Глава 32. Парад мертвецов

Много лет назад юный король Эстебан твердой рукой приставил всех некромантов к обязательной королевской службе. Мало кто знал, чем насолили королю темные маги, но как известно, дыма без огня не бывает. И если сам король не скрывает своего отвращения, если те немногие некроманты, что имелись в Галлии, спешно покинули королевство, то значит, можно их ненавидеть и обвинять во всех несчастьях. А проблем в те смутные времена было ой как много. А как иначе? Предыдущий король на старости лет совершенно свихнулся. И хоть этот факт тщательно скрывался от подданных, слухи ходили самые мрачные. И конечно, во всем поспешили обвинить некроманта, некоего Морроуза, что неотступно находился при безумном величестве. Розанна Стерлинг некогда хлебнула из чаши ненависти сполна. Она прекрасно понимала, что ее боятся и презирают, но ничуть не страдала от этого. Стоило признать, что во Франкии к некромантам относятся немного лучше. Но на свою далекую родину она все равно не стремилась. Тем более, что в сегодняшней Галлии ее магия вдруг оказалась очень нужной и полезной. Умертвия стояли ровными рядами, как на параде, зияя провалами черных глазниц и сияя оскалами белых зубов. Словно повинуясь приказу главнокомандующего, они синхронно развернулись в сторону высокой и тонкой фигуры Рози, они вытянулись по стойке смирно, чуть покачиваясь. Облепленные гниющей плотью или уже иссохшие, в истлевших лохмотьях или вполне себе свежих одеждах, они все были словно присыпаны густой серой пылью и от того выглядели еще больше потусторонними. Тьен отстраненно подумал о том, что такая земля – пепельно-серая, жирная – есть только в одном месте галлийской столицы. Мертвецов подняли на новом Портовом кладбище. Нужно будет с ним разобраться. Потом. И вообще провести рейд по всем кладбищам Льена. Вот пусть Макс и займется, ему полезно двигаться… А то старший братец что-то растолстел за последние годы… Некромантка стояла посреди просторного холла, мраморный пол которого празднично блестел ледяными осколками, и с рук ее длинными лентами стекал черный туман, больше похожий на дым. Лицо леди Стерлинг побледнело и заострилось, щеки впали, в глазах чернела тьма. И как Роб только живет с этой… страшной женщиной? Она же холодная, как селедка из бочки. И примерно такая же красивая. «Селедка» плавно взмахнула тонкими, ослепительно белыми руками, и черный туман мягко окутал фигуры умертвий. Спеленал, точно гусениц в плотные коконы. Потом зазвучал гладкий, размеренный речитатив. Мелодичный напев низкого женского голоса завораживал. Тьен устало прислонился к колонне, наблюдая за происходящим. По уму нужно было бы выяснить, кто в него все же стрелял… Но волчье чутье ему ясно подсказывало: поздно. Живых в холле кроме него и Розанны уже не было. Злоумышленник не стал дожидаться расправы. Догонять кого-то не было сил, а оставлять некромантку одну Тьен тем более не желал. Кем бы ни был тот, по чьей вине пала ледяная стена и сам Оберлинг едва не лишился головы, ему нельзя отказать в осторожности и предусмотрительности. Момент для выстрела выбран великолепно. Вооруженный лишь магией Тьен без брата, всегда прикрывавшего его спину, оказался совершенно беззащитен – и виден в пустоте холла как на ладони. Один лишь выстрел… даже не смертельный… Если б не внезапное появление Розанны, обрушившаяся стена и ворвавшиеся в холл мертвецы довершили бы дело. Никогда еще смерть не подкрадывалась так близко. Речитатив заклинания затухал. Умертвия медленно оседали на пол. Мягко взмахивая руками, они падали, как темные птицы, подстреленные незримым охотником. На полу разливались грязные серо-черные лужи, лед расплавился окнчательно. Черный туман оседал жирной копотью на колоннах и каменных стенах. Розанна взмахнула руками, на шаг отступила и громко хлопнула в ладоши. Последние хлопья ее страшной магии тут же осыпались пеплом. – Там… – каркнула она хрипло, с явным трудом разжимая бледные до синевы губы. – Кажется, Гарса убили. Стреляли в меня, он прикрыл. Выдавив эти слова, некромантка вдруг пошатнулась. Тьен выругался, рванув к ней, спотыкаясь о груды истлевших костей и поскальзываясь на грязных лужах. – Сама цела? – добежав до Розанны, Оберлинг подхватил ее под руки. Очень вовремя. Худая и рослая женщина вдруг согнулась, сложилась, как перочинный нож, громко всхлипнула и зажмурилась. – Он умер вместо меня, понимаешь?! – Рози вцепилась зубами в костяшки пальцев. – Как вы тут оказались? – Тьен встряхнул женщину, мрачно подумав, что только некромантской истерики ему и не хватало для завершения этого чудесного дня. – Рози, каким крысьим поветрием тебя сюда принесло?! – Я услышала крик Мелиссы, – оторвавшись от своей руки, Рози рвано выдохнула, отодвинулась от Оберлинга и встряхнулась, как черная кладбищенская ворона. – Она-то что делает здесь? – Ты тоже слышала, да? Макс пошел выяснять… – Тьен застыл, чутко прислушиваясь к нарастающим странным звукам как раз в той стороне, куда ушел брат. – Мне нужно идти за ним… – Я с тобой, – быстро пробормотала Рози, озираясь. С нервным шоком она справилась куда быстрее всех знакомых Тьену женщин. – Только ты безоружен, а там… – У Макса мой револьвер. – Гарсен… – судорожно оглянувшись назад, Рози снова пошатнулась и вцепилась в рукав Тьена. – Он… тело надо забрать. Ему уже точно ничем не помочь. Тьен снова мысленно выругался. Появление огнестрельного оружия немилосердно уравнивало самых сильных магов и обыкновенных людей. Поставить защиту от физического воздействия можно, но не за долю секунды, и далеко не каждый огненный или воздушный спасет от выстрела в упор… Век техномагии беспощаден. Зачем-то вручив Рози свой чистый (спасибо Софи!) батистовый носовой платок, Оберлинг строго наказал непременно дождаться его возвращения, а потом бесшумно проскользнул ко входу в здание банка. Верному слуге некромантки действительно уже не смог бы помочь ни один целитель. Судя по черепу, разнесенному на осколки, – стреляли в них с близкого расстояния. Припоминая примерную траекторию собственной пули, Тьен мог бы поклясться: в Рози целился тот же стрелок, что и в него. Скорее всего, после падения ледяного щита злодей пробежал вдоль стены к центральному выходу, минуя толпу мертвецов, и наткнулся на неожиданно вошедшую в банк некромантку с охраной. Рози не успела его увидеть. А Гарсен… его теперь никак не расспросишь. Покойся с миром, бедняга, ты был добрым слугой дома Стерлингов. Забрав из его уже окоченевшей руки револьвер, Тьен вернулся к Рози. Она стояла на том же месте, где он ее оставил, тщетно пытаясь оттереть носовым платком пятна крови с жилета. – Стерлинг меня расчленит, – оглядев ее, с громким вздохом констатировал Оберлинг. – Сначала меня, – отмахнулась Рози, оправляя одежду и снова нервно передернув худыми плечами. – Сегодня я обещала ему отдохнуть и быть дома. Потом… когда все закончится… отвезешь меня домой? Там в проулке стоит наш мобиль, а я, боюсь… Тьен молча кивнул, подставляя Розанне свой локоть. И в этом жесте не было галантности. После активного колдовства Тьен и сам ощущал себя выжатым, как лимон. А некромантка и в обычном своем состоянии выглядела не особенно здоровой. Наверное, со стороны они сейчас выглядели комично: едва переставляющая