Глава 18. Два вопроса

Вольфрам разворачивается и уходит, бросив на меня взгляд, в котором, помимо обычной хищной сосредоточенности, мелькает едва заметное тепло.

Тепло? В его взгляде? Да быть этого не может!

Мгновение — и оно исчезает, уступая место фирменной непроницаемости.

Студенты постепенно разбредаются. Кто-то обсуждает утреннюю сводку новостей, кто-то перекидывается шутками, а самые ответственные уже спешат в учебную библиотеку. Академия оживает, погружаясь в веселый и немного сумбурный ритм.

Я делаю глубокий вдох и оборачиваюсь в поисках жертвы, которая станет моим провожатым. Ко мне уже спешит Селен.

— И что теперь? — интересуюсь я, все еще недовольная ее вчерашним побегом. Бросила меня на произвол судьбы! Оставила на растерзание неуравновешенной ведьме!

Селен широко улыбается, будто вообще не чувствует своей вины.

— Теперь ты, землянка, узнаешь, как выжить в нашей академии, — улыбается Селен, делая жест рукой, будто открывает передо мной портал в новый мир.

Она вытаскивает из кармана миниатюрный серебристый диск с ремешком и плавным движением активирует его. Я замечаю, что у всех студентов есть такие часы.

В воздухе перед нами разгорается голографическое поле с мерцающими символами. Оно медленно вращается и подстраивается под угол обзора.

— Это хронокомпас, — поясняет Селен, уловив мой озадаченный взгляд. — Твой персональный гид по всем учебным вопросам.

Я тянусь к мерцающему экрану — он мгновенно реагирует, увеличивается в размере и выводит передо мной несколько всплывающих окон.

«Добро пожаловать, Ника. Расписание было скорректировано методистом и скоро появится в твоем ежедневнике».

Селен ухмыляется.

— Наша система не просто распределяет занятия. Она считывает твое прошлое, анализирует навыки, фиксирует биологические показатели. Даже уровень стресса!

— Значит, если у меня сердцебиение подскакивает, меня отправят медитировать, а не сдавать экзамен по квантовой физике?

— Если подскакивает от страха перед экзаменом, то отправят сдавать дважды, — хищно ухмыляется она.

Я с сомнением смотрю на голограмму, где начинают формироваться блоки занятий:

«Теория полетов. Преподаватель: Вольфрам».

О нет.

«Биотехнологии. Преподаватель: Радий».

Звучит безопаснее.

«Квантовое кодирование. Преподаватель: Хром».

Ладно, есть хотя бы один человек, который еще не пытался меня убить. Возможно, потому что мы не знакомы.

«Тактика. Преподаватель: Осмий».

Интересно.

«Физическая подготовка. Преподаватель: Титан».

Как же символично.

«Астронавигация. Преподаватель: Кобальт».

Что-то подсказывает мне, что этот курс окажется еще одной разновидностью пытки.

«Экстремальная выживаемость. Преподаватель: Бериллий».

Серьезно? Разве не было бы логичнее сначала провести курс «Как не попадать в экстремальные ситуации»?

— Идеально, — комментирует Селен, бегло изучая мое расписание. — «Хаос-Вектор» решил натаскать тебя по полной.

— А если мне не нравится? Я могу что-то поменять?

— Конечно, — кивает она. — У тебя всегда есть право выбора. Можешь либо смириться, либо доказать, что система ошиблась, и вылететь в открытый космос.

— Давай считать, что меня все устраивает, — быстро отвечаю я.

Селен смеется и касается моего предплечья.

— Правильный выбор! Ника, доверься школе! Обучение здесь — это невероятная точка роста, разработанная Тихоном Церием. Никаких жестких рамок: система подстраивается под индивидуальные способности студентов и их особенности восприятия. Сюда мечтают попасть ученики не только из галактики Каппа-Зенит, но и из соседних звездных скоплений!

Селен проводит рукой перед экраном, и голограмма плавно обновляется.

— Каждый предмет — это не просто урок, а живая среда, где знания сразу превращаются в опыт. Группы смешанные: астрофурии и люди неустанно обмениваются навыками, смотрят на одни и те же процессы с разных точек зрения. А еще младшие курсы практикуются вместе со старшими. Так новички быстрее учатся, а бывалые студенты оттачивают мастерство преподавания.

На экране появляются динамические схемы: старшекурсники проводят тренировки в зоне тактики, на биотехнологии младшие практикуются в лаборатории, в инженерных модулях команды разношерстные — от новичков до выпускников.

— Все, что ты прошла на уроках, сразу же применяется на практике. Если берешься за медицину — работай в лаборатории, если интересуешься инженерией — получаешь доступ к корабельным системам. Теория без действия не имеет смысла.

Селен меня вдохновила. Она звучит так, будто углубленно изучает маркетинг в этой школе. Думаю, она и на «Титаник» способна продать билет.

Пухля высовывает носик из нагрудного кармана, и Селен тут же щекочет ее пальцем.

— У тебя, малышка, тоже будут занятия! Главная задача на ближайшее время — раскрыть твой потенциал. — Селен переводит взгляд с Пухли обратно на меня. — А с тобой, Ника, у нас осталось два главных вопроса. Первый: это что, рубашка Аурума?

— Давай перейдем ко второму?

— Это его штаны?