Глава 31. Усмешка ястреба

После ужина девушки отвели гостей в купальню, только Сартак и Лим Сорус пожелали остаться в павильоне для разговора с глазу на глаз. А мы с Лилой ждали на круглых качелях в саду. И тоже пытались обсудить нюансы вечера. – Займись «обожженым», не трогай моего, – дольше останешься цела! – Я не претендую на твоего Соруса. Забирай! – Не-ет, ты готова брать все, что дают, напрасно прикидывалась овечкой. Может, секс тебе и не нужен, но ты ищешь деньги и власть. Я тебя проучу! – Хватит угрожать, они возвращаются. Лила спрыгнула с качелей и, потряхивая распущенной гривой, направилась к Сорусу, желая быстрее перехватить. Как будто я собиралась спорить… Ночной ветер охладил недавние страсти, я заняла пустующее сиденье и оттолкнулась от земли. Ух-х… Хотелось чувствовать себя беззаботной девчонкой, удравшей в темные аллеи для тайного свидания. Скоро рядом с качелями бесшумно выросла фигура Сартака. – Час назад ты едва не призналась мне в любви, разыграла целое представление. Я впечатлен. Хозяйка тебя подучила? – Мне дают немало ценных советов. Но я никак не могу подстроиться под обычаи «Хижины». Главная цель – порадовать гостя, ведь так? Или я неприлично себя вела на твой взгляд? Слишком вызывающе? – Ты торопишь события. – Согласна, это вечная моя беда. Я не привыкла зря терять время. Предпочитаю бить прямо в цель, достигая поставленных задач, а липкий кисель намеков и полутонов не по мне. Но хватит копаться в моих чувствах… Может, предложить вам массаж, господин Сартак? Или прогулку под небесным шатром. Звезды хоть настоящие или огонечки на винтиках? – Из тебя вышла плохая массажистка, – проворчал он. – Мой домашний робот справляется с этой задачей гораздо лучше. – Вот это удар по самолюбию! Я не переживу. – Сорус предлагал мне большие деньги за "белый цветочек", – буднично сообщил Сартак. – Так вы меня обсуждали! Начинаю собой гордиться. – Напрасно, твой вопрос занял меньше минуты, дальше речь шла о продаже Риверсе. Но я отказал. – Правильно. Нас нельзя уступать, – в моем голосе теперь звучало злое самодовольство. – Нас? – удивился Сартак. – Меня и Риверсе. Мы – уникальные экспонаты, – небрежно пояснила я. Он остановил качели, склонившись надо мной. – Сравнить родовое имение в несколько сот миллионов ларр с одной строптивой девчонкой? – Это нервы, – заявила я. – Мне надоело притворяться цветочком. И я не играла, говоря, что рада тебя видеть. – Конечно, ведь у нас договор. – По нему я должна получить солидную сумму, а в чем твоя выгода? Вдруг ты передумаешь? – Присматриваешь запасной космодром? Разумно. Лим Сорус богаче меня и так же свободен. – Я думала, у сианцев крепкие семьи. – Крепкие семьи, непобедимая армия и сказочные города, где каждый получает по заслугам, поскольку давно измерен и взвешен. – Звучит как рекламный слоган для простаков. Скажи честно, ты счастлив на Сиане? А, может, тяготишься деньгами и положением? Чего тебе не хватает, Рив? Немного помолчав, он медленно ответил, будто оценивая каждое слово: – Мне сорок лет – время подумать о личном, впереди лежит множество дорог, но позади остались запертые двери, и я не хочу возвращаться к ним даже с золотыми ключами. Там тлен и пустая суета, увядшие виноградники и бесплодные нивы. Мне нужен дом, где я смогу работать над тем, что меня интересует. Осталось определиться с местом. В данный момент я ищу ориентир – вдохновение. – Маха не может тебе подсказать? Я хотела невзначай узнать больше про обладательницу необычного имени. – Она пытается скользить на струях нового времени, но живет прошлым. И слишком любит поучать, опираясь на свой опыт. – Твоя бывшая жена? – Мать моего отца. – Бабушка?! Это чудесно. – И что тут чудесного? – воскликнул Сартак, резко останавливая качели. – Я выросла с бабушкой, я тебя понимаю. – Вы чем-то похожи, обе бунтарки и любите помечтать. – Ты нас познакомишь? Я не хочу навязываться, но если такое возможно… – Хорошая тактика, – усмехнулся он. – Не тратить время на «липкий кисель», а сразу метко бить по мишеням. Я не против. Будешь прощаться с другом? – Мы же улетаем всего на день, – уклончиво заметила я. Шутливо-дерзкий настрой рассеялся. Сартак знает слабое место в моей обороне, а я ненадолго забыла, зачем поселилась в «Хижине». Поддалась очарованию тихого сада. Расслабилась среди цветочных ароматов и красок. Как можно доверять «ястребу»… Он всегда настороже, зорко высматривает в траве свои загадочные ориентиры. – Не хочу лишать тебя возможности навестить бывшего мужа. Ты выглядишь возбужденной. Идем за мной. Сартак помог мне выбраться из корзины качелей и продолжал вести за руку по тропе, освященной крохотными