ноги высокая бледная дама в мужском костюме, измазанном свежей кровью, и нервный ее кавалер с внушительным револьвером в дрожащей руке. Два аристократических инвалида, не иначе. Разрушения в холле хоть и выглядели кошмарно, но в целом устранить их не составит проблемы. Так считал Тьен – немалым образом причастный к этим разрушениям. Починить водопровод, восстановить мраморный пол, убрать грязные лужи, вымыть стены – и банк снова засверкает как новенький, еще и лучше. Даже хрустальная люстра не пострадала и не треснуло ни одно окно. Разумная плата за то, что произошло. Самое главное – серьезных человеческих жертв удалось избежать. – Милорд Оберлинг! – в искореженные двери банка заглянул один из ловчих, тех, кто должен был появиться четверть часа назад. – Вы живы… – Вашими молитвами, – прохрипел Тьен. – Исключительно молитвами, Бонн. Уберите тут все. Тела в мертвецкую. – Там на площади еще раненые! И не только. Там… – Раненых… в госпиталь. И приставить охрану. Тела убитых собрать, опознать, для захоронения выдавать только родственникам. – Слушаюсь. Голос ловчего звучал уныло. Он прекрасно понимал, что ночью – или утром, как повезет – весь их элитный отряд ждет вполне справедливая выволочка. Тьен стремительно развернулся и бросился к широкой лестнице на второй этаж, в кабинеты для особых клиентов, буквально таща за собой Розанну. Беспокойство за брата гнало его вперед и вверх. Здесь нынче бывали едва ли не все последние представители старых аристократических семей. Жалкие осколки былого величия старой Галлии. Список тех, кто не задолжал Ротмильду, куда короче. И к чести семьи, весь род Оберлингов был во втором списке. Никогда Оберлинги не позволяли себе небрежно относиться к деньгам. Кредиты брали, конечно, но строго по делу. И лучше – в государственном банке. В отличие от тех же Цвенгов, Ирлингов и Ваенгов… Эти грустные мысли заставляли Тьена двигаться еще быстрее. Немного его успокаивал лишь отчетливый запах живых и вполне здоровых людей, пусть даже испуганных. Те клерки, что укрылись от армии мертвецов на втором этаже, не пострадали ни капли. Бледные и помятые, очень осторожно, они по стеночке ползли вниз, откуда раздавались уже вполне человеческие голоса. Первый же встречный шарахнулся от Тьена так, будто Оберлинг сам был живым мертвецом. Клерк взвизгнул и, перескакивая через ступени, вприпрыжку помчался вверх. Следом с криками разбежались остальные. И почему-то Тьен был уверен: испугались они отнюдь не некромантку. Главный ловчий вдруг замер, чутко повел носом и выругался. Поймав вопросительный взгляд Розанны, бросил: – Свежая кровь. И запах ее мне знаком. – Макс? – испуганно просипела женщина. Тьен не ответил, снова стремительно ускоряясь. Он волок свою спутницу по лестнице, ведомый отчетливо укреплявшимся запахом и недобрыми предчувствиями. Коридор, поворот, еще один. Дорога к помпезному кабинету банкира была Тьену знакома. Бывал он здесь… Не так уж и давно, если подумать. – Убийца! – вдруг прозвучало откуда-то сбоку. Тьен не стал оглядываться, ударом толкая тяжелую дубовую дверь. Зрелище, представшее перед его глазами, ужасало и успокаивало одновременно. На красно-золотом катайском ковре лежало тело банкира. Мертвое безнадежно и непоправимо. Крови вокруг него не было, это сразу бросалось в глаза. Сам банкир выглядел довольно прилично, Тьен видал трупы и пострашнее. Перерезанное горло зияло мясистым бескровным провалом в кожных складках шеи. Зато все части тела в полной комплекции, голова торчала на месте, и даже одежда в порядке. Над телом на корточках сидел Макс. В руках он держал револьвер и обрывок бумаги.