Глава 15. Сезон охоты

Марк объявил сезон охоты на ворона открытым. Я же была готова заниматься чем угодно, чем лишь бы не бездействовать, потому что тогда создавалось ощущение, что мы сдались.− Мы сделаем ловушку и поймаем ворона, − сказал Марк.− Из чего мы ее сделаем?− Найдем подходящие материалы в супермаркете. Там есть отдел охоты и рыбалки. И в отличие от продуктового он завален товарами.− Опять супермаркет, − насупилась я. − Тебя не напрягает, что мы все время туда возвращаемся? Все пути в этом дрянном городишке ведут в супермаркет.− Это единственный большой магазин на весь город. Там легче всего достать веревку и все необходимое для ловушки.− Почему ты уверен, что он будет вороном? − спросила я, шагая рядом с Марком. − В прошлую нашу встречу он был лисом.− А потом пропал и явился в новом обличье. Я думаю, сменить форму для него нелегкое дело. На это требуется время. По крайней мере, еще сутки он будет вороном, и мы обязаны этим воспользоваться.Марк не ошибся: отдел охоты и рыбалки в супермаркете выглядел так, будто всего минуту назад завезли новый товар. Полки и стенды ломились от спиннингов, ножей, походной посуды и прочих вещей для отдыха на природе. Я плохо разбиралась в этих мужских штуках. Впрочем, я была далека и от чисто женских увлечений наподобие вышивания крестиком или плетения браслетов из бисера. Зато я любила смотреть на звезды через подзорную трубу, мечтала, что однажды куплю настоящий телескоп.Предоставив Марку свободу действий, я уселась на раскладной стул в центре выставочного зала и наслаждалась отдыхом, пока он сносил ко мне все, что, по его мнению, пригодится для ловушки. Вскоре у моих ног лежала рыболовная сеть, моток веревки с карабинами, палатка и нож.− А где приманка? − спросила я, когда стало ясно, что сборы окончены.− Сидит напротив меня.− Хочешь сказать, приманкой буду я? − подскочила я на стуле.− Пока что бывший лис, а нынешний ворон интересуется исключительно тобой. Не вижу другого способа заманить его.Я передернула плечами. Не хотелось ссориться с лисом. Мы в междусторонье пару дней, не рановато ли наживать врагов? Но отказать я не посмела. Марк и так обо мне невысокого мнения, не хватало еще, чтобы он счел меня трусихой.Ловушку мы устроили прямо в супермаркете. Марк привязал веревку к сетке и с помощью карабинов подвесил ее к трубам под потолком. Я вырезала из палатки маскировку для сетки. Вдвоем мы уложили на пол сначала сетку, а затем замаскировали ее. По нашей задумке я должна была заманить ворона на сетку, а когда он ступит на нее, Марк из засады дернет за веревку, сетка поднимется и захватит ворона.− Это не сработает, − я обошла ловушку кругом.− Где твой оптимизм? Где вера в успех? − вопрошал Марк. − Если встретишь ворона таким кислым выражением лица, он сразу догадается, что дело нечисто.− Он показался мне умным зверем. Не верю, что он купится на примитивную ловушку.− Все зависит от тебя. Ты – самая важная часть плана.− Спасибо за доверие, − проворчала я.− Соберись, − тон Марка был серьезен. − У нас всего один шанс. Не поймаем его сейчас, в будущем он будет на чеку и уже не попадется.Мы изо всех старались закамуфлировать ловушку. Даже сделали стенд вокруг нее, а веревки спрятали за колоннами и стеллажами. В целом получилось неплохо. Если не приглядываться, ни за что не догадаешься, что под брезентом от палатки что-то скрыто. Лишь бы ворон не сидел все это время поблизости, наблюдая с безопасного расстояния за нашими действиями.Когда все было готово, мы подкрепились, и Марк сделал вид, что уходит на разведку, а меня оставляет в супермаркете. Он вышел через главный вход и вернулся через склад, незаметно подобравшись к ловушке. Я же устроилась поближе к скрытой сетке и приготовилась ждать.Минуты текли медленно. Ворон не торопился пообщаться со мной. В какой-то момент я задремала прямо на стуле. Голова наклонилась вперед, и я едва не упала носом в пол.Тряхнув головой, я прогнала остатки дремы. Что-то изменилось за время моего короткого сна. Я кожей ощущала на себе чей-то внимательный взор, и это был не Марк. Я закрутилась на стуле в поисках соглядатая и наткнулась на ворона: он сидел на одной из полок, используя ее в качестве жердочки.