— 11-

Алессандро

Последние дни настроение было предвкушающим и радостным. Я старался не показывать вида, но с каждым днем давалось труднее. Однако не так трудно, как ждать в полной тишине. Я даже какое-то время мысленно считал, но после трех тысяч оставил эту затею. По моим подсчётам большая часть зимы прошла, со дня на день должен был состояться побег. Я чувствовал, колдунья не обманывала меня. За десятилетия общения с нелюдями многому пришлось научиться и в том числе распознавать ложь. Поэтому меня трудно обмануть.

За время отсутствия Офелии я продумал, что сделаю после побега. Определённо, сначала, как бы это не раздражало, придётся скрываться. Практически от всех, потому что доверять я не привык. Всех интересовала только своя собственная выгода, а она порой не всегда совпадала с моей.

Потом можно было бы собрать хоть какую-то часть вампиров, тех, кто не вызывали сомнений и готовы глотки за меня рвать, но, учитывая новости от джиннии… Мои опасения оправдались. Вампиры в руках Норгейма, ресторан, вероятно, тоже под его руководством. Этот гад быстренько нашёл язык с Остером и захватил себе все, над чем я трудился. Ублюдки.

Первое время мне точно будет не до мести, хотя бы потому что понимал, что нападать на сильного колдуна, когда сам не тренировался более двух месяцев — бессмысленный "цирк" на публику. И уж точно не стоит появляться Остеру на глаза, пока я более или менее не буду уверен в себе и своих вампирах. А вот когда пройдёт немного времени, я вновь встану на ноги. Убью каждого, кто встанет на моем пути. Кто хоть косвенно посягнет на моё. Я не просто так воспитывал жестоких вампиров, устанавливал свои правила, не просто так часами придумывал новые блюда, открывал рестораны. Я не просто так старался. И хрен я допущу, чтобы работа всей моей жизни досталась какому-нибудь халявщику.

Мне уже не терпелось избавиться от ошейника, выйти за пределы комнаты, почувствовать дуновение ветра, разогнаться со всей скорости и вонзить в кого-нибудь клыки. Сколько же всего мне хотелось сделать. Оставалось совсем немного. Дождаться, когда придёт колдунья, всего то. Единственное, что меня волновало — джинния. Джун могла прийти в любой момент. Конечно, она не догадывалась ни о каком побеге, наверняка была уверена в своей тюрьме, что играло мне на руку. Но она ведь могла появиться и во время побега, и сразу после, что усложняло мне задачу. Я надеялся до последнего, что ничего такого не случится. Но надежды надеждами, а действовать придётся быстро. Очень быстро, чтобы спустя пять минут я уже гнал по улицам Кентербери.

Когда дверь отворилась, я отжимался и искренне думал, что сейчас сбегу. Зайдёт колдунья, снимет ошейник, и я окажусь на свободе, но пришла дорогуша. Хм, даже хорошо, что перед побегом, так будет спокойней.

— Какой ты молодец, — похвалила джинния и села передо мной в кресло.

Готов поклясться, она не сводила с меня взгляда.

Не прекращая своего занятия, сделал ещё десяток отжиманий, доходя до тысячи, и только потом взглянул на свою гостью. Пот стекал по моему телу, мне требовалось ополоснуться, но я не мог перестать смотреть на Джун. Черт, почему она такая сексуальная?

— Мне надо в душ. Составишь компанию? — в моём голосе послышались игривые нотки.

— Можно. Но ты уверен? Мы оттуда выйдем не скоро.

Усмехнулся. У меня было слишком хорошее настроение, чтобы уговаривать её. Да и не приходилось мне никогда никого принуждать к постели. Женщины сами на меня вешались.

— Как хочешь.

— В каком это смысле?

Я знал, какая последует реакция, поэтому пожал плечами и медленно, не ускоряясь, направился в ванну.

— Эй! Ты вот так меня оставишь? — Джунни не удалось скрыть возмущения, а я остановился и оскалился. Именно этого я и ждал. Мне удалось её удивить, застать врасплох.

Конечно, ведь первое время я приставал и предлагал переспать, а теперь ни на чем не настаивал. Во-первых, потому что я получил тело, которое так долго желал. Во-вторых, я готовился к побегу, поэтому меня ничто не волновало: ни джинния, ни её реакция.

И хоть словесные пикировки с Джун заводили меня, да и трахаться с ней оказалось неплохо, я бы даже больше сказал — в постели она мне полностью подходила и превосходила ожидания — но всему приходит конец. Не стоит привязываться к психологине, для которой ты подопытный.

Мы поигрались, когда-то она меня использовала, когда-то я ее. Мы в расчете, а теперь пора заканчивать. Да и к тому же слишком опасно с Джун общаться. Она искала обо мне то, что ото всех скрыто — моё прошлое, мою человеческую жизнь. И чем глубже она копала, тем больше я начинал беситься и задаваться вопросами. Например, кто ей помогал, что ей ещё известно, и как далеко она готова зайти? От свидетелей избавляются, и я полагал, что справился с этим. О моем имени знали единицы, каким образом о нем узнала джинния — я не представлял. Одно знал точно: она упорно добивались оказаться в числе свидетелей. И я ей это позволю. Временно, конечно. После моего побега мы непременно встретимся, ведь я обещал, что отомщу и ей, и Остеру. Убью каждого за унижения в виде этой комнаты и лишение меня привычной жизни. Я верну себе звание главы, самого жестокого и беспощадного вампира в мире.

— Я предоставил тебе выбор. Хочешь — можешь присоединиться, — скучающим тоном произнес я и скрылся в ванной.

Джинния явно раздумывала, что выбрать, но любопытство победило.

Не прошло и двух минут, когда она зашла в комнату, но присоединяться не стала. Она наблюдала за мной, а я упорно делал вид, что не замечал её. Но так было только первое время. Увы, когда женщина стала раздеваться, зная при этом, какое оказывала на меня влияние, я не сдержался и повернулся к ней. Я снова её хотел. Безумие в чистом виде.

