— 13-

Джун

Красная капсула, больше похожая на бусинку, упала в янтарного цвета виски, и у меня была лишь пара мгновений понаблюдать, как она растворяется, придавая напитку более насыщенный оттенок. Последняя капсула из крови «моего идеального донора». Последняя капля моих надежд. И последний бокал до того, как все лечение пойдет насмарку и обратится против меня.

А я была почти у цели. Кровь Алесса почти вернула мне мою истинную силу, а когда это бы случилось, можно было смело начать борьбу с проклятием Нейвосов. Но не судьба мне. Теперь все станет ещё хуже. Вампирья кровь сама по себе могла вызвать зависимость, так ещё и без нее я начну становиться все слабее и слабее, пока не угасну. И чтобы поддерживать свой дар, принимать ее нужно регулярно до полного восстановления джинньей вязи. Но Алессандро Морен сбежал. Одной капсулы от него мне хватало дня на три-четыре, а капсулами крови Норгейма придется закидываться раз по пять на дню, да ещё и с постоянным риском обратиться в вампиршу. И пользы от них как от слепого на бегах.

Настроение было хоть вешайся, да и пустота в некогда уютном офисе навевала тоску. Все казалось беспросветным и унылым. Даже не серым, а непроглядно черным. Только виски все ещё оставался янтарным. И я тянула время, прежде чем выпить. Потому что было жалко и обидно.

Из-за одной тупой суки я лишилась своей привычной жизни, подруги, мечты, наверно целой тысячи нервных клеток и вампира. А в том, что это Офелия помогла ему сбежать сомнений больше не было. Мне удалось собрать достаточно доказательств против нее, которые я обязательно швырну Остеру прямо в лицо. А уж когда найду эту падлу…

От мечтаний каким именно способом я буду убивать белобрысую дрянь, меня отвлекли. С увольнением Габби мой офис вообще стал напоминать проходной двор независимо от времени суток.

На пороге стоял мой самый нелюбимый пациент — занудный мямля-кицунэ. Хорошо хоть без своей заносчивой жены.

— Без записи не принимаю. — Бросила я, все-таки собираясь отпить свое крепкое лекарство.

— Я думаю, вы сделаете исключение. — Хвостозадый, как в последний раз окрестила всех кицунэ Эль, расплылся в мерзкой улыбке и уверенно прошел к моему столу.

Его поведение, заставило меня приподнять бровь и отставить временно бокал. Ни на одном из прошлых сеансов этот тип не позволял себе ничего подобного. И это меня заинтересовало. Подперев подбородок ладонью, я все силилась понять, что же кицунэ задумал и чего желает. Но, наверно, мне было лениво играть с ним в игры.

— И с чего вдруг?

— Я слышал, вы пытаетесь найти одну колдунью.

Вторая бровь по высоте догнала первую. Вот это поворот событий. Неожиданно. Говорила мне бабуля, что в тихом омуте черти водятся.

Конечно, в Кентербери невозможно ничего скрыть, но ожидать от кого-либо помощи не стоит. Особенно безвозмездной. И теперь мне предстояло понять, чего хочет кицунэ. И раз он пришел без своей женушки, ему явно надоело спасать их брак и сливать деньги из семейного бюджета прямиком в мой карман.

— Приведи ее ко мне, и тогда поговорим.

— Зачем мне это делать без гарантий? — его голос прозвучал крайне нагло, а сам он вольготно расположился на диване.

Вот же гад. Как любит говорить Габби: одно слово — нелюди. Все у нас не так. Но этот нелюдь решил прыгнуть выше своей головы.

Выждав продолжительную паузу, я аккуратно прощупала желания кицунэ. Мне они не понравились, ибо шли вразрез с заключенным ранее контрактом. И ему очень повезло, что я всегда оставляла лазейки для отступления на вот такой случай. А решение проблемы казалось мерзким. Потому что этот гад реально устал от супружеской жизни. Только одна проблема: брак между нелюдьми нерушим. Развод не прокатит, только смерть.

Я подалась вперед, с нажимом чеканя каждое слово:

— Гарантии следующие: приведешь тварь ко мне живой — с твоей женой случится несчастный случай, и ее состояние станет твоим. Мертвой — чисто работать не стану, так что ищи очень талантливого адвоката на всякий случай.

— Согласен. — Легко согласился тип и встал.

