Глава 30. Звуки смерти

Песнь смерти. Сколько Рози себя помнила, она звучала где-то рядом, шёпотом, на краю сознания. Другие некроманты говорили ей, что она слишком впечатлительна, что выдумывает, что ничего подобного не слышат. Розанну, впрочем, с детства считали странной. Ничего нового. В живых существах песнь смерти почти прекрасна и гармонична. Старики беззвучно мурлычут печальные гимны грядущим погостам, младенцы звонко вопят, глядя на ужасы предстоящего жизненного пути. Старые кладбища умиротворённо шелестят, свежие – напевают на разные голоса. Иногда – флейтой, иногда звонким перебором струн. А вот голос неупокоенных мертвецов отличается некой дисгармонией. В нём отчётливо слышны громкие рыдания и мольбы о милости. Бывала Розанна и на таких концертах пару раз за свою насыщенную жизнь. Насильно же поднятые умертвия визжат как свиньи в руках мясника. Отвратительно и мерзко. Сидя в салоне мобиля, Рози с возрастающим ужасом слушала целый хор этих чудовищных голосов. Как скрип по стеклу, как несмазанное колесо, как дикие вопли мартовских кошек – некромантку буквально пробирало нервной дрожью от этих вгрызающихся в ее сознание звуков. – Миледи… – из когтей оцепенения её вырвал мужской низкий голос. – Гарсен, уймись! – заранее зная, что скажет её верный телохранитель, отмахнулась Рози. – Кто-то снова поднял мертвецов. Белым днём, в центре Льена! Моё место там! – Я прихватил револьвер, он заряжен серебряными пулями. – Слуга осторожно притормозил, заглушил двигатель и задумался, чутко прислушиваясь к гулу столицы. Он не был некромантом, но понять, в каком районе Льена происходит что-то неладное, было несложно. – Кажется, это где-то около нового банка. Подъедем проулком, не думаю, что мертвецов привели туда узкими улочками. – Я обожаю тебя, старый лис! – Рози резво перепрыгнула на сиденье рядом с водительским и вцепилась в массивную ручку двери. – Пречистая помилуй, – громко выдохнул Гарсен. Мощный мотор под капотом мобиля взревел, и они понеслись… Гул смерти нарастал, отвратительная какофония била по ушам и сознанию. Её начало мутить. Гнусные ощущения не имели ничего общего с обычным азартом охотника за приключениями. Рози было страшно. Она никогда прежде не слышала ничего подобного. Сколько же там мертвецов? Громкие крики людей, перекрывающие шум мотора, заставили Гарсена резко притормозить. До конца узкой улочки оставалось полсотни шагов, но двигаться вперёд уже было невозможно. Навстречу мобилю бежала плотная толпа. Люди, обезумевшие от ужаса, судорожно цеплялись за плечи и спины друг друга, валились на мостовую, ползли буквально по головам, снова и снова вставали и падали. Грязные, мокрые, окровавленные лица. Визги, крики боли, пронзительный детский плач. – Задний ход, Гарс! Мы туда не проедем! – закричала Рози, вцепившись слуге в напряженное плечо. При виде неуправляемой толпы её тоже охватил страх. Шофэр на секунду задумался и решительно двинул машину вперёд, нажимая на клаксон. Многократно усиленный магией пронзительный звук оглушил толпу, отрезвляя. Окна соседних домов зазвенели осколками бьющихся стёкол. Эффект что надо – Роберт Стерлинг не зря лично проконтролировал, чтобы в мобиле его супруги установили эту убойную штуку. И толпа отступила. Неохотно прижимаясь к серым стенам высоких домов, люди вставали с камней мостовой, поднимали друг друга и сторонились, не забывая при этом осыпать их машину проклятиями, лупить кулаками стальные борта и пиная колёса. Полсотни шагов, отделяющих Розанну от площади с мертвецами, стали для некромантки настоящим испытанием. И привели в разум. Бояться нужно живых. С мертвецами она уж как-нибудь сладит. Вопреки ожиданиям, на площади перед банком ничего страшного они не увидели. Никакого моря крови, свежих трупов и тяжело раненых. Лишь несколько брошенных и перевёрнутых экипажей, пара мобилей и дохлая лошадь. Похоже, что горожане просто до смерти испугались восставших умертвий. Парочка недо-мертвых застряла под перевёрнутым экипажем, ворочалась и сипела, но особо не буянила. Этих даже трогать не нужно, сами упокоятся. Что бы тут ни произошло, всё самое страшное закончилось. И даже голос смерти уже утих, осталось лишь эхо. Его отголоски звучали за стенами банка. – Новое здание банка наверняка защищено артефактами… – задумчиво произнёс слуга, останавливая мобиль возле помпезного крыльца с крылатыми львами. – Любопытно, кого они посчитают врагами? Вздохнул и достал револьвер. – Понятия не имею… – Рози быстро размяла ладони и выпрыгнула из мобиля на мостовую. – Банки я ещё как-то ни разу не грабила. Как вижу, пора исправляться. – Да, миледи! – легко согласился слуга, проверяя патроны. – Приличная леди непременно должна испытать свои силы. *** День, начавшийся с неурочного звонка некроманта, не может закончиться чем-то хорошим. Особенно если поспать удалось всего два часа. Верная примета! Тьен совершенно не верил в приметы, но эта его никогда не обманывала. Всё тут же пошло льенским крысам под хвост. Неприятности посыпались одна за другой. Пройдоха Огюст умудрился поймать свою пулю. А ведь такого не бывало никогда, этот авантюрист всегда выходил невредимым из самых скользких ситуаций. А до этого он исповедовался крошке Вив, и её короткий доклад Тьена совсем не порадовал. Всё одно к одному… В заключение совершенно отвратительного утра посыльный принёс записку от Ротмильда. Ещё один вор и пройдоха, правда, на этот раз с деньгами и репутацией. Банкир умолял Оберлинга о встрече в новом здании банка. Мрачно жуя утреннюю овсянку и запивая полезную пищу вязким чёрным зельем, которое можно было бы счесть чёрным кофе, если бы не убойная доля магических примесей в нём, Тьен удручённо разглядывал записку от Ротмильда. Что за странная импульсивность? Какие к крысиным хвостам могут быть «дела государственной важности» у пусть даже несметно богатого, но простолюдина, обычного человека? Ротмильд всегда отличался особой осторожностью в делах, и потому крайне редко имел дело с ловчей службой. Тьен мысленно выдал себе подзатыльник. Аристократическое воспитание службе главного королевского ловчего Галлии только мешало. Спросонья он рассуждал строго в рамках привычных шаблонов. Вряд ли банкир просто так бы рискнул обратиться напрямую к самому Оберлингу. Значит, случай и в самом деле неординарный. Придётся ехать… Стараясь не потревожить супругу, задремавшую на широком диване в столовой, он накинул на плечи свой тёплый форменный френч и вышел на цыпочках, бесшумно прикрыв двухстворчатую дверь. Кивнул коротко сонному дворецкому, привычным движением нацепил свой высокий цилиндр и уже на пороге вдруг замер. Непонятное предчувствие заставило Тьена остановится, вернуться назад, взять из сейфа свой револьвер и мягко коснуться губами высокого лба спящей супруги. – Тыковка, не жди меня. И не ищи. Если что вдруг случится… верь только словам короля. – Короли вечно врут… – женщина тут же широко распахнула глаза. – Я всё помню. Что-то случилось? – Не знаю… – Тьен поморщился, отстраняясь, и осторожно поправил непослушную рыжую прядь на лбу жены. – Мне что-то тревожно. Происходит неладное. Дом под усиленной охраной, пока без нужды никуда не ходи и Ника не отпускай. Обещаешь? – Даю слово миледи Оберлинг. Да хранят тебя тайные тропы. Ласково ей улыбнувшись, Тьен развернулся и быстро ушёл. На волчьей душе было липко и гадко.