— Верное решение, Джунни, — охрипшим голосом заметил я.

— Разумеется.

Она зашла в душевую и места сразу стало мало. Не медля, захватил её лицо в свои руки и поцеловал. В этот раз я не торопился, ловил стоны джиннии, упивался её желанием и получал не меньший кайф. Мы зажигались с ней, как спички, и не позволяли друг другу сгореть, поддерживая общий огонь из страсти и влечения. Связь с миром снова потерялась, все отошло на второй план. Остались только я и она. Горячая неудержимая джинния. Вышли из душа мы и правда не скоро. Зато оба удовлетворенные и довольные. И все бы хорошо, ведь побег у меня в кармане, давно надо было забить на старые слова Джун, но… Я хотел дать ей последний шанс. Хотел, чтобы она одумалась и перешла на мою сторону. Отпустила на свободу по собственной инициативе. Мне нравился её твёрдый характер, манера поведения и порой с ней можно было нормально общаться, но либо она со мной, либо пусть наслаждается последними моментами на стороне колдуна перед тем, как я убью её. Так что если она и сейчас не согласится со мной, то… Её выбор сделан.

— У меня есть вопрос.

Мы расположились в креслах. Джун, если и удивилась моим словам, то не показала вида, наклонив голову чуть в сторону.

— Задавай.

— Когда меня выпустят?

— Когда я буду убеждена, что ты не опасен.

Руки сжались в кулаки. В который раз за время нашего общения захотелось стереть с её лица невозмутимость.

— Как это понимать? Сколько мне ещё сидеть?

— Я уже ответила на твой вопрос.

Прищур выдавал мою злость, но я ничего не мог поделать с собой. С джиннией я раздражался с полуоборота. Я и раньше-то не особо старался держать себя в руках, но с ней я моментально с катушек слетал. Все хорошее настроение шло к черту, уступая место злости, ярости, неконтролируемому желанию кого-нибудь придушить.

— Нет, ты нихера не ответила. Я заебался тут находиться, — прорычал не своим голосом я.

— Ты можешь в любой момент сказать, чего не хватает в комнате.

— Дорогуша, я не хочу здесь сидеть. Меня бесит, что ты приходишь, трахаешься со мной и уходишь.

— Мне больше не трахаться с тобой? Или трахаться и не уходить? — съязвила она, чем ещё больше взбесила.

Она намеренно провоцировала меня? Или думала, что меня устроят предложенные варианты? Смею её огорчить, я привык получать от жизни все, что хочу.

— Хватит дурить, Джун. Мне нечего здесь делать, трахаться мы можем и за пределами этой комнаты, — постарался как можно спокойней произнести.

— А что тебе делать за её пределами? Что тебя держит?

— Дай подумать… Я могу выбирать, чем заняться, куда сходить или, может быть, во что одеться?! — намекнул на свой вид. Три месяца я ходил в брюках без возможности сменить их на те же джинсы, а про отсутствие верха я вообще молчал.

Джун прошлась по мне внимательным взглядом, после чего улыбнулась уголками рта.

— Знаешь, а мне все нравится.

Хмыкнул. Ну ещё бы ей не нравилось торс мой разглядывать. Вот если бы я еще не прекращал свои тренировки, тело выглядело бы гораздо лучше. Но и тут не моя вина, а тех, кто решил меня запереть.

— Не сомневался.

Резко поднявшись, схватил Джун за руку, заставляя встать рядом. Мои руки мгновенно сжали женское тело, не позволяя отстраниться. Впрочем, дорогуша и не пыталась избавиться от моих объятий.

— Соглашайся, Джунни. Перейди, наконец, на мою сторону, — прошептал ей на ухо.

— Я уже говорила тебе…

— Да-да, нейтралитет, — нагло перебил её, из-за чего её ногти впились в мои руки. Ну хоть не одному мне неприятно от разговора. — Но ты не учитываешь мои желания.

— А вот с этим не согласна.

Схватив её за подбородок, внимательно посмотрел в такие же тёмные, карие глаза, будто мог найти в них ответ. Но правда заключалась в том, что Джун стояла на своем и не хотела менять своего решения, как бы я не пытался её уговорить.

— Раз так, то отпусти меня.

Секунда, вторая, третья, четве…

— Нет.

Снова прищурился и хотел сжать руки, но вовремя вспомнил, что до сих пор удерживал Джун. Злость настолько заполонила разум, что я боялся не сдержаться. Отойдя на шаг, задал последний вопрос:

— Это точный ответ?

— Да.

И ни капли сомнений.

И на что я надеялся? Она никогда не перейдёт на мою сторону и не окажет помощь с тем же побегом, потому что такая же как все: живет только ради себя и своего благополучия. И снова я не мог определиться. С одной стороны, я понимал точку зрения джиннии, ведь сам так жил, с другой — меня бесила ее правильность. Она боялась пойти против Остера, так что все ее слова про нейтралитет — полная херня. Уверен, случись с ней что, колдун поможет. Она под его крылом.

— Тогда можешь проваливать. Нам не о чем больше разговаривать, — безразлично произнес я и прекратил зрительный контакт. Я не услышал ничего нового или интересного, значит, побег с помощью колдуньи остаётся в силе, а остальное — неважно.

— Не раньше, пока я сама этого не захочу, — ничуть не смутившись, она в очередной раз напомнила мне о своей власти. Власти надо мной! Главой вампиров!

Взглянув на неё со всей злостью, одолевавшей меня в этот момент, я чуть ли не выплюнул следующие слова, желая унизить её, оскорбить.

— И что ты собираешься делать? Снова подкупать подарками? Скакать на моем члене? Или задавать идиотские вопросы? Только учти, участвовать ни в чем из перечисленного я не желаю.

По переменившемуся выражению лица я понял, что попал в точку. Джун задели мои слова, но мне было абсолютно плевать на её чувства. Я хотел свободы. Это единственное моё желание.

