Глава 26. Чья возьмет?

От двери кабинета до двери комнаты, в которой нас держали, было ровно пятнадцать шагов. В коридоре дежурил громила, широкий, как двухдверный холодильник, и свирепый, как дикий кабан. К счастью, ни кабаны, ни холодильники не отличаются умом.

Омар, обрадованный моей покладистостью, заявил, что подумает о моем переводе в лучшие условия, но сначала я должна заслужить его доверие. Я притворилась, будто заинтересовалась его предложением. Быть может, с меня снимут оковы? Пока они главное препятствие.

Громила затолкал меня в комнату к Марку, подвел к кровати и защелкнул оковы – до него новость о моем особом положении, видимо, не дошла. Но отчасти я была рада присутствию громилы – он уйдет, и я останусь с Марком наедине, а после всего, что наговорил мне Омар, я не знала, как себя с ним вести. Быть честной, но причинить боль, рассказав о поступке его матери, или промолчать, огородив от страданий, – непростой выбор.

Громила вышел, а я опустилась на табурет подальше от Марка, укрывшись за столом как за щитом, и пригляделась к принцу. Тщетно я искала намеки на разрушенную связь. Это было все равно, что искать «то, не знаю что».

Вся разница между Марком и другими знакомыми мне жителями теневой стороны заключалась в отсутствии искаженного отражения. Достаточно ли этого, чтобы обвинить принца в сговоре с королевой? Вдруг он в курсе махинаций матери? В этом случае он из жертвы превращается в сообщника.

– Как ты? – спросил Марк, видя, что я не спешу завязать разговор. – Он тебя мучил? Пытал?

– Если только рассуждениями о природе страха и мечтами о захвате власти, – ответила я. – Он конченый псих. Хочет сделать из меня подопытного кролика, а после с моей помощью торговать свободой для копий.

– Я говорил, что отступников необходимо уничтожить, – гнев Марка выглядел убедительным. Или он отличный актер?

– Нотан показался мне разумным. Он действительно болеет за светлое будущее. По-моему, он не в курсе планов Омара, – поддерживать разговор было легче, чем я ожидала.

– Предлагаешь использовать эту информацию? – спросил Марк. – Расскажем все Нотану в надежде, что он пойдет против Омара?

– Он, может, и пойдет, когда узнает правду, но для меня ничего не изменится. Я останусь ключевым звеном разрыва связи. Понятия не имею, как Омар объясняет задержку моего уничтожения. Но пока он жив, жива и я.

– Тогда этот вариант не подходит, – согласился Марк. – Но почему мне кажется, будто ты что-то задумала?

– Я видела банку с фантомом. Омар держит ее у себя в кабинете. Вот за этой стеной, – я хлопнула по стене для пущего эффекта. Банка была так близко. Жаль, я не умею проходить сквозь стены.

– Она для нас недосягаема.

– Ты говорил, что сбежать не получится, нас хорошо стерегут, – за мыслями о побеге, я окончательно забыла о тревогах насчет Марка. – До входной двери нам не добраться, но что, если мы доберемся до двери кабинета? Это каких-то несчастных пятнадцать шагов.

– Каким образом мы это сделаем? И зачем?

– Ты отвлечешь громилу. С одним как-нибудь справишься.

– Но другие не заставят себя ждать. Пара минут, и они здесь.

– Мне этого хватит. Пока ты будешь занят громилой, я проберусь в кабинет и выпущу фантома. Секунда – и он на свободе. Подмога не заставит себя ждать.

– Не могу сказать, что план идеален, – Марк потер переносицу. – Как в него вписывается это? – он, тряся ногой, загремел цепью.

– Ключи у Ромы, – я постучала указательным пальцем по губам, раздумывая. – Мы их выкрадем. Он рассеянный, это будет несложно.

– Но он быстро обнаружит пропажу.

– Не переживай, мы закончим до того, как Рома все поймет.

Времени на обдумывание деталей не было. Омар в любой момент мог перепрятать банку. Поэтому, как только Рома принес обед, мы приступили к делу.

На обед были котлеты с макаронами, и Марк втянул Рому в разговор о рецептах котлет. Они с видом шеф-поваров обсуждали достоинства различных видов фарша. Рома доказывал, что для котлет идеально подходит смесь говяжьего и свиного, Марк отстаивал котлеты из куриного фарша. Увлекшись спором, Рома положил связку ключей на край стола, Марк отступил к окну, увлекая его за собой. Несколько шагов и ключи оказались у Ромы за спиной.