− Привет, − я помахала рукой.− Где Второй? − вместо приветствия спросил ворон. По тому, с какой осторожностью он изучал окрестности, я догадалась, что он побаивается Марка.− Он ушел.− Он горазд оставлять тебя одну, − заметил ворон.− Я могу за себя постоять.Ворон кивнул. Я восприняла это как знак согласия. Приятно, что хоть кто-то считает меня самостоятельной.− Почему ты преследуешь меня? − спросила я.− Потому что мы похожи.− Ах, ну да, − я хлопнула себя по лбу, − как я могла забыть, мы уже оба красные.− Именно так, − кивнул ворон.− Но сейчас ты черный, − я сделала шаг к ловушке и остановилась на самой ее границе. По центру мы поставили мангал, чтобы ворон мог спикировать на него. Но как убедить его пересесть?− Не весь, − он выпятил грудь. − Зришь красные пятна?Я прищурилась:− Не четко. С такого расстояния плохо видно. Ты уверен, что они есть?Ворон прошелся вдоль полки:− Разумеется! Аж три красных пера. Вот же они!Он взмахнул крыльями, указывая на перья, но вышло не ахти. Крылья не руки и даже не лапы. Они созданы для полетов, а не для тыканья себя в грудь.− Все равно не вижу, − притворно вздохнула я. − Должно быть, они крохотные.− Отнюдь. Они нормального размера, − переполошился ворон.Забавно, как легко удалось вывести его из себя. Он переживал словно ребенок, заслуги которого никто не признает.− Ладно, ладно, − замахала я руками, − только не устраивай истерик. Я верю, что перья есть. Но мне правда их не видно. Вот если бы ты подлетел ближе, я бы рассмотрела их как следует.Я старалась не выдать волнения. Сердце, казалось, вот-вот проломит грудную клетку. Все зависело от того поведется ворон на мою хитрость или нет.Ворон на миг замер. Почувствовал подвох? У меня лоб покрылся испариной, если он это обнаружит, наш план провалится с треком.− Не хочешь показывать мне перья и не надо, − лучшее, что я могла сделать – прикинуться обиженной и отвернуться от ворона, чтобы он не заметил, как обильно я потею.Ворон принял мою обиду за чистую монету. Желая показать себя с выгодной стороны, он снизошел до смены дислокации. Немного покружив по залу, он выбрал тот самый мангал, который мы установили на ловушке. Удача сегодня на моей стороне.− Теперь я достаточно близко? − спросил ворон. − Зришь красные перья?Его последние слова потонули в грохоте – Марк дернул за веревку, сетка поднялась, увлекая за собой ворона, мангал с обрезками палатки, и схлопнулась наверху.Ворон заметался внутри ловушки, но он был чересчур велик, чтобы пролезть в дыры. Из-за его попыток вырваться сетка раскачивалась, на дне тарахтел мангал. Шум стоял такой, что впору было затыкать уши.− Тише, − Марк вышел из укрытия и дернул за веревку, удерживающую ловушку под потолком. − Без посторонней помощи тебе не выбраться. Смирись с этим.− Предательница! − прокаркал ворон. − Ты обдурила меня.Странное дело, но я не уловила в его голосе огорчения. Он как будто восхищался моим поступком. Словно обвести его вокруг пальца было делом непростым. Мне это польстило.− Мы не причиним тебе вреда, − сказала я ворону. − Мы лишь просим тебя ответить на несколько вопросов.− Говори за себя, − Марк накрутил веревку на кулак, так что пальцы посинели. − Я с удовольствием ощипаю эту птичку.− Какой вам прок от моей смерти? − ворон вцепился когтями в сетку и раскачивался, удерживая равновесие.− Какой нам прок от твоей жизни? – вопросом на вопрос ответил Марк.− Я много чего ведаю. У меня не голова, а кладезь полезной информацией.− Я в курсе твоих знаний, − не впечатлился Марк. − Ты знаешь, где хранится еда и вода, но это мелочи. Мы сами в состоянии найти продовольствие.− Если бы не я, вы бы почили с голода, − возмутился ворон принижением своих заслуг.− Придумали бы что-нибудь, − пожал плечами Марк.Я следила за перепалкой этих двоих со сдержанным интересом. Марк пытался добиться от ворона признания о том, как покинуть междусторонье. Но расколоть ворона будет нелегко. На это уйдет много часов, а то и дней.