Ульмир

Выкапывание могилы, отсечение головы и закапывание её обратно заняло порядком времени: больше трёх часов. Так что возвращались мы уже около полудни. Плохо: получается, единственный вариант вернуться сегодня — это садиться в поместье в темноте, что рискованно. Альтернатива — остаться на острове ещё на одну ночь.

Честно говоря, мне не нравились оба варианта. Это странное единение администрации и заключённых, сложившееся в первые дни после выступления трийан, закономерно привело к снижению управляемости. Несложно посчитать, сколько человек вмещает вертолёт. А заодно прикинуть шансы на спасательную экспедицию или на скорое налаживание нормальной логистики. Да, возможно, смерть от голода или жажды в обозримой перспективе обитателям острова не грозила: тут были пресные источники в пещерах, а ещё собственное подсобное хозяйство и море под боком, полное лайэз, рыбы и другой морской живности. Но и о комфорте не стоило и думать. А уж если что-то пойдёт не так, например, откажут генераторы, то и вовсе местное островное сообщество быстро вернётся к первобытному существованию.

Сильнее всего я беспокоился за Лаймиэ. Да, женщин тут видели совсем недавно, и декады не прошло — но что будет, если мы окажемся отрезаны от большой земли относительно надолго? Об этом не хотелось даже думать.

«Женя, есть новости», — вдруг заговорил Вася, пока мы шли обратно.

«Да? Что за новости?» — встрепенулся я.

«Хорошие и плохие», — ответил мой невидимой напарник.

«Давай с хорошей», — попросил я.

«Приказ о немедленном старте отменили. Ты должен приложить все усилия для того, чтобы разобраться в том, что происходит. Выяснить причину трагических событий. Всеми силами стараться помочь человеческой составляющей местной цивилизации. Регулярно выходить на связь с докладами».

Я глубоко вздохнул. Будто гора с плеч упала. Да, какое-то время у меня в запасе было — но уже совсем скоро вопрос встал бы ребром: я или улетаю, или нарушаю прямой приказ центра.

«Вот порадовал так порадовал!» — ответил я.

«Максим и Диана исчезли», — сказал Вася.

Мне потребовалось усилие, чтобы сообразить, о чём он.

«В смысле исчезли? Они же вроде долетели… разве нет? Не получилось с лекарством?» — встревожился я.

«Долетели, — ответил Вася. — Пропали на своих планетах. Максим после двух докладов не выходит на связь. Диана после одного».

«Подожди… может, какие-то неполадки с ретрансляторами? Или флуктуации… это же квантовая связь, мы ведь тоже не всякий раз можем передачи отправлять!»

«Уже проверили. Как раз были заняты этим».

«Подожди… а зонды? Дать команду на корабль и…»

«С кораблями потеряна связь. Те зонды, которые направлялись на планеты на первом этапе, деактивированы и уничтожены. Новые только-только перебросили через точку Лагранжа у Земли. Они обнаружили корабли по указанным в отчётах координатах. Автоматические системы не выходят на связь. Следов космонавтов тоже пока что не обнаружено», — сказал Вася.

— Что-то случилось? — Лаймиэ заметила мою реакцию на новости.

— Пока сложно сказать, — ответил я. — Это… далёкие дела. Не касаются Нарайи.

— Ты получил сообщение из дома? — догадалась она. — Не думала, что это происходит прямо вот так… безо всего. Хотя… подожди, ты поэтому отрубил этому парню голову, да? В тебе что-то есть? Какие-то… импланты?

Я оглянулся. Сопровождавший нас Трумбэл отстал, чем-то заинтересовавшись на берегу. Наверняка за шумом прибоя он не мог слышать наш разговор.

— Что-то вроде того, — не стал отпираться я.

Лаймиэ улыбнулась, но от дальнейших вопросов воздержалась. Умна, не отнимешь…

«Получается, я сейчас один на связи…» — мысленно произнёс я.

«Да, — согласился Вася. — Остальные старты отменены, сам понимаешь. До прояснения ситуации».

«А спасательные экспедиции? Их надо вытаскивать!»

«Сначала — зонды, — ответил Вася. — Потом будет приниматься решение».

«А ты можешь запросить, что было в их первых докладах? — спросил я. — Может, я смогу что-то заметить».

«Запросить-то я могу, — Вася изобразил вздох. — Вот только вышлют ли они полные тексты докладов? Сомневаюсь, честно говоря».

«Почему?»

«Поставь себя на их место. Ты пока что единственный успешно действующий космонавт во всём проекте. А если что-то работает, ещё и в условиях, когда есть множество потенциально неизвестных факторов, самое лучшее, что можно сделать — это просто дать ему работать дальше. Наблюдать. Делать выводы. Не давать лишнюю информацию извне. Избегать резких движений», — ответил Вася.

«Пожалуй… — согласился я. — Но это нестандартное мышление. Я привык к тому, что командование перестраховывается. Если бы это была моя обычная командировка — меня точно отозвали бы. Немедленно! На экстренном старте!»

«Наверняка в центре были споры, — ответил Вася. — Вообще хотел бы я на это посмотреть! Как Сергеич урезонивает москвичей и твоих коллег на высшем уровне. Но в конечном итоге решение правильное: тебе сейчас лучше делать то, что ты начал, и не дёргаться. Раз уж получается. А уже потом думать об обратном перелёте. Когда ситуация с другими членами отряда, возможно, прояснится».

«Сам как думаешь? — спросил я после небольшой паузы. — Что с ними могло случиться?»

Вася необычно долго не отвечал. Потом всё-таки произнёс:

«Знаешь, я очень надеюсь, что это не ты».

Я невольно посмотрел на импровизированный мешок из грубой могильной материи в моей руке.

— В хозблоке холодильники ещё работают, — Лаймиэ по-своему истолковала мой взгляд. — Надо запастись льдом для обратного перелёта.

— Сегодня улетаете? — встрепенулся догнавший нас Трумбэл.

Я видел, как Лаймиэ едва сдержала вздох досады. Лучше бы о таких вещах не говорить в открытую, да.

— Возможно, — уклончиво ответил я.

— Народу не показывайте, что вы сделали, — посоветовал заключённый. — Некоторые могут не понять. Южные верования среди нас широко распространены. Среди ульмиров много тех, кто не любит трийан.

Он вздохнул, оставив меня обдумывать сказанное. Ульмиры… кажется, Эалин что-то говорила про охотников или рыбаков, которые добывали особенно опасных животных?

— Расскажешь, почему? — попросил я.

Трумбэл сначала отвернулся, замедлил шаг, потом посмотрел в мою сторону.

— Ты — не он, — вдруг сказал он. — Теперь вижу.

Я пожал плечами. Будто это с самого начала было не очевидно.

Он вдруг приблизился ко мне, внимательно глядя в глаза, и остановился. Я тоже.

— Друнлук, — прошептал он. — Он видел Друнлука. Мог с ним общаться.

Скосив глаза, я посмотрел на Лаймиэ. Та глядела на нас со смесью удивления и недоверия.

— Это сказки для маленьких южан, — ухмыльнулась она.

— Были бы сказки — он бы не мог делать то, что делал. Все это видели, — резко ответил Трумбэл. — Хотя ты, женщина, можешь и не верить. Негоже вам лезть в дела ульмиров! Так повелось испокон веков, так тому и быть!

Лаймиэ фыркнула и пошла дальше по намеченной тропке, ведущей обратно в крепость.

Я очень хотел спросить Трумбэла об этом друнлуке, что это такое. Но решил умерить любопытство. Не время.

Наконец он перестал буравить меня взглядом, отвернулся и пошёл вслед за Лаймиэ, бросив мне через плечо:

— Лучше улетайте. А то от вас слишком много ждут…

Минлэр встретил нас в своём кабинете. Обратив внимание на свёрток в моей руке, он спросил:

— Что там?

— Голова, — ответил я.

Начальник тюрьмы тяжело вздохнул.

— Лучше спрячьте. Среди народа слухи распространяются быстро. Это многим может не понравиться.

— Что такое друнлук? — спросил я.

Начальник, до этого расслабленно сидевший в своём кресле, заметно напрягся.

— Вижу, до вас тоже дошли слухи, — прокомментировал он.

Я же продолжал ждать ответа на свой вопрос. Минлэр вздохнул, посмотрел на меня с прищуром, потом продолжил:

— Они ждут, что вы сможете его поднять. Что вы — продолжение Тени, которая поднимет друнлука.

— Что такое друнлук? — повторил я.

— Трийанский кошмар, — наконец, ответил Минлэр. — Считается, что последний друнлук был истреблён ещё до того, как человечество научилось жить в мире с трийанами…

Он снова глубоко вздохнул.

— Почему это важно? — я задал следующий вопрос.

— Для многих из тех людей, которые тут находятся — это важно. Ульмиры были единственными, кто чуть ли не открыто выступал за человеческий мир. Их терпели: дань традиции. Надеялись, что южная мифология со временем адаптируется к общечеловеческой повестке… как понимаете, сейчас это всё приобрело совсем другой вид. Спрашиваете меня, почему это важно? Я отвечу: не знаю. Никто в мире этого не знает. Но к этому точно надо отнестись со всем вниманием. Считается, что друнлук имеет право на всё трийанское потомство. Согласно местным легендам, когда трийане зародились или, по другой трактовке, прибыли в наш мир, они достигли соглашения с самым страшным хищником пустынь того периода, с друнлуком. Но потом вероломно предали договор, заманили хищника в ловушку и уничтожили всё потомство. Ульмиры считают, что раз в тысячу лет среди них появляется тот, кто способен разбудить спящего друнлука, якобы окаменевшего в пустыне от горя после потери своих детей. Это очень особенный ульмир, его можно узнать по ряду признаков: острый ум, храбрость, умение метать разящие молнии и выдающиеся мужские способности.

— В каком смысле? — переспросил я, уже подозревая, каким именно будет ответ.

— В самом прямом, — сохраняя серьёзное выражение лица, ответил Минлэр. — Физиологическом. Среди ульмиров процветает культ мужества. В самом прямом, примитивном его понимании.

Теперь настала моя очередь озадаченно вздыхать.

— Уж не знаю, кто вам посоветовать надеть именно эту церемониальную форму — но свою роль она выполнила, — продолжал Минлэр. — Теперь они надеются, что вы поведёте их за собой, в пустыню, чтобы разбудить друнлука…

Он выдержал паузу. Посмотрел наружу. Там Лаймиэ уверенной походкой шла по дорожке по направлению к вертолёту. Её сопровождал Мэрдан. Нельзя сказать, что мне было сильно спокойнее от такой охраны.

— Вы говорили про кремацию, — спросил я. — Что по местным поверьям такие, как Тень, могут вернуться.

— Среди нас есть не только ульмиры и те, кто им симпатизирует. Некоторые обитатели центральных земель считают, что убитые ульмиры могут перерождаться в тех животных, которых они добывали при жизни, чтобы отомстить за свою гибель.

— Ясно… всё непросто.

— Так понимаю, эвакуации не будет? — вдруг спросил Минлэр.

— Мы… работаем над этим, — уклончиво ответил я.

— Хорошо хоть работаете… — вздохнул он. — Ладно. Всем будет легче, когда вы, наконец, уберётесь с острова. Поэтому со своей стороны я сделаю всё, чтобы это произошло скорее и без всяких осложнений. Лучше бы это случилось сегодня. Для ещё одной ночи сложившегося равновесия может не хватить. Понимаете, о чём я?

Я молча кивнул.

— Пару месяцев мы продержимся без анархии, — продолжал начальник. — А уж дальше… дальше я рассчитываю на вашу порядочность. И влияние. Вытащите нас отсюда.

— Мы вытащим, — пообещал я. — Хотя…

— Да?

— Лучше постарайтесь подготовиться. Я вовсе не уверен, что трийане не вернутся. Что им был нужен только Тень, или как там его.

Минлэр поднялся из-за стола, прошёл по кабинету и остановился перед большим деревянным шкафом, створки которого были закрыты на замок. Достал ключ и вставил его в замочную скважину.

— Ещё кое-что, — продолжал он. — Ваша спутница установила шифровальное оборудование «Зелёной звезды». Теперь у нас есть канал связи, который можно считать безопасным.

— Это же замечательно! — улыбнулся я.

— Вас просили выйти на связь, как только вернётесь, — продолжал начальник.

С этими словами он открыл шкаф. За толстыми дверцами оказался радиопульт: стандартные универсальные раздельные наушники, рассчитанные как на людей, так и на трийан, микрофон, шкала настройки с верньерами. Прибор был включен: шкала светилась красным.