Я в споре не участвовала, делая вид, что увлечена едой. На самом деле я ждала подходящего момента, схватить ключи. Едва те очутились вне поля зрения Ромы, я протянула к ним руку. Связка была большой: ключи от цепей, от нашей комнаты и еще четыре неизвестно от чего. Итого шесть ключей, не считая брелока в форме щеночка. Одно неловкое движение, и ключи зазвенят не хуже сигнализации на автомобиле.

Я была предельно осторожна, словно минер обезвреживающий бомбу. Затаив дыхание, взяла ключи со стола, сжала их в кулаке, чтобы не бряцали, и уже почти спрятала в карман, когда раздалось тихое дзынь.

Звук был едва различим за голосом Марка, но Рома насторожился. На пятках он повернулся на сто восемьдесят градусов и уставился на меня. Я, замерев, ответила ему предельно честным взглядом, пряча руку со связкой под столом. Зазубрины ключей впивались в ладонь, но я лишь сильнее стискивала кулак.

Не заметив во мне ничего подозрительного, Рома переключился на стол. Пот, сбегающий по спине, неприятно щекотал кожу, но я терпела, боясь лишний раз шелохнуться. Рома дважды оглядел место, где лежали ключи. На второй раз до него дошло, что чего-то не хватает.

– Где ключи? Здесь была связка, – он ткнул пальцем в стол. – Куда она делась? Это ты ее взяла?

Рома шагнул ко мне. Я сидела на стуле, а Рома стоял, возвышаясь надо мной. Он показался мне огромным и по-настоящему жутким. Гнев исказил его лицо до неузнаваемости. Куда подевался недалекий прислужник?

Еще секунда, и Рома заголосит на всю квартиру. Прибежит громила, обыщет меня и отберет ключи. Второй подобной ошибки Рома не допустит, и наши надежды выбраться из плена рухнут навсегда. Мы с Марком поняли это одновременно, а потому действовали, как слаженный механизм.

Он, схватив тарелку, огрел Рому по голове. Падая, тот зацепил табурет и повалил его на пол. Громыхнуло прилично.

Пока Марк занимался членовредительством, я, отстегнув цепь, бросилась к выходу. За мгновение до того, как громила, привлеченный шумом, открыл дверь, я спряталась за ней. Увидев Рому без сознания, громила кинулся на Марка. Завязалась драка, но мне некогда было следить за ее исходом – я выскользнула в коридор.

Расстояние в пятнадцать шагов преодолела в пару прыжков. Физрук гордился бы мной – я и на сдаче нормативов по прыжкам не показывала таких результатов. Добравшись до кабинета, я попыталась войти, но дверь не поддалась. Покрутив ручку, я признала свое поражение: дверь была заперта. В отчаянье я пнула ее ногой.

Со стороны кухни донесся топот. Скоро здесь будет не протолкнуться, и Марк мне не поможет – он по-прежнему прикован к кровати.

Я закрутилась на месте в поисках оружия, ключи снова звякнули. Вот оно! На связке наверняка есть ключ от кабинета. Рома единственный, кто поддерживает чистоту в квартире. В том числе он убирается в кабинете.

Дрожащими руками я вставила первый ключ в замочную скважину – ничего. За ним последовал второй. И вновь неудача. Громилы появились в коридоре, когда я готовилась опробовать третий ключ. Если и этот не подойдет, еще одного шанса у меня не будет.

Мысленно скрестив пальцы на удачу, я провернула ключ в замке и – о, чудо! – дверь открылась. Я ввалилась в кабинет и захлопнула за собой дверь, не забыв запереть ее изнутри. Я и шага не ступила, как на дверь с другой стороны посыпался град ударов. Громилы таранили вход, и, учитывая их недюжинную силу, скоро они будут в кабинете.

Я кинулась к столу, но банки там не было. Как и опасалась, Омар куда-то ее переставил. Я заметалась по кабинету.

Послышался треск ломаемого дерева. Громилы управлялись быстрее, чем я рассчитывала.

Увидев банку с фантомом на книжной полке, я от радости захлопала в ладоши, словно маленькая. Схватив банку, я попыталась отвинтить крышку, но она намертво приросла к горлышку. Тогда я со всей дури шарахнула банку об пол. Увы, та осталась цела и невредима. Требовалось что-то посерьезнее, чтобы ее разбить.