Но я еще не закончила.

— Если ты меня обманул или облажаешься: я лично сообщу об этом разговоре твоей Прима-балерине, а что она с тобой сделает, представь сам. А если еще и рот откроешь: тут же сдохнешь. — И вот теперь я завершила беседу, связан уговор дополнительным проклятием.

Последовал убийственный взгляд, а за ним хлопок дверью.

Сам дурак раз позволил загнать себя в ловушку.

Но его визит меня повеселил. Не только из-за возможности поймать Офелию и открутить ей головушку. Просто всегда забавно наблюдать, как мухи трепыхаются в паутине. Давно я не встречала таких глупых смельчаков.

Мой кровавый виски обжег горло, стирая с лица улыбку. Благодаря напитку у меня останется целых три сумасшедших дня, когда ненужно будет притворяться, что все в порядке. А потом начнется ад. Надеюсь, Вселенная хоть немного надо мной сжалится.

Удивительно, но Алессандро Морен действительно стал идеальным донором для меня. От его крови я испытывала лишь легкое недомогание всего первые несколько часов, а потом все проходило. От крови других вампиров меня могло скручивать не хуже, чем от откатов. А его «иная жидкость» и вовсе творила чудеса, ускоряя все процессы восстановления сил. Но с чем такая совместимость связана меня не интересовало, был важен лишь результат.

Только надо признать: все закончилось. Подопытный вырвался на свободу, оставив меня ни с чем.

Наверно, я бы так и просидела в пустом офисе, разглядывая интерьер и жалея себя, день, а может и два, но нужно было проводить Габриэль по-человечески. Уже завтра моя лучшая подруга будет обустраивать свою жизнь в солнечной Италии, и когда мы сможем увидеться в следующий раз, черт его знает. Но это будет завтра, а сегодня мне надо успеть на первый поезд до Лондона на большое семейное торжество Ритерфордов. И несмотря на то, что мне нравилась эта безумная семейка, совсем непохожая на обычных чопорных британцев, было одно обстоятельство, которое портило все настроение. И имя ему Витторио Остер. Впрочем, если братья Эль тоже смогут приехать, колдуна можно держать за пустое место.

Дорога прошла в полном спокойствии и тишине, что в принципе предсказуемо. От меня в последнее время шарахились все, кто только мог, но вот чего я никак не ожидала, так это того, что приеду к Ритерфордам одной из первых.

— Ма! Смотри, Джу-джу, уже здесь! — на всю улицу закричал Гейл, заметив меня с крыльца, на котором курил вместе с Ричардом.

Что ж. Повезло мне все-таки, что оба брата здесь. Особенно вот этот наглец Гейл. Надеюсь, он сможет довести колдуна, чтобы у того глаз задергался. Хотя Гейл не раздражал разве что сам себя.

— Я тебе сто раз говорила, мое имя Джун. — Обреченно выдохнула я, подходя ближе. Потому что ничего не изменится. Он знал, что меня это бесит, и пользовался без зазрения совести. Впрочем, остался еще самый старший брат, что из всей семьи, как по мне, был самым приятным. — Привет, Риччи. — Я легко улыбнулась Ричарду, но то как он недовольно скривился, мне совершенно не понравилось.

— Привет. — Даже от голоса повеяло прохладой.

К счастью, ее тут же разогнала Джессика.

— Джун! Не стой на пороге, проходи. Я так рада тебя видеть, ты как будто бы помолодела. — Быстро тараторила Джесс, суетясь и не давая раскрыть рта.

Ну еще бы. Ведьмы с меня втридорога содрали за все услуги.

— О! это все натуральная косметика. Я и тебе привезла. — Подыграла я женщине, просачиваясь в дом между внушительных габаритов братцами.

Но приняв пакет с подарками, меня она уже не слушала, зовя из глубин просторного дома Томаса «поприветствовать гостей и бросить свой драгоценный металлолом дальше ржаветь в гараже».

А дальше все закрутилось в каком-то бешеном ритме. Джессика всем давала указания, накрывала стол для завтрака, что-то лепетала, а мужская половина семейства пыталась ей отвечать. Все происходящее напоминало налетевший на город торнадо, в эпицентре которого я оказалась. Но это было хорошо. Один час в компании Ритерфордов бодрит лучше, чем три кружки кофе. Я как будто бы почувствовала себя живой в их окружении. А когда голову посетила злорадная мысль, что этот торнадо придется пережить Остеру, настроение взметнулось вверх. Тяжко ему здесь придется. И как только все расселись по местам, я спрятала ехидную ухмылочку за кружкой чая.

