Глава 58

Путь домой должен был быть триумфальным. Мы летели навстречу тающему солнцу, оставляя за спиной вечную зиму Севера. Дамир управлял своим криархом впереди, его поза в седле была такой же уверенной и грациозной, как и на земле. Я сидела в санях, привязанных к его птице, и смотрела, как его плащ развевается на ветру, словно темное знамя. Мы почти не разговаривали, но тишина между нами была комфортной, наполненной общим предвкушением возвращения.

Именно поэтому удар был таким внезапным.

Сначала я услышала короткий, свистящий звук, похожий на крик странной птицы. Затем мой криарх взвыл — не мелодичным звоном, а пронзительным, полным боли визгом. Из-под его мощного крыла брызнула струйка не крови, а чего-то похожего на жидкий свет.

— ДАМИР! — крикнула я, инстинктивно вцепившись в поручни саней.

Он обернулся, и его лицо исказилось ужасом. Но было уже поздно.

Моя птица, смертельно раненая, камнем понеслась вниз, бешено кружась и вырывая из моих рук вожжи. Мир превратился в мелькание скал, неба и белой пены. Я услышала яростный крик Дамира и увидела, как его криарх ринулся за нами, но нас уже подхватил неумолимый поток воздуха и понес к зубчатым скалам внизу.

Удар о землю был оглушительным. Дерево саней треснуло, как скорлупа. Меня с силой выбросило вперед, и я ударилась о камень, ощутив острую боль в плече. На мгновение мир померк.

Я пришла в себя от холода и тихого, жалобного стона. Мой криарх лежал в нескольких метрах, его крыло было неестественно вывернуто, а из раны сочилась та самая светящаяся субстанция. Он смотрел на меня огромными, стеклянными глазами, полными страдания, и затем затих. Его тело начало медленно таять, превращаясь в сверкающую воду, которая впитывалась в снег.

Я была одна. Посреди узкого, заснеженного ущелья. Где-то высоко над головой, за клочьями тумана, я услышала отчаянный крик Дамира. Он звал мое имя, и в его голосе звучало то же животное отчаяние, что и тогда, когда он нашел меня в снегу.

— Я здесь! — попыталась крикнуть я, но голос сорвался на хриплый шепот. Боль в плече была огненной. Я попыталась пошевелиться и с ужасом поняла, что нога снова зажата обломком саней.

Я была в ловушке. Холод уже начинал пробираться сквозь меха, а туман сгущался, поглощая свет. Я смотрела на небо, слушая, как его крики становились все отчаяннее и все дальше. Он искал меня. Но спуститься в это узкое ущелье на криархе было невозможно.

Сердце бешено колотилось, глотая панику. Кто стрелял? Случайные охотники? Бандиты? Или… темно-фиолетовые отблески в ауре принцессы Лианель вспыхнули в моей памяти с пугающей яркостью. Нет, это не могла быть она… Могла ли?

Я зажмурилась, пытаясь взять себя в руки. Паника не поможет. Я жива. Значит, все еще можно исправить. Я психолог. Я умею успокаивать чужие страхи. Теперь пришла очередь успокоить свои.

Сделав глубокий вдох, я сосредоточилась на своем даре. Не на видении лжи, а на том, что помогало мне в тренировках с Моргэном — на чувствовании энергии. Я закрыла глаза и мысленно потянулась к тому единственному источнику тепла и силы, что знала. К Дамиру.

Я здесь, — послала я ему мысленный образ ущелья, скал, своего положения. Я жива. Я жду.

Я не знала, сработает ли это. Но это была моя единственная надежда. Пока он меня искал, я должна была выжить. Ради него. Ради нас. Ради нашего дома, до которого мы так и не долетели.