Мое внимание привлекла статуэтка на письменном столе. Кажется, бронзовая, а значит – тяжелая. Статуэтка изображала Омара в полный рост. Признаться, я испытала злорадное удовольствие, колотя ею по банке.

После четвертого удара банка треснула, а на пятый раскололась. Фантом взвился к потолку, наслаждаясь свободой.

– Быстро, – сказала я, – улетай отсюда. Приведи кого-нибудь на помощь.

Фантома ни к чему было просить дважды. Он рванул к окну и просочился наружу в щель между стеклом и рамой.

Хрустнув, сломалась дверь и в кабинет влетели громилы во главе с Омаром, но мне было уже все равно.

– Что ты натворила? – Омар вырвал у меня из рук статуэтку и осмотрел разбросанные по столу осколки. – Ты выпустила фантома!

Отрицать очевидное не имело смысла, и я кивнула.

– Думаешь, ты самая умная? – Омар поставил статуэтку на место. – Фантом не успеет привести серых стражей. К тому моменту, как он до них доберется, мы будем далеко. Жаль, конечно, покидать эту квартиру, но что поделать.

– Я смотрю, в последнее время все помешаны на недвижимости, – не удержалась я от колкости, вспомнив с каким трепетом Вадим охраняет свое жилье.

– Помолчи, – Омар толкнул меня к громиле. – Ты обманула меня, прикинулась, будто готова сотрудничать, а сама затеяла побег. Ты потеряла мое доверие. Отныне не рассчитывай на снисходительность.

Громила уволок меня в комнату к Марку, а я так хотела остаться и наговорить Омару гадостей. Его спокойствие свело на нет мое ликование. Неужели он прав и мой план обречен на провал? Что ж, успокаивала я себя, фантом хотя бы сообщит королеве, что мы в плену у главаря отступников. Нас будут искать и, если повезет, найдут, но уже не на этой квартире.

Я споткнулась и едва не упала, увидев Марка. Ох, и досталось ему! Под правым глазом наливался синяк, левое запястье было вывихнуто, и он поддерживал его правой рукой, другие следы побоев скрывала одежда.

– Выглядишь так, словно побывал в центрифуге, – я присела рядом с ним на полу.

– Чувствую себя так же, – он попытался улыбнуться, но лишь скривился от боли. – У тебя получилось?

Я достала из кармана чистый носовой платок и промокнула серебристую кровь с уголка его губ:

– Я освободила фантома, и он сбежал, но Омар говорит, что это ничего нам не даст. До того, как фантом приведет стражей, мы будем далеко отсюда.

– А что если фантом не пойдет за стражами? – подмигнул мне Марк.

Избитый и поверженный он сохранял веру в успех. Я по хорошему завидовала его оптимизму. Мне его сейчас ужасно не хватало.

– Не грусти, – Марк погладил меня по щеке. – Это была отличная попытка. И потом, кто знает, может, у нас получится сбежать при переезде?

Кожу в местах, где Марк до нее дотрагивался, приятно покалывало, словно я отлежала щеку и теперь к ней, наконец, прилила кровь, и я вдруг осознала, что мне безразлично, знает Марк о делах королевы или нет. Это не изменит моего отношения к нему.

Я наклонилась и поцеловала Марка. В области груди возникло приятное тянущее ощущение, какое бывает, когда чего-то очень ждешь, и оно вот-вот должно случиться.

Раньше, задумываясь о том, каким будет наш первый поцелуй, я представляла идеальный момент. В моих фантазиях Марк устраивал романистическое свидание, какие показывают в фильмах о любви. То он приглашал меня на колесо обозрения и целовал, когда мы взмывали в небо, пока ветер трепал мои волосы. То мы катались на катере и целовались под плеск волн. Но, оказывается, совсем неважно, где вы находитесь и что делаете. Даже если вы в плену у одержимого жаждой власти, парень избит, а ты сама сломлена неудачами, на качестве поцелуя это никак не сказывается.

Увы, нас грубо прервали – явился Рома, перевести меня в другую комнату по приказу Омара.

– Держать вас вместе опасно, – пояснил Рома, потирая затылок, куда пришелся удар тарелкой.

