне, как проснешься».

Шаман был в сети, и Макс сразу его набрал.

– С тобой один человек хочет встретиться. Недалеко от Шершенево есть заправка, а рядом – круглосуточная забегаловка. Через сколько будешь?

Шаман даже не спросил, хочет ли Макс с кем-либо видеться. Видимо, или тот неизвестный человек был важной персоной, или у него имелась нужная для расследования информация.

– Минут через двадцать.

– Ок, – кратко ответил шаман и отключил вызов. Макс недоуменно пожал плечами, перевел взгляд на отражение в зеркале своей небритой физиономии и включил воду.

До нужного места он доехал меньше чем за пять минут и все это время гадал, с кем его состыковал шаман. С заказчиком Макс уже виделся, кто еще мог быть? Может, занимающий важную должность в дорожной полиции человек?

Но он и представить себе не мог, что за пластиковым столиком в дальнем углу пустого кафе увидит улыбающегося Арсения.

– Какого… – засмеялся Макс и от души пожал руку приподнявшемуся ему навстречу шаману.

– Такого. Сразу по нескольким вопросам. Веришь, мчал сюда полночи? Не спал, не ел, сидел, тебя ждал.

Арсений сегодня оделся неприметно: в серый свитер и темные джинсы. А его светлый хаер был приглажен и зацементирован гелем. Макс привык к тому, что шаман любит яркие цвета, поэтому такой вид настораживал.

К слову сказать, ярко-красного «Хаммера» на стоянке тоже не виднелось.

– Ясно. Тогда по кофе?

Но шаман скривился:

– Я такой деготь, как ты, не пью. Хотя… А черт с тобой!

И Арсений заказал официантке кофе с молоком и бутерброд. Макс же ограничился кофе: в его планы входило позавтракать с командой.

– Я здесь инкогнито. Увы. Хотелось бы затусить с вами, но это пока невозможно, – сокрушенно пояснил шаман.

– Из-за Люсинды шифруешься? – уточнил Макс. Он не понимал, почему коллега так категорично выступила против Арсения. Обида Люсинды ему казалась ребячеством.

– Вам бы наконец-то встретиться и многое прояснить.

Но Арсений качнул головой и опустил взгляд на сцепленные в замок пальцы.

– Понимаешь, любой человек, который связан с ее отцом, вызывает у Люсинды неприязнь. Она даже с братом прекратила общение, хоть с Марком была довольна близка. Но у Люсинды есть повод так себя вести.

– Ты хорошо знаком с ее семьей? – поинтересовался Макс. Шаман помедлил с ответом.

– Я не вхожу в близкий круг. С Гвоздовским Станиславом Родионовичем вообще лично встретился лишь дважды. Общаюсь только с Марком. Но историю Люсинды, конечно, знаю.

Арсений замолчал, и Макс понял, что это не театральная пауза перед дальнейшими откровениями.

– Ты приехал из-за дела?

– Не совсем. Хоть в расследовании поучаствовать тоже хочется, – признался Арсений. – Первая причина, почему я здесь, – Марина.

Шаман открыл в своем телефоне сообщение и показал его Максу.

– Она прислала мне это ночью.

Макс не удивился, прочитав написанное. Марина рассказала про свое видение и призналась, что напугана, растеряна и в отчаянии.

– Да, это случилось вчера, при всех, – ровно, как обычно, когда внутри все клокотало от боли и бессилия, подтвердил Макс. – И… я тоже напуган, растерян и в отчаянии. Не знаю, что можно сделать. Я представляю, что Марина чувствует, тем более уже предсказала две смерти. А теперь она еще будет ожидать гибели кого-то из нас.

– И, к сожалению, не без основания, – брякнул Арсений.

– Это контрольный выстрел, шаманище, ты хоть понимаешь?

Арсений вместо ответа поднял обе руки, будто сдаваясь. «А что я могу сделать?» – так и читалось в его взгляде, и Макс сцепил зубы, чтобы не выругаться. Все же на какое-то мгновение он поверил, что Арсений придумал выход.

