Глава 21

Прошло два дня после чаепития с императрицей. Слова Алисии висели в воздухе моих покоев тяжелым, невысказанным вопросом. Каждое утро я просыпалась с ним, каждую ночь засыпала, так и не найдя ответа. Стать «глазами и ушами» императрицы означало прыгнуть в самый эпицентр придворных интриг с головой. Но отказаться... Отказаться значило сделать себя уязвимой. Без ее покровительства любая ложь, любая сплетня, пущенная о мне, могла иметь фатальные последствия.

Дамир продолжал пропадать в Министерстве. Когда мы изредка пересекались за ужином, его взгляд на мне стал linger дольше, но он ничего не спрашивал. Он давал мне пространство, и в этом было что-то... уважительное. И одновременно пугающее. Он наблюдал, как я буду действовать в этой новой, опасной среде.

Вечером второго дня, когда я в очередной раз бесцельно переставляла книги на полке в кабинете, в дверь постучали. На пороге стоял Дамир. В его руке был сверток из грубой коричневой бумаги.

— Можно? — спросил он, и в его голосе не было привычной мне холодной вежливости. Была усталость.

Я кивнула, и он вошел, положив сверток на мой стол. — Отчет о бароне Фольке, — сказал он просто. — Вы были правы. Его поставщики — подставные конторы, связанные с контрабандистами. Сделка была ловушкой, чтобы ослабить оборону границы.

Он не сказал «спасибо». Но его взгляд, тяжелый и оценивающий, был красноречивее любых слов. Я сдержала свое слово. Мой дар сработал.

— Я рада, что помогла избежать ошибки, — тихо ответила я.

— Это меняет ситуацию, — продолжил он, глядя на меня так, будто видел впервые. — Ваша... способность. Она может быть полезной. Не только для меня.

Он знал. Он не мог не знать о приглашении императрицы. В Аэринтале ничто не оставалось тайной надолго.

— Императрица предложила вам свою защиту, — констатировал он. — В обмен на информацию.

— Она предложила мне выбор, — поправила я его. — Но любой выбор в этой ситуации кажется мне ошибочным.

Он медленно прошелся по кабинету, его взгляд скользнул по корешкам книг, по немногим личным вещам, что я успела расставить. — Алисия видит в вас инструмент. Я... начинаю видеть нечто большее. Но инструмент остается инструментом. Его используют, а когда он становится ненужным или опасным — ломают.

Он остановился напротив меня. — Я не могу предложить вам покровительство императрицы. Но я могу предложить вам союз. Настоящий. Вы будете моими глазами и ушами там, где мои взгляды слишком очевидны. А я буду вашим щитом.

Это было неожиданно. После месяцев холодности, формальности и отстраненности — предложение партнерства. Настоящего, пусть и вынужденного.

— Почему сейчас? — спросила я. — Почему вы вдруг решили мне доверять?

— Я не доверяю, — честно ответил он. — Но я доверяю фактам. Вы предупредили меня о Фольке. Вы не побежали сразу же с ответом к императрице. Вы думаете. И в нашем мире это дорогого стоит.

Он посмотрел на меня, и в его глазах я снова увидела ту самую искру — не любопытства, а чего-то более глубокого. Признания. — Решайте, лира Диара. Идти в объятия императрицы одному... или иметь союзника, у которого свои интересы, но который будет защищать вас, потому что ваша безопасность теперь в его интересах.

Он повернулся и вышел, оставив меня наедине со свертком, полным доказательств правдивости моего дара, и с выбором, который стал еще сложнее.

Теперь это была не просто дилемма — соглашаться или нет. Это был выбор между двумя силами. Между скрытой властью императрицы и открытым, рискованным союзом с мужем, который только начинал видеть во мне нечто большее, чем обузу.

Я развернула грубую бумагу. Внутри лежали документы, отчёты, расшифровки переговоров. Доказательства лжи барона Фолька. Доказательства того, что мой дар был реальным оружием.

И в тишине кабинета я снова почувствовала на себе взгляд Ульрика. На этот раз в нём не было ни враждебности, ни простого любопытства. В нём было... ожидание. Древний страж, казалось, замер в в предвкушении, наблюдая, какой путь выберет его новая, временная хозяйка. И от этого выбора, я чувствовала, зависело очень многое. Возможно, всё.