Покидать Марка сейчас было особенно обидно, но решала здесь не я. Рома проводил меня в необжитую спальню. Обставлена она была со вкусом и вниманием к мелочам. Обои, занавески и декоративные подушки – все подобрано по цвету. Ковер сочетался с покрывалом на кровати. Фарфоровые безделушки на полках были не из дешевых. Но приятные глазу мелочи не делали комнату уютной. От нее веяло прохладой. Никто никогда не спал на кровати со спинкой цвета слоновой кости. Никто не сидел в кресле с резными подлокотниками, не ел фрукты из хрустальной вазы.

– Для кого предназначалась эта комната? – спросила я.

– Для будущей супруги Омара, – сказал Рома.

– Где она сейчас?

– Она погибла, – я вздрогнула, так как ответил мне не Рома, а Омар.

Он прошелся по комнате, прикасаясь к вещам, будто гладя их.

– Что случилось? – не сдержала я любопытства.

– Случился вот он, – на последнем слове Омар указал на Рому. – Робкий недотепа. Ему на роду написано одиночество. А я всего-навсего копия, которой уготовано повторить его путь. Я не могу иметь семью, потому что у него ее нет и никогда не будет.

– Поэтому умерла ваша невеста? – не поверила я.

– Так мироздание уравновесило наши с ним жизни и в который раз подвело их под одну черту. К сожалению, мы с Ромой тогда еще не были знакомы, иначе я бы повлиял на мироздание.

– Женили бы его на ком-нибудь, – сообразила я.

Обычно бледный Рома покраснел. Уши и те стали пунцовыми.

Омар ушел, приказав громилам не спускать с меня глаз. Один из них находился в комнате со мной, а второй караулил в коридоре.

От нечего делать я прислушивалась к звукам поспешных сборов: шуршали пакеты, гремели бросаемые в коробки вещи, хлопала входная дверь. Но чем ближе солнце клонилось к закату, тем тише делалось в квартире, и тем сильнее я нервничала. Время уходило, а фантом все не возвращался.

Когда на улице стемнело, а за стеной смолкли звуки, я принялась мерить комнату шагами. Громила поглядывал на меня неодобрительно, но мне было плевать. Не знаю, о какой возможности говорил Марк. К кому еще кроме стражей мог обратиться фантом? Но я всем сердцем надеялась, что такие люди существуют.

Спустя полчаса за мной пришел Нотан. Я не видела его с тех пор, как он привез нас.

– Нам пора, – Нотан поманил меня к себе.

– Куда мы едем? – спросила я, следуя за ним по коридору. – И где Марк?

На второй вопрос я получила ответ незамедлительно: в гостиной нас ждал Марк в сопровождении громилы. Заметив меня, он улыбнулся краешком губ. Вид его улыбки подбодрил меня лучше сотни успокаивающих слов.

– Перебираемся в другое место. Подробности тебе знать ни к чему, – ответил Нотан. – Там не так уютно, как здесь, но на первое время сгодится.

Омара нигде не было, и я поинтересовалась, куда он делся.

– Проверяет надежность нового адреса.

Я прикинула расстановку сил. Нас двое: девчонка и раненый принц. Их пятеро: Нотан, Рома и трое громил, имена которых я так и не узнала. По всему выходило: мы проиграли еще до начала боя.

Рома с коробкой наперевес вышел в подъезд и вызвал лифт, мы наблюдали за ним с порога. Над раздвижными дверями лифта, сменяя друг друга, мигали цифры. Первый этаж, пятый, десятый, тринадцатый, четырнадцатый, пятнадцатый. Чутье меня не подвело. Мы были на пятнадцатом этаже.

Лифт остановился, и двери разъехались в стороны. В следующую секунду из лифта, словно черт из табакерки, метнулось нечто черное и накинулось на Рому. Тот завизжал как девчонка. Бросив коробку, он кинулся обратно в квартиру, но Нотан захлопнул дверь перед его носом и крикнул:

– Баррикадируйтесь!

Громилы оттеснили нас вглубь гостиной, а сами придвинули к двери комод и сверху набросали все, что под руку подвернулось от вешалки для одежды до подставки под обувь.

Из подъезда еще некоторое время доносился визг Ромы и звуки драки, но вскоре они стихли, и я услышала, как бешено колотится мое сердце. Его стук набатом отдавался в ушах.

Кем бы ни был неведомый нападающий, он затаился, накапливая силы для атаки.

– Что это было? – спросила я у Марка.

Он пожал плечами, но при этом не выглядел напуганным. Напротив, его глаза блестели ликованием.

