День 11

План Герти: последняя проверка изобретения.

*

Чтобы отвлечься от дурных мыслей, я решила еще раз перетрясти всю документацию для оформления патента. Ее у меня было два комплекта: в одном утверждалось, что карманы можно использовать в том числе на магически запечатанных территориях и помещениях, во втором утверждалось обратное. Дело в том, что я не могла попасть на защищенные объекты и проверить свою теорию. Такого допуска мне нипочем не получить. Иное дело – академия. По сути, это пробник настоящей жизни, здесь есть не только полигоны для любой магической деятельности, но и секретные секции в библиотеке, лаборатория опасных артефактов, ректорский портальный зал. И попасть на их территорию намного более вероятно, чем, скажем, в имперский банк или сокровищницу императора в столице.

Мне больше всех приглянулся виварий. Там содержались разные опасные зверюшки из всех краев империи, и это было самое безопасное место, если меня внезапно поймают. Ну подумаешь, девушка страдает любопытством и решила поглядеть на экзотических зверей. Мне и времени надо там пять минут – зайти в карман и попробовать оттуда куда-нибудь перебраться. И дальше в зависимости от результатов один из комплектов на патент полетит в камин, зато второй можно будет подавать, как только диплом будет у меня на руках.

Но возникла внезапная трудность. Девушкам запрещалось смотреть на зверюшек в одиночестве. Если девушка не лекарь.

Тогда я придумала новый план: какой-нибудь студент-лекарь должен был отвести меня туда на свидание. Да, я понимала, что обманывать детей неприлично, но некоторые из них вели себя так, что преподать им определенный жизненный урок было не грех.

Робких ботаников я трогать не стала, хотя с ними было бы проще всего. Не хотелось нанести им какую-нибудь душевную травму и погрести под руинами самоуважения все их будущие отношения. На мое счастье на старшем лекарском курсе нашелся и приличный бабник.

Элвар Олсен был обладателем чистой кожи, огненно-рыжих волос и крайне раздутого самомнения. Он уже пытался пару раз подкатывать ко мне, но строгий взгляд быстро отправлял его во френдзону. Стоило же мне за завтраком сменить холодность на улыбку, как этот юный кобель тут же взял охотничью стойку.

– Пойдем на свидание, красавица, – опершись о стойку раздачи так, будто это была минимум барная, и сверкая масляными глазами, предложил Олсен.

– Дай угадаю: мы пойдем в кафе, где вкусные десерты? – я дозированно добавила в голос сарказма, позволяя понять, что для меня это слишком обычно.

– Я умею удивлять, – тут же отбил брошенный пас мальчишка.

– Ну удиви.

– Пикник в оранжерее, – тут же ухмыльнулся он.

– У меня аллергия.

– Хочешь поглядеть на звезды с крыши древней башни? – не растерялся он.

– Боюсь высоты. – Как могла робко улыбнулась я. – Но я люблю животных.

Он задумался, а я готова была его пнуть: ну что тут придумывать, я за тебя уже все изобрела, тебе только открыть рот и озвучить!

– Хочешь посмотреть на необычных магических существ в виварии? – наконец выдал он.

– Да! – чуть не заорала я.

Разумеется, парень принял мой восторг на свой счет и приосанился еще больше.

– Тогда встречаемся в семь у заднего входа в виварий.

– В десять, – поправила я. Не хватало еще свидетелей в такое ранее время.

Наряжаться я не стала – а то и правда подумает, что я на свидание пришла. Удобная серая юбка, серый жакет поверх комфортной трикотажной блузки, туфли с низким каблуком. Ни сумочек, ни средств самозащиты мне, слава богам, брать было не нужно – мой карман всегда с собой. Но вот артефакт сокрытия сегодня мне был необходим снаружи. Хорошо, что мастерица Лиза Эшли сделала его небольшим, таким, что он влез в мой карман. Теперь при выплеске энергии от пространственного перехода наружных колебаний никто не почувствует.

