Глава 14. Беги, если можешь

Минула еще неделя. Марк развлекал нас, как умел. То мы играли в настольные игры, то катались на лошадях или плавали в черном озере на лодках. Он устраивал нам экскурсии по крепости: оружейной комнате, парку, хранилищу. Но фантазия Марка была не безгранична. Он выдыхался. Придумывать увеселения становилось все сложнее, и однажды воображение его подвело.

С утра Марк, как обычно, зашел к нам, но не пригласил на очередную прогулку и не предложил игру, а понуро уселся в кресло.

– Неужели в крепости больше нечем заняться? – поддела я его. – Или ты взял выходной?

– Праздник не может длиться вечно, – произнес он.

– А мне и так весело, – откликнулась Ксюха. – Вовсе не обязательно тратить свое время на нас. Здесь всегда есть, что делать.

– Говори за себя, – проворчала я.

С недавних пор даже общение с фантомом стало мне недоступно – моя горячо любимая сестра его очаровала. Фантом таскался за ней повсюду и с радостью выполнял ее поручения. А ведь это меня он должен защищать! Это за мной он должен следовать неотступно! На мой вопрос, как ей удалось приручить фантома, Ксюша ответила, что она всего лишь была к нему добра. Можно подумать, я вела себя грубо.

Вот и сейчас фантом устроился на пуфике неподалеку от Ксюши и с открытым ртом ловил каждое ее слово. Бедняга отдал себя в добровольное рабство, а все потому, что неделю назад, когда он споткнулся, Ксюша помогла ему подняться. После этого случая он полдня не мог успокоиться, рассуждая о том, что никто и никогда о нем не заботился. Ксюха вмиг сделалась для него святой. Будь его воля, он бы ее канонизировал.

– Не печальтесь, – подбодрил нас Марк. – Скоро новогодний бал. Он поднимет вам настроение, гарантирую.

При слове «бал» все, включая меня, оживились. Но если Ксюша и Коля радовались возможности потанцевать и (кто знает?) получить подарки, то у меня был свой интерес.

– Королева придет на бал? – спросила я, как будто невзначай.

Но Марка не проведешь.

– Как правило, она открывает новогодний бал, – ответил он. – Но в этом году она, возможно, будет занята.

– Несчастная, – притворно вздохнула я, – все-то она занята. Ей, наверное, и поспать некогда. Совсем замоталась.

Ксюша с Колей нахмурились. Фантом и тот почувствовал неладное. Из-за дурного настроения я дни напролет изводила близких придирками, они научились определять приближение грозы и сматываться до того, как она наберет силу.

– Я знаю, что тебя развеселит, – Марк хлопнул в ладоши, радуясь, что придумал, чем меня отвлечь. – Предлагаю раскрасить серые будни яркими красками.

– Это как? – спросил Коля.

– Собирайтесь, мы идем на прогулку в королевскую гардеробную, – сказал принц. – Вид цветных вещей поднимет вам настроение.

От приглашения не смогла отказаться даже я. Отсутствие цветов кроме белого, серого и черного делали жизнь на теневой стороне похожей на вечный Хэллоуин – праздник мертвецов. Сперва это воспринималось как экзотика, но скоро мы затосковали. Увидеть хоть немного цвета, прикоснуться к нему – это ли не счастье? Теперь-то я понимала тягу жителей теневой стороны к нашим вещам.

Королевская гардеробная занимала несколько смежных комнат. Там, где королева хранила платья, вольготно могла жить семья из пяти человек. Мы миновали официальные наряды в традиционных цветах теневой стороны, и Марк подвел нас к длинной, как шест гимнастки, вешалке с разноцветными шейными платками, похожими на павлиньи хвосты – море красок, от обилия которых рябило в глазах. Хотелось замотаться в шарфы, окунуться в них с головой и наслаждаться сочными цветами.

Ксюша провела рукой по шарфам, и они всколыхнулись:

– До чего я соскучилась по цветам. С самого королевского приема не видела ничего яркого, за исключением Светиных волос.

– Чем тебе мои волосы не угодили? – возмутилась я.

– У тебя прекрасные волосы. Лично мне они очень нравятся, – сказал Коля и густо покраснел.

Пока все любовались шарфами, я бесцельно бродила вдоль вешалок. Цвета уже не радовали. Какой от них толк? Они не вернут мне семью. По правде говоря, никто и ничто не вернет. Разве только… На память пришли слова Вадима: «Это сильное заклятие. Его может снять лишь тот тенелов, который его наложил». Без сомнений, заклятие наложил королевский маг. Если королева не желает говорить со мной, возможно, мне удастся поболтать с ее тенеловом и уговорить его вернуть все, как было. Но действовать надо осторожно, чтобы Марк не догадался о моих планах.

– Цветные шарфы, – я подцепила один, – развлечение для малышни. Знаете, что я на самом деле хотела бы увидеть?

– Что? – повернулся ко мне Коля.

– Место, где творится теневая магия. С удовольствием познакомлюсь с тенеловами ее величества. А то единственный тенелов, которого мы знаем – Вадим.

– Прекрасная идея! – поддержала Ксюша. – Как раз тенеловов не хватает для моего отчета.

Марк обрадовался, что мы сами придумали себе занятие. Не углядев в знакомстве с придворными тенеловами подвоха, он привел нас в западное крыло, отведенное под нужды магов – в крепости должность тенелова по важности стояла на втором месте после должности стража. С помощью магов королева творила, что ей вздумается. Например, безнаказанно стирала людям память.

Мы прошлись по залам, напоминающим лаборатории. Здешние работники носили белые халаты и походили на ученых, занятых научными разработками, а не на магов. Но тень обреченности в их взглядах не давала забыть, какова расплата за магию.

Марк познакомил нас с тенеловом по имени Смак – высокий, с залысинами, он вел себя суетливо, но дружелюбно. Почуяв в Ксюше родственную душу, он затеял для нее экскурсию.

– Вот здесь мы создаем тени, необходимые для работы, – Смак подвел нас к прожектору, направленному на стену. – К сожалению, на нашей стороне плохо с тенями. Если они и есть, то слабые, непригодные для серьезной магии. С их помощью можно сотворить какую-нибудь мелочь, – он театрально взмахнул рукой, и из воздуха материализовалась черная роза. Вручив розу зардевшейся Ксюше, он продолжил: – но для настоящей магии требуется густая, насыщенная тень.

Парочка тенеловов в солнцезащитных очках с зеркальными линзами работали у пульта управления прожектором. Когда он зажегся, озарив помещение светом, мы, как по команде, отвернулись. Смак увел нас в соседний зал, подальше от прожектора, там за длинным столом корпели несколько тенеловов. Они смешивали и разбавляли дымчатые субстанции, именованные Смаком частицами теней.

– Здесь мы производим зелья, – он взял ближайшую колбу, внутри колыхалось нечто, похожее на черную воду. – Наша последняя разработка. Зелье одурманивает, подчиняет чужой воле и позволяет манипулировать тем, кто его выпьет.

Он вернул колбу на место и пошел дальше, а я наклонилась и понюхала содержимое колбы, но ничего не почувствовала. Зелье не имело запаха. Уверена, у него и вкуса нет. Удобно подмешивать ничего не подозревающим людям. Стянуть бы такую колбу и вылить ее содержимое королеве в кофе.

– Светлана, – окликнул меня Марк, – не отставай.

Я неохотно оставила колбу и догнала своих спутников. Мы прошли мимо шкафов с запечатанными сосудами. В некоторых был туман, в других – жидкость, в-третьих – что-то сыпучее.

– Вот это зелье усыпляет, – пояснял Смак, тыкая в стеклянную дверцу шкафа. – Это, наоборот, придает сил. А это – делает привлекательным.

Коля особенно долго задержался у последней колбы. Далось ему это зелье привлекательности. Умопомрачительным красавцем он, конечно, не был, но парочка девчонок в универе на него точно запали.

В следующем зале велась работа по поиску лекарства от помешательства. Тенеловы подошли к делу с размахом – здесь трудились не менее десятка магов. Оно и понятно, речь все-таки шла об их будущем. Но, кажется, процесс у них застопорился. По крайней мере, работали они без огонька, словно выполняя нудную обязанность. Если уж королевские маги не верят в существование лекарства, то каково обычным тенеловам вроде Вадима.

Смак рассказывал о структуре теней. Об их глубине, об инстинкте самозащиты. Я не вслушивалась, ожидая подходящего момента, чтобы спросить о том, ради чего пришла.

Тенелов упомянул тень, насылаемую на разум и стирающую память. Это послужило мне сигналом.

– Вы что-то сказали о стирании памяти? – я сделала вид, будто не расслышала его последних слов.

– Именно, – кивнул Смак. – Это сложное заклинание. Для работы с ним допускаются самые опытные тенеловы.

– Моим родителям стерли память, – я старалась, чтобы голос не дрожал. – Мне говорили: это сделал самый сильный маг ее величества. Вот бы с ним познакомиться.

– Но чего ради? – брови Смака поползли вверх.

– Простое любопытство, – улыбнулась я, надеясь, что улыбка не вышла кровожадной.

Для тенелова Смак был чрезвычайно беспечен, но Марк подозрительно покосился на меня. Я и его одарила улыбкой, но, судя по хмурому лицу, он не поверил в мое бескорыстие.

– Я знаком с тенеловом, работающим с вашей семьей, – сказал Смак. – Но, к сожалению, увидеться с ним не получится. Его нет среди нас.

– Он умер? – мне сделалось дурно. Если тенелов мертв, то заклятие с родителей не снять.

– Нет, нет, что вы, – замахал руками Смак. – Он на другой стороне, на вашей стороне, если быть точным. Далеко не все из нас отдают себя науке. Некоторые полагают, что достигли таких высот, когда уже нечему учиться. Но это чистой воды заблуждение. Невозможно знать все, – в голосе тенелова звучала обида. Он мнил себя великим ученым, но почему-то ответственные задания поручали не ему.

Разочарование было так глубоко, что я потеряла интерес к экскурсии. Одна из причин, по которой я еще как-то выносила пленение в крепости, – поиски тенелова. Но и тут меня постигла неудача. Новые данные о местонахождении тенелова укрепили мое желание вернуться на нашу сторону.

Экскурсия закончилась. По дороге к нашим покоям со мной поравнялся Коля:

– Что ты делаешь?

– Иду в свою комнату.

– Я имею в виду вообще. Зачем ты спрашиваешь о тенелове, который стер память вашим с Ксюшей родителям? Чего ты добиваешься?

– Уже и спросить нельзя? – я скрестила руки на груди. – Что плохого в желании выяснить, кто я такая? Королева меня игнорирует, вот я и подумала, что тенелов поможет, но меня обломали.

– А чего выяснять? – Коля поправил очки. – Как по мне, все ясно. Ты – избранная.

– Избранная? – я споткнулась на ровном месте. – Кем и для чего?

– Для спасения мира.

– От кого мне его спасать?

– От злодеев.

– Бред, – отмахнулась я. – Ксюхина теория о вампирах и то звучала правдоподобнее.

– Попрошу не обобщать, – обернулась на ходу Ксюша. – Моя теория основывалась на фактах, известных о вампирах. Это же очевидно! Чего нельзя сказать о Колиной теории. Я согласна со Светой. Предположение о том, что она избранная, звучит нелепо.

– Спасибо за поддержку, – кивнула я сестре.

Марк не участвовал в разговоре, но внимательно слушал, а немного погодя, сославшись на неотложные дела, ушел. Ксюша отправилась с ним, попросив проводить ее к месту сортировки осколков цвета. Фантом увязался за ними, а Коля остался со мной в гостиной.

– Так больше продолжаться не может! – пожаловалась я другу. – Надо что-то делать.

– О чем ты?

– Ты готов застрять здесь навечно? – поразилась я. – Тебе не хочется домой? Может, тебе нравится жизнь в крепости?

– Да, нравится. Здесь весело, – Коля принялся загибать пальцы, перечисляя достоинства Черной крепости: – никто не указывает нам, что делать. Мы занимаемся, чем пожелаем. Никаких уроков, домашней работы и помощи по хозяйству.

– Тебя не смущает, что мы в заточении? Да, нам позволено все, кроме одного: покидать крепость.

– А зачем ее покидать? Ты видела, что творится за ее стенами? Там как бы восстание. Спокойнее места, чем крепость, на всей теневой стороне не сыскать.

– Ты не скучаешь по дому, по родителям? – не сдавалась я.

– Иногда я ловлю себя на мысли о маме с папой, об универе и друзьях, – признался он, – но потом отвлекаюсь на что-нибудь, и тоска проходит. Ты дергаешься потому, что не нашла себе занятие по душе.

– Я дергаюсь, – передразнила я, – потому что нам здесь не место. И у меня есть план, как отсюда выбраться.

Коля насторожился:

– Что еще за план?

– Когда мы переходили на теневую сторону, Вадим сказал, что у меня талант ныряльщика. Я в это не вникала, но запомнила кое-что: по его словам я в любой момент могу нырнуть в тень и перейти на другую сторону. Для этого надо лишь сосредоточиться. И самое главное: совсем не обязательно покидать крепость, чтобы вернуться в наш мир. Это можно сделать отсюда. По правде говоря, я тренируюсь уже некоторое время и вчера у меня кое-что получилось. Я погрузила руку в тень.

Я умышленно промолчала, сколько часов просидела неподвижно, пялясь на искусственно созданную тень. Порой мне казалось, что все бессмысленно и я полная бездарность. Но, вуаля, рука погрузилась в тень. От перехода в наш мир в тот же миг меня удержала мысль о друзьях. Я не могла их бросить.

– Скажи Ксюхе, что мы возвращаемся домой, – прошептала я Коле. – Я буду ждать вас сегодня в семь вечера у себя в спальне. Оттуда и отправимся. Договорились?

– Само собой, – улыбнулся Коля.

Мне почудилась вымученность в его улыбке. Конечно, ему здесь нравится, он сам признался. Покинуть крепость и ему, и Ксюше будет нелегко. Но я не допускала мысли, что они захотят остаться и меня принудят к этому. Как бы хорошо ни было в гостях, дом есть дом.

Остаток дня я провела, как на иголках, считая минуты до часа икс. Когда часы пробили шесть вечера, я ушла к себе, подготовиться к побегу. Проблема теневого мира была в том, что все одушевленное здесь не отбрасывало тени, и даже у предметов тень была слабой. Чтобы добиться густой тени, требовалось повозиться. Однако у меня имелся опыт.

Я освободила стол и перевернула его на бок. Получилось что-то наподобие двери, с помощью которой Вадим создал тень для нашего путешествия сюда.

Собрав по комнате светильники и лампы, я включила их и поставила так, чтобы свет падал на стол и стену перед ним. Тень получилась блеклой, но с четкими границами. Для перемещения хватит. Надеюсь.

Приготовления заняли около тридцати минут. Остаток времени я тренировалась: устроилась напротив тени и вглядывалась в нее, представляя ее объемной. В какой-то момент по тени пошла рябь, сделав ее похожей на поверхность озера. Я, протянув руку, погрузила пальцы в черноту, мне даже послышался «бульк», словно я и правда потревожила воду. Отныне королеве не удержать меня в крепости. Если только она не запрет меня в подземелье без намека на тень. Но я запретила себе думать об этом. С минуту на минуту явится Ксюша с Колей, и мы вернемся домой.

Не успела я это подумать, как в дверь постучали. Настойчиво так. Совсем не похоже на деликатный Колин стук или на Ксюшину барабанную дробь костяшками пальцев. В другой день я бы насторожилась, но близость освобождения из поистине королевского плена (во всех смыслах этого слова) вскружила мне голову. Я бросилась к двери и отодвинула стул, которым ее подпирала за неимением засова.

На пороге вместо моих друзей стояли двое стражей. Вид у них был суровый. В точности так на меня смотрел папа, когда я в пять лет разбросала по гаражу гвозди и шурупы.

Не уточняя, зачем они пришли, я бросилась к тени. Если вырвусь, у меня будет шанс вернуться за Ксюшей и Колей. Да их, наверняка, и так отпустят. Зачем они королеве без меня?

Я неслась к тени, сбивая по пути все, что попадалось под руку, надеясь тем самым задержать стражей: кофейный столик, кресло, тумбочку, но у преследователей были длинные ноги – они легко перепрыгивали через препятствия.

Страж схватил меня за рукав кофты. Я извернулась, снять ее. От тени меня отделяло меньше шага, но мне не дали его сделать. Как я ни рвалась, все без толку, а вскоре борьба потеряла смысл: второй страж толкнул стол. Он повалился ножками вверх, и тень исчезла.

В комнату вошел третий мужчина. Одет он был не в пример стражам в дорогой костюм. Я видела его однажды – в зале, где хранились осколки цвета и корона. Поглаживая куцую бородку, он произнес:

– Для вашего блага, уважаемая гостья, ее королевское величество велела приставить к вам…

Он замялся, подбирая слово, но я его опередила:

– Так и скажите: надсмотрщика. Называйте вещи своими именами.

– Его роль, – невозмутимо продолжил бородатый, – исполнит известный вам Лего. Его выбрали, чтобы не смущать вас.

Мужчина махнул рукой и в комнату вошел фантом. Двигался он скованно, опустив голову к полу. Знает, что провинился. Не держи меня страж, я бы ему всыпала.

– Светильники у вас заберут, – продолжал глашатай королевы. – И впредь не пытайтесь нырнуть в тень. Для неподготовленного человека это может окончиться катастрофой.

Он во второй раз махнул рукой, и стражи направились к выходу, прихватив с собой осветительные приборы.

В дверях бородач обернулся и добавил местную коронную фразу:

– Все это делается ради вашей безопасности.

Вот так в одночасье я лишилась возможности создать тень, свободы действий и, похоже, друзей. Кто кроме них мог донести на меня?