Глава 22

XXI век, 22 декабря 2018 года

Москва, м. Академическая

Ровно час назад он целовал Милу на прощание, обещая вернуться к девяти. Теперь, щёлкнув ключом в замке, Илья толкнул дверь своей квартиры и вошёл внутрь.

В коридоре пахло чистотой и чем-то домашним, может быть чаем или яблоками. В комнате всё ещё стоял собранный стол, за которым вчера они с друзьями праздновали его день рождения. Ни грязной посуды, ни мятой салфетки, ни забытого бокала. Всё было убрано, будто его не было не одну ночь, а несколько дней.

Он шагнул на кухню. Там тоже царил порядок. Даже непривычно.

— О, герой вернулся, — с ленцой сказал Серёга, выходя из своей комнаты в шортах и футболке. — Я уже думал, ты до понедельника от неё не вылезешь.

Илья усмехнулся краем губ.

— Давай потом. Я в душ, окей?

— Ну давай, иди, чистоту наводи.

Он зашел в ванную, сбросил одежду и встал под горячую воду. Поток приятно обжигал плечи, смывая остатки сна и возвращая телу привычную легкость. Он потянулся за мочалкой и заметил, что её нет. На крючке пусто.

Илья наклонился, заглянул в шкафчик под раковиной. Пусто. Ни старой, ни запасной.

— Ну класс, — пробормотал он себе под нос, налил гель прямо на ладонь и стал растирать по коже. Не так удобно, но терпимо.

Мысли сами собой вернулись к утру. К Миле в длинном темном халате, с растрепанными волосами и тем самым взглядом. К её словам: «И захвати побольше одежды. Очень надеюсь, что ты останешься на выходные. Со мной.»

Он тогда только усмехнулся, но сейчас, под шум воды, не удержался и улыбнулся шире.

Вышел, вытирая волосы, в одном полотенце на бёдрах. На кухне уже ждал Серега. Он сидел на табурете, подперев подбородок рукой, будто специально подгадал.

— Ну и как, оттаяла наша Снежная королева?

Илья молча поставил чайник и обернулся, опершись о столешницу.

— Она просто спокойная.

— Не знаю, — протянул Серёга, отпивая из кружки. — Мне такие, как Маринка, больше по душе. Весёлая, с ней не соскучишься. А твоя всё время будто издалека смотрит. Холодная какая-то. Отстраненная. Как рыба в аквариуме, красивая, но не поймёшь, живая ли вообще.

— Она не холодная, — спокойно ответил Илья. — Не каждая будет скакать перед тобой, чтобы понравиться.

Серега пожал плечами.

— Ну, каждому своё. Но я за огонь. Баба без огня — как чай без кипятка.

— И всё-таки ты мог бы перестать называть их бабами, — усмехнулся Илья. — Слово какое-то… не знаю, грубое.

Серёга вскинул брови:

— В смысле грубое? Нормальное слово. Древнее, между прочим. Баба — это женщина, что сына родила. Всё логично. Ты ж у нас умный, историк.

Илья хмыкнул:

— Так ты уже от Маринки сына хочешь?

Серёга расплылся в довольной ухмылке:

— А чё? Девка нормальная. Весёлая. Можно и сына.

Илья поставил кружку на стол и на секунду замер.

На секунду всё вокруг будто растворилось. Шум кипящего чайника стал глухим, голос Серёги ушёл куда-то на задний план.

Перед глазами всплыло воспоминание: Мила, её дыхание, сбивчивое и горячее, лёгкая неловкость, будто она вспоминала, как быть рядом. Он вспомнил, как она прижималась к нему, как сам уже не мог остановиться и в какой-то момент даже не подумал о том, о чём следовало бы.

Мысль обожгла, коротко и ясно.

Илья сглотнул, отвернулся и пошёл в комнату.

— Ты чего там притих-то? — крикнул ему вслед Серёга, но Илья не ответил.

Он надел тёмные штаны, серую футболку, провёл рукой по влажным волосам и вернулся на кухню.

Серёга сидел за столом, мешая ложкой сахар. Он поднял взгляд, прищурился и усмехнулся.

— А, всё ясно, — сказал он, уже хохоча. — Брат, молись, чтоб не попал.

Илья лишь махнул на него рукой.