Но и меня ждала подстава.

— Джу-Джу, а что за повод для собрания? — вопрос Гейла ударил внезапно, словно молния.

Я так и застыла, не донеся кружку до губ всего каких-то пару сантиметров. На меня смотрели четыре пары любопытствующих глаз. Смотрели и очень сильно жаждали ответа. И как-то стало не по себе.

Я убью Эль. Просто возьму и убью. Без суда и следствия. Это же надо было так меня подставить. Если бы я знала, приехала бы как всегда самой последней. Поспала бы до обеда, простояла бы в пробках, но приехала бы последней. Так нет же. Я пообещала Габби, что приеду, как все, утром. И я свое слово сдержала, хотя она сама проспала и была только в середине пути до Лондона, если верить смске. С другой стороны, посмотреть на реакцию окружающих, когда она сама будет объяснять повод «собрания» — бесценно.

Справившись с эмоциональным порывом, я вернула чашку с горячим чаем на блюдце от греха подальше, совершенно не смущаясь повисшей в столовой тишины.

— Эль вообще ничего не сказала? — на всякий случай уточнила я, когда вернулся дар речи.

— Мы ее с прошлого лета вообще не видели. — Фыркнул все тот же Гейл.

И мне бы напрячься после его слов, ведь я точно помнила, что подруга собиралась домой на Рождество, но в голове была одна единственная мысль — это полный пиздец. Абсолютный и капитальный. Хотя и вполне в духе Габриэль. Вот не могла она просто так уехать, как все нормальные люди-нелюди. Обязательно надо какой-то номер выкинуть. И я даже представить не могла какое будет лицо у ее муженька. Но посмотреть хотелось дико.

— Что ж, видимо я не вправе портить всем сюрприз. — В этот раз пришла в себя я гораздо быстрее, виновато улыбаясь. Но мысленно… Мысленно я ликовала, а жадная до чужих страдательных желаний джиннья сущность уже потирала лапки.

Ритерфорды лишь пожали плечами и больше не спрашивали, привыкшие к выходкам Габриэль, пока не приехал Уолтер, и по дому снова пронесся торнадо. Оборотень, как и я, отговорился, что не имеет понятия, о чем речь, после чего нас усадили позавтракать второй раз.

— Веселенькая выйдет встреча. — Еле слышно протянул он.

— Ага.

С моего лица все никак не сходила злорадствующая улыбка. Я только и ждала третье торнадо вместе с цунами, но Остеры все еще были где-то в пути.

И до их появления мы коротали время за расслабленными разговорами ни о чем и вроде как обо всем сразу. Слушали рассказы Джес и Тома о очередных путешествиях. Причем они заряжали идеей посетить все те места, где они побывали. На этот раз это оказалась Австралия. Тому дико понравилась Тасмания и отсутствие там убивающей жары, в то время как Джессика без умолку трещала о красоте национального парка в Дарвине и о австралийской кухне. И только Гейл, каким-то чудом увязавшийся за родителями с упоением рассказывал о Большом Барьерном рифе и как классно он там понырял. Чушь про австралийских девушек мы все дружно пропустили мимо ушей.

Мне нравилось их слушать. Я даже обещала себе каждый раз, что когда-нибудь соберусь и тоже отправлюсь в путешествие. Но все то работа мешала, то еще что-нибудь. Хотя в Австралию мне хотелось очень давно. Так что, если мои дела станут совсем ни к черту, соберу вещи и сбегу. Как по мне так это лучшее место для побега. Целый материк в распоряжении, где никто ничего о тебе не знает.

И где-то в разгар беседы, меня насторожил один факт: Ричард Ритерфорд, как сторожевой пес, занял самую удобную позицию для случая если вдруг что-то пойдет не так и придется вступить в бой. Он был напряжен, словно натянутая струна. Сначала я не придавала этому значения, все-таки парень служил в разведке, но, когда поймала его взгляд при моем неловком, но резком движении — напряглась сама. Короткий обмен взглядов с Уолтом, и настроение опять пропало. На лице оборотня слишком хорошо читался ответ на мой невысказанный вопрос: Ричард знал, что мы не люди. И в этом не было ничего хорошего. Для него. Да и для меня, судя по всему, то же. А я так хотела провести хоть один день спокойно.

