Глава 27. «Дворец смерти»

− Ты совсем не облегчил нам задачу, − Марк сжал кулаки. Лис все сильнее его раздражал. А ведь принц как никто другой умел держать себя в руках. Мне прежде не встречались люди с такой выдержкой. Но даже его терпение было на исходе.− Как я упоминал, − Лис пренебрег замечанием Марка, − «Дворец смерти» получил свое название по определенным причинам. Дело в том, что все в доме, так или иначе, несет смерть. Стены, полы, потолки, мебель, вещи. Все без исключения. Вода в доме отравлена, воздух ядовит, пыль оседает в легких, разъедая их. Дворец будет пытаться убить вас и не остановится до тех пор, пока вы не умрете, либо, если вам повезет, не покинете его.− Милое местечко, − поежилась я. − И как нам быть?− Для начала ничего не трогать. Ни при каких условиях. Так вы избежите как минимум половины смертельных ловушек.− А еще не дышать, − усмехнулся Марк. – В противном случае дом отравит нас угарным газом.− От яда в воздухе вас обезопасят мокрые платки, повязанные на лицо. Полагаю, вам ясно, что в доме нельзя есть и пить?− К счастью, мне не хочется ни того, ни другого, − сказала я и осознала, что жажда тоже пропала. Я стояла на пороге превращения в призрака, но уйти сейчас, забыв о предупреждении, означало навсегда упустить шанс выяснить правду о себе.− От вас требуются сущие пустяки, − между тем, объяснял Лис. − Войти в дом, добраться до малой гостиной и прочесть предупреждение над камином. Я вам нарисую план.Подобрав зубами палку, Лис принялся чертить на земле план «Дворца смерти». Он ограничился первым этажом, пояснив, что на второй нам соваться незачем. Лестница, по его словам, опаснейшее место, преодолеть которое еще никому не удавалось.− Вам повесло, − шепелявил Лис из-за палки в зубах, − што предупреждение на первом эташе. Будь оно на втором, до него невосмошно было бы добраться.Начертив план, Лис дал нам время на его запоминание. От главного входа стрелка вела в коридор, оттуда в большую гостиную по совместительству столовую, потом на кухню, из кухни в узкий коридор с двумя дверьми – одна в библиотеку, вторая в малую гостиную. Последнюю Лис пометил на карте крестиком. После того, как мы изучили карту, он ее стер, подумал и на всякий случай закидал место рисунка сухими листьями. Обнюхал получившуюся горку и довольно фыркнул − следы карты окончательно уничтожены.Возвращение в город походило на приятную прогулку. Не отягощенные человеческими чувствами, не ведающие усталости, не испытывающие потребностей − мы были идеальными путниками. Даже стерев ноги в кровь после долгого перехода, я этого просто-напросто не ощутила этого и продолжала идти, обнаружив мозоли, лишь когда кровь прилипла к заднику ботинка, мешая мне двигаться. Тогда я сорвала листья, напоминающие подорожник, и приложила к ранкам.Город оживал после атаки пожирателей. Первые храбрецы вышли на улицу. Они все еще жались к домам, не отходя далеко от безопасных зон, но с каждой минутой вели себя наглее.Город походил на иллюстрацию к детской страшилке: в черном-черном городе на черной-черной улице стоит черный-черный дом. Здесь и правда все было черным: асфальт, строения, дорожные указатели, клумбы с цветами. Разве что хмурое небо «радовало» оттенками серого.Я так привыкла к мрачному пейзажу и отсутствию цветов, что появление яркого пятна подействовало на меня как удар под дых: я сбилась с шага и едва не свалилась в придорожную канаву.− Что это? − Марк, наплевав на привитые ему воспитанием в Черной крепости правила этикета, ткнул пальцем на дом прямо по курсу.− Конечный пункт вашего пути, − ответил Лис.Мы не торопились приблизиться к дому, разглядывая его издали. А посмотреть было на что. Дом выделялся на фоне других строений подобно кровавому пятну на паркете. Сходство увеличивал тот факт, что дом был алого как мак цвета. Красное посреди черно-белого – эффектное зрелище.Старый викторианский особняк с крыльцом, украшенным резными колоннами, покатой крышей, окнами-арками и круглыми башенками вдоль фасада – облик «Дворца смерти» внушал уважение. Несмотря на местами облупившуюся краску, кучи сухих листьев на веранде и грязные окна дом смотрелся богато. Возводили его основательно, и он мог простоять еще не одно десятилетие, а если имела место магия, то и не одно столетие.