— Ладно. Но ты сильно об этом пожалеешь. Тебе безопасней находиться здесь.

И она мне ещё будет говорить, что мне безопасно, а что нет? Мне?!

Мало того, что меня вывела из себя, так и сама ушла недовольная, хлопнув дверью. Глупая джинния. Ей надо было всего лишь согласиться!

Я стал впечатывать кулаки в стены, желая вернуть контроль над собой, но помогало слабо. Остановился только когда увидел до крови разбитые руки.

Я думал, что ничего до побега не взбесит меня, но ошибся. Такой исход был ожидаем. Джун сделала свой выбор. Упертая джинния подписала себе приговор.

То ли дело в настроении, сменившемся после прихода девушки, то ли в чем, но впервые за все время, проведённое в тюрьме, я ни о чем не думал. В голове не велись дискуссии, а тишина, наконец, радовала. После побега можно будет вновь забыть о спокойствии. Мир так устроен, что перемены происходят столь стремительно, что порой не хватает времени передохнуть.

Когда я собирался немного поспать, дверь резко отворилась, от чего я тут же напрягся, готовясь к любому исходу событий. Ничего не произошло, зато появилась Офелия.

— Надеюсь, ты с хорошими новостями.

— Вы в курсе, как трудно было добыть яд? Такое чувство, будто я в мышеловку попала, — возмутилась колдунья, подходят ближе.

До того, как дверь закрылась, я заметил в соседней комнате включённый свет, из чего сделал вывод, что время все-таки ночное.

Слова девчонки заставили меня улыбнуться, ведь ещё до посещения моего ресторана, она оказалась в ловушке. Прям в тот момент, когда согласилась помочь незнакомке.

— Главное, что у тебя получилось, — я позволил себе потянуться во весь рост, предвкушаю дальнейшие события. — Кто сегодня дежурит? Неразлучные друзья или главный?

— Как вы догадались, что он главный? — удивилась колдунья.

— Чутье подсказало, — подмигнул ей и задумался. — Значит, все-таки главный. На него яд недолго будет действовать, — сделал вывод, вспомнив встречи с охранником. В нем чувствовалось больше силы, чем в остальных. И в то же время яд был непростой. Сначала тот, кто его выпьет, будет себя плохо чувствовать, а потом отключится. Пару часов и охранник не выживет, но до этого, конечно, не дойдет. Наверняка о моем исчезновении сообщат другие охранники, или джинния придёт. Можно было бы избавиться от колдуна, но тогда пришлось бы убить Офелию, чтобы не подставить её. Однако она же мне помогла, а значит, пока незачем её убивать. Я умел благодарить.

— Да, теперь самое сложное. Ошейник.

Переплюнуть магию джиннии будет не так-то просто, но иначе ни о каком побеге и речи не могло идти, поэтому я давно был готов к любым последствиям. Да, риск появления джиннии или моей смерти от сопротивления магии, был слишком велик. Однако сбегать, не избавившись от ошейника, — чистое самоубийство.

— Снимай. Даже если мне будет неприятно, поняла?

Девчонка только кивнула, после чего взмахнула рукой, призывая магию. Раньше, при виде такой картины, я обезвредил бы противника и напал, но не сейчас. Как быстро же все поменялось.

Всполохи светло-зелёной магии молниеносно впечатались в меня, как если бы колдунья атаковала. Ошейник заискрился и начал работать, причиняя лёгкую боль, и, увеличивая давление. Видимо, Офелия разбудила его. Она попробовала ещё раз, но уже не так быстро. Магия медленно окутывала мою шею, словно лиана. Я не видел, но скорее чувствовал лёгкий протест — золотая магия джиннии не поддавалась. Ей не нравилось, что её пытались «успокоить».

На лице Офелии застыла холодная маска, капелька пота стекала по её виску, выдавая напряжение, но колдунья не останавливалась. Ошейник начал ещё сильнее душить, но я терпел, сжимая кулаки. Не знаю, сколько длилась эта пытка. Казалось, ещё чуть-чуть, и я просто упаду. Особенно, когда ошейник сжался вокруг моей шеи настолько, что пришлось прикрыть глаза. В одно мгновение давление ослабло, и ошейник с грохотом упал на пол. Я раскрыл глаза и схватился за шею, все ещё не веря, что мы справились. Колдунья бессильно опустила руку и позволила мне отдышаться.

— Мне уже пора идти, — довольно улыбнулся я и пошёл на выход, но вовремя остановился. — И да, спасибо за помощь, крошка.

— Постойте! Вы должны пойти со мной.

Медленно развернулся. Улыбка вмиг слетела с моего лица. Что-то здесь не так. Пора сваливать, пока не поздно.

— Зачем?

— Та девушка назначила встречу.

Откуда она могла узнать о побеге? Это была первая мысль, посетившая голову, и которая очень сильно меня взбесила. А дальше я и думать не стал.

Приблизившись к колдунье в мгновение ока, схватил её за шею и слегка сдавил.

— Ты ей рассказала, что я в курсе её плана, да?

— Они хотели напасть, — прохрипела девчонка, схватившись за мою руку, — чтобы вас спасти.

— Плевать. Я никому ничего не должен. Встречи не будет. А незнакомке передай, что мы обязательно встретимся, но на моих условиях.

Не желая больше тратить время впустую, отпустил её. Думал, что до девчонки дошёл смысл моих слов, но нет.

— Вы должны пойти со мной, — повторила она и достала пистолет. Нет, это уже нихрена не смешно. — Они обещали мне, что Витторио станет моим, только если я до конца выполню условия сделки.

— Офелия, убери пушку, будь хорошей девочкой, — максимально спокойно произнес я. Если пуля попадёт в меня, то на путь уйдёт больше времени, чего бы я совсем не хотел. — Я пойду с тобой, но только убери её.

— Чтобы вы обманули меня?

Черт. Черт. Черт.

Все шло не по плану, эта идиотка тратила моё время.

— Куда идти?

— Скоро узнаете.