Марк от слов перешел к действиям. Вытащив из-за ремня нож, он продемонстрировал его ворону.− Должен признаться, мне надоели чипсы и сухари. Не откажусь от жареного мяса. Птица тоже пойдет.− Я жилистый и невкусный, − предупредил ворон.− А я не привередливый. Светлана, − впервые с нашей встречи в цветоломни Марк назвал меня по имени. У меня аж давление подскочило, до того приятно было слышать свое имя из его уст. − Ты умеешь готовить курицу?− Но я не курица! − возмутился ворон.− Не имеет значения, − отмахнулся Марк.− Я могу ощипать его и поджарить на мангале, − сказала я.− И ты съешь меня? − нахохлился ворон. − Ты съешь друга?− Будь ты ее другом, помог бы выбраться отсюда, − произнес Марк.− Вон оно что, − догадался ворон. − Вы разыскиваете выход. Ужели вы не слушали, что его нет?− Он есть, − заупрямился Марк. − Его не может не быть.− Тогда почему никто им не воспользовался?− Не сумели.− Что заставляет тебя думать, что ты сдюжишь? − раскрыв клюв, ворон ловил ответ.− Я должен попытаться, − тряхнул головой Марк. − Если не попробую, не выясню смогу или нет.− Что скажешь, Червленая? − ворон повернулся ко мне.− Меня ждет сестра. Я обязана к ней вернуться.− Хм, − только и ответил на это ворон.Будучи заняты разговором, мы не заметили, что ворон времени даром не терял: острым когтем он резал сетку. Его усилия не прошли даром − сетка порвалась, мангал, звеня и бряцая, повалился на пол, а ворон покинул ловушку и взвился к потолку.− Нет! − завопил Марк.От его крика повеяло безнадежностью, и весь он выглядел таким разбитым, что мне захотелось обнять его и пожалеть.− Он улетел, − Марк уронил нож и прикрыл глаза рукой. Второй он по-прежнему сжимал веревку.− Ничего, мы придумаем что-нибудь еще.− Что-нибудь еще? − повторил он. − Ты отдаешь себе отчет в том, что мы упустили последний шанс вернуться домой? Не будет больше ничего. Мы медленно умрем от голода, если только жажда не убьет нас раньше. Ты никогда не увидишь Ксению.− Нельзя сдаваться, − настаивала я. − Сдаться значит проиграть.− Мы уже проиграли! − крик Марка заметался между полками.Я втянула голову в плечи и обхватила себя руками. Слезы опять подступили к глазам, но я загнала их обратно, не дав им пролиться. Пусть Марк капитулирует, если ему хочется, но я не сдамся. Стержень внутри меня не так-то легко сломать. Я верила: каждый проигрыш – ступень к победе. Вопрос лишь в том дойдешь ли ты до конца лестницы или, бросив все, отступишь. Для меня подобного выбора не существовало. Я сделаю все, что угодно, только бы вернуться к сестре.− Лис! − запрокинув голову, я позвала ворона, вспомнив, что как он просил себя называть. − Покажись! Знаю, я виновата перед тобой, прости меня. Мне не стоило заманивать тебя в ловушку.Воздух разогнул взмах крыльев. Ворон спикировал на потолочную балку подальше от нас и произнес:− Достаточно было попросить, Червленая. Достаточно было всего лишь попросить.− Я прошу, − голос дрогнул, и я покашляла, прочищая горло. − Помоги нам, пожалуйста. Мне очень нужно вернуться. У сестры кроме меня никого нет.Я покривила душой. Все-таки у Ксюши есть Коля, и фантом, и даже Вадим, но ворону знать об этом необязательно.− Пусть он тоже повинится, − ворон указал клювом на Марка.Принц скривился. Весь его вид говорил о том, что просить прощения у какой-то птицы ниже его достоинства.Я вцепилась Марку в локоть и сдавила его что есть силы.− Извинись,− прошептала ему в ухо, − сделай над собой усилие.− Прости, − буркнул Марк, едва слышно.Ворону хватило ума не настаивать на повторение. Щелкнувший клюв и расширившиеся глаза-бусинки выдали его удивление. Извинение Марка стало для него сюрпризом.− Вам повезло, − сказал ворон. − Я нынче великодушен. Я вас прощаю и согласен показать выход.Я с трудом сдержалась, чтобы не запрыгать на месте, радостно хлопая в ладоши. Выход существует! Даже не верилось, до чего все просто.− Ожидайте меня здесь, − ворон взлетел, − я вернусь за вами.Я проследила за его полетом до того, как он покинул супермаркет через открытое окно.