Лис снабдил нас влажными платками, велев обвязать их вокруг лица. Я давно перестала удивляться тому, откуда он достает те или иные вещи. У него словно есть потайной карман как у кенгуру, в котором хранится все на свете. Ему только и требуется запустить туда лапу и достать, что нужно.В платках, повязанных на ковбойский манер, мы подкрались к дому. К двери вела лестница из пяти ступеней. Я поставила ногу на первую, и дом встрепенулся. До этого он дремал, но, почуяв добычу, подобрался подобно кошке перед прыжком. Ставни секунду назад треплемые ветром, замерли. Скрип старых досок и шелест черепицы стих. Из трубы потянулась струйка черного дыма − в нашу честь затопили камин. Не уверена, что это хорошая новость.− Он вас ждет, − сказал Лис. − Будьте бдительны, дом сделает все, чтобы вы задержались в нем навсегда. Ради этого его создали.− Ради убийства? − скривился Марк.− Ради охраны, − поправил Лис. − Дом – всего-навсего лучший в мире охранник. До сих пор он с блеском выполнял свое задание, но я верю, что вы сдюжите.− У нас есть необходимые для этого навыки? − уточнила я.− У вас нет иного выхода. Будет крайне глупо погибнуть в междусторонье, имея на руках все подсказки к головоломке.− Довольно разговоров, − Марк обогнул меня и первым поднялся на крыльцо. − Пошли.Я с трудом переставляла ноги. Подъем на пять ступеней был равносилен восхождению на горный пик. Наверху лестницы я оглянулась на Лиса. В этот раз он не торопился уходить, а ждал, пока мы зайдем в дом. Сидел посреди проезжей части, не спуская с нас глаз. На мгновение образ красной панды подернулся дымкой, а когда туман рассеялся, на дороге уже была лиса. Все произошло быстро и естественно, точно смена слайда. Лис помахал мне на прощание хвостом, и я ответила ему взмахом руки.У Марка с входной дверью вышла заминка − ручка отсутствовала. Дверь представляла собой полотно из красного дерева без единого зазора или выступа. Ни намека на механизм открывания.− Доходчивое предостережение, − сказал Марк. − Посмотришь на дверь и сразу ясно − лучше не входить.− Она должна как-то открываться. Другие ведь попадали внутрь.− Ты о тех несчастных, о гибели которых упоминал Лис?Я дернула плечом, отмахиваясь от слов Марка. От упоминаний при каждом удобном случае, что никто из входящих в дом не выжил, я не изменю решение.Я прислушалась – из-за двери не доносилось ни шороха. Либо там стояла тишина как в вакууме, либо толстое дверное полотно не пропускало звуки. Подсмотреть в замочную скважину было невозможно – ее просто не было.Я прижала ладонь к двери, надеясь уловить что-нибудь, или дать понять дому, что мы готовы войти. Едва ладонь соприкоснулось с дверью и тепло тела передалось дереву, по ту сторону что-то щелкнуло. Я чуть нажала, и дверь отворилась, а ведь секунду назад была заперта, и сколько Марк ни старался, не мог ее открыть. Выходит дом поджидал именно меня. Это привело в трепет, раз и навсегда убедив, что нам предстоит иметь дело с мыслящим существом.За порогом царил полумрак. Паркетный пол из орехового дерева был начищен до блеска. На тумбе около входа ни пылинки. Вешалка для пальто, коврик для ног, пуфик − все было в отличном состоянии.− Заходим?Марк жестом пригласил меня войти. Тоже мне кавалер − пропустить девушку вперед в опасное место. Но выбора не было. Не вечно же нам мяться на крыльце.Я занесла ногу и переставила ее через порог. Вроде простое движение, но скольких душевных сил оно мне стоило! Едва носок ботинка коснулся коврика около двери, газовые лампы на стенах коридора вспыхнули голубым пламенем. В их свете все вокруг казалось нереальным, как если бы меня окружали толщи воды. Я словно угодила в подводное царство, населенное приведениями.Марк следом за мной шагнул в дом, и дверь за нашими спинами закрылась с глухим хлопком. Подобно удару гонга он прокатился по коридору, заставив волоски у меня на руках встать дыбом. Но я обрадовалась страху, его присутствие означало, что я еще способна на эмоции.