Может ну его все, и прямо сейчас в Австралию?

С этой мысли меня сбил шум у крыльца и звонкий голос Эль.

Никто из Ритерфордов не шелохнулся, ведь у каждого члена семьи были ключи от семейного дома, и дети в любое время могли прийти к родителям. Таково было правило Джессики. Как она говорила, если птенцы вылетели из гнезда, это еще не значит, что им не хочется обратно под родительские крылья. И в этом смысле я всегда завидовала Эль. У нее был дом, где ее всегда ждали. И сейчас все Ритерфорды особенно ждали Габби, чтобы потребовать объяснений, но тем не менее встречать не пошли.

— А вот и мы! Простите, что опоздали.

Четыре пары глаз синхронно обратились к дверному проему, где стояла улыбающаяся Габби с пузиком, а за ее спиной высокомерный колдун.

Немая сцена. Описать, как сильно вытянулись лица семейства, было невозможно. Зато я с легкостью подпиталась от целого спектра эмоций и импульсивных желаний, пока вновь не заметила странность, исходящую от Ричарда. Почти ни разу до этого момента мне не удавалось даже прощупать его желания, не говоря об эмоциях, он слишком хорошо себя контролировал, но только не сейчас. Рич застыл в растерянности, и его буквально захлестнуло чувство вины и какой-то отчаянной злости.

— Знакомьтесь, это Витторио. — Продолжила Эль, убедившись, что ее появление произвело фурор. — А это моя семья: Джессика и Томас. С братьями ты заочно знаком, но вот это трепло — Гейл, а вон тот красавчик — Риччи.

— А я вас предупреждал, подкидыш вам еще принесет кого-нибудь в подоле. — Первым пришел в себя именно «трепло».

А дальше стало совсем весело. Как в прямом, так и в переносном смысле.

Торнадо, цунами, лавина и прочие стихийные бедствия накрыли дом Ритерфордов разом. Гейл получил затрещину от Джессики и сразу же завозмущался. Габби под очень суровым взглядом Томаса смылась на кухню, оставив наглым образом Витторио на растерзание приемному отцу. Но Тому никто не позволил и рта раскрыть, ибо Джесс уже суетилась вокруг гостя, предлагая ему выпить чая, посидеть в массажном кресле, передохнуть с дороги.

Мысленно я переставила ударение в слове передохнуть и оскалилась, глядя на колдуна, которого почему-то усадили рядом со мной.

— Добро пожаловать в свой персональный ад. — Прошипела я, вставая с теплого насиженного дивана. Нет уж. Мне на Витторио смотреть противно, не то что рядом сидеть. Лучше буду подпирать стену рядом с необычайно молчаливым Ричем.

Уолт проследил за мной укоризненным взглядом, но стало как-то плевать. Реакции итальяшки я не видела, да и больше не собирались с ним разговаривать вообще. Я здесь ради Эль. И только. Хотя… теперь еще мне было интересно наблюдать за страданиями Остера, который не привык к шуму. Ведь даже двое Ритерфордов в одной комнате могли производить его столько же, сколько группа из пятерых спортивных болельщиков. А тут собрались они все.

Потом был обед в весьма напряженной обстановке, ведь как выяснилось сюрпризом оказалась не только беременность Габби, но и вообще знакомство семьи с мужем. А уж новости о переезде в Италию… Мммм. Джиннья сущность была довольна и впервые за долгое время сыта. Причем чем-то таким хорошим, от чего не накроет откатом. Я наслаждалась ситуацией по полной и держала свое слово ни во что не ставить Витторио. Но под конец обеда ситуация стала гораздо хуже. Приблизительно где-то после слов Габби о том, что она просто не смогла приехать на праздники, от которых так и сквозило ложью. Но это поняли только мы с Уолтом. И еще один человек.

Рич резко встал из-за стола, скрипнув ножками стула по полу, и вышел через входную дверь. Его нетипичное поведение заставило всех замолчать.

— Я сама, мам. — Габби с грустной полуулыбкой встала и не позволила Джессике пойти за сыном.

Когда дверь за ведающей тоже закрылась, именно женщина разрушила гнетущую тишину.