Что-то врезалось в дверь. Она прогнулась, но затем встала на место. Второй раз за день на моих глазах выламывали дверь. Но если первая попытка была удачной, то вторая обещала провалиться. Не так-то просто выбить железную дверь, да еще укрепленную громилами.

Чувствуя себя принцессой в блокадном замке, я одновременно боялась, что дверь падет, и хотела этого. Что бы ни притаилось по ту сторону, вряд ли оно будет хуже, чем Омар и его план по захвату мира.

– Мы обязаны им помочь, – шепнул мне на ухо Марк.

– Кому? – на всякий случай уточнила я.

– Тем, кто за дверью, – поразился он моей недогадливости. – Ты не узнала фантома?

Я открыла рот от удивления. Это был мой фантом? Он больше походил на взбесившуюся черную дыру, чем на приличную тень. Но если Рому он легко запугал до полусмерти, то с громилами ему не справиться. У них нервы покрепче, а на физическое воздействие фантом не способен. Понимая это, едва ли он пришел один.

– Кто с ним? – потребовала я ответа.

– Понятия не имею. Разве это важно? У нас появился шанс сбежать. Глупо им не воспользоваться.

Я могла поспорить: смысл выбираться из одной ловушки, чтобы угодить в другую? Но Марк был настроен решительно. Он кинулся в драку, и мне ничего не оставалось, как поддержать его.

Нотан не был бойцом. Марк оглушил его ударом по голове, и тот повалился, как срубленное дерево. С громилами дела обстояли сложнее. Они накинулись на Марка, не посчитав меня достойным соперником. Но я и не настаивала. Пока они были заняты Марком, я разбирала баррикады.

Марк отбивался, вооружившись шваброй. Внимание громил было приковано к нему, и я быстро избавилась от верхнего слоя заслона из стульев и прочих мелочей. Остался комод. Я честно попыталась сдвинуть его, но не тут-то было. После всех моих усилий комод даже на сантиметр не отъехал от двери. Из чего сделана эта махина? Из бетонного раствора?

Чтобы облегчить комод, я вытащила из него ящики вместе с содержимым и повторила попытку. Скрипя и царапая ножками пол, комод немного отъехал от двери, но этого было недостаточно, а я, между тем, истратила последние силы.

Один из громил заметил мои действия и бросился ко мне. Я метнула в него стул. Удар пришелся в голову. Громила закружился на месте, запнулся о ковровую дорожку и повалился на комод. От их столкновения содрогнулся весь этаж. Громила потерял сознание, а комод, не выдержав натиска, поехал на меня. Я едва успела отскочить с его пути.

Прочертив в полу борозды, комод остановился. Он все еще стоял близко к двери, но ее можно было приоткрыть и выбраться через щель наружу. Вот она, возможность бежать! Но я медлила. На меня напала неожиданная робость. Внутри квартиры было знакомое зло, а что притаилось за ее стенами? Вдруг Марк ошибся и это вовсе не фантом? И даже если это все-таки он, еще неизвестно, кого с собой привел.

Пока я боролось с сомнениями, громила начал приходить в себя. Любой нормальный человек неделю бы провалялся в кровати, а этому все нипочем. Похоже, внутри его черепной коробки просто нечему ломаться.

Я подняла второй стул для самозащиты, но тут в дверь снова врезался таран. Так как ее больше ничто не подпирало, она распахнулась, толкнув комод, который тут же врезался углом мне в живот. От внезапной боли я уронила стул себе на ногу. В глазах потемнело, и я завалилась на бок.

Скрючившись на полу, я, точно сквозь пелену, наблюдала за происходящим. Сначала фантом, а за ним Ксюша с Колей ворвались в квартиру. Радость от встречи быстро сменилась страхом за них. Громилы молниеносно оправлялись от побоев, Нотан – и тот пришел в себя. Что могут поделать мои друзья с четырьмя взрослыми мужчинами, трое из которых – гора мускулов? Операция по нашему спасению казалась обреченной на провал.

Марк после проигранной накануне схватки все еще был слаб. Коля и Ксюша не годились на роль бойцов. Фантом был бесполезен. Он носился по гостиной и завывал, воздействуя на противника психологически, но на него никто не обращал внимания. Я, хоть и поднялась с трудом на ноги, едва могла на них устоять.