– Вторая причина, из-за которой я оставил на мою помощницу канарейку, – это Люси, – продолжил после недолгой паузы шаман. – Я услышал, что она в опасности.

– Нет, контрольный – это было вот прямо сейчас! – невольно повысил голос Макс. Ничего себе началось утро! Кофе вдруг показался полынно-горьким, и Макс с отвращением отодвинул чашку.

– Сожалею, коллега. Но лучше быть предупрежденным. Ты слышал о семействе Ахметовых?

– Что-то. Какая-то там строчка в «Форбс», футбольный клуб и цветные металлы?

– А ты неплохо осведомлен, – усмехнулся Арсений. – И не только клуб и металлы. Это очень состоятельное и влиятельное семейство, хоть и уступает олигарху Гвоздовскому. Соперничества между Ахметовыми и Гвоздовскими не было, наоборот, они собирались объединить активы и породниться. Но планы оказались нарушены…

Арсений недоговорил, будто спохватился, что чуть не сболтнул лишнего. А Макс заподозрил, что породниться они собирались через Люсинду.

– Около месяца назад наследник империи Ахметовых попал в жуткую аварию. Выжил, но остался невменяемым: пускает слюни, мычит и пялится в потолок. Его папаша решил, что во всем виноваты Гвоздовские.

– А это так? – вскинул брови Макс.

– Хм… Теоретически повод у Гвоздовского отомстить есть. Но сынок Ахметовых не раз садился за руль пьяным или обдолбанным. Так что случившееся – это скорее ожидаемое. Станислав Родионович решит этот вопрос. Но Люсинду лучше никуда одну не отпускать.

Макс, слушая, сдавил пальцами виски и закрыл глаза. Только этого не хватало! Если сюда нагрянет отряд телохранителей от Гвоздовского, то псу под хвост расследование.

Впрочем, о чем это он? Какое расследование, когда Люсинда в опасности! Да и не только Люсинда…

– Это Гвоздовский тебя сюда отправил опять шпионить за своей дочерью?

– Нет. Я сам решил.

– И как ты собираешься защищать, если что, Люси?

– До последней капли крови, – то ли пошутил, то ли ответил всерьез шаман, и Макс недоверчиво хмыкнул. Что может сделать Арсений, не отличавшийся крепким сложением, против головорезов? Разве что обратиться к своим духам и наслать на банду какую-нибудь заразу.

– Не пали меня перед Люсиндой! А вот с Мариной я бы встретился.

Шаман невпопад заулыбался, с аппетитом откусил от бутерброда с ветчиной и зажмурился, будто получал наслаждение от дрянного кофе, неуютной холодной забегаловки и сумрачного утреннего утра. У Макса же окончательно пропал аппетит. Мало ему проблем? Как так получилось, что их личные истории тесно вплелись в работу? Ведь еще недавно каждый из них держал свои тайны под семью замками, ключи от которых, пожалуй, находились разве что у Сергея Степановича!

– Зря ты отказался тогда встретиться с Гвоздовским, – резко сменил тему Арсений и глотком допил остатки кофе. – Он мог бы помочь тебе с поисками Ивана Темного. Люди олигарха хоть самого дьявола из преисподней на свет поднимут, не говоря уж о простом смертном.

– Противостояние с Темным – это наше дело, а не Гвоздовского, – покривил душой Макс. Он и сам думал, что в поисках Темного ему нужна помощь.

– А может, Станислав Родионович собирался сказать тебе, как по-настоящему зовут этого вражину? – продолжил искушать Арсений. – Или ты поверил, что Иван Темный – это настоящее имя мерзавца?

– Нет, конечно. Нет, – пробормотал Макс. Ну почему Люсинда все так усложнила? Из-за ее ультиматума ушел из агентства Арсений, а Макс уже привык к его причудам. Да и помощь шамана агентству лишней бы не была.

– У меня есть информация, что Темный сейчас не в столице. Более того, даже не в стране.

– И слава богу, – невольно вырвалось у Макса, потому что ему хотелось благополучно завершить новое расследование, а не вступать в очередное противостояние с Темным.