На улице было уже темно, и по дворам почти никто не шастал. Я шла не спеша по мощеным дорожкам, не считая нужным прятаться. Крадущийся студент вызовет лишь кучу ненужных подозрений. Я раздумывала, на что мне отвлечь Олсена, чтобы успеть провернуть задуманное. И решила, что идеальный вариант спросить, принес ли он шампанское. Восхищенный возможностью меня напоить и сделать более склонной к сговорчивости, юный соблазнитель понесется за требуемым, а я наконец без лишних свидетелей займусь своими нормальными взрослыми делами.

План бы настолько хорош, что я шла и улыбалась во весь рот. Но когда завернула за угол вивария, то увидела то, что заставило меня просто застыть на месте.

Под козырьком заднего входа, расслабленно прислонившись к стене, стоял Мэтью Даррен.

Я уже собиралась дать стрекача, но цепкий преподавательский взгляд поймал меня на прицел. Мужчина отклеился от стены и, засунув руки в карманы, направился в мою сторону. Бежать было поздно, поэтому я задрала подбородок и двинулась навстречу. В конце концов, я не делала ничего противозаконного. Пока.

– Каннингем, – сказал он.

– Профессор Даррен, – в тон ему ответила я.

– Не поздновато ли для свиданий? – Он усмехнулся одним уголком рта. До чего ж обаятельный гад!

– Я не на свидание, – ответила я прежде, чем подумала. Ну зачем? Надо было подтвердить, и пусть бы шел своей дорогой. – Один из студентов просто обещал показать мне удивительных животных.

У Элвара Олсена был пропуск в виварий, как у студента-лекаря, а значит, ничего против правил мы делать не собирались. И я слышала, что после заката разрешение тоже действует. Ведь часть животных – ночные, и днем с ними работать просто бесполезно.

Даррен неожиданно обрадовался:

– Ну раз не свидание, значит, вы не сильно расстроитесь, что я отправил Олсена в свой корпус учить магическую вероятность, по которой у него незачет.

– Расстроюсь, – и правда сникла я. – Я мечтала поглядеть на животных.

– Не переживайте, Каннингем, их покажу вам я. Поверьте, я знаю обитателей этого места получше многих учеников.

Я даже рот разинула от удивления.

– А вам-то это зачем?

– Полагаю, мой преподавательский долг – расширять магические горизонты своих учеников.

– Где же вы так задолжали-то? – буркнула я, понимая, что весь мой план летит прямиком в Захребетье.

Если он и услышал, то никак не отреагировал. Я смотрела в его спину, когда он снимал магическую защиту с двери, и скрипела мозгами, пытаясь разгадать хитроумный план действительного советника императора по пространственной магии. Этого просто так не сплавишь, придется придумывать что-то похитрее. Мне ведь достаточно будет всего пары минут. На чтобы его отвлечь…

Идея возникла, едва я увидела большой круглый зал со множеством «комнат» со своим отдельным миром в каждой. Отделены от зала они были волшебным стеклом. Пальмы лишь визуально тонкой, но очень прочной перегородкой отделялись от хвойных зарослей. До потолка полный воды резервуар граничил с песчаными дюнами, топкие болота перемежались туманным каменистым склоном горы. Да и освещение было разным, но везде ярче, чем полностью лишенное света центральное пространство.

Находиться с Мэтью Дарреном в полутьме было как-то слишком волнующе. Явно не те эмоции, что мне сейчас были нужны. Предстояло решить, какую из клеток мне открыть, чтобы, пока мужчина будет занят водворением тварюшек назад, я успела бы в закуточке или уголочке быстренько сгонять в свой карман.

Понятно, что нельзя выпускать кого-то серьезного. Подвергать нас опасности не входило в мои планы. Табличек, как в зоопарках, здесь не наблюдалось – видимо, студенты, имевшие сюда допуск, и так знали, к кому нельзя совать пальцы. Поэтому ориентироваться придется на визуал.

Я сразу решила, что это будет кто-то мелкий и с минимальным набором зубов.

– Давайте начнем вот отсюда, Каннингем. Желтохвостый горноклюв.

Мужской голос, рассказывающий о занятных магических тварюшках, ласкал слух, но я старалась не отвлекаться на приятности. Нужны было что-то решать.