Она слегка подняла пистолет, намекая двигаться. Ладно, я приму правила её игры.

Мы спокойно вышли из комнаты, второй охранник — тот, что главный — сидел у камер, опустив голову на стол. Неплохо справилась. Я бы даже похвалил, но сейчас меня гораздо больше занимали детали и малейшие движения. Надо разговорить девчонку, отвлечь и срочно!

— Вперед, Алессандро, вы же хотите сбежать.

Сама тюрьма, как я её назвал, находилась под землёй, поэтому ни окон, ни дверей здесь не было, только лестница.

— Не хочешь избавиться от улик?

— Я выключила камеру. Ступайте. Мне ещё необходимо вернуться сюда, иначе колдуны все поймут.

— Кхм… А так они не поймут? — усмехнулся я, все ещё потирая шею.

— Я что-нибудь придумаю. Витторио поверит мне, — уверенно произнесла девчонка.

Конечно, жаль, что не удастся увидеть перекошенные лица джиннии и колдуна, но, когда в руках свобода — это все мелочи. И как будет оправдываться Офелия, точно не мои проблемы.

Всё, значит, продумала. Аж бесит. Когда до всех дойдёт, что мной бесполезно управлять?! Никогда в жизни не потерплю приказов в мой адрес.

— Как собираешь врать Остеру? — несмотря на злость, я спросил спокойно.

— К появлению охранников, я уже буду в отключке.

Усмешка заиграла на моих губах.

— Точно.

— Что?

Не став больше медлить, развернулся к ней лицом в попытке забрать пистолет, но Офелия держала его крепко. Всё произошло слишком быстро. Выстрел прозвучал столь неожиданно, что я растерялся в первое мгновение.

Блядь. Не был я готов к такому повороту событий.

Пуля попала в правое плечо, пронзив острой болью. Вот же ж сука. Руки колдунья дрогнули на мгновение, и я выхватил пистолет, ударив им ей по лицу.

Я усмехнулся. А она была права. Всё произошло так, как она и сказала. И я даже убивать ее не стал, хотя стоило бы, но время — деньги. Точнее, в моем случае, свобода.

Посмотрев на плечо, мысленно прикинул, смогу ли весь путь выдержать с пулей. Я обернулся на охранника и быстро освободил его от накидки, проверил ту на жучки, и схватил кошелёк, забирая все деньги.

— Прости, чувак, мне сейчас нужнее.

***

Джун

Я проснулась как будто бы от толчка и первые мгновения пыталась сообразить, что не так.

Откатом это быть не могло. Плохое настроение тоже вряд ли бы меня разбудило, ведь я упорно не высыпалась уже несколько месяцев. Кошмары? О них я не вспоминала и того дольше. Тогда что?

Я рассматривала потолок и уже решила, что мне просто показалось, что просто нервы ни к черту, но последовал еще один невидимый слабый удар, а за ним второй.

Кто-то где-то ломал мою магию! Мою магию!!! А ей опутано все, что принадлежит мне в этом городе, через плотную сетку заклинаний, с помощью которой я защищала свое от наглых нелюдей Кентербери и оборзевших «непрошенных» гостей. И обычно мне не приходилось ею пользоваться, она просто работала в «фоновом режиме», но только одно место защищено настолько, что я должна была почувствовать взлом своей системы безопасности. Бункер! Мое тайное убежище, в котором сейчас сидел Алессандро, мать его, Морен!

Матерясь на чем только свет стоит, я пулей выскочила из дома, едва застегнув сапоги и накинув пальто поверх ночнушки, и на полной скорости понеслась к нему. И молилась, чтобы у меня просто были глюки. Капитальные, но глюки.

В пункте назначения меня ждал крайне неприятный сюрприз: все двери нараспашку, охрана без сознания, а моего подопытного и след простыл.

И в первые секунды я стояла, как громом поражённая, осознавая, что произошло. Но полное осознание, что случилось, к чему это приведет, и что именно я потеряла, где-то задерживалось, зато ярость явно была быстрее, охватив меня с ног до головы. Мне нужно было выместить ее хоть на ком-нибудь, а ближайшие кандидаты в первые жертвы в себя не приходили. Да и были дела поважнее, чем стоять столбом.

Придя в себя, я сразу же кинулась проверить состояние охраны. Девчонку просто вырубили, а вот колдун был на грани жизни и смерти. Одной рукой держась за мужчину, чтобы продлить его жизнь, второй, неслабо трясущейся, я судорожно пыталась достать телефон из кармана пальто, чтобы позвонить… Альберту.

— Живо в бункер! — Едва он принял звонок, я сорвалась на командный тон. — Полный комплект твоей экстренной аптечки и инструментов. И поживее.

Ответ меня не интересовал. Даже если Альберт хотел возмутиться и отказаться, то после того как я бросила трубку, приедет как миленький. Нездоровое любопытство не позволит ему остаться в стороне, когда где-то происходит что-то «необъяснимо-восхитительное».

А для следующего звонка мне необходимо было собраться духом и набраться смелости. Потому что я ужасно боялась того, что могла услышать. И тем не менее время поджимало, и каждая минута могла сыграть против меня.

— Да? — раздался в трубке голос Габриэль.

— Эль, привет. Прости, что разбудила, но у тебя все в порядке? — Я старалась говорить мягко и не выдавать своих сжавшихся в комок нервов, чтобы не разволновать подругу. Хотя поводов для волнения хватало, но все же Габби сложно удивить звонком среди ночи. К тому же, наши беседы всегда начинались издалека. Так что ничего странного в моем поведении она заметить не должна.

— Ну да.

— Хорошо. — Я с облегчением выдохнула от того, что Морен до нее еще не добрался. — А Витто же с тобой? Он мне нужен.

Послышался легкий шорох и тяжелый вздох, а за ним голос Витторио:

— Слушаю.

— Сейчас без лишней паники собирай Эль и приезжай в бункер. — А вот с колдуном уже заговорила более жестко.

— В чем дело?

— Морен сбежал.