— Джун, мне кажется, или между моими детьми что-то произошло?

Я задумалась над ответом. Потому что не знала ничего конкретного. Этот момент просто выпал из поля моего зрения. Но я ответила честно.

— Не кажется.

Это не понравилось Витторио, и он решил последовать за женой.

— Оставьте их. — Внезапно жестко влез Уолт, останавливая колдуна. — Они должны сами разобраться.

У меня не нашлось на это слов. Уолтер что-то знал и не сказал мне. Я просто не могла в это поверить.

— Ой, да бросьте вы. — Усмехнулся Гейл, который вообще ни к кому не прислушивался. — Опять из-за какой-нибудь фигни поцапались. — Жаль никто больше из присутствующих не был с ним солидарен, но он нагло распахнул дверь и крикнул: — эй, вы двое, живо вернулись.

— Пошел в жопу, Гейл! — в голос отозвались Рич с Габби.

Пожав плечами, Гейл закрыл дверь обратно.

— Ну вот видите, все у них нормально.

Что и говорить, средний отпрыск Ритерфордов мастерски разрядил обстановку. Ни одно лицо за столом не смогло остаться серьезным. Но и к разговорам никто возвращаться не спешил. Уолт нагло подслушивал то, что творилось на улице, колдун пытался это делать, я старалась не встречаться взглядом с Остером. И все косились на дверь. Особенно Джессика. В моих глазах они с Томом были героями, полюбившими Габби как свою собственную, которые даже сейчас за нее переживали.

Прошло десять минут, за ними двадцать, потом полчаса…

— Ну сейчас-то можно их загнать? — снова влез Гейл. — Пока они вернутся, уже ужин подавать надо будет!

— Можно. — Любезно разрешил Уолтер, откладывая в сторону третьего журавлика из салфетки.

Я тихо рассмеялась, спрятав лицо за ладонями. Почему-то было невероятно приятно быть частью этой безумной семейки. Я всегда мечтала, что у меня будет так же. Что за большим обеденным столом будут собираться мои друзья, дети, прочие родственники. И что несмотря на все передряги мне будет хотеться возвращаться в свой дом. К своей семье. К понимающим меня людям-нелюдям. Мечтала о такой теплой обстановке и поддержке родных даже в те минуты, когда бы я падала дальше некуда. Но моя родная семья — сволочи, а тепло Ритерфордов завтра станет прошлым. Без Габби нам с Уолтом в этом доме места нет.

И особенно это стало понятно, как раз в промежутке между обедом и ужином. Габс суетилась на кухне вместе с Джесс, то и дело выбегающей узнать, надо ли что-то гостям. Том о чем-то серьезно беседовал с Витто, но потом их разговор скатился до банального обсуждения раритета в гараже отца сумасшедшего семейства. Уолтер делал вид, что слушал Гейла. Не нашлось места на этом празднике жизни только нам с Ричардом. Точнее, он куда-то исчез почти сразу, как Габби зашла на кухню, но я все равно чувствовала его эмоции где-то рядом.

Нашелся Ричард на заднем дворе, распивающим пиво, курящим и почему-то сидящим не на уютной крытой террасе, а на ее ступенях.

— Угостишь? — кивнула я на почти целую батарею неоткрытых бутылок рядом с ним.

Он молча махнул рукой.

— А сигаретой?

Все в том же молчании Рич протянул пачку.

Присев на ступени, но в некоторой дистанции от парня, я открыла бутылку и только потом прикурила.

— Ты же не куришь? — наконец опомнился Ричард, наблюдая как я с наслаждением затянулась, а потом выпустила сизый дым.

— Раз в год можно побаловаться.

Разговор не клеился, но у Ритерфордов было приятно даже молчать. А главное, можно совсем не думать, что где-то там за этим домом есть целый мир, полный горестей и проблем.

— Могла бы и рассказать. — Вдруг заговорил он спокойно, но с легкими нотками недовольства.

— О чем именно, Риччи? Если о Габби, это она так захотела. В противном случае вы бы все узнали сразу.

— Допустим. — Он согласно кивнул. — А о том, кто ты?

Я легко усмехнулась, затянувшись еще раз.

— До или после того, как ты переспал с психотерапевтом сестры?