Первые три экспоната явно для моих целей не подходили. Ну не может быть безопасным некто со здоровым каменным носом, с когтями больше столового ножа или пятью рядами клыков. А вот мелкие зверюшки в самом углу мне сразу приглянулись. Они были размером не больше хомяка, не слишком пушистые и симпатичные, похожие то ли на собак, то ли на крыс, но зато в их зевке вообще не наблюдалось зубов. К тому же они явно готовились ко сну, а значит, не будут слишком активничать.

Решено, пусть будут они.

– Профессор Даррен! – Я указала пальцем на сидящего в углу ближайшего резервуара животного. – У него такой диковинный окрас для маскировки или для привлечения самки?

И пока мой спутник задумчиво разглядывал предмет обсуждения, я активировала амулет сокрытия и под его прячущим действием наугад швырнула в сторону выбранной клетки одного из своих метательных ежей. Обычно я их использую холостыми – поверхностных колючек для боев карманников более чем достаточно. Но сейчас я заранее включила еще и разряд. Когда еж воткнулся в стену, ограждающую животных от студентов, разряд коротким щелчком пустил по защите трещину. Та мигом расползлась и осыпалась на пол исчезающими звонкими осколками.

Я поздравила себя сразу с двумя вещами: попала в отсек с теми самыми неопасными зверюшками, да еще и еж закатился в уголок и его почти не было видно.

– Да твою ж…! – выдал Даррен, резко оборачиваясь.

Одновременно произошло несколько событий. Раздался сигнал тревоги, а дверь позади щелкнула, заблокировавшись. Это было тоже хорошо – значит, территория вивария сейчас как раз и является той самой необходимой мне для эксперимента зоной с максимальной защитой.

Из отсека, лишившегося наружной стены, тут же буквально высыпали те самые добрейшие зверюшки. Оказывается, они были на редкость шустры, если надо, и отлично летали, сбившись в кучу, словно гигантский рой пчел.

Я уже хотела нырнуть в соседний коридор. Скажу потом, что испугалась и сбежала. Но буквально в тот самый миг, когда я уже занесла ногу для первого прыжка, вокруг нас с мужчиной с грохотом и лязгом опустился защитный магический контур.

Мы оказались буквально под колпаком. Тот искрил, помаргивал синими и белыми всполохами и выглядел очень опасным.

– Это что такое за ерунда? – удивилась я, стараясь не показать собственного расстройства.

– Я поставил защитный купол, – с непонятным напряжением в голосе ответил Даррен.

– Вы поставили? Но зачем? – Я вытаращила на него глаза. – Может, проще было бы загнать этих крысят обратно и попробовать восстановить стену?

Лицо мужчины не выражало оптимизма, и это заставило меня похолодеть.

– Это не слишком просто, Каннингем. Я не успел про них рассказать, но, пожалуй, это одни из самых опасных ребят во всем виварии.

– Вот эти мелкие? – Верить в то, что так сильно ошиблась совершенно не хотелось. Еще меньше хотелось брать вину на себя.

– Это терны, Герти.

Улыбаться или шутить он не стал, а значит, ситуация и правда не слишком хороша. Надо было так крепко накосячить?

– Они необычайно ядовиты.

– Да у них даже зубов нормальных нет! – Я пыталась понять, как же я так могла сплоховать. Может ли он меня разыгрывать? Ну, типа, это такие жутко опасные твари, и я, рыцарь в сияющих доспехах, тебя от них спасу. Некоторым мужчинам такое свойственно. Сейчас даже это мерзкое, по сути, качество было бы довольно вдохновляющим и позитивным. Ну пожалуйста, рассмейся и скажи, что это все шутка.

Тем временем выпущенные на свободу терны окружили наш купол, явно интересуясь его содержимым.

– У них шипы в хвостах, – повернувшись вполоборота к ним, пояснил Даррен. – Одного укола хватит, чтоб свалить крепкого мужчину в кому за пару минут. А еще коллективный разум и повышенная агрессивность. Они чрезвычайно хорошие охотники. Были попытки приручить их и использовать как наемных убийц, но, как правило, хозяин сам погибал от их яда.

Ко мне подлетел один из этих убийц и заглянул в глаза. Через подрагивающую стену купола, это темноглазое существо все еще не казалось опасным. Но тут оно раздраженно дернуло хвостом, и оттуда высунулся кончик острой на вид иглы. Вскинув задние ноги, терн, будто скорпион, атаковал меня, я даже отшатнулась, едва не налетев на противоположную сторону защиты. Купол дернул терна разрядом, и тот, обиженно скуля, отлетел подальше. Но скоро вновь присоединился к несущим выжидательную вахту тварюшкам.

Они не переглядывались, не следили друг за другом, но словно точно знали местоположение своей стаи. А еще они начали жужжать – мерно, нудно, противно. Надо же было выбрать таких…

– Осторожно, Герти! – Даррен придержал меня за локоть.

– Так, – сглотнула я. – Теперь мы ждем помощи?

– Вопрос в том, как долго придется ждать, – озабоченность в его тоне было сложно не заметить. – Я такой же пространственный маг, как и вы, Герти. И мои щиты не так уж долго держатся. Протокол вивария велит сначала зачистить периметр, затем определить степень угрозы, найти варианты купирования и затем действовать. А профессор Алистер, глава вивария, сегодня ночует не в академии… значит, быстро это не будет.

– И что делать? – Мне в голову приходила лишь одна мысль: падать на колени и просить прощения, что я втянула нас во все это безобразие. Впрочем, нет. Была и еще одна. Сумасшедшее наследие отца-ученого шептало, что вот сейчас-то самое время проверить в деле мое изобретение. Идеальный вариант.

– Так, сделаем вот что. – Он решительно поглядел на меня. – Я на секунду подниму купол и выйду. На тебя одну купола хватит немного дольше, чем на нас двоих. А я попробую загнать их назад…

– Вы нормальный, Мэтью? – завопила я. – Они вас сожрут и не подавятся. А мне потом всю жизнь лечить психологическую травму после такого зрелища. Не годится.

– Годится, – слегка усмехнулся он. – Ведь я с вас возьму плату за ваше спасение, и вас не станет мучать чувство вины.

– Интересно узнать, какую же плату? – прошипела я не хуже змеи, обдумывая, как бы выйти из ситуации с наименьшими потерями. Я могла его спасти. Легко. Но тогда моей тайне придет конец. Вместе с амбициозными планами по получению патента и улучшению своего финансового состояния.

– Я возьму с вас поцелуй.

Я застыла, полагая, что мне послышалось.

– Что, простите?

Он запихнул руки в карманы и посмотрел прямо на меня.

– Если прямо сейчас рассчитать магическую вероятность, то процент ошибки будет не больше пяти из ста, – сказал он. – Интуитивно я думаю, он и того меньше. Ведь это вы, Герти, были на городских соревнованиях карманников. И это вас я целовал прямо на арене.

Я хватанула ртом воздух, панически обдумывая, куда бы сбежать. Но обстоятельства не предполагали простора для легкоатлетических маневров.

– Это не… что вы такое… да как вы… – кажется, идеи для отповеди наглого профессора были выбраны верно, но мне все никак не удавалось довести хоть одну из фраз до логичного завершения. Это, а еще моя неспособность скрыть эмоции кажется выдали мою тайну.

Мэтью слегка прикрыл глаза и выдохнул:

– Слава богам! Я больше всего на свете боялся ошибиться…

Я отвернулась, пытаясь хоть так спрятаться и выиграть чуток времени для того, чтобы прийти в себя.