— Ты там? — после продолжительного молчания, за которым явно скрывались всевозможные ругательства, спросил он.

— Да.

— Скоро будем.

О! Этот спокойно-обманчивый тон! Да он так и говорил: когда они тут будут, меня ждет столько всего, что лучше бы Морен не просто сбежал, но и перед этим меня придушил.

От понимания, что я в полной жопе, телефон улетел аж в камеру Морена и там разлетелся на части. Оставалось только ждать, держать умирающего охранника за руку и осматриваться по сторонам в попытках понять, как Алессу удалось бежать. От моей магии избавиться не так-то просто. И из камеры это точно сделать невозможно. Только снаружи и только если знать, как все устроено. Но и это не гарантия успеха. Кто бы ни снял защиту, он должен быть или очень силен, или чересчур умен, хитер и методичен. Увы, никто конкретный на ум не приходил.

С этой мысли меня сбили несколько капель крови на полу. Охраннику они принадлежать не могли, разве что Офелии, у которой, похоже, была подпорчена мордашка. Либо кому-то третьему. И какое-то странное предчувствие заставило меня оторвать кусок ткани от сорочки и собрать на нее те, до которых я могла дотянуться.

Не знаю сколько прошло времени, но как только мужчина начал подавать признаки жизни, я выдохнула. Теперь можно было заняться и менее пострадавшей особой. И с ней я не церемонилась. Просто взяла из холодильника в комнате отдыха охраны бутылку с водой, перелила в стакан и резко выплеснула этой швабре в лицо.

— Что?! — в момент пришла в себя неудачница-охранница. — Что произошло?

— Это я тебя хочу спросить! Где Морен?!

— Он сбежал.

— Я вижу. — Ядовито процедила я. — Как вы его упустили? — Но только отвечать девчонка не торопилась, и я взбесилась. — Живо отвечай, тварь, как, когда и почему?!

Ответа снова не последовало, и нервы лопнули. Я замахнусь, но мою руку перехватили мертвой хваткой.

— Дальше я сам. — Сквозь зубы прорычал Витторио, глядя на меня со злобой. — Займись вторым.

Я задохнулась от возмущения, но только движение за спиной колдуна и сочувствующий взгляд Габби остановили от дальнейшего выяснения отношений. Но это была лишь отсрочка. И вообще пусть радуется, что я не убила Офелию на месте. Она упустила Алессандро, а в таком бешенстве я не пребывала давно.

Витто же прошел мимо так, словно я была пустым местом, а, взяв Офелию под локоток, увел девчонку в ту самую комнату отдыха и демонстративно закрыл дверь.

— Могла бы и через меня сообщить о побеге. — Габби прислонилась к стене и была на удивление спокойна, хотя говорила едва слышно.

— Чтобы он на тебе сорвался?

— Не сорвался бы. У нас пока медовый месяц.

Черт. А ведь совсем забыла, что эти двое втихушку расписались в Риме на день святого Валентина. А я их еще из постели вытащила. Хотя они едва достигли компромисса пока пожить у Эль на квартире.

— Прости. Я не хотела волновать. Твою реакцию предугадать сложнее, чем его.

В ответ Габриэль подарила мне грустную, но понимающую улыбку. И может нам и хотелось поговорить, но мы молчали, прислушиваясь к разговору за дверью. А если точнее нагло подслушивали.

— Офелия, как это понимать? — слишком спокойно спросил Витторио. И меня это задело. Со мной он разговаривал как с полной дурой, виновной во всех смертных грехах, а с колдуньей вот так. По-простому.

— Я пыталась задержать его до последнего. — Проблеяла девчонка, от чего не только у меня, но и у Габби сжались кулаки.

— Почему ты одна его задерживала? Где был твой напарник? Как так получилось, что он чуть не умер?!

— Он пошёл ужинать, а я осталась здесь. Сюда вломились вампиры, я звала его помочь, но он не пришёл. И я сама пыталась их остановить. В одного даже попала.

— Кто вломился, Офелия? О бункере знали единицы.

— Напарники постоянно заказывали еду. Возможно, нас выследили.

Объяснение звучало настолько неубедительно, что мы с Эль обменялись удивленными, но красноречивыми взглядами. Либо девчонка лгала, так же как дышала, либо у Остера очень тупая и непредусмотрительная охрана.

— И ты только сейчас об этом говоришь? Ты должна была сразу сообщить либо мне, либо Джун, как почувствовала что-то неладное. Почему ты этого не сделала?!

— Прости. Я не думала, что все так обернётся.

— Офелия, ты вообще понимаешь, что натворила? Осознаешь степень опасности, пока вампир на свободе?!

— Мы найдём его.

— Мы? Нет. Я отстраняю тебя от задания. Моё решение было ошибкой, которая больше не повторится, можешь не сомневаться. Я сейчас очень зол и разочарован.

Возмущению моему не было предела.

И это все? Он просто ее пожурил и отстранил от задания? Серьезно? Да я рвать и метать готова. А упустивших Алессандро вообще убить. А он просто ее от задания отстранил. Но Габриэль не позволила мне ворваться туда и высказать все, что было на языке. Хотя ей и самой этого хотелось. Но ведающая продолжала просто слушать, а значит, Витторио еще свое получит.

— Зол? — уточнила я у подруги, потому что злостью тут и не пахло.

— Слегка не в духе. — Эль с кривой улыбкой подтвердила мои опасения.

Увы большего нам обсудить не удалось.

— Витто… — судя по голосу, эта дура начала давить на жалость.

— Для тебя отныне Витторио.

— Неужели ты не видишь, что делаешь мне больно?

— Хватит, Офелия. Мы уже обсуждали этот вопрос.

— Обсуждали?! Да ты сам все решил!

— Я не собираюсь отчитываться перед тобой.

— Как только ты привёл её в наш клан, все изменилось! Она все испортила! Если бы не она, мы бы поженились.