Минлэр сделал приглашающий жест.

— Всё готово, — сказал он. — Если не возражаете, я бы хотел присутствовать во время сеанса.

«Можно подумать, твой отказ что-то изменил бы», — ворчливо заметил Вася.

Верно, не изменил бы. Поэтому я и не стал отказывать.

«А ведь у меня здесь даже позывного нет…» — вдруг подумал я.

«Ничего, используй свой стандартный. Всё равно все поймут, кто на связи», — ехидно заметил Вася.

«Да ну тебя!» — отмахнулся я.

Качество связи было такое себе: шипение помех, какой-то треск… возможно, между нами и поместьем где-то гроза. Надо обязательно сказать Лаймиэ…

— Тэйдан! Ну наконец-то! — услышал я в наушнике.

Несмотря на помехи, я узнал Айтена.

— Тоже рад тебя слышать, приём, — ответил я.

В голове вдруг всплыло слово, принятое в радиообмене на эйра, заменяющая местным «приём».

— Как долетели? Приём.

— Без приключений. Задача выполнена. Приём.

— Это радует. Возвращайтесь обратно, немедленно, — продолжал Айтен.

— Что-то случилось? — насторожился я.

— По той информации, которую ты предоставил. Насчёт инсценировки биологической атаки с последующей эвакуацией. Ты оказался полностью прав, мы предотвратили этот сценарий. Но, похоже, мы правильно учли риски: они планируют реальные атаки с использованием химии и, возможно, каких-то микробов. Поступает информация о настоящем заражении из поселений, которые остались свободными в экваториальных областях. Трийане спешат, хотят застать нас врасплох. Мы реализуем план эвакуации, как обсуждали. Точку эвакуации ты должен помнить, это не для эфира, даже нашего. Подтверди, приём.

Конечно же, я помнил про завод.

— Подтверждаю, приём, — ответил я.

— По расчётам вы успеваете. Но на случай непредвиденных обстоятельств — двигайтесь самостоятельно в точку эвакуации. Принято?

— Принято, — подтвердил я.

«Вася! Мы следили за эфиром? Что это чешуйчатые задумали?» — одновременно мысленно спросил я.

«Корабль следил, — ответил тот. — Нам нужна связь с ним».

«Отсюда никак? Вроде ближе, чем было, нет?»

«В норме да, но атмосфера возмущена. Возможно, грозы. Пока связи не будет — я не смогу получить обновление по аналитике».

«Ясно».

— В полёте соблюдайте радиомолчание, — продолжал Айтен. — Возможно, у них появились средства борьбы с воздушными судами.

— Принял. Радиомолчание.

— До встречи, Тейдан. Лаймиэ привет. Жду вас на базе, приём.

— До встречи!

Всё время разговора Минлэр, нахмурившись, смотрел на меня.

— Химическое оружие? — спросил он, когда Айтен отключился.

«А у него хороший слух! Я же через наушник говорил…» — подумал я.

«Наверняка не жалуется», — ответил Вася.

— Возможно, — ответил я. — Пока подтверждений нет.

— Людей как надоедливых ильмуэн… — выдохнул он. — Вот как…

Я промолчал. А что тут было комментировать? Да, привычный мир этих людей необратимо изменился. И некоторые из них оказались к этому чуть более готовы, чем другие.

Минлэр посмотрел в окно. Лаймиэ и её спутник уже преодолели две трети пути до вертолёта. Я решал про себя, можно ли попросить начальника о каких-то припасах или хотя бы о воде, или всё-таки не стоит.

— А ты точно не ульмир? — ухмыльнувшись, спросил Минлэр. — Признаюсь: я бы сейчас был этому рад… да что там: нам всем это бы не помешало…

Ухмылка не успела сойти с его лица, когда головная часть вертолёта вдруг мгновенно полыхнула оранжевой вспышкой. Взвились в воздух исполинскими мечами блестящие лопасти. Через секунду до нас дошла ударная волна от взрыва.

Сквозь звон в ушах я слышал, что Минлэр что-то кричит и машет рукой через открытое окно. Лаймиэ изо всех ног бежала вперёд, к пожарищу. Её пытался догнать Мэрдан, но безнадёжно отставал. А над искорёженной летающей машиной поднималось уродливое грибовидное облако, постепенно чернея.