Мы сбились в кучу, а громилы и Нотан теснили нас к окну. Коля отбивался диванной подушкой, но ее удары были сравнимы с прикосновением крыла бабочки. Ксюша кидала во врага все, что под руку подвернется: чашки с кофейного столика, трубку от телефона, статуэтки и горшки с цветами. Один из них разбился о грудь громилы, но тот лишь отряхнул землю с рубашки и снова пошел на нас. Марк и я отбивались ногами, но толку от нас было не больше, чем от Ксюши с Колей.

Отступая, мы уперлись в подоконник. Ксюшины снаряды подходили к концу. Коля лишился подушки – ее отобрал Нотан. Мы были безоружны перед надвигающейся опасностью.

– Зачем вы пришли? – спросила я у сестры.

– Очевидно, сейчас неподходящее время для ссоры, – она подняла кулаки в нелепой копии боксерской стойки.

Я хотела с ней поспорить, но мне помешали – громилы под предводительством Нотана перешли в атаку. Один бросился на Марка. Второй пнул Колю в солнечное сплетение, отчего тот выбыл из строя, и переключился на меня. Третий схватил Ксюшу в охапку. Ее крик перешел в ультразвук – еще немного, и в окнах лопнут стекла.

Я не на шутку испугалась за сестру. Ей там руки ломают, что она так орет? А если ее убивают? Последняя мысль прострелила меня, подобно боли в пояснице. Я дернулась к Ксюхе, но дорогу мне преграждал громила. Отодвинуть его или обогнуть было нереально. А Ксюша, между тем, охрипла от воплей и перешла на жалобный стон. И этот скулеж пугал в сотни раз сильнее, чем ор.

Не соображая, что делаю, я кинулась на громилу, вложив в удар все доступные мне силы.

– Убирайся! – завопила я. Мой крик смахивал на рев и шел из глубин души, о существовании которых я до сего дня не подозревала.

Я врезалась в громилу, словно ледокол в Северный ледовитый океан. Удар был таким мощным, что, казалось, мир дал трещину, когда мы встретились. Громила пошатнулся, что само по себе было поразительно, ведь всего несколько минут назад он лбом превратил стул в щепки и даже не поморщился.

Я молотила его кулаками по животу. Пресс у него был стальной, костяшки пальцев разрывались от боли, словно я била кирпичную стену.

– Убирайся! – повторила я.

Колени громилы подогнулись. Он уже не возвышался надо мной подобно скале, а был одного со мной роста. Я занесла руку и врезала ему промеж глаз.

Что-то произошло после столкновения моего кулака и лба громилы. Сознания он не потерял, но от него точно отделилась часть – из его тела вышла тень. Упав на пол, она корчилась в конвульсиях, а потом растворилась без следа.

Громила не делал попыток схватить меня и смотрел ничего не понимающим взором небесно-голубых глаз, а ведь секунду назад его глаза имели серый оттенок, характерный для захваченных людей.

Мне было некогда разбираться с ним. Громила выведен из строя – это все, что требовалось знать. Я бросилась к Ксюше, но опоздала. Полузадушенная, она не надеялась ни на чью помощь, а потому, как и я, обратилась к внутренним резервам.

К держащему ее громиле со всех концов гостиной потянулись тени. В отличие от фантома эти не были безобидны: схватив громилу за лодыжки и колени, они тянули его вниз, царапали и кусали. Обезумев от страха и боли, он выпустил Ксюшу. Я была тут как тут, подхватила сестру и отволокла ее подальше от теней.

Спрятавшись за диваном, я оценила поле боя. Коля лежал у окна. Румянец на его щеках говорил о том, что с ним все в порядке. А вот Марк неожиданно выбился в победители. Забрав у Нотана свой кинжал, он с его помощью изгнал захватчика из последнего громилы.

Мы могли праздновать победу. Нотан валялся посреди гостиной. Громила, которого атаковали тени, убежал куда-то вглубь квартиры, откуда слышались его вой и мольбы о пощаде. Двое других, сидя на полу и тряся головами, приходили в себя после того, как из них изгнали захватчиков. Тяжело очнуться в незнакомом месте, не зная, как ты сюда попал, да еще не помня, что делал последние недели.

Марк помог Коле подняться, а я взяла на буксир Ксюшу. Фантом занял свое место в виде моей тени, и мы двинулись к выходу. Оставаться в квартире было опасно. В любой момент мог вернуться Омар и привести с собой подкрепление. Второй раунд ни один из нас не выдержит.

В подъезде мы наткнулись на Рому. Он забился в угол и злобно поглядывал на нас.