— С помощницей психотерапевта сестры. Причем бывшей. — Рич с ехидством освежил мою память. Хотя на самом деле на нее я совсем не жаловалась, просто эта уловка несколько сгладила обстановку.

— Потому что у нас были не те отношения.

— То есть, если бы мы не разошлись, ты бы рассказала?

Да что ж такое. Только скинешь напряжение, и подумаешь, что все хорошо, как на тебе обухом по голове. Ну почему все любят бередить старые раны? Роман между мной и Ричардом закончился еще до того, как Пирс познакомил меня с Уолтом, и закончился весьма хорошо, но…

— Мы бы разошлись, Риччи. — Чуть помедлив, я все-таки ответила. Причем чистую правду. Я начала эти отношения, только для того, чтобы найти Габби, но, когда они стали чем-то более серьезным и важным для меня, приняла болезненное решение оставить парня. Ради его же блага. — Не потому что было плохо, а как раз наоборот.

— Потому что мне нужна другая девушка? Более спокойная и хорошая? — Рич дословно вернул мне мои же слова.

— Потому что ты хороший человек. И не должен быть втянут в разборки таких тварей, как мы.

— Самокритично.

— Зато правда. Все нелюди твари, в большей или меньшей степени.

— И ты в большей. — Не вопрос, а скорее утверждение.

— Досье на меня прочитал? — я снова усмехнулась, слишком хорошо зная его натуру. Если Ричу что-то надо, он это найдет, несмотря на запреты. Молча и тихо.

— Только то, что рядом с тобой имеют свойства пропадать люди.

— Нелюди, Риччи, рядом со мной пропадают нелюди. И я очень рада, что смогла оградить тебя от своей дерьмовой жизни. А что касается девушки, тебе нужна не спокойная или хорошая, а своя. Такая, за которую захочется сравнять весь мир с землей, в случае чего.

И снова тишина, которая начинала убивать.

— Что еще я должен знать?

— А что Эль рассказала?

— Что я должен держаться от вашего мира подальше.

— Хороший совет. Следуй ему.

— Думаешь это реально?

— Сложно, но возможно. Особенно, если ты еще никого не «видел». — Легко подтвердила я и впервые посмотрела на него, а не куда-то перед собой. И очень сильно пожалела. Потому что, судя по реакции, поджатым губам и напрягшимся плечам, уже стало поздно. — Давно?

— Было пару раз в армии. — Признался Рич. Только вот армию он давно прошел, несмотря на то, что отслужил в горячих точках. Да и там свои психологи после таких вот «глюков» мозги прочищают. — И на последнем задании.

Блядь, как все хреново оборачивается.

— Могу посоветовать психолога.

— Себя? — наглая усмешка сорвалась с его губ.

— Пирса. Причем он человек, но знает о нас и сможет что-то посоветовать в твоей ситуации. У тебя еще есть шанс не лезть в это.

— С сестрой нелюдем и зятем главой колдунов?

— С ними тем более. И помалкивай о Габриэль.

— Хорошо. Но я одного не могу понять. Ты — джин, Уолтер — оборотень, но кто она?

А неплохо подготовился к беседе. И почему-то я чувствовала себя как муха в паутине. В смысле это не я обвела его вокруг пальца, решив поговорить, а он меня.

— Не нашел досье? — Он кивнул, и это дало мне облегчение. — Все что тебе нужно запомнить, если бы о таких как Габби могли узнать, их бы уже давно истребили.

— Колдун для нее опасен?

— Конкретно этот? Уже нет, даже наоборот, он перед ней полностью безоружен. И теперь это будет его проблема, если Эль угонит трактор.

Ричард стал мрачнее тучи, снова утопая в чувстве вины, и все же быстро взял себя в руки. Он слишком любил Габби, и не мог просто отпустить ее в другую страну, особенно, зная о тварях.

— Но он тебе не нравится.

— А это уже только между мной и Витторио. — Я снова перевела взгляд в никуда.

— Таков ваш мир? Тайны, загадки и кругом сволочизм?

— О, малыш Риччи, это ты еще мягко сказал. — Не смогла я сдержать смеха. — «Наш» мир куда сложнее и омерзительнее.

— Я старше тебя. — Ядовито бросил он.

— В моем случае, да. Но с другим нелюдем ты можешь сильно ошибиться.