Прежде чем отправляться на поиски малой гостиной и камина, я взглянула на дверь. С этой стороны на ней была ручка, это приободрило. Возможно, выйти будет проще, чем войти.− Помнишь нарисованный Лисом план? − голос Марка из-за платка звучал приглушенно. − Куда нам сейчас?Я представила план. Одно дело черточки на песке, другое реальный дом со стенами, полом и потолком. Мне потребовалась минута, чтобы сориентироваться.− Вперед по коридору, затем направо в большую гостиную.Мы все еще стояли на коврике, то ли боясь ступить на паркет, то ли не осмеливаясь отойти от двери. Пламя светильников подрагивало и чадило. Клянусь, я уловила его маслянистый аромат, а ведь думала, что запахи потеряны для меня. Или всему виной разыгравшееся воображение?− Идем, прочитаем твое предупреждение, − Марк двинулся вперед с таким видом, точно был на обычной прогулке, но его беспечности быстро настал конец. Он не сделал и пары шагов, как стойка для верхней одежды покачнулась и повалилась на него, лишь чудом не насадив принца на острый крюк вешалки для шляп. Марка спасла хорошая реакция – в последнюю секунду он отскочил, и вешалка грохнулась на пол с гулом, от которого задребезжали хрустальные подвески на люстре.− Что это было? − ошалел принц.− На твою жизнь покушались, − я обогнулась вешалку, не касаясь ее. − Сдается мне, это первая попытка в череде многих.− Мне бы твою выдержку. Ты ведешь себя так, точно ничего необычного не произошло.− Лис упоминал, что так и будет. Он сказал, что любая вещь в доме способна убить. Просто надо соблюдать осторожность и держаться вместе.− Как у тебя все легко, − Марк двинулся дальше по коридору.От двери в гостиную-столовую нас отделяло около двадцати шагов. Сущий пустяк, если вы идете по нормальному коридору, и огромная проблема, если перед вами коридор-убийца.Мы ступали осторожно, точно шли по лесу с капканами, прощупывая паркетные доски, прежде чем встать на них. Озирались по сторонам подобно воришкам. Ничего не касаясь, никуда не заглядывая. У нас были все шансы добраться до цели. По крайней мере, я так думала.Вторым нас атаковал пуфик. Призванный служить для удобства, он внезапно обернулся сбесившимся псом и бросил нам под ноги. Марк не успел затормозить и перекувыркнулся через пуфик, приложившись лбом об пол. Я отделалась ударом по колену, чуть не выбившим мне сустав. Но пуфик не думал успокаиваться и зашел на второй круг.Марк бросился к гостиной. Туда вел арочный проход без двери. И это к лучшему. С дверями у нас с самого начала не заладилось.Я побежала за принцем, по пятам за нами гнался пуфик, стуча деревянными ножками по паркету, точно дама каблуками по асфальту. Мы свернули к арке, пуфик замешкался − его занесло на повороте из-за скользкого пола. Выровнявшись, он рванул с удвоенной прытью и непременно догнал бы нас, не переступи мы черту, отделяющую коридор от гостиной. Пуфик остановился как вкопанный у этой невидимой черты.Сложно сказать, в чем была причина. Может, зоны влияния между вещами в доме четко распределены, и пуфик постеснялся вторгаться в чужое пространство. А может он знал нечто такое, что нам только предстояло выяснить, и не желал заходить в гостиную. В любом случае пуфик потерял к нам интерес и как ни в чем не бывало вернулся на свое место в коридоре.− Вот это погоня! − Марк, уперев руки в бедра, переводил дыхание. − Любопытно, каким образом он планировал нас прикончить. Забодать насмерть?− Вернись в коридор, проверь, − предложила я, но Марк махнул на меня рукой.− Если падающая вешалка и дикий пуфик все, на что способен дом, то это не ловушка, а курорт, − Марк плюхнулся на кресло поблизости и вытянул ноги. − Сейчас отдохнем и пойдем дальше.В отличие от принца я была настроена скептически, не торопясь вступать в контакт с обстановкой, и топталась около входа. Гостиная делилась на две зоны: в зоне столовой был длинный стол со стульями. В зоне отдыха стоял диван и пара кресел с игривой обивкой в цветочек, на одном из них устроился Марк. На низком журнальном столике лежала раскрытая на спортивной колонке газета. Бросалось в глаза отсутствие пыли. Казалось, дом обитаем, и мы разминулись с его хозяевами всего на пару минут.− Мне здесь не нравится, − призналась я. − Хочу поскорее покинуть дом.− Как скажешь, − Марк попытался встать, но не тут-то было.Деревянные подлокотники обвили его запястья подобно лианам. Раздался скрежет. Кресло меняло очертания, из мягкой мебели превращаясь в смертельный капкан. Ножки сжали голени принца в тисках, обивка с подголовника подобно удавке тянулась к шее. Марк не ожидал такого вероломства от обычного кресла.Я бросилась на выручку, вцепилась в импровизированные наручники и потянула на себя. В отместку кресло пнуло меня точеной ножкой. Я толкнула его в ответ. Со стороны мы походили на двух брыкливых лошадей, но мне было не до смеха. Я прилагала все силы, чтобы освободить хотя бы одну руку Марка: тянула, царапалась, всерьез подумывала вгрызться в подлокотник зубами, но тут дерево не выдержало и с треском сломалось.Выдернув руку из плена, Марк переключился на освобождение второй, пока я удерживала удавку подальше от его шеи. Задачка была не из легких. Удавка так и норовила если не придушить кого-нибудь, то хотя бы оторвать конечность, и вскоре я уже сражалась за собственные пальцы, которые она то и дело выкручивала.Марк, между тем, освободил вторую руку и занялся ногами. Кресло взбрыкивало как молодой бычок. Нас подбрасывало и кидало в стороны, но Марк при всем желании не мог покинуть кресло, а я крепко ухватилась за удавку. Чувствуя себя наездником на родео, держалась из последних сил.Как только Марк извлек ноги из захвата, я отпустила удавку, и мы кубарем покатились по полу. Кресло потопталось на месте, обиженно передернуло подлокотниками и начало приводить себя в порядок.− Все еще считаешь прогулку по дому курортом? − поддела я Марка.− Беру свои слова обратно, − он потирал распухшие запястья. − Дойти до предупреждения будет непросто. Но мы ведь и не с таким справлялись?Принц подмигнул мне. Я давно перестала его понимать и о том, как он ко мне относится, предпочитала не задумываться. Порой он казался мне таким, как прежде – знакомым и родным, но это впечатление было зыбко. Одно неловкое движение и иллюзия рассыпалась в прах − Марк снова замыкался. Поэтому я сделала вид, что не заметила его игривого настроения.− Не стоит долго задерживаться на одном месте, − я, поправив платок на лице, поднялась с пола. − Так мы обращаем на себя внимание.− Убежден, все, кому положено знать о нашем присутствии в доме, уже в курсе.− Значит, мы должны быть вдвойне осторожны, − я шагнула к обеденному столу.Прежде мы не сходили с ковров, которых в гостиной было великое множество. Размером не более метра, разных цветов и структуры они в произвольном порядке устилали пол. Подобное дизайнерское решение казалось мне странным. Собрание разношерстных ковров не добавляло гостиной изящества. Но стоило ступить на голый пол, и я по достоинству оценила ковры.Нога вместо того, чтобы устойчиво встать на паркет, погрузилась в него точно в трясину. Пол пошел пузырями, и я ощутила, как меня затягивает. За считанные мгновения нога ушла под паркет чуть ли не по колено.Меня спас Марк, выдернув обратно на ковер. Паркет недовольно чавкнул, проглатывая мой ботинок, и, выдав очередной пузырь, смачно рыгнул. Правая нога осталась в полосатом носке.Марк присел на корточки и коснулся паркета. Последний заколебался под его ладонью, словно это был не деревянный пол, а вода.− Болото или зыбучие пески, − пришел к выводу принц. − Повезло, что мы не угодили в это целиком.− Что делать? − я поджала пальцы на ноге без обуви. − Как добраться до кухни?− По кочкам, − Марк махнул рукой. − Ковры – кочки на болоте. Перепрыгивая с одного на другой, мы пересечем гостиную.Сказано – сделано. Путешествие по коврам было не из легких. Некоторые располагались на приличном расстоянии друг от друга. Использовать предметы из гостиной было опасно. Кто знает, какие ловушки они скрывали? Прыгая, мы зачастую оступались. Я потеряла второй ботинок и осталась в носках. Марк лишился и обуви, и носков. Трясина с жадностью троглодита глотала все подряд, и мы лишь чудом избежали попадания в ее меню.Около обеденного стола мы столкнулись с новой проблемой. Следующий ковер-кочка лежал ближе к противоположному концу стола. Можно было добраться до него по стульям с гнутой спинкой или даже по столу, но мы не решались к ним приблизиться.− Разбежимся и прыгнем? − предложил Марк.Я на глаз оценила расстояние. Далеко. Не допрыгнуть. Я сказала об этом Марку.− Мне тоже, − ответил принц. − Но какой у нас выбор?Мы топтались на ковре овальной формы. Босые ноги приятно утопали в мягком ворсе. Выбора, в самом деле, не было. Застрять посреди гостиной в «Дворце смерти» не входило в мои планы.И все же я повторила очевидное:− Я не допрыгну.− Как насчет стола? − Марк хлопнул по столешнице.В тишине хлопок прозвучал выстрелом. Я сжалась в ожидании последствий, но ничего не произошло. Лакированная столешница отражала солнечные лучи из окна и смотрелась вполне безобидно.− Что ужасного сделает нам стол? − с фальшивым воодушевлением спросил Марк.Не понятно, кого он уговаривал: меня или себя. Если меня, то зря тратил время. Я уже настроилась на прогулку по столу.Сначала на стол забрался Марк, проверяя его безопасность. На первый взгляд все было в порядке. Стол не отреагировал на вторжение, и я присоединилась к принцу.Возвышаясь над полом на добрый метр, мы осторожно двинулись вперед. Ковер лежал неподалеку, и мы приготовились к быстрой прогулке, но уже при следующем шаге я почуяла неладное. Ноги разъехались, как если бы я попала на лед. На тщательно отполированный и невероятно скользкий лед.Раскинув руки, я вернула себе устойчивое положение. Если не двигаться, то полный порядок. Впереди Марк выделывал коленца, борясь за равновесие. Несколько па ему особенно удались, и я захихикала, сраженная его пластичностью. Ему бы в танцоры. Такой талант пропадает.Но веселье развеялось, едва столешница с хрустом дала трещину подобно тонкому льду на реке.− Не двигайся! − вскричала я, наблюдая за тем, как трещина под Марком разрастается. Излом, напоминающий молнию, подбирался к моим ногам. Одно неловкое движение, и мы провалимся прямиком в трясину.Застыв, как гипсовые изваяния, мы боялись лишний раз глубоко вздохнуть, но однажды потревоженная столешница уже не нуждалась в воздействие извне. Разлом дал метастазы, и столешница покрылась сотнями мелких трещин, напоминая окно с морозным узором. Края трещин расходились, сквозь них проглядывал пол.− Бежим, − скомандовал Марк и сорвался с места.Стол крошился под ногами, кусками опадая в болото, которое заглатывало их. Там, куда я ступала, тут же образовывалась дыра. Я едва успевала переносить вес с одной ноги на другую, удерживаясь на столе скорее благодаря силе воли, чем ловкости.Когда до спасительного ковра осталось менее метра, я прыгнула, на ходу преодолев высокую спинку стула, точно мастер по прыжкам с препятствиями. Приземлиться на коврик было полбеды, надо было еще удержаться на нем, не скатившись на пол, и я намертво ухватилась за длинный ворс.От нашего с Марком одновременного толчка ковер проехался по паркету и, упершись в косяк, затормозил у двери в кухню. Я обернулась и увидела, как остатки стола рухнули в «болото», и оно их с причмокиванием поглотило. Стулья уцелели, но без стола выглядели осиротевшими.По коже пробежал мороз. Мы едва не утонули!Марк взялся за ручки двойной двери, но открывать ее не спешил. Глядя на меня, спросил:− Готова?− Еще минутку, − попросила я. − Дай перевести дыхание. Одному богу известно, что нас ждет на кухне.− У меня есть кое-какие предположения. Летающий ножи и вилки, взрыв газа, кипяток.− Хватит, − перебила я. − У тебя получилось меня напугать. Поздравляю.− Кухня – самое опасные место в любом доме, − заметил Марк. − Вряд ли здесь дела обстоят иначе. Зато преодолев кухню, мы выйдем на финишную прямую.− Сделаем это, − приободрилась я.Не дав мне передумать, Марк распахнул кухонную дверь. Оттуда пахнуло студеным воздухом как из морозильной камеры. Перед нами был гигантский холодильник. Пол покрывал слой снега, на столах и полках лежали сугробы, они же притаились в углах, с люстры, потолка и шкафов свисали сосульки. Я выдохнула − изо рта клубился пар. Плечи покрылись гусиной кожей, а ведь мы еще не вошли. Нам предстояло пересечь ледяное царство без теплой одежды, да еще босиком.