– Ух, я тебя! – топнул ногой Коля.

Рома уполз на четвереньках в квартиру и закрыл за собой дверь. А мы, вызвав лифт, поехали вниз.

– Что это было? – первой заговорила Ксюша. Ее неугомонный ум и в состоянии близком к контузии не переставал работать.

– Ты сейчас о чем? – Марк прислонился к стене лифта, не в силах стоять ровно. – О том, как ты натравила тени или о том, как Светлана освободила захваченного?

– Обо всем сразу.

– Я что-то пропустил? – заморгал Коля. Без очков, разбившихся в драке, он выглядел беззащитным.

– Понятия не имею, как это у меня получилось, но я, кажется, выгнала копию из тела человека, – сказала я.

– А я приказала теням напасть, и они это сделали, – добавила Ксюша. – И мне страшно, потому что я не знаю, как это вышло, и кто я теперь.

Марк многозначительно посмотрел на меня, предупреждая: если ты ей не скажешь, это сделаю я. Что мне оставалось? Я призналась Ксюше, что скрыла от нее правду. Она – тенелов и ее сила только что пробудилась.

– Выходит, ты тоже тенелов? – сестра к моему облегчению пренебрегла тем фактом, что я ее обманула. Повезло мне, что у нее доброе сердце.

– Этого не может быть, – покачала я головой. – Вадим бы мне сообщил. Или я ошибаюсь?

Последний вопрос я адресовала Марку, но он выглядел не менее растерянным, чем я.

– Ты не можешь быть магом, – сказал Марк. – Такая сила дается людям и изредка копиям. Кто-либо другой на это не способен.

Под кем-либо другим он, конечно, подразумевал меня – недочеловека-камень.

– Ты – своего рода оживленный реквизит ныряльщика, – рассуждал он вслух. – Эти предметы, помимо того, что разрезают тень, возвращают копии на теневую сторону из захваченных тел. Возможно, тебе тоже присущ этот талант. Своим прикосновением ты отправляешь их домой.

– Круто! – я улыбнулась. – Понять бы еще, как я это делаю.

Лифт привез нас на парковку. Машины, подсвеченные лампами дневного света, стояли ровными рядами, как на параде. В основном это были дорогие иномарки. Старенький «Москвич» резко выделялся на фоне блестящего полиролем автопарка.

– Что он здесь делает? – не поверила я своим глазам.

С водительского места выглянул Вадим. Моим первым желанием было нажать на кнопку поднятия окна и задушить предателя. С каким наслаждением я бы наблюдала за его агонией! Но меня опередил Марк: он, открыв дверь, схватил Вадима за грудки, вытащил из машины и встряхнул.

– Явился сдать нас? – прорычал Марк. – Выполняешь грязную работу для Омара – караулишь выход?

– Отпусти его, – вступилась за тенелова Ксюша. – Он с нами.

– Что? – мы с Марком округлили глаза.

– А ты в курсе, что именно он сдал нас отступникам? – спросила я.

– Он покаялся, – кивнул Коля, – и мы его простили.

– Весьма великодушно с вашей стороны, – сказал Марк. – Но если ему у кого-то и надо просить прощение, то это у меня и Светланы.

– Если ты отпустишь меня, – прохрипел Вадим, – я так и поступлю.

Марк разжал пальцы и демонстративно вытер руки о рубашку, точно испачкался в грязи.

Прокашлявшись, Вадим сказал:

– Мне жаль, что все так обернулось, братишка. Но у меня были причины для предательства. И ты, Света, должна понимать их лучше других, – он многозначительно посмотрел на Ксюшу.

– Говори прямо, – отмахнулась я, – она все знает. Ей пришлось воспользоваться силой тенелова, чтобы спастись.

– Значит, часовой механизм запущен, – вздохнул Вадим.

– О чем вы? – как любой человек, Ксюша не выносила, когда ее обсуждали в ее же присутствии.

– Сейчас это неважно, – сказала я. – Надо убираться отсюда, пока Омар не заподозрил неладное и не нагрянул с подкреплением.

– Быстро в машину, – Вадим открыл заднюю дверь.

– Я с тобой в один автомобиль не сяду, – заупрямился Марк.

– Не время выбирать, – я подтолкнула его в спину.

Под общим давлением он сдался. В спешке меня впихнули на ненавистное переднее сиденье, и через пару минут мы добрались до выезда со стоянки, но радость была преждевременной.