Не смотря на приятную беседу с Ричардом, напряжение никак не хотело покидать ни дом, ни сад Ритерфордов. И, казалось бы, я только разобралась с одним парнем, с которым была в слегка натянутых отношениях с утра, и все должно было встать на свои места, как на террасу вышел Остер. А ведь у меня так хорошо получалось игнорировать колдуна почти весь день. Но сейчас не удалось удержать лицо. Я моментально разозлилась и слишком резко отвернулась от него. Для Ричарда это не осталось незамеченным, но мы уже все сказали друг другу, и из чувства такта и мужской солидарности Риччи оставил меня наедине с Витторио. Правда, предусмотрительно забыл сигареты с зажигалкой.

— Джун, что происходит? — Колдун не поленился спуститься по ступеням и встать передо мной.

— Не понимаю, о чем речь. — Моментально заняла я руки сигаретой, которая была более приятной сейчас, чем он.

— Тогда почему по-прежнему делаешь вид, что меня здесь нет?

— Серьезно? У тебя хватает наглости спрашивать? После того как спустил на меня всех собак?

— Я был зол, не сдержался. Прошу прощения, если обидел.

Обидел? Он издевался? Он меня унизил и растоптал! Но если бы я сказала это, разговор вряд ли бы вышел конструктивным. Хотя я попыталась более или менее держать себя в руках. Пока еще пыталась.

— Ну надо же. А вот с Офелией ты прекрасно смог сдержаться.

— Ты была главная, соответственно, тебе больше досталось. Но, если хочешь знать, я правда не хотел с тобой ругаться. — В примирительном жесте приподнял руки, при этом излучая спокойствие и некую грусть. — Я готов признать ошибку со своей стороны.

К черту мою личную мантру! Я выскажу все что думаю, и даже Габриэль его не спасет. Я могла бы отнестись и принять его извинения, но он же даже не понимал, за что извиняется.

— О! Ты даже не представляешь, что это за ошибка.

— Джун, я уже извинился. — Перебил мое шипение Витторио.

— Извиняйся сколько влезет, но это не изменит факта, что меня ты отчитал ни за что, а эту суку отпустил.

— Подбирай выражения, — тон голоса едва заметно повысился, — я не просто так тебя отчитал. Пока монстр на свободе, нам необходимо держаться вместе.

— Нет, Витторио, — ехидно протянула я, вставая, чтобы достать мобильник из джинс. — Моей вины в том, что Морен на свободе нет вообще. Полюбуйся, кто ему помог. — И одним легким движением переслала колдуну все, что смогла раздобыть после побега Алессандро. И ведь ни на кого-то, а на колдунью его клана, его бывшую почти невесту.

А ведь там было очень много всего, включая исследования капель крови из бункера от Альберта. И все они принадлежали только Алессандро Морену. Ни Офелии, ни второму охраннику, ни выдуманным вампирам. А одному конкретному. Но самым интересным было заключение, кто и как сломал мою магию.

Мне хотелось видеть, как меняется лицо колдуна по мере изучения информации, и хотя бы это желание сбылось. Чем больше колдун читал, тем злее становился.

— Откуда? — только и уточнил он.

— Знаешь сколько нелюдей-одиночек в Англии? Я вот знаю. И знаю, что они профессионалы своего дела. — Приоткрыла я завесу тайны о своих источниках. — Попросила, они приехали, провели нужную экспертизу и дали свои заключения.

— Я тебя понял. Я решу этот вопрос. — Все тот же спокойный голос, но меня уже было не остановить.

— И как же позволь спросить? Опять погрозишь пальчиком?

— В первую очередь, необходимо поговорить с Офелией, но, вероятно, выгоню её из клана. Мне не нужны предатели.

В этот момент у меня в голове произошел настоящий взрыв ярости. Вероятно?! На его бы месте, я даже думать бы не стала. Поговорить он с ней собирается.

Впрочем, это если я не доберусь до нее быстрее. Но Витторио об этом не узнает. Ни за что.

— Тогда нам не о чем с тобой говорить. Я не школьница, чтобы ты меня отчитывал. Тем более, когда я сработала безупречно.

— Нам нельзя сейчас ссориться. — Зачем-то сказал он.

Неужели он действительно верил, что все так легко можно решить? Его узколобое клановое мышление меня просто убивало. Надо держаться вместе, вместе — мы сила! Тьфу. Смех, да и только. Я на собственной шкуