Глава 33. Краешек бури

Я сидела над спящим Огюстом и размышляла. Чутьё опытной воровки буквально вопило, что пора сматываться. Прятаться. Залегать на дно. Дело, в которые меня втянули ловкие руки господина Оберлинга, пахло даже уже не тюрьмой, а смертью. Красноречивым тому подтверждением стала внушительная дырка в плече Огюста. Вот придёт в себя мой бестолковый фиктивный супруг и… И ничего. Во-первых, мне нужны деньги. Без них спрятаться очень сложно. На что мне жить? Что есть, во что одеваться? Мелкими кражами я не промышляла уже давно, эта забава слишком опасна и не приносит ощутимой выгоды. Во-вторых, меня знают ловчие. Рано или поздно найдут, хоть в Славии, хоть во Франкии, и что тогда? Предательства мне не простят. Не хотелось бы ощутить на своей шкуре гнев Тьена. А третья причина того, что я всё ещё сидела на стуле в больничной палате, разгуливала где-то по коридорам госпиталя. Возможно, обедала или пила крепкий и очень сладкий чай. Мне интересен доктор Ли. Я хочу с ним познакомиться поближе. Впрочем, мои желания не имеют значения. Я всего лишь воровка. Вряд ли сильного и талантливого целителя заинтересуют мои ловкие пальцы. Да и на что я могу рассчитывать? Мимолётный роман? Нежная дружба – как с Изабеллой? В одном я уверена совершенно точно: никакой доктор не стоит моей свободы. Никогда я не променяю милости Фатума на унылое существование почтенной горожанки. Да и что мне делать в приличном обществе? Работать сиделкой? Бр-р-р. – Госпожа… – в палату заглянула давешняя монашка. – Вы тут долго ещё? Доктор велел перестелить… – Я уже всё сделала. – Останетесь здесь? – Это мой супруг, – мрачно пробормотала я. Почти не соврала. У меня и бумаги имелись, всё честь по чести. – Я должна быть рядом с ним. По правде говоря, я боялась возвращаться в гостиницу. Дурное предчувствие, терзавшее меня ещё с ночи, усилилось. Кто стрелял в Огюста? Зачем? И не поджидает ли этот стрелок и меня где-то за углом? – Но доктор Ли сказал… – Эта глупая женщина явно намеревалась меня отсюда выставить. Я же уходить не собиралась. – Доктор Ли мне не указ. Мало ли что он сказал. Я не уйду. Монашка жалобно вздохнула, но спорить не стала, только аккуратно прикрыла дверь за собой. Я откинулась на спинку стула и прислушалась. Обычные звуки обычной больницы. Чьи-то стоны, негромкие разговоры, шелест лекарских балахонов, звон тарелок. Обед? Вероятно. Я бы тоже не отказалась. Хотя больных здесь кормят отвратительно: жидкий суп, холодная каша, варёные овощи, серый хлеб. Из приличного дают только чай, горячий и с сахаром. А кофе, конечно, тут и не пахнет. Я, привыкшая к более изысканному меню, всегда водила Беллу обедать в ближайший ресторан… Интересно, а что ест доктор Ли? Не в силах усидеть на месте, я вскочила и принялась мерить шагами совсем небольшую, но отдельную палату. Не так уж и плохо всё в Галлии, верно? Во всяком случае, в этом госпитале принимают всех. Бесплатно. И кормят. Всё за счёт короны. И здание совсем новое, с большими светлыми окнами и высокими потолками. Лекари, опять же, сильные. Раньше было по-другому*. Огюст мирно спал, не ведая ни страхов, ни сомнений. Меня это злило ужасно. Вообще, все мои беды из-за него! Это он сдал меня ловчим, он втянул в опасную авантюру. И он же ухитрился подставиться под пулю. Мужчины! Вечно они думают только о себе! Нет, довольно с меня глупостей! Я никогда больше не позволю себе… – Я ведь сказал, что до утра он не проснётся, – раздался раздражённый голос доктора Ли из дверей. – Вы мне не доверяете? Я вздрогнула от неожиданности и порывисто вздохнула. – Доверяю. Но мне так спокойнее. – Ясно. Пойдёмте обедать. – Что? – удивлённо заморгала я. – Обедать. Это когда еду дают. Здесь неплохо кормят, честное слово. Вы тут сидите уже несколько часов. Раз уж остаётесь, нужно поесть. И поскольку я молча и глупо на него смотрела, доктор зашёл в палату, бегло оглядел Огюста, потрогал его лоб и протянул мне ладонь. – Идёмте. Ничего с вашим раненым не случится за полчаса. Я обещаю. Я вложила свои пальцы в его руку. Сердце отчаянно колотилось. Такой простой и ничего не значащий жест! У меня были мужчины, и я им позволяло гораздо больше, чем допускалась глупыми правилами приличия, установленными кем-то из благородных. Последний раз я влюблялась в далёкой юности. В Огюста, разумеется. Я его боготворила… Ну нет, второй раз меня это болото не затянет! Да и ощущения совсем другие. – Пообедаем в комнате для отдыха, – уверенно вёл меня по коридору Ли. – Там тихо и спокойно. – Я знаю, – вяло ответила я. – Откуда? – Мы с Беллой всегда там обедали. Док удивлённо на меня покосился и уточнил: – Изабеллой Кимак? Так это вы были её преданной компаньонкой? Никогда бы не подумал. – Почему? – Чтобы справиться с доктором Изабеллой, нужна парочка гренадеров, не меньше. Ужасно упрямая женщина. Я был уверен, что её компаньонка – огромная и сильная тётка. А вы… – А я? – Разговор положительно начинал мне нравиться. Я словно вынырнула из затхлого омута страхов и сомнений и ожила. – Вы молодая и хрупкая. Комплимент был приятен. Хрупкой меня не называл никто. Огюст когда-то уверял, что я сделана из стали – как лучшая из его отмычек. Наверное, именно поэтому он потом меня бросил. Знал, что я не сломаюсь. А ещё раньше, в далёком детстве, меня кликали “сорняком”. Дескать, юркая и всегда найду лазейку. Несмотря на голод, больничная еда всё ещё не вызывала у меня аппетита. Я заглянула в тарелку с капустным супом, поморщилась и отодвинула её от себя. Подхватила подсохший кусок серого хлеба, щедро намазала его маслом. Доктор Ли же обедал с завидным аппетитом. Ну, так он целитель, ему нужна энергия. На меня он поглядывал с острым любопытством, но вопросов больше не задавал, за что я была ему благодарна. Чая с сахаром и двух кусков хлеба оказалось мне вполне достаточно. Доктор же прикончил и суп, и варёную морковь, и небольшой кусок пресного белого мяса. А потом забрал и мою тарелку тоже. Было в нашей совместной трапезе что-то интимное. Мне хотелось думать, что сегодня мы стали чуточку ближе. – Вы очень любите своего раненого? Одной этой фразой тонкое очарование момента было разрушено вдребезги. – Мы с Огюстом давние друзья, – уклончиво ответила я. – Ясно. Интересно, что там ему ясно? О чём подумал? Узнать мне не довелось, потому что в дверь затарабанили, а потом крикнули из коридора: – Лиам, там раненых привезли! Много! Говорят, было ограбление банка. – Только этого не хватало, – стремительно поднимаясь, процедил он сквозь зубы. – Что за дурацкий день! И опять в мою смену. Простите, Оливия, мне пора. Ограбление банка? Ух ты! Я подскочила следом за доктором. Вот это новости! В Льене подобные дерзости не случались на моей памяти никогда. Воровали – это да, это частенько. Сейфы обчищали. Пытались рыть подкоп под Центральным Галлийским банком. Нападали на мобили, перевозящие золото. Но чтобы ограбление, да среди бела дня! Наверное, именно эти выстрелы слышали мы с Розанной поутру. Гастролёры, наверное. Не знаю никого из местных Теней, кто пошёл бы на такой риск. Это же верная смерть! И догонят, и найдут, и разорвут на части. Ищейки лорда Оберлинга к убийцам и грабителям безжалостны. А ведь раз привезли раненых – была и стрельба. Наверное, и убитые имеются. Нет, не завидую я грабителям. Я вышла следом за доктором, но отправилась не в палату Огюста, а в приёмный зал. Хотелось послушать очевидцев столь любопытного происшествия. Прокля́тый Огюст, из-за него я пропустила всё самое интересное! Но первая же услышанная фраза заставила меня похолодеть и схватиться за грудь. – Мертвяки! Целая армия мертвяков! Сто… нет, тысяча! А как они воняли! Что, опять? И господина с механической рукой я что-то рядом не наблюдаю. Я хорошо помнила тот ужас – аж зубы застучали. Целая армия… Постойте, зачем мертвецам деньги? Тут что-то не так. – А Ротмильда нашли в кабинете с перерезанной глоткой. – Поделом ему, кровопийце! Что, тоже мертвяки загрызли? – Если бы! Говорят, его сам Главный Ловчий упокоил. – Брось, за что? – Денег, поди, должен. – И что, Ловчему это с рук сойдёт, конечно? – Как обычно! Сидящие возле стен горожане, с таким жаром обсуждавшие последние события, тяжело ранеными не выглядели. Помятыми – да. С синяками, ссадинами и сломанными конечностями. Но не покусанные и не истекающие кровью. Полно, да была ли вообще армия мертвецов? Доктор Ли, быстро и ловко накладывающий шину одному из пострадавших, кажется, подумал о том же. – Для человека, столкнувшегося с кошмарными чудищами, вы слишком болтливы, милейший. К тому же характер травм указывает на то, что вас просто задавили толпою. – Так и задавили, – охотно согласился раненый. – Мы все как побежали! Страшно было. Но мертвецы шли не нас жрать, а в банк. Оно и понятно, там-то народ повкуснее будет. Тоже… кровопийцы. Таких и сожрать не зазорно. Доктор тихонько фыркнул, а я отошла в сторону. Что вообще происходит? Подошла к пожилому мужчине в чёрной форме ловчего, спросила прямо: – А что, и в самом деле армия мертвецов была? Ловчий оглядел меня с ног до головы, подмечая и дорогое платье, и вполне приличный вид, а потом кивнул: – Была, леди. Я сам не видел, но банк полон несвежих покойников. Вонь ужасная. И я так вам скажу… – он оглянулся и тихо шепнул: – Слава богине, что в Льене имеется собственный некромант. Баба эта дикая, леди Стерлинг, всю армию мертвецов в одиночку уложила. Я сглотнула. Бедная Розанна! Всё же она поехала туда! Итак, мертвецы. Ограбление банка. Смерть банкира. Письма и ранение Огюста. Всё это похоже на тщательно спланированную операцию. Неужели мы нашли то, что искали? Было бы неплохо. Я поднялась в палату и долго думала о происходящем. Но увы, я всего лишь воровка, и понятия не имею, что всё это может значить. И где сейчас тот, кто способен распутать этот клубок? Тьену не позавидуешь… Так я и заснула на стуле возле постели Огюста, изрядно напуганная и взволнованная. А проснулась, когда позднее осеннее солнце ещё не взошло, от грохота распахнувшейся двери. Помятый и взъерошенный Тьен влетел в палату и окинул меня злым взглядом: – Вы тут, Оливия? Отлично. Собирайтесь, мы уезжаем из Льена. _______ Примечание авторов: первое здание госпиталя было построено более шестидесяти лет назад во времена “освободительной” войны. Вначале в деревянных бараках размещали только раненых военных, но потом наступили мирные времена. В госпитале стали лечить не только инвалидов, но и обычных горожан. Условия тут были отвратительные, ни водопровода, ни отопления не имелось, приличные люди предпочитали новые больницы, а вот нищим и убогим и такое лечение было в радость. Новое здание начали строить при короле Эстебане, а закончили уже после его смертью. Проект разработал известный степной целитель Аяз Кимак.