– Ты не мог догадаться! – сдавленно проговорила я, теряя последние рубежи в виде форм вежливости между преподавателем и ученицей. Хотя какие уж тут формы… – Я нигде не прокололась, была осторожна…

– Была, – согласился он. Судя по голосу, он не приближался ни на полшага, остался стоять там же, где и до этого. На своих же местах были и висящие в воздухе жужащие твари. – Ты была сама предусмотрительность и осторожность. Но и предположить, что так внезапно появились две разные девушки, которые совершенно одинаково сводят меня с ума, невозможно. Я никогда не интересовался ученицами. Меня не слишком интриговали женщины в масках. Но ты все перевернула с ног на голову. Заставила меня желать невозможное – так сильно, что…

– Я не ученица, – ради справедливости заметила я, все так же не оборачиваясь. – Я взрослая, самодостаточная…

– И за это тоже богам спасибо. За то, что благодаря этому обстоятельству я позволил себе мечтать о тебе, вместо того чтобы в тот же день написать заявление об уходе.

Меня начало потряхивать то ли от волнения, то ли от предвкушения, которое разливалось по телу, несмотря на опасность снаружи сферического щита, несмотря на все мои подозрения в сторону этого человека.

– То есть ты собираешься за мой поцелуй героически умереть? – Я развернулась и уперла руки в бока.

– Не собираюсь. – Он не сводил с меня горящего взгляда. – Ты видела меня на арене, я неплохой боец. И в моем кармане есть масса штук, которые я могу обернуть против этих зверюшек. Я смогу продержаться до прихода помощи. Во всяком случае…

Я стремительно подошла к нему, схватила за рубашку, потянула на себя и поцеловала. Уговаривать мужчину не пришлось – губы тут же раскрылись, и уже его язык нахальным завоевателем вторгся в мой рот. Это было совершенно невероятно. Теперь, когда он знал, кто я, когда он хотел именно меня, мощь его страсти буквально сбивала с ног. Хорошо, что сильные ладони, сжавшие мои ребра, не позволяли упасть. Горячее тело, плотно прижавшееся к моему, обещало так много, что голова опустела. Начни он раздевать меня прямо здесь, я бы, наверное, не нашла возражений. Хорошо, хоть у кого-то из нас остались крупицы здравого смысла. И это точно была не я.

Он с трудом оторвался от меня. Я едва не заскулила, мечтая о продолжении, но закусила губу, пытаясь болью вернуть разум. Примиряло меня с жизнью лишь одно: я видела, как тяжело он дышит, чувствовала, как сильно его желание, и ощущала, как напрягаются его руки, сдерживаясь от того, чтобы не прижать меня еще крепче.

– Я тоже хороший боец, – шепнула я ему прямо в губы. – Когда падет щит, мы вместе будем сражаться против этих тернов.

– Нет, Герти. – Он слегка улыбнулся.

– Я победила тебя на арене! – возмутилась я.

– Нет. – Он снова улыбнулся.

Понимание прошило насквозь, и я дернулась, стараясь высвободиться.

– Ты… Ты поддался?!

Он лишь сначала попытался меня удержать, но затем дал свободу. По лицу я уже все прочитала и не могла поверить в случившееся. Да не может этого быть, я же честно победила!

Вероятно, я сказала это вслух, потому что он откликнулся:

– Ты честно победила. В самом конце. Это правда, ты меня подловила… я слишком увлекся… хм… процессом поцелуя и потерял реакцию. Но в ходе поединка… Пойми, Герти, я опытный боец, и на арене я далеко не первый раз. В академии – да, ты точно была бы лучшей, но там…

Я обхватила себя руками, стиснув зубы, потому что поняла еще и другое.

– И остальные – тоже? Они тоже поддавались?

– Герти, может, не сейчас? – Он отвел глаза, подавив виноватую гримасу. – Я вообще-то собираюсь идти за тебя умирать.

– Ну уж нет, мне нужна правда! Мне на арене сказали, что-то типа «думали, это будет совсем фарс…» Это и был он самый, да?

Он вздохнул:

– Герти, я эгоистично хотел с тобой сразиться в финале. Это желание было таким сильным и …. Договорился с организаторами, с ребятами… И еще мне хотелось узнать, зачем тебе это нужно.

– Ну и как, узнал? – Обида затопила с головой, и на глаза навернулись слезы. Я смотрела на него через влагу горечи, опасаясь разреветься самым банальным образом.

– Герти…

– Все очень просто, профессор Даррен. – Мои губы искривились в странной, нелепой улыбке. – Мне просто нужны были деньги. Чтобы хоть как-то дожить эти демоновы дни в академии.