фонариками. У пруда, за которым жил Дин, я не выдержала: – Рив, что ты задумал? – Ты сильно скучаешь по нему? Он развлекал тебя в постели? Сейчас вы редко бываете наедине. Хочу устроить вашу встречу, но есть небольшое пожелание. Ты соблазнишь его на скамье под светильником, а я буду наблюдать. – Нет! Я рванулась назад, но Сартак подтянул меня к себе, не оставив ни малейшего шанса к бегству. – А что такое? Я хочу видеть, как ты занимаешься любовью с тем, ради кого готова стать общедоступной шлюхой. Ты обещала выполнять все мои требования, Зоя. Ты настроилась принести жертву, только я не собираюсь тебя мучить. Лишь хочу увидеть в роли нежной жены. Если справишься, завтра на твой счет ляжет треть суммы, нужной для операции Дина. – А ведь я правда думала о тебе, Рив… Я тебя ждала. Как же больно. – Не надо дешевой патетики. Просто сделай то, о чем прошу. Я отрицательно покачала головой, силясь разгадать его настоящие намерения. – Не могу. Это подло. Он отпустил меня и потер ладони, словно от удовольствия. – Объясни, в чем проблема? Я предлагаю тебе переспать с добрым Дином за сто тысяч ларр. Ты не раз оказывала ему такие услуги за гораздо меньшие суммы вроде платы за ужин. Дело на пять минут. – Я не спорю, физически сложного тут ничего нет, но мне страшно, что ты попросишь потом… – Ведь ты колеблешься. – Пытаюсь справиться с разочарованием. В какой-то момент ты показался мне рыцарем на белом коне. Умный, благородный… симпатичный мужчина. Ты выше всех. И вдруг такие мелкие страсти. Зачем, Рив? Ты меня проверяешь? Чуть не поверила в сказку, как девчонка. Будто ты решишь мои проблемы, не требуя ничего взамен. Я и так тебе все готова отдать. Но не впутывай в это Дина, ладно? – Он же не человек. Дин Болар умер несколько лет назад. Ты жила с «восстановленным». Причем, эксперимент официально признан неудачным. Мозговые связи пациента были разрушены, часть личных воспоминаний стерта, пришлось вливать информацию заново вместе с наивными мечтами о Сонме. Я запросил подробный отчет с Харакаса. Семьдесят процентов его тела – замещенные ткани, имитирующие плоть мужчины среднего возраста. Полукиборг без выдающихся способностей. Нелепая биомашина с короткой гарантией. Стоило тратить материалы на столь бесполезный образец… Ты должна знать правду, Зоя. «Он считает, я поверю каждому слову и откажусь от Дина? Судит по своим меркам». – А как же душа? – вызывающе спросила я, пытаясь унять озноб, внезапно охвативший плечи. – Душа? – пренебрежительно уточнил Рив, хмуря брови. – Он чувствует, волнуется… страдает. Он искренне любит меня! – Повторяю, модель с изъянами. Возможен эффект атавизма. – Любовь как дефект личности? Тогда ты больше машина, чем он. – Твое невежество поражает. В Сонме есть киборги-няни, которые ухаживают за детьми с рождения. В них заложен определенный набор функций: забота, ласка, эмоциональные комплекты. – Очевидно, ты вырос под влиянием такой няни, пока мать строила карьеру! – прошипела я. – А твои родители живы? Тебя угнетает разлука с ними? Он знал, в какую щель моей брони сунуть нож. Только панцирь многослоен и не так просто добраться до тонкой кожи. Начала сухо оправдываться. – Отца я ни разу не видела, ничего о нем не известно. От мамы остались фотоснимки – там, на Земле. Бабушка умерла этой весной. Я была одна, а потом появился Дин. Точнее, я у него появилась. И если ваши киборги добрее ваших людей, то я выбираю киборгов. Мне остро захотелось оставить Сартака в темной аллее и бежать к Дину, будто он в любую секунду мог раствориться в воздухе, и я рискую потерять его навсегда. Что за ерунду несет этот надменный сианец? Для меня Дин самый человечный из всех человеков. Самый живой и настоящий. Мы вместе смеялись над трешевыми хубанскими фильмами, и Дин забавно краснел, когда голая героиня ритмично ахала под натиском бравого астролетчика, мы ели маринованных мирангов из одной упаковки – дешевле живых и шевелящихся на вилке деликатесов Сартака, мы спали под одним тонким одеялом. Дин обалденно целуется, у него чуткие руки… рука… И прочие параметры… Он не кукла, не робот. Но ведь я не могла отличить, какой рукой он прикасается ко мне, я не ощущала разницы. Это не важно. – Спасибо, Рив! – выдохнула я. – За то, что раскрыл тебе глаза на истинную суть приятеля? Он удовлетворенно хмыкнул, обнимая меня за плечи в знак поддержки, но я выскользнула. – Не-ет. За то, что себя показал. Знаешь, ведь я начинала в тебя влюбляться. Чистое блаженство, но так будоражит кровь. Похоже на мурашки по спине, когда тебе семь лет и надо отыскать в темном подполье банку с вареньем. Дух захватывает! Еще напоминает приближающийся