Глава 6. Плата за доброту

В новом госпитале на Западной улице мне пока бывать не приходилось: пресветлая мать миловала. Я вообще болела нечасто и под пули не подставлялась. Последний раз пришлось идти к доктору, когда меня собака за лодыжку укусила, и ладно б сторожевая какая-то, так ведь комнатная левретка леди Визгинг! Но была кровь, я испугалась и помчалась к врачу. Ничего серьезного, промыли рану и наложили повязку, даже магию применять не стали. Правда, за консультацию содрали целый империал, но для себя не жалко.

Теперь я с любопытством наблюдала, как хрупкая юная леди уверенно командует выбежавшими на ее зов санитарами. Те ловко подхватили беременную и подтащили в здание. Поскольку у леди в руках был мой саквояж, пришлось идти следом.

— Госпожа, а заплатить? — окликнул меня шофэр.

Я пожала плечами, вытащила из кармана украденный кошелёк и высыпала в ладонь парня горсть медяков. Там, кстати, даже пара серебряных монет мелькнула. Ничего, мне не жалко. Он с подозрением посмотрел на меня, но ничего больше не сказал, уехал. Я поспешила в госпиталь.

Целительница нашлась в общем зале. Беременная лежала на деревянной койке уже полураздетая.

— Все будет в порядке и с вами, и с младенцем, — деловито стрекотала леди. — До завтрашнего дня стоит вам остаться здесь. Утром вас осмотрит доктор Эль и отпустит домой.

Женщина вдруг залилась слезами.

— Ну что вы, опасность миновала. И прошу, забудьте о корсете. Вам он сейчас совершенно запрещён.

Та начала громко всхлипывать.

— Ну, ну, истерики вам сейчас совсем ни к чему. Если вы боитесь, что нужно платить, то нет, не нужно. Я передам доктору Ли, что осмотр и лечение — за мой счёт. А сейчас отдыхайте.

Леди осторожно коснулась висков беременной, и та закрыла глаза и обмякла.

— Ах, вы тут, — изволила она заметить меня. — Простите. Я не понимаю! Началось кровотечение, она едва не потеряла ребёнка! Какой кошмар! А ведь если бы она обратилась утром или ночью — ведь наверняка признаки уже были! — все было бы куда проще! Хорошо, что у меня достаточно большой резерв… Доктор Эль вряд ли смог бы спасти ребёнка.

— Мой саквояж, — напомнила я, вдруг замечая, что по виску у целительницы течёт капля пота, а губы совсем белые.

— Да… наверное, отнесли в мой кабинет.

— Вы здесь работаете?

— Да, я лекарь. Меня зовут Изабелла, для друзей — Белла. Спасибо вам, вы очень помогли…

— Оливия, — со вздохом представилась я. — Пойдёмте, Белла. Вам нужно хорошенько поесть.

— Это точно, я сегодня не завтракала. Утром заехала к Мелли, это моя подруга, она тоже в положении, а потом нужно было навестить Рози… ох, вам не интересно. В общем, да. Я совершенно без сил.

Я вдруг прониклась уважением к этой маленькой храброй девушке. Женщина-целитель уже само по себе удивительно, а работающая женщина-целитель и вовсе нонсенс.

— А ваши родители не против, что вы работаете? — осторожно спросила я.

— Мама не одобряет, а отец сам целитель, — охотно поведала девушка. — Он меня и учил. Но родители давно уехали домой, а я тут живу теперь. Главное, что Яхо не против, Яхо — это мой муж.

— Сколько же вам лет? — вырвалось у меня. — Ах, простите, я не должна…

— Мне двадцать четыре, я замужем и у меня есть сын, — засмеялась Белла. — Просто выгляжу молодо. Это вы моего братца не видели! Ему почти сорок, ну как почти… через четыре года… а он на вид совсем мальчишка! Простите, мне нехорошо.

Я подхватила эту очаровательную болтушку под руку, сама себе удивляясь. Обычно я не склонна помогать людям. Вывела на улицу, довела до ближайшего ресторанчика и там заказала ей суп, сладкий пирог и чай. Ну и сама тоже решила пообедать.

С каждым глотком горячего сладкого чая Белла приходила в себя. Зарумянились щеки, заблестели глазки.

— Оливия, прости. Я немного не в себе, когда резерв на исходе. Знаю, что не должна просить, но пожалуйста, помоги мне доехать до дома. Я заплачу. Боюсь, что мне станет плохо в дороге. И тогда Яхо меня точно убьёт! Я и так сильно задержалась.

— Разумеется, я вас не брошу, — вздохнула я. — Отвезу, куда скажете.

Что-то было в этой малышке такое, что ее хотелось оберегать. Ну и, откровенно говоря, ехать мне было некуда. И ночевать негде. Я сдала ловчим и Хью, и Стряпчего. Могли и побить за такое. В Старый Квартал мне пока нельзя.

Надо же, а я ничуть не лучше Огюста, оказывается!

Белла могла быть упрямой, когда ей это было нужно. Она едва ли не силой усадила меня в служебный мобиль и повезла к себе домой. Выглядела она все ещё усталой.

Интересно, что за тиран ее муж? Не придётся ли мне спасать целительницу от супружеского гнева? В целом, я могла понять, почему она волнуется. Какому мужчине понравится, что его жена работает лекарем? Она ведь не только женщин осматривает, я полагаю? Да ещё ездит одна по улицам и лезет в толпу спасать незнакомку! Совершенно безрассудно! Так что если ее супруг будет ругаться, я его поддержу.

Мобиль остановился возле чудесного небольшого домика в обрамлении мокрых ветвей с желтыми и бордовыми листьями. Из-за невысокого забора склонила ветви яблоня, усыпанная поздними плодами. Домик был прекрасен. Моя мечта, не меньше. В меру большой, чтобы вместить семью с детишками и было где принимать гостей, но не особняк и не дворец. Так, три спальни, детская и гостиная, я думаю. И качели в саду.

— Яхо, я дома! — храбро провозгласила Белла, открывая входную дверь и жестом предлагая мне войти.

Я колебалась на пороге ровно до тех пор, пока не увидела вышедшего навстречу жене хозяина.

Он был молод, невысок и сухощав, с взъерошенными чёрными волосами, некрасивым живым лицом и узкими тёмными глазами. И правая рука у мужчины была механическая.

Я невольно попятилась. Это как же? Разве бывают такие совпадения? В панике оглянулась на Беллу, которая улыбнулась мужу совершенно счастливой улыбкой.

— Я ждал тебя два часа назад, — укоризненно сообщил господин с механической рукой. — Где ты была? Все в порядке, Белль?

— Не совсем, — вздохнула хитрая целительница с самым несчастным видом. — Я совершенно истощена. Такое случилось, ты не поверишь! Я сейчас все расскажу. Кстати, это Оливия. Она мне очень помогла.

Внимательный взгляд узких глаз меня смутил. Я сделала еще шаг назад.

— Нет, не уходите, — пылко воскликнула Белла. — Останьтесь на чай! Кроме того, я должна вам кучу денег за обед и таксомотор! Яхо, скажи ей!

Нет, она поистине очаровательна!

— Белль права, — мягко улыбнулся мужчина. — Оставайтесь. Мы всегда рады гостям. Кроме того, я хочу услышать подробности происшествия. К тому же мы с вами уже встречались, верно? Меня зовут Яхор Кимак.

Я прикусила губу. Ну конечно, я его узнала. Он же самый лучший изобретатель в Льене, а то и во всей Галлии! А его жена, значит, целительница. Очень необычная пара.

Наверное, мне нужно не просто уйти, а бежать прочь изо всех сил, ведь всему Льену известно, что изобретатель — птица слишком высокого полета. Он вхож к самому королю, водит дружбу с древними родами и какой-то там родственник Оберлингам. Но, во-первых, он спас меня от мертвецов, а во-вторых, у меня отобрали любимый и очень дорогой пистолет. Новый заказать довольно сложно, а инженер, который его придумал — вот он, передо мной. И я осталась. Натянуто улыбнулась, сняла шляпку и перчатки, позволила усадить себя на диван.

— Стефан на прогулке с няней и с Софи, — сообщил Яхор. — Дождя нет, решили не терять погожий день. Она повела всех в парк кормить уток.

— Хорошо, — кивнула Белла. — Софи просто чудо. Обожаю ее.

Она опустилась в кресло и весело защебетала, в красках описывая, как спасала на улице беременную женщину. У Яхора лицо каменело с каждым словом, пока не превратилось в натуральную восточную маску.

— Белль, милая, а ты уверена, что ей нужна была помощь? — осторожно спросил он.

Я хмыкнула. Инженер явно был более сведущ в жизни.

— Ну конечно! Она же в положении! Я остановила кровотечение, спасла ее и ребенка!

— А она была замужем?

— Не уверена, — пожала плечами девушка. — Это имеет значение?

Яхор беспомощно улыбнулся, поглядев на меня. Он явно не знал, как донести до жены, явно выросшей в богатой семье, что не всегда дети — это благословение Пресветлой Матери.

Я вздохнула и сообщила:

— Нет, она была не замужем. Ни кольца, ни меток не было. К тому же на ней было форменное платье. Скорее всего, она служит в одном из богатых домов.

— И что это значит? — сдвинула черные брови Белла.

— Это значит, что ей не нужен ребенок. Мы в Галлии. Здесь считается, что женщина, которая забеременнела вне брака — развратница. К тому же никому не нужны работницы с младенцами. Повезет, если ее теперь не выгонят на улицу до родов. А потом она родит и сдаст младенца в приют.

У Беллы широко раскрылись глаза.

— Но это же ее ребенок? — неуверенно сказала она. — Разве так бывает? Как можно отказаться от своего ребенка? Дети — это счастье.

— Для степняков — безусловно, — задумчиво сказал Яхор. — А для галлийской женщины — далеко не всегда. Не забывай, радость моя, у нас в шатрах полно теток и нянек. Даже здесь с нашим сыном возится твоя дальняя родственница. А у прислуги чаще всего нет никого из родни. Если женщина не сможет работать, то умрет с голоду и она, и ее ребенок. В приюте у него есть шанс.

Белла нахмурилась, задумалась.

— Разве канцлер Браенг не говорил, что женщина ничуть не хуже мужчины? — спросила она. — Разве мне не предложили учиться в Льенском университете?

— Ты — это другое. Ты из Браенгов и Оберлингов, внучка степного хана.

Я едва удержалась, чтобы не вытаращить глаза. Вот это целительница, вот это маленькая безобидная леди!

— Я поговорю об этом с Софи, — внезапно успокоилась Белла. — О да! Я непременно с ней поговорю!

Кимак кивнул:

— Это прекрасная мысль. Софи — умница. Она что-нибудь придумает.

— Ах, Оливия, какая жестокая страна эта Галлия, — пожаловалась мне Белла. — Холодная страна, холодные одинокие люди!

— Белле очень не хватает подруг, — мягко заметил Кимак. — Ей одиноко здесь. Наверное, нам придется вернуться в Степь.

— Это не самая плохая мысль, — тихо сказала я. — В Льене становится небезопасно.

***

Примечание автора: Белла и в самом деле имеет самое высокое происхождение. Она — племянница близнецов Оберлингов, дочь их старшей сестры. Ее бабушка — внучка государя Славии, троюродная сестра — жена короля Франкии. Отец — сын степного хана, да и сам не последнее лицо. Но воспитывалась Изабелла в Степи, где подобным условностям не придавали особого значения.