Я отвернулась и быстро вытерла слезы. Он снова был слишком близко, но страстью на этот раз и не пахло.

– Почему, Герти? – его тихий голос был полон непонимания. – Ты же наследница Теренса Каннингема!

– Я наследница ничего. Королева пустоты. Денег больше нет, и… – Я повернулась к нему и через силу улыбнулась. – Впрочем, ты прав. Спасибо. Я зря сержусь. Ты дал мне возможность выиграть, по сути, подарил то, что мне в тот момент было очень нужно. А я на тебя с чего-то вдруг ругаюсь…

– Герти…

– Да, мое самомнение немного потрёпано, но… я надеюсь его восстановить. И очень скоро. И знаешь, что? Начну я прямо сейчас!

Я шагнула вбок, намереваясь подготовиться, но Мэтью, видимо, решил, что я собралась биться с терами в одиночку, поэтому он заступил мне путь. Я подняла на него взгляд, дав понять, что самоубиваться прямо сейчас я не стану.

Открыв свой карман, я достала две колбочки с зеленой жидкостью. Мне было сложно на это решиться. Все же стоящий рядом со мной мужчина был не просто преподавателем академии, но еще и действительный советник императора. И если мои подозрения правильные, то не видать мне патента на изобретение как своих ушей. Это простой преподаватель из сочувствия к студентке мог бы умолчать об изобретении. Но человек с такой должностью обязан поставить всех в известность. Но на меня вдруг навалилась такая тяжесть, что стало почти все равно. Эти воющие теры, все это безумное давление долгих пяти лет лет. Переживания последних дней. Я не то чтобы решила рискнуть. Я так устала, что почти не имела сил на сопротивление судьбе.

Даррен внимательно наблюдал за моими действиями, не забывая проверять время от времени прочность щита.

– Вот ответ на все твои вопросы. – сказала я, протягивая ему колбу. – Почему у меня нет денег. Зачем я ушла из академии. И зачем я сюда вернулась. Это изобретение моего отца, которое нас отсюда выведет. Каждого через свой карман. Потому что это не просто пространственный мешок, это ход. Короткий путь через изнанку.

– Герти, я слышал эти теории, и даже знал, что твой отец чем-то таким увлекается, но ты уверена, что сейчас лучшее время…

– Ой, помолчи, а? Тебе сейчас нужно решить, ты мне доверяешь или нет. Если доверяешь, тогда не спрашивай лишнего, потом все расскажу. Не доверяешь – тоже нормально. Оставайся здесь, щита должно хватить до прихода помощи.

Вместо ответа он протянул руку за колбой.

– Этот состав помогает не потерять память внутри кармана, – сказала я, выпивая свою дозу. – Его тоже изобрел мой отец. Но самое главное не это. Все исследователи пытались ставить защиту для человека от внутреннего пространства. Поэтому у них ничего и не вышло. Ведь на самом деле нужно действовать наоборот: защищать карман от нас. Ставить не щиты, а изолят, не пугать внутреннее пространство своим присутствием. Позже объясню подробно, но тебе сейчас надо выпить раствор и зайти в свой карман. Изолируешь себя, чтобы никакие эманации твоего магического организма не были слышны карману. И тогда ты сможешь через него пройти насквозь.

– И куда я выйду? – Даррен тоже выпил содержимое колбы.

Я пожала плечами:

– Это неизвестно. В первый раз ты вряд ли сможешь назначить себе конечную точку. Но со временем…

Я наблюдала за его реакцией, и поэтому сразу поняла, как новая идея посетила его мозг.

– Так там, в хранилище… Это была ты!?

– Некогда! Идем! – И я шагнула в свое личное пространство, оставив его без ответа, который, честно говоря, не особо и хотелось давать.

За спиной чертыхнулся Даррен, а затем послышался хлопок разваливающегося на куски щита. Надеюсь, он успел…

*

Процент выполнения плана Герти: 40\100

Комментарий: Карман работает и в защищенном пространстве.

Только карман и работает…