– Но он когда-нибудь вернется, – тихо и очень созвучно мыслям сказал шаман.

Лиду, Люсинду и Геру Макс отправил беседовать с подругой Василисы Инной и, по возможности, с родными пострадавшей в первой аварии Анны. А сам в обществе Марины отправился к месту гибели Тимура.

В дороге Макс признался, что к ним тайно присоединился шаман. Марина не удивилась, только молча кивнула и отвернулась к окну. В это утро она была удручающе-молчалива, за завтраком почти ничего не съела, выглядела слишком уставшей. Макс даже пожалел о своем решении взять ее с собой: может, если бы Марина осталась в Москве, ее не посетило бы очередное предчувствие?

Он тут же одернул себя: думать так – все равно что прятать голову в песок. Если Марине суждено стать вестником смерти, видения будут посещать ее когда угодно и где угодно.

– Мариш, – осторожно начал он, когда молчание стало совсем невыносимым. Но она качнула головой и не повернулась.

– Макс, я не хочу сейчас обсуждать вчерашнее. Это слишком тяжело. Я рада, что приехал Арсений, хотя, наверное, зря ему написала. Он тоже ничего не может сделать.

– Мы что-нибудь придумаем, – пробормотал Макс и сам понял, как неубедительно прозвучало его фальшивое утешение. Марина развернулась к нему и криво усмехнулась:

– Да ну? Ты и сам в это не веришь. Если бы все было так просто, ты бы в первую очередь избавился от дара медиума. Не надо лжи, Макс. Мы договаривались…

– Да, мы договаривались! – перебил он. – Договаривались все обсуждать и не утаивать сложное. Но не договаривались опускать руки! Я не знаю, честно не знаю, как помочь тебе, но не собираюсь сдаваться!

– Да как ты не понимаешь, что дело не в «сдаваться»! – взорвалась Марина. – Не в том, как избавиться от этого треклятого «дара», а в том, что кто-то из наших обречен! Что уже пошел обратный отсчет и…

Она осеклась, наткнувшись на его взгляд. И, видимо, прочитала в нем гораздо больше, чем Макс смог бы сказать словами.

– Извини, – пробормотала она. Он только кивнул. В тот момент Макс думал о том, что обречен не только кто-то из их команды, но и сама Марина. Может, у нее получается на какое-то время об этом забывать, у него же нет.

Шаман, одетый в несуразный, напоминающий два привязанных друг к другу матраса пуховик, уже ждал их на месте. Машину Макс оставил возле Шершенево, потому что на обочине и без того прославившегося смертельными авариями шоссе парковаться было опасно.

– Ну как ты? – спросил шаман Марину так, будто они расстались только вчера после светской вечеринки.

– Нормально, – буркнула девушка и натянула на уши шапочку с большим помпоном, которая ей очень шла.

– Я хочу выйти на контакт с погибшим Тимуром, – сразу приступил к делу Макс, чтобы избежать вопросов и ответов. Марине нужно время. Да и ему самому – тоже.

– Думаешь, он тут? – усомнился шаман и покачал в руке нитку с бусами. Похоже, дожидаясь Марину с Максом, Арсений время зря не терял и по-своему «огляделся».

– Нередко после таких внезапных смертей душа оказывается привязана к месту трагедий. Авария произошла накануне, и Тимур… Думаю, он захочет снова выйти с нами на связь.

– Что ж, попробуй, – вздохнул шаман так, будто сомневался в успехе. Макс же подумал о том, что Марина ни разу не видела его в работе – не в офисной, а когда он выходил на связь с душами умерших. Не напугать бы ее. Макс покосился на девушку, грустно оглядывающую место, которое уже ничем не выдавало случившегося накануне, и понял, что ее уже мало чем испугаешь.

Он снял с шеи шнурок с оберегом, который ему изготовила Лида, и молча передал шаману. Тот неодобрительно качнул головой: рискованно. Амулет защищал Макса от нежелательных контактов и от агрессивных сущностей. Но Лида так и не создала ту ювелирно выверенную охранку, которая бы не только оберегала Макса, но и позволяла ему открываться по его желанию призракам. Амулет ведьмы полностью гасил все маломальские сигналы.

– Если что, подстрахуешь, – попросил Макс и посмотрел на Марину, которая прислонилась спиной к стволу березы и скрестила на груди руки в ярко-синих варежках.

Ему не пришлось далеко заходить, чтобы почувствовать пустоту. Призрака Тимура тут не было. Ушел, сразу приняв свою гибель? Или ожидает в другом месте?

– Души могут быть не только на местах трагедий, но и там, где при жизни были счастливы, – предположила Марина после того, как Макс поделился наблюдениями.

– Я тоже так думаю, – поддержал шаман. – Не здесь нужно искать.

– Это может быть любое место! – воскликнул Макс, но Марина покачала головой:

– Возможно, он там, где был абсолютно счастлив. Судя по тому, что он вам рассказал, в душе Тимур продолжал любить Василису. В последний раз живой он видел ее в ресторане отеля. И не просто видел, а танцевал с ней.

Перед глазами промелькнул тот вечер, когда Макс наблюдал за танцем Марины с Тимуром и еще не знал, что она тоже обречена. Пожалуй, он тоже в те мгновения был абсолютно счастлив… Чтобы прогнать нежелательные ассоциации, Макс скомандовал:

– Поехали. Арсений, ты с нами? Или на своем «Хаммере» подрулишь?

– Внедорожник дома, – скромно заметил шаман и выразил желание поехать с ними.

К счастью, ресторан был открыт и практически пуст: только в глубине зала незнакомый мужчина читал книгу. Макс сразу направился к тому столику возле сцены, который они занимали с Мариной на отдыхе.

– Если я увлекусь, приведите меня в чувство, – тихо шепнул он, когда официант принял у них скромный заказ – чай в большом чайнике и корзинку с печеньем. Есть не хотелось, но нужно было как-то оправдать свое присутствие здесь.

– Еще бы знать, как приводить тебя в чувство, – проворчала Марина, и Макс усмехнулся:

– Люсинда просто лупит меня по лицу.

– Ого! Какая темпераментная девушка! – вслух позавидовал Арсений. Марина подавила улыбку и в сторону сказала:

– Так понимаю, лупить тебя придется мне? Надеюсь, до этого не дойдет.

– Ты давай, Макс, осторожно, – заметил уже серьезно шаман и разлил всем чай, чтобы создать впечатление позднего завтрака. Макс, не различая вкуса, махом выпил полчашки и приступил к работе.

Он опасался, что снова уйдет не туда, где его мог ожидать Тимур, а в свое прошлое – в страшные моменты, когда его, слабого и беззащитного, атаковали больничные призраки. Но в этот раз Макс очутился в коридоре с обитыми темным деревом стенами и тусклыми светильниками. Впереди виднелась тяжелая дубовая дверь с массивным кольцом. К ней Макс и направился.

Скрип половиц под ботинками раздавался оглушающим скрежетом. В этом странном месте разговаривал только пол – брюзжал, стонал, сетовал на тяжелую долю. Макс остановился, чтобы не отвлекаться на жалобы рассохшихся от времени паркетных досок и прислушаться. Но никто не пытался к нему пробиться. Тишина не откликалась голосами, хранила тайны преданно, как могильная плита.

– Тимур? – позвал Макс. – Я здесь. Мне нужна твоя помощь. Я доведу твое дело до конца. Слышишь?

Он прислушался и, не дождавшись отклика, шагнул к двери. Когда Макс взялся за кольцо, наконец-то раздался шепот:

– Я покажу. Покажу.

Поняв, что ему нужно идти вперед, Макс потянул дверь на себя, но та не поддалась. Более того, его тут же выкинуло в настоящее. Он вздрогнул как от внезапного пробуждения, открыл глаза и увидел настороженно взиравшего на него шамана.

– Ну? – тут же поторопил Арсений.

– Он здесь. Но отказался рассказать. Хочет показать. Только я же не видящий, – растерянно ответил Макс.

– Уверен, что не можешь видеть призраков? – усомнился шаман. Марина только подняла брови.

– Могу видеть в зеркалах, – вздохнул Макс. – А просто так увидел лишь дважды. И то один раз это был не призрак.

– А что случилось перед тем разом, когда ты смог умершего увидеть? – продолжал допытываться шаман. – Может, какой-то эмоциональный всплеск?

– Может, – не стал отрицать Макс, вспоминая случай встречи с погибшим блогером на парковке. Кажется, перед этим он узнал, что на Марину напали, а еще раньше – что она выходит замуж. Он тогда еще не осознал, насколько ему нравится девушка, но те новости его потрясли.

– Я считаю, что у тебя есть способности видеть умерших. И Сергей Степанович это упоминал.

– Похоже, за моей спиной вы много говорили обо мне.

– Иногда случалось, – заулыбался шаман светло и невинно. – Сергей Степанович опасался, что ты слетишь с катушек, если станешь еще и видеть призраков, поэтому рунами гасил твои возможности.

– Я и без рунных ставов их не видел! – быстро возразил Макс. – Разве что в зеркалах.

– Поэтому я возражал, что дело не в сильных рунических формулах, а в том, что тебе не хватает силы, – согласился шаман. – Призрака же ты увидел, находясь под рунной защитой? Значит, всплеск твоих возможностей вызвал эмоциональный подъем.

Макс призадумался. Долгое время коллеги считали его безэмоциональным. Гера даже звал Макса роботом. Может, на его характер повлияло то, что он подсознательно не позволял себе эти самые эмоциональные всплески, дабы не получить развитие способностей? С него достаточно было и слышать неупокоенных…

– Может, пора окончательно принять свои возможности? – припечатал шаман.

Макс бы разозлился на Арсения за то, что он усугубляет и без того непростую ситуацию, но, покосившись на Марину, понял, что на фоне ее обстоятельств его бунты – затянувшееся ребячество.

– Ладно, – вздохнул Макс и потер пальцами виски, опасаясь приступа головной боли. – И что мне нужно сделать? Я и так вроде со всеми последними событиями на нервах. А способности все на том же уровне.

– Вот именно, на нервах, – заметил шаман. – Это привычное для тебя состояние. Ладно, обсудим потом. Сейчас нужно довести дело до конца. Попробую поделиться с тобой силой, как со мной сделала Лида. Вот уж ее нам бы сюда!

– Давай о Лиде потом, – перебил Макс, опасаясь того, что за долгими разговорами упустит Тимура. – Что нужно сделать?

– Э… У меня свои методы, – скромно опустил глаза Арсений, и Макс понял: будет плясать, гудеть, потрясать бусами и связками из сухих листьев, а перед этим спалит вместе с горсткой вонючих трав и пару штор. Вряд ли администрация ресторана придет в восторг и сделает их компанию постоянными клиентами.

– Погодите, – вмешалась Марина, которая все это время что-то обдумывала. Она нервно завела за ухо прядь волос. – У меня тоже, получается, есть способности, которые я от вас же и получила? Один раз Арсений как-то разбудил во мне часть своей силы, чтобы вместе справиться с врагиней. К тому же…

Марина развернулась к Максу и лукаво улыбнулась:

– Надеюсь, смогу вызвать у тебя эмоциональный всплеск?

– О, а это идея! – обрадовался шаман. – Вы поцелуетесь. Для окружающих выглядеть все будет органично – молодая пара на свидании. А я призову в Марине свою силу и направлю ее к Максу. Надеюсь, этого хватит.

– Вот такое условие мне нравится, – усмехнулся Макс. – Главное, чтобы призраки не появлялись теперь всегда, когда мы…

Марина довела Макса до самой двери и сказала:

– Теперь ты.

Дверь сама собой распахнулась, и в проеме показалось тонущее в дымке пустынное шоссе.

Страшно не было, скорее неуютно, да еще мешало беспокойство: Максу не хотелось оставлять за порогом Марину. Он замешкался, и она поторопила:

– Давай! Все хорошо.