— Слушай, — сказал он, — а ты Маринку не видел, кстати?

— Видел, — кивнул Илья, подходя к чайнику. — Приходила с утра, что-то там по своим делам.

Серёга оживился:

— А не говорила, где её можно будет сегодня поймать? Я б с ней поболтал. Такая заводная девчонка, слушай. Весёлая. Не то что…

— Не то что кто? — Илья поднял бровь, но в голосе звучала лёгкая ирония.

— Да шучу я, шучу. — Серёга отмахнулся. — Просто ты, брат, как в омут головой. А я, может, в своё удовольствие хочу.

Илья хмыкнул, наливая себе чай, но ответить не успел. В голове всплыла Милина улыбка: «Очень надеюсь, что ты останешься на выходные. Со мной.» Как ни пытался он сохранить спокойствие, на лице появилось то самое выражение, из-за которого Серёга снова хохотнул и хлопнул ладонью по столу.

— Всё ясно. Ты уже там, по уши.

Илья только качнул головой и спрятал улыбку в чашке. Допив чай, поставил кружку в раковину и мельком взглянул на часы. Стрелки подбирались к шести, значит, оставалось чуть больше часа, прежде чем снова ехать к Миле. Он провёл ладонью по лицу, будто собираясь с мыслями, и направился в комнату.

Праздничный стол всё ещё стоял. Теперь он выглядел не как центр веселья, а как забытая декорация. Илья отстегнул ножки, сложил их и, крепко обхватив столешницу, перетащил конструкцию в соседнюю комнату. На кровати валялся Серёга и листал телефон.

— Эй, — сказал Илья, проходя на балкон. — Подъём. Надо телек повесить. Подарок от Милы.

Серёга отложил телефон, поднялся со вздохом и потянулся.

— Ща, брат, давай. Телек — это святое. Особенно если на халяву.

Они вместе возились с кронштейном и размечали стену. Серёга наклонил голову к плечу и как бы между делом заметил:

— Слушай, Маринка говорила, что Мила живёт в центре. На Трубной, что ли. Ты даёшь, а. Нашёл себе богачку.

Илья молча сверлил стену.

— Я ради интереса глянул, сколько стоит этот телек, — продолжил Серёга с ухмылкой. — Почти сотка. Шикарный подарочек, ничего не скажешь.

Шум дрели заглушил паузу. Когда мотор стих, Илья выпрямился, посмотрел на стену и глухо сказал:

— Не люблю такие разговоры.

— Какие? — Серёга сделал вид, что не понял. По голосу было ясно, что понял.

— Про Милу. Это не про деньги. И не про богачек.

— Брат, — Серёга опустил глаза и почесал затылок. — Я не со зла. Я знаю, ты с ней всерьёз. Просто… язык без костей. Ты меня знаешь.

Илья кивнул и не поднял взгляда. Он повесил на крюк телевизор, отступил на шаг, проверил ровность. На душе стало неуютно.

Серёга сменил тон. Говорил тише:

— Ты только не обижайся. Я за тебя рад, правда. Просто... ты изменился. Какой-то стал... взрослый что ли. Тихий.

Илья усмехнулся. Сам не понял, упрёк это или комплимент. Он собрал упаковку от телевизора, плёнку, пенопласт и коробку. Сложил всё в одну кучу. Выпрямился, посмотрел на Серёгу и сказал спокойно, без обиды:

— Всё нормально. И не взрослый я стал. Как был, так и остался. Просто иногда кажется, что ты к Миле предвзято относишься. Будто она тебе не нравится.

Серёга поднял руки, будто сдаваясь.

— Да ты чего. С чего ты взял. Она нормальная. Просто загадочная капец. От таких женщин я немного в напряге. Вот и всё.

Илья пожал плечами.

— Мне, по правде, всё равно. Лишь бы ты ко мне нормально относился.

Он подхватил коробку и вынес её к входной двери. По пути достал из шкафа рюкзак, поставил на кровать и начал собирать вещи. Положил сменную одежду, зарядку, книгу, зубную щётку.

— Ты к ней на выходные? — донесся из комнаты голос Серёги.

— Ага, — коротко ответил Илья, застегивая молнию.

— Крутяк. Тогда я Маринке напишу, — сказал Серёга с довольной улыбкой. — Я не теряю надежды.