«Она», то есть по всей видимости Габриэль, плотно сжала зубы, но все еще держала себя в руках. Хотя ее лицо обратилось каменной маской.

— Этот брак нужен был клану. — Спокойно парировал Витторио. — Я передумал, потому что люблю Габриэль.

— А как же я? Мои чувства тебя не волнуют?

— Ты сама их придумала, как и взаимную симпатию, которой никогда не было. Всё это время я уважал и доверял тебе. Мне жаль, что ты приняла это за что-то большее.

— Это неправда. Она запудрила тебе мозги, разве ты не видишь?!

— Достаточно. — отрубил колдун. — Тебе придётся смириться с моим решением. С обоими моими решениями. К таким сложным заданиям я тебя больше не допущу. В твоих же интересах в ближайшие дни не попадаться мне на глаза. Что с тобой делать дальше, я подумаю на свежую голову.

Дверь распахнулась, являя очень расстроенную Офелию. Но расстроенной она была, пока не увидела Габби. А дальше колдунья буквально вспыхнула ненавистью, пытаясь испепелить Эль взглядом. Моя подруга встретила этот взгляд с достоинством, превосходством и полным отвращением к ее персоне. Может Эль не умела пользоваться магией, зато могла пригвоздить противника к стенке одним вот таким выражением лица. Но колдунья вздернула подбородок и ушла. Просто взяла и ушла. Совсем!

И это стало последней каплей!

— И только?! Отстранил и подумаешь, что делать?! — голос сорвался на крик.

— Да. Только мне решать, как и кого наказывать в моем клане. И с тобой я только начал.

У меня пропал дар речи. За то проснулся у кое-кого другого.

— В твоем клане? — елейным голоском уточнила Габриэль, и даже до меня дошло, какую ошибку совершил Витто, и что лучше отойти на пару шагов назад.

— Габби… — колдун тоже осознал, но отступать не собирался.

— Э-нет, дорогой. — Прошипела ведающая, стервенея на глазах. — Рот ты мне не заткнешь. Я не молчаливый фикус, а мы не твой клан, так что сбавь тон, в противном случае скатертью дорожка к этой блеющей овце.

— Только ты не начинай. Вы хоть понимаете, кто отсюда сбежал? — надо отдать Витторио должное, он все еще пытался противостоять прущей на него, как танк, Габби.

— Да видимо лучше тебя. — Фыркнула я, скрестив руки на груди.

— Правда? Между прочим, это была твоя идея сохранить Морену жизнь. Ты заперла его здесь.

— И позаботилась о защите. Это твои колдуны совершили ошибку, а не я. У меня все было под контролем!

— Контролем? Я отдал тебе его в бессознательном состоянии не для того, чтобы потом бегать за ним. Я думал, ты справишься, и только поэтому не стал его убивать. И что я получил в итоге? Звонок ночью, побег вампира! Ты хоть понимаешь, на что он способен, и какая теперь грозит опасность? И, в первую очередь, она грозит вам обеим!

— И, конечно же, это целиком и полностью моя вина?!

— Именно! — поспешно согласился колдун.

В следующий миг последовала звонкая оплеуха от Габриэль.

— Заткнись, Витторио. — На пределе слышимости прошептала она, едва сдерживая эмоции, и главную из них — разочарование. — Может она и упустила вампира, но Джун права в одном, твои колдуны виноваты не меньше.

Не знаю, как колдуну, но мне стало стыдно. От обиды и досады даже слезы выступили на ресницах.

Возможно, эти разборки дошли бы до крайности, если бы не появился Альберт. Причем одновременно и к лучшему, и к худшему.

— О! Так твой идеальный донор сбежал? — хохотнул недоведьмак. И было с чего. Он-то в любом случае оставался в выигрыше.

— Идеальный донор? Чего я ещё не знаю? — удивление на лице Витто было искренним, но его жена повисла у него на руке, мотая головой, чтобы вопросов больше не задавал.

Я же запустила пальцы в волосы от полного бессилия и отчаяния, и вообще ушла в камеру Алессандро, стараясь не выть и позволив Габби командовать парадом. И моя незаменимая секретарь справлялась с этим на ура. Сначала указала Альберту кого лечить, потом разговаривала с Витто, но о чем непонятно, ибо я не знала итальянского. Да и мне подумать было о чем.

От усталости и эмоциональной встряски разболелась голова, и я присела на кровать, глазами обводя комнату. Кроме пропажи моего подопытного, в помещении ничего не изменилось. Все так же, как было днем. Даже мои подарки лежали все там же на прикроватной тумбе. Все, кроме часов и совместно распитой выпивки. Впрочем, как будто можно было надеяться на другое.

Я упорно не верила в рассказ Офелии, что сюда вломились вампиры. Тогда здесь вряд ли бы сохранился такой порядок. Хотя эта сучка могла говорить правду. Но что-то не сходилось, и я не могла понять, что именно. Даже повертела в руках брошенный на полу ошейник, который определенно сняли магией. Только я не понимала, какой. А от вампиров он защищен. И либо вампиры работали с кем-то еще, либо в охране Витторио завелась крыса. Уж как-то слишком много совпадений. Днем Алесс опять просил его отпустить, а уже ночью сбежал.

— Ну все, я свое дело сделал. — Отчитался Альберт. — Кому выставить счет?

— Остеру, если рискнешь. — Прорычала я, все еще обижаясь на того, кого считала другом. — И проверку вот этого туда включи. — В руки недодемона перекочевал кусок ткани с пятнами крови.

— Злая ты, джинния. — Протянул Альберт, явно не собираясь беспокоить сильнейшего колдуна мира из-за такой мелочи, как деньги, когда тот не в духе. — Думаешь, будут совпадения?

— Думаю, что ты единственный обладатель образца того, с кем это может совпасть. — Произнесла я четко и громко, чтобы Остер услышал и знал, я не собиралась доверять поиски Алессандро Морена ему или кому-нибудь еще.

Я вообще не собиралась кому-то доверять. Как говорится, хочешь сделать хорошо, сделай все сам.