оргазм, когда слышишь чужие шаги в коридоре и могут застать врасплох. Или контрастный душ… ты пробовал после жаркой бани прыгнуть в сугроб? Хочется вопить что есть мочи от ужаса и восторга. Обожаю контрастный душ! После него чувствуешь себя заново рожденной и почти способной летать. Спасибо за эту встряску, Рив! Твое предложение остается в силе? Я насчет переспать с бывшим мужем, когда сам ты будешь смотреть. – Предлагаешь пересмотреть договор? В его голосе мне почудились осторожные нотки, но я отлично умею запутывать след. "Ты никогда не доберешься до моей сердцевинки, ястреб. Даже если разорвешь на кусочки, душа упорхнет незамеченной". – Ну, да! Кто бы Дин ни был, я должна ему четыреста тысяч ларр с учетом инфляции и процентов. Ты только что обещал сотню за сцену соблазнения в саду, я правильно тебя поняла? – И что заставило тебя передумать? – Твое отношение к нам. Раз мы для тебя всего лишь игрушки – чего стесняться? Вдруг эта сцена обогатит твою скучную жизнь и поможет обрести долгожданный смысл. Ты столько всего перепробовал и до сих пор в утомительном поиске. Я согласна быть маячком на твоем пути. Я уже говорила, мы в чем-то похожи. – Может, начнем путешествовать вместе? Мне тоже нравится контрастный душ, – неожиданно предложил он. – Профессионал! – восхитилась я. – Умеешь обезоружить без единого выстрела. Но дай мне фору, ты старше и опытней, к тому же сианец. Вы же кичитесь чистотой расы, я поражаюсь, как вообще могла тебя заинтересовать. – Наверно, применила особые психотехники. – Сдай меня в лабораторию, пусть разберут на пружинки! – Сам справлюсь. Приложу максимум усилий. Не успела уклониться от поцелуя. Сартак стиснул ладонями мою голову и впился в губы. Пару секунд я притворялась бревном, а потом обмякла в его руках. Не было сил отвечать бурной страстью или сопротивляться. В затылок словно задорный молоточек стучал: «Дин-дин-дин…». И вдруг пронзила жуткая мысль: все вокруг искусственное – люди, птицы, растения. Фантом, мираж. И только призрак моей души мечется в часовом механизме Сонмы. «Дин-дин-дин…». Где же выход наружу? Чтобы не упасть, я схватилась за Рива и непроизвольно всхлипнула. Он тотчас оторвался от моей шеи и, тяжело дыша, прижал к себе, запуская пальцы в гущу волос. – Полетаем по городу? Я кое-что тебе покажу. – Сейчас? – жалобно уточнила я. – Лучшее время. Может, у тебя появятся другие ассоциации, но в моем представлении Сонма похож на дерево. – Добра и зла? – прошептала я, согреваясь на груди Рива. – Хм… пусть так. Нижний мир Пауты – это корневая система. Подземный мрак, гниль, разложение отмерших частиц и поиски пищи. Слепые уродцы копошатся в грязи, роют норы, спариваются и жрут – больше у них нет запросов. Но их биомасса поддерживает наше благополучие. Они наш фундамент. Выше находится крепкий ствол Науты: заводы, лаборатории, фермы и поля, магазины и офисы. В трещинах коры обитает большинство населения, озабоченного комфортом и престижем. Они много трудятся – головой и руками, в то же время чахнут от зависти, пишут доносы, богатеют и разоряются, выгодно женятся и заводят потомство, которое мечтают отселить в столь же уютные лакуны. Они тело города, его кости и кровь. Но есть те, кто выше – крона и плоды Сонмы. Мир гениев, чей талант признан и востребован, не важно на каком поприще был реализован. Стратеги и управленцы – распределители финансовых и людских потоков; творцы, воплотившие фантазии в технологии военной и промышленной сферы, мастера убеждения и продвижения глобальных идей. – Ты один из них, Рив. В чем заключается твой талант? Или дело в наследстве? Процветаешь за счет достижений родственников? – Сохранить и преумножить накопленное предками – тоже заслуга. Однако я сам достаточно послужил стране и намерен обобщить свои знания в стройную схему. – Во славу Сиане! Ты пишешь военные мемуары? – Мне не приходилось участвовать в прямом столкновении. Я занимался лишь скрупулезным анализом политической обстановки, консультировал сложные переговоры. – Вы не хотите контактировать с Землей? – У нас много своих забот. Споры за Дейкос еще впереди. – Если верить пропаганде с экранов, Сиана является лидером системы Антарес. – Мы продолжаем укреплять позиции и внимательно наблюдаем по сторонам. Опасно захватывать новые территории, если дома не выметен мусор. В нем могут развиться болезнетворные очаги, такой печальный опыт у нас уже был. Поэтому не стоит переживать о судьбе далекой родины, Зоя. Твоя планета может превратиться в сдувшийся шарик и без нашего вмешательства. Летим со мной, мотылек! Я прослежу за твоими хрупкими крылышками, раз уж им удалось добраться до небесных садов Сонмы.