И то, что дверь не захлопнулась, не отрезала их друг от друга, придало ему уверенности.

Идя по шоссе, Макс спиной чувствовал взгляд Марины, и это наполняло его пониманием, что все задуманное получится. Его уже не беспокоило, что он все больше удалялся, что туман в какой-то момент сгустился до непроницаемой субстанции, что стало очень тихо. Макс ощущал присутствие Марины и больше не боялся заблудиться и поддаться соблазну остаться в мире мертвых навсегда.

Он пропустил момент, когда внезапно оказался за рулем автомобиля. Туман рассеялся, явив серое утро. Машина неслась по пустой дороге, а Макс думал отчего-то теперь не о Марине, а Василисе: вспоминал ее улыбку, взгляд, голос, прикосновение ее ладони к его спине, их танцы, разговоры, первый поцелуй, боль, когда Василиса предложила остаться друзьями. Слезы застилали глаза, Макс не вытирал их, позволяя катиться по щекам, только сильнее стискивал зубы, чтобы сдержать крик. Душевные терзания были такими сильными, невыносимыми, что он с трудом удерживал руль. И хоть Макс понимал, что на самом деле пропускает через себя чувства Тимура, горе было всепоглощающим.

Может, поэтому он не сразу понял, что находится в машине не один. Только почувствовал холод и лишь потом заметил рядом темную фигуру в плаще. Безмолвный пассажир медленно развернулся, из-под скрывающего лицо капюшона блеснули две белые точки. Макс отшатнулся, машина вильнула в сторону, опасно съехав на встречную полосу, но он тут же выровнял автомобиль. «Твоя очередь», – раздался в голове свистящий голос. В ту же секунду педаль провалилась, будто кто-то наступил Максу на ногу и заставил нажать на газ. Машина понеслась на предельной скорости и не вписалась в поворот. Автомобиль выбросило с шоссе и ударило о дерево.

Макс задохнулся от чужой боли, она же и привела его в чувство. Но он успел увидеть, как рядом с разбитой машиной быстро скользит темная фигура в плаще и со свистом втягивает в себя воздух.

– Это… Призрак мстит за свою гибель, – выдавил он испуганно таращившимся на него Марине с Арсением. Судя по тому, как на него изумленно поглядывала из-за стойки официантка, Макс во время своего видения как-то привлек к себе внимание.

– Пойдемте на воздух, там все нам и расскажешь, – заторопился шаман, и этим только подтвердил догадку, что Макс что-то вычудил.

Марина подхватила его под локоть и повела к выходу, Арсений задержался, чтобы оплатить счет. И уже на улице шаман обрадовал:

– Ты заорал. Если кто из персонала страдал запорами, то мгновенно излечился от недуга.

– Го-осподи, – простонал Макс. – Все, в этот ресторан нам больше нельзя?

– Ну, я объяснил официантке, что у тебя синдром Туретта, и она отнеслась к этому с пониманием.

– Я тебя уволю, шаманище!

– Не получится. Я уже уволен по собственному желанию. Так что там случилось?

– Ничего хорошего. Тимур показал момент своей гибели. Я будто оказался на его месте.

Марина охнула.

– Если кратко, то есть некая тварь-убийца, которая провоцирует несчастные случаи и пирует на месте трагедий. Поэтому все на шоссе чисто: эта сущность сжирает всю негативную энергетику. Подозреваю, что это преобразившийся призрак погибшего в первой аварии парня. Он не ушел, привязался к месту гибели, провоцирует аварии, питается и с каждым разом становится сильнее. Это уже не заблудшая душа, а опасная сущность.

– А точно ли эта сущность привязана к шоссе? – усомнилась Марина. – Может, в квартире Василисы и была эта… гадость? Призрак может заодно и мстить тем, кто так или иначе оказался замешан в его смерти.

– Хм. Похоже на то, – согласился Макс. – Подождем, что принесут наши «разведчики», и продумаем план уничтожения этой нечисти.