— Джун. — Все-таки позвал меня Витторио, переступая порог камеры.

— Сорок два. — Попробовала я сбить его с толку, прибегнув к трюку, который на мне в прошлом году провернула Габриэль.

— В смысле?

— В смысле, смысла нет. — Хохотнула Габби, замерев почему-то за порогом. — Это ответ на главный вопрос жизни и вселенной, и всего такого. (*1) И видимо намек, что с нами не будут разговаривать. Но не прокатит, Джун.

Точно. Если бы не Эль, это могло прокатить, но нет. О ее присутствии я забыла. Но когда я подняла на нее глаза, девушки уже и след простыл. А вот ее муж шагнул ближе. И еще, и еще. Пока не оказался рядом со мной. Он даже по пути захватил кресло-мешок и сел напротив.

— Джун, я не знал. — В голосе послышались извиняющиеся нотки, да как-то мало.

— Ну хоть кто-то. — Фыркнула и вскинула голову, чтобы посмотреть колдуну прямо в глаза. — И что теперь? Если поймаешь Морена, отдашь мне?

— Нет. Он опасен, и я не подвергну лишнему риску свою семью.

— Значит, этот разговор окончен. Ты ловишь Морена отдельно, я отдельно.

— Ты собираешься и вместе с Габби улетаешь в Рим.

— Слушай меня внимательно, Витторио Остер, — злое шипение раздалось в ответ на этот нелепый приказ. — Я не для того добивалась свободы, шла по головам и в конец испоганила свою карму, чтобы со мной разговаривали в подобном тоне. И я до последнего была на твоей стороне, когда тебе это было нужно, так что будь любезен не говорить мне, что делать.

Витто сжал кулаки и ушел вместе с Габби, бросив напоследок:

— Как скажешь, но учти: один раз я уже сохранил Морену жизнь. Второй такой попытки у него не будет. Я не позволю ему убивать направо и налево.

Не успев ничего ответить, и раз последнее слово осталось за ним, я со злым прищуром смотрела в дверной проем. Да и похрен. Сама совсем справлюсь. Но теперь Витторио от меня помощи не дождется. Ни с чем и ни с кем. И если понадобится я объявлю ему войну.

Посидев еще какое-то время, задушила желание свернуться калачиком и поплакать, встала, собрала все, что могло пригодиться в поисках и за каким-то чертом брошенные Алессом подарки, и поехала домой. Никакого смысла сидеть в бункере я не видела, драгоценное время упущено, Алессандро уже явно за мили отсюда. Можно, конечно, допустить мысль, что он залег на дно в Кентербери, ради своей мести, но он же не дурак? Вампир должен понимать, что я не остановлюсь и переверну вверх дном каждый камень на своей территории, а остальным займется Остер.

И с колдуном мы снова столкнулись утром в офисе, потому что он не отходил от Габриэль ни на шаг, что дополнительно меня раздражало. Мало мне было бесконечных собеседований на должность секретаря, так он еще вился вокруг, давил на психику своим присутствием и просто портил настроение высокомерным молчанием. Я даже чуть не пожалела, что свела их вместе. Потому что он твердо решил увезти девушку с собой, а заменить мне Габби никто не мог, ни как подругу, ни как секретаря. Особенно в качестве последней. Расстояние дружбе не помеха, а вот работе… Где я найду еще одну такую идеальную сумасшедшую? Ведь люди мне не подходили, а нелюди… нормальные нелюди хотели жить. Увы, сейчас я сама не была уверена, что проживу хотя бы неделю, и гарантировать, что они не попадут под удар, не могла. Я вообще не могла дать гарантий. Не ровен час, как Алессандро вернется исполнить свои угрозы.

День был изматывающим, и даже после ухода Остеров легче не стал, потому что бессильная ярость не покидала ни на минуту.

Меня отчитали как школьницу, хотя моя единственная ошибка заключалась в том, что в кои-то веки я положилась не только на себя и свои навыки выживания. Ведь до этого бункер меня ни разу не подводил. Но самое паршивое: вместе с побегом Морена, потерпели крах все мои надежды.

За один гребанный час меня дважды унизили и морально почти уничтожили. Я не сломалась только потому, что не могла усмирить злость, а мое волшебное заклинание держать лицо срабатывало на автопилоте. Но оно постепенно угасало. И мне чертовски хотелось услышать эти слова не в своей голове, а из уст доктора Пирса. Впрочем, он научил меня еще одной вещи: нельзя все время держать эмоции под замком, стоит давать им выход, но на моих условиях. И раз из-за Морена я лишилась мечты, он потеряет то, что дорого ему.

Но моим планам поджечь вампиров ресторан помешал Сэмуэль Норгейм, как раз в тот момент, когда я закрыла багажник машины с полной канистрой бензина.

— Ты упустила Морена. — Не вопрос, а утверждение, наполненное желанием убивать. Причем Сэм был весьма близок к этому, схватив за шею и пригвоздив к моему же багажнику.

Блядь! Третий гад за день! То Морен, то Витторио со своим непроницаемым… лицом. И этот еще нарисовался — хрен сотрешь.

Достали! Достали до зуда убивать сразу и на месте. Чертовы главы кланов, уверенные в своей непоколебимой власти и силе, только потому, что у них есть яйца. Но пора уже хоть кому-то уяснить — всегда найдется тот, кто сможет им противостоять. Особенно когда речь о женщине с мозгами.

— Я предупреждала: убери отсюда лишних вампиров. — В тон отозвалась я, отшвыривая гада магией. — Тогда бы и Морену помогать было некому.

— Я убрал всех, кого смог, остальные мои.

— Вот со «своих» и спрашивай, кто из них помог ему бежать! — рявкнула я. И несмотря на то, что руки чесались вцепиться в наглую рожу, я отдавала себе отчет, что в открытом сражении против вампира немного за четыреста могу не выстоять. Не здесь точно.