− Ты ему поверила? − спросил Марк.− А есть варианты? Ты сам сказал: он наш последний шанс. Поймать его второй раз не получится, он будет осторожен. Попытаемся подружиться с ним.− Это твой план? − в тоне принца я уловила насмешку.− У тебя есть другой? − я уперла руки в бока. − Честное слово, мне надоели твои смены настроения. То ты сердишься, то чуть ли не причитаешь, теперь смеешься надо мной. Куда подевалась твоя хваленая уравновешенность? Я хоть что-то делаю, а ты мне ни капельки не помогаешь. Ведешь себя хуже девчонки.Марк отвернулся и пнул банку из-под «Кока-колы», та, гремя, покатилась по проходу. Пусть вымешает зло на чем угодно, только не на мне. Не одна я виновата, что мы здесь застряли.− Прости, что я веду себя несдержанно, но прежде мне не доводилось застревать в междусторонье, − в голосе Марка звучала издевка, но уже в следующую минуту он взял себя в руки. − Хорошо, сделаем по-твоему. Подождем ворона. Пусть я и сомневаюсь в его честности и полагаю, что он не вернется.− Будь у нас альтернатива, я бы первая за нее ухватилась.Доев остаток чипсов и допив последнюю воду, мы устроились на привал в палатке, выставленной на стенде. После всех волнений я быстро уснула, но спала тревожно. Мозг прокручивал различные варианты развития событий, и все они как под копирку были ужасны. В самом приятном из них ворон просто не явился. В худшем он приводил с собой товарищей, и они кружили над нами черным облаком, клевали и драли когтями совсем как в фильме Хичкока «Птицы».Я проснулась от очередного кошмара. Рядом лежал Марк. Его грудная клетка размеренно поднималась и опускалась при вдохе-выдохе. Я чувствовала тепло его тела и слышала дыхание. У него, в отличие от меня, проблем со сном нет.Странно было находиться так близко к нему физически и так далеко эмоционально. Я не строила иллюзий по поводу его отношения ко мне: Марк меня ненавидит. Не застрянь мы в междусторонье, он бы отдал меня королеве и стер из памяти мое существование. Но я, сколько не старалась, не могла заставить себя ответить ему тем же. Несмотря на все наши разногласия, внутри меня глубоко засела симпатия к принцу теневой стороны. Как я не силилась искоренить ее из себя, ничего не выходило.Прошло пару часов, а лис так и не вернулся. Я ждала его у входа в палатку, обхватив руками ноги и пристроив подбородок на коленях. Минуты текли одна за другой. И чем больше их проходило, тем меньше я верила обещанию Лиса.Марк проснулся еще более мрачным, чем засыпал. Не выдержав его молчаливого укора, я отправилась бродить по торговым залам.− Лис, − сложив ладони рупором, звала я, но кроме треска ламп ничто не нарушало тишину.В конце концов, устав от бесцельного шатания по магазину, я вернулась к Марку. Он встретил меня взглядом исподлобья. Я бы многое отдала, чтобы он смотрел на меня как прежде. Раньше в глубине его серебристых глаз пряталась улыбка, теперь они походили на скованные льдом озера.− Прошло шесть часов, − сказал Марк. − Пора двигаться дальше.− Куда? − поинтересовалась я.− Куда угодно. Выбирай, − милостиво предложил Марк.− Надо еще подождать. Он скоро придет.− Почему ты в этом уверена?Не было у меня никакой уверенности, но покинуть супермаркет было все равно что признать: вернуться домой нам не светит. С этим я смириться не могла.Должно быть, Марк уловил что-то в моем облике, потому что согласился подождать еще немного. Сев по разным сторонам от палатки, мы погрузились в молчание. С некоторых пор любой наш разговор перерастал в спор, лучше уж молчать, чем тратить скудные силы на бесконечные ссоры.Часы Марка показывали половину десятого вечера, когда я уловила шорох за одной из полок. К этому моменту надежда покинула меня, оставив после себя выжженное эмоциональное поле. Скорее по привычке, чем из любопытства, я скосила глаза на источник шума.В углу за полкой кто-то шелестел пакетами. Мелькнула спина, покрытая грязно-серой шерстью, а за ней толстый хвост, лишенный растительности. Животное было никак не меньше пекинеса.− Крыса! − я вскочила на ноги.− Кыш! − Марк махнул рукой, прогоняя животное. На него появление крысы не произвело впечатления, тогда как я буквально содрогалась от страха смешанного с отвращением.Но крыса не уходила. Между пустыми упаковками и бутылками газировки она прокладывала себе путь прямо к нам.− Мамочки, − прошептала я, не помня себя от ужаса.Наконец, и Марк почувствовал неладное, поднялся на ноги и топнул, рассчитывая спугнуть животное. Крыса, в самом деле, сменила направление, но лишь затем, чтобы взобраться на перевернутый мусорный бак.− Вот как вы меня встречаете, − обвиняющим тоном протянула крыса. − А я-то торопился, летел к вам, − крыса оглянулась себе за спину и поправилась: − то есть бежал.− Лис? − уточнила я.Карие глаза с золотистыми крапинками не оставляли сомнений: Лис опять сменил облик. На этот раз он был серой крысой с рыжим хохолком. Его новая внешность не привела меня в восторг.− А человеком ты можешь стать? − спросила я.− Предпочитаю твердо стоять на четырех лапах, − ответил Лис в образе крысы.− А как же ворон? − подловила я его.− Крылья помогают оценить все с высоты полета.Лис отказался сменить обличие, и я сосредоточилась на его глазах и хохолке, стараясь не замечать крысиной морды. Видимо, какой бы облик не принял Лис глаза оставались неизменными, также как и рыжее пятно непременно присутствовало в его внешности. Из чего я сделала вывод, что Лис не только его имя, но и главный образ.− Где ты был? – спросил Марк. − Мы устали тебя ждать.− Время в междусторонье течет непредсказуемо, − ответил Лис, − как ему вздумается. Захочет назад, захочет вперед. Завтра может наступить вчера или наоборот. Что для вас долгие часы, для меня один миг.На лице Марка заиграли желваки. Он был близок к тому, чтобы сорваться, и я, нащупав его ладонь, легонько сжала ее, напоминая, что он должен сдерживаться. Руку Марк отдернул, но переборол себя и подавил гнев.− У меня благая весть, − Лис потер крысиные лапки друг о друга. Было странно видеть перед собой крысу, но при этом думать о ней как о лисе. − Я сопровожу вас к выходу.Лис встал на задние лапки и торжественно поклонился, словно ожидал аплодисментов. Только они не последовали. Конечно, мы с Марком обрадовались новости, но что-то подсказывало: где-то кроется подвох.Лис юркнул за мусорный бак и велел следовать за ним. Он вывел нас на улицу, а оттуда на окраину города. Когда последние дома остались позади, я заволновалась. У нас совсем не было припасов, дальнюю дорогу нам не перенести.− Далеко отсюда до выхода? − спросила я.− Расстояние в междусторонье, − сказал Лис, не оборачиваясь, − сродни времени. Что для одного несколько дней пути, для другого послеобеденный променад.− Кстати, об обеде, − желудок Марка недвусмысленно заурчал, и мой ему вторил. − Нам бы перекусить.− Доберемся до места и устроим привал, − жизнерадостно сообщил Лис. − Тогда и покушаете.− Но у нас закончились припасы, − произнесла я.Лис оглянулся на меня, и я прикусила язык. Раз уж мы отправились вслед за ним в рискованное путешествие, цель которого была известна ему одному, следовало довериться своему провожатому. В противном случае все это не имело смысла.Пейзаж стремительно менялся. Мы едва покинули город, как заасфальтированная дорога сменилась проселочной, а вдоль нее потянулись поля. Обернувшись, я не заметила признаков города на горизонте, хотя мы были в пути от силы минут десять. За это время мы не могли далеко уйти от населенного пункта.Поле так же резко сменилось скалистой местностью. И вот уже мы стояли на вершине холме, и от вида у его подножия захватывало дух.Лис не обманул. Вероятно, ему был известен секрет, как от одного места в междусторонье быстро добраться до другого. Я не успела утомиться, а мы уже достигли цели.− Это выход? − голос Марка звучал непривычно робко.− Он, родимый, − кивнул Лис. − Впечатляет?Я была сражена видом. Взгляд не мог разом охватить всей картины, и от этого в груди сделалось тесно, как бывает всякий раз, когда сталкиваешься с чем-то поистине величественным. С чем-то, что заставляет чувствовать себя пылинкой на ветру и осознавать свою никчемность.