Глава 31. Стена

Первое же лицо, которое он увидел в мраморно-золотом холле банка, разом подтвердило все опасения. Максимиллиан Оберлинг собственной персоной! Брат о чём-то беседовал с клерком у входа. Только его здесь и не хватало! Неприятное чувство опасности снова зашевелило тонкими цепкими лапками и прочно поймало за душу. – Макс? – бесшумно подойдя сзади к брату, Тьен с грустью увидел, как тот постарел. На висках серебрилась первая седина, тени легли под глазами. Макс весь будто оплыл, потерял волчью сухость и резвость… Время – самый безжалостный из палачей. Не жалеет оно даже оборотней. А, впрочем, людей оно жалеет куда меньше. В конце концов, близнецам Оберлингам уже за шестьдесят. И впереди ещё половина жизни*. – Что ты здесь делаешь? – одновременно задали глупый вопрос близнецы, серьёзно рассматривая друг друга. – Дай-ка я угадаю… – прищурился Тьен. – Тебя тоже позвал этот бесов банкир? И тоже “дело государственной важности”? – И да, и нет, – Макс оглянулся, отпуская служителя банка одним быстрым, небрежным движением. – Записка фальшивая, я сразу понял. У меня уже есть его письма, я тут же сравнил. Почерк очень похож, но… – Крысья задница! – Тьен был так зол на себя, что едва не порвал свою кожаную перчатку, зубами срывая её с пальцев. – Как я не подумал, скажи мне? – Очень просто, – Макс давно привык к импульсивности брата. – Смотри… – он достал из кармана дорогого шерстяного пальто точную копию той записки, что держал в пальцах Тьен. – Они обе были написаны на казённой бумаге. С гербами и водяными знаками. Такую же выдают в королевской канцелярии официальным учреждениям и банкам. Чувствуешь знакомый запах? Ты привык верить этим бумагам как себе самому. Мне бы тоже в голову не пришло сомневаться. Если бы в это самое время на столе совершенно случайно не лежало письмо настоящего Ротмитмильда… Тьен задумчиво оглянулся вокруг. Начало рабочего дня, деловито снующие клерки, серьёзные кассиры, суетливые мелкие служители банка. Вся эта толкотня и стоя́щий в холле гул голосов изрядно напрягал чуткого оборотня, отвлекая от важного разговора. – Мы кому-то очень нужны здесь… – задумчиво пробормотал главный ловчий. – Оба и сразу? – Макс тоже нахмурился, словно зеркало отразив настроение Тьена. – На случай если один откажется? – Тьен медленно развернулся лицом к парадному выходу и прислушался к нарастающему шуму с улицы. – Оружие у тебя есть? – Только магия, лапы и хвост… – широко ухмыльнулся Максимиллиан Оберлинг, осторожно снимая цилиндр и его тут же складывая. – Чую я… они нам пригодятся. *** Арию смерти оборотни не слышали. Зато они в полной мере учуяли вязкий, вполне осязаемый запах праха, тлена и разложения. Его сложно с чем-либо перепутать. Братья быстро переглянулись, Тьен затейливо выругался и свободной рукой поймал упитанного лысого клерка, спешащего куда-то по своим важным банковским делам. – Здесь есть другой выход? – Кажется, высокородные аристократы наследуют властный тон вместе со звучной фамилией, родовым замком и кругленьким счётом в банке. Толстячок смерил Оберлинга профессионально-недоверчивым взглядом, дёрнулся, словно пытаясь сбежать. Но у Тьена в арсенале имелись весьма убедительные аргументы. Например, ярко блеснувший жетон управления ловчих и вполне впечатляющий револьвер. И неизвестно ещё, что напугало беднягу клерка больше. – Д…да-а… – клерк вдруг громко икнул. – Там, за колоннами. – Я думаю… – Тьен прислушался и оглянулся в ту сторону, куда пухлой рукой взмахнул служащий банка, – вас сейчас будут грабить. Уводите людей через чёрный выход. Макс… – Но я… Но вы… – клерк снова попытался улизнуть, и явно не в указанном направлении, но тут же был безжалостно остановлен крепкой рукой старшего из Оберлингов. – Я понял. Бегу исполнять. – А мы все же останемся, – Макс встряхнул бедного клерка и крепким пинком под круглый зад придал ему нужное направление. – Похоже, к нам движется целое кладбище, – трепеща ноздрями, констатировал Тьен. – Чую, – Макс тоже принюхивался, напряжённо наблюдая за тем, как ускоренный клерк хватает за плечи посетителей и что-то громко им внушает, театрально размахивая руками, при этом не забывая оглядываться на обоих братьев. – Может, ты ветром сгонишь людей к запасному выходу? От служителей мало толку, а охраны я здесь не вижу. И тут же у центрального входа раздался чудовищный грохот. Ему вторил кошмарный, нечеловеческий вой. Толпа посетителей на миг замерла, ахнула и суматошно заметалась по залу. Люди визжали, толкались, суетились. Путались в широких плащах, роняли цилиндры и шляпы, прятались за колоннами, забирались под тяжёлые столы, пытаясь найти хоть какое-то укрытие. – Банкир понадеялся на артефакты, – Тьен поднял голову и взмахнул рукой в сторону огромной хрустальной люстры, которой не стыдно было бы висеть в оперном театре. Та тут же погасла. – Артефакты отлично защищают от грабителей. Живых грабителей. Против мертвецов не сработает ничего. Сдуть людей ветром? Боюсь, устроим натуральную бурю. Слишком много паники. Двое высоких, широкоплечих мужчин спокойно беседовали в эпицентре стремительно нарастающего хаоса. Людская толпа обтекала их на почтительном расстоянии, совершенно не задевая. Словно поток бурной реки огибал гребень прочной скалы. – О! У меня есть хорошая новость: я чувствую воду. – Макс медленно развернулся к окну и оскалился. – Спасибо банкиру, здесь под полом проходит водопроводная труба. – Отлично! – Тень отзеркалил пугающую улыбку брата и парой гибких движений размял кисти рук. – Я уже активировал артефакт особого вызова. Скоро здесь будет отряд хорошо подготовленных ловчих. Нам всего лишь нужно продержаться до их приезда. Готов? Ставим щит льда. И постарайся без жертв и особенных разрушений, казна не резиновая. Поехали… Они слаженно развернулись к центральному выходу, Макс прищурился и щёлкнул длинными пальцами. В то же мгновение совсем рядом с ними вздыбился пол. С грохотом брызнули в стороны осколки мрамора, заскрипел покорёженный металл. Из провала хлынула мощная струя ледяной воды. – Как-то то кривенько вышло, – ехидно прокомментировал Тьен, лёгким движением кисти собирая в воздушную сеть куски камня и железа. – Матушка бы рассердилась. Братья с детства магичили в паре под чутким руководством матери, и первое правило, усвоенное ими не без помощи розги – не порань окружающих людей. – Прости. Сплошная морока с этими трубопроводами, – смущённо ответил второй Оберлинг, стремительно поднимая потоки воды к потолку. – Никак не привыкну к металлу. – А болото какое развёл… Думаешь, мертвецы испугаются луж? А вот, кстати, и они. Свеженькие какие… Дубовые двери, доселе удерживаемые силой защитных артефактов, с оглушительным грохотом рухнули, поднимая столб пыли. – Ты видишь? Их кто-то направляет. Макс аккуратно выстраивал стену воды перед рядом мраморных колонн. – А вот это паршиво… Угораздило Роба жениться на единственном сильном некроманте столицы! Как нам сейчас не хватает Розанны! – Спускай холодный ветер по внешней стороне потока, – критически осмотрев толстую стену воды, Макс оглянулся на пустеющий зал. Людей в нём оставалось ещё предостаточно. – Нарастим толщину ледяной стены. Сколько успеем. Я очень надеюсь, что у мертвецов нет револьверов. Да… Без Рози твои ловчие долго провозятся с ними. Соболезную. – Ты меня поучи ещё… – ухмыльнулся Тьен. – Дырку закрой за колонной, мокрушник. Вот так. Родившийся в его руках морозный ветер радостно облизнул водяную завесу своим ледяным языком. Она тут же покрылась затейливыми алебастрово-белыми узорами, проросла тонкими ветками холода, встала крепким щитом, отделяющим полчища рвущихся в банк мертвецов от напуганных до смерти посетителей. И с каждым мгновением стена становилась всё толще. Яростно бьющая из развороченного пола струя водопроводной воды, выпущенная Максом на свободу, зло набрасывалась на ледяную преграду и застывала. Грохот, скрежет, треск костей умертвий, безуспешно бившихся о неожиданно возникшую помеху, жуткие вопли… Эту чудовищную какофонию звуков вдруг разорвал женский крик. Невероятно-пронзительный, полный совершенно нечеловеческого ужаса. Братья дрогнули и ошарашенно переглянулись. На лице у обоих мелькнула растерянность. – Мне послышалось? – предательски осипшим голосом спросил Макс. – Что стоишь? Затыкай свой фонтан и проверь! – рыкнул ему в ответ брат.– Я пока здесь останусь, дождусь своих ловчих. Погоди, возьми мой револьвер. И будь осторожен… – Ты меня поучи ещё, – пряча оружие за широкий пояс, ответил Максимиллиан. – Оставшихся людей я уведу. Только умоляю: не вздумай героически оборонять этот банк от мертвецов. Оно того точно не стоит… Проводив взглядам брата, тут же быстро собравшего вокруг себя нескольких человек, спрятавшихся за колоннами, Тьен поморщился. Он точно узнал этот голос. Чуткое ухо оборотня не могло ошибиться. Но как такое возможно? Неожиданно прозвучал грохот выстрела. Реакцию хищного волка не притупили даже долгие годы жизни в столице. Тьен дёрнулся в сторону, и тяжёлая револьверная пуля просвистела буквально в локте от его головы. Упустив свою жертву, она яростно взвыла и зло вгрызлась в лёд. Пустила опасные корни стремительно разраставшихся трещин. Ледяная стена застонала, как раненый зверь, простояла мгновение и обрушилась сокрушительным ледопадом на мёртвые головы. Глыбы льда громко лопались, рассыпаясь на тысячи мелких осколков. И Тьен оказался один на один с целой армадой беснующихся мертвецов. Потрёпанное войско всё ещё представляло серьёзную угрозу. Покачиваясь, поднимались даже те умершие, которые до этого валялись в лужах сломанными куклами. С треском выпрямляли спины, вправляли вывернутые суставы и снова становились в строй. Против Тьена – одинокого, мокрого и безоружного. Даже волком он ничего толком не сможет здесь сделать. Напрасно Тьен считал, что у него впереди ещё половина жизни. Кажется, ему суждено погибнуть великим героем. Жаль, что Софи совершенно определённо расстроится… Покойники пробирались сквозь ледяные завалы всё ближе. Ещё пару метров и… – Мир вам, умершие! – глубокий и сильный женский голос прозвучал словно свыше, как колокол, как набат. Умертвия замерли, медленно разворачиваясь. – Розанна! – громко выдохнул главный ловчий всей Галлии. – Ты просто не представляешь себе, как я рад тебя видеть! _____________ Примечания авторов: оборотни живут дольше простых людей. Максимилиан Оберлинг-старший, отец близнецов, волк, умер в 106 лет. Покойный канцлер Браенг (рысь) не дожил до 90 лишь потому, что оказался в не то время и не в том месте. Но в свои солидные годы он был еще полон сил и прыти.