— Я предупреждал, чтобы ты не попадалась мне на глаза. — Сэм обманчиво-плавно расправил плечи и размял шею. И ничего хорошего это мне не сулило. — А ты не просто попалась, ты допустила невероятных масштабов промах.

— Нечего все на меня валить! Ищи крысу среди вампиров. То же мне герой. Как орать, так все сразу, как помочь слабой женщине, так ни одной падлы не найдешь.

— Херня! — Выплюнул вампир. — И первое, и особенно второе. Слабые женщины городами не управляют.

Ну надо же! Прозвучало почти как комплимент. И будь я в другом настроении, я бы могла его простить и отпустить, но нет. Он подошел ко мне слишком близко и позволил слишком многое, чтобы уйти хотя бы не покалеченным. А в свете последних событий, вполне мог сгодиться на роль первой жертвы джинньего произвола.

— Видимо давно пора, раз вы со своими подчиненными сами справиться не в состоянии.

— Повторю еще раз. Никто из вампиров не стал бы помогать Морену.

Я прищурилась. Либо Сэм идиот, либо он действительно верил, что вампиры не при делах. Хотя одно не исключало другого. Впрочем, его поведение играло мне на руку. Он так уверен в своих вампирах? Пусть докажет, а у меня появится преимущество. И перед ним, и перед Остером.

— Давай прокатимся.

Норгейм что-то рыкнул, что черта с два он сядет со мной в машину, а я, раз он так боится, предложила удобненько прилечь в багажник. Он отказался. Обмен любезностям закончился, и путь до бункера мы провели в напрягающей тишине.

Возможно, все складывалось не так уж плохо. Один кровосос сбежал… Так свято место пусто не бывает, и ничто не мешает запереть другого. Главное, не подать вида. Хотя Норгейма я бы предпочла видеть в гробу и белых тапочках. С другой стороны, если окажется бесполезен, кто мешает поддаться данному соблазну?

Сэмуэль критически осматривал каждый угол моего убежища. Сначала лестницу вниз, потом коридоры и помещения. А я ждала со скрещенными на груди руками и снисходительным взглядом, прислонившись к стене. Только терпение начинало подводить, и я едва заметно притоптывала ножкой, ожидая, когда же Норгейм зайдет в камеру, хотя и понимала, что моей магией оттуда фонит неслабо.

— Вампирами здесь и не пахнет. — Наконец, он остановился с самодовольной и плотоядной усмешкой, намекая что мне конец. Причем остановился там, где надо мне.

— Уверен? — я тянула время. Просто потому, что пока было выгодно послушать, что Сэм скажет. А вампиры, когда их запирают, как-то слишком резко принимают обет молчания. Но так хотелось щёлкнуть пальцами и запереть его тут, пока не сдохнет от голода.

— Вампиры Морена так чисто не работают. — Что ж. Хотя бы в одном мы сошлись. Потому что следы взлома или борьбы должны были остаться. Не сидела же охрана с открытыми дверями. — А неплохо он тут устроился. — Вампир бросил хитрый взгляд на кровать. — И сдается мне, что это ты просто ослабила бдительность.

— Думаешь? — я снова хитро прищурилась, наклонив голову к плечу.

— Уверен.

— У меня превосходная идея. Давай проверим.

Вид перекошенной вампирьей рожи за момент до того, как золотой свет озарил камеру, стоил всего того, что я выслушала и пережила за последние сутки. А уж какое моральное удовлетворение получила, когда до самовлюбленного мерзавца дошло насколько сильно он меня недооценивал, потому что ранее сдерживающие Морена кандалы по моему желанию метнулись и охватили его запястья, и говорить не стоит. Эта маленькая хитрая победа ударила в голову так же, как пузырьки шампанского. И только одна мысль омрачила все: он не Алессандро. Алесс был бы умнее, быстрее и хитрее. Помимо самовлюбленности в Морене всегда горел азарт, а мастерству плетения интриг практически не было равных. А Сэм видимо просто возомнил себя неуязвимым.

— Когда я выберусь… — Завел Норгейм уже знакомую мне волынку.

— Да-да. — Отмахнулась я, не скрывая ехидства. — Ты выберешься — я сдохну. Но только если я действительно ослабила бдительность. А что-то мне подсказывает — это не так. Проблема таких как ты в раздутом самомнении. Вы так уверены, что сильнее вас нет никого, что забываете: без поддержки клана вы такие же, как и все. И совершенно не берете в расчет одиночек. Один на один мы не слабее вас.

Вампирюга рычал, кричал, матерился, пытался вырвать кандалы, но ничего не срабатывало, а я уже набирала самого чокнутого своего знакомого.

Еще по пути сюда у меня было время подумать, как избавиться от долгой сделки с недодемоном: предложить ему кое-что гораздо интереснее и сиюминутно. А раз план запереть Сэма сработал, то и Альберта было чем заинтересовать, но не раньше, чем будут проведены нужные мне исследования.

И к сожалению, их результат меня разочаровал, хотя этого стоило ожидать. Слишком мала была вероятность, что я поймаю еще одного «идеального донора».

— Максимум, что я могу выжать из него пригодного для тебя: сыворотку из крови, вместо витаминов для улучшения регенерации. — Альберт был увлечен исследованиями, приехав в бункер сразу как узнал, что его ждет сюрприз, и испытав небывалый восторг по приезду по причине, что этот сюрприз почти четырехсотлетний вампир. — Но не более.

— Да плевать. Он теперь твой. — Я бросила последний взгляд на Норгейма. — Но если ты хоть кому-нибудь расскажешь…

— Скорее всего закончу тут же. — Развеселился Альберт.

— Рада, что мы понимаем друг друга. Позаботься о дополнительной защите. И, да, сволота не должна быстро сдохнуть. Он мне «помог» однажды.

— Обижаешь, злобная джинния. Он редкий экземпляр, такими не разбрасываются.

На этом я решила, что на сегодня с меня хватит, и поехала сразу домой. Я слишком устала делать лишний крюк, да и поджечь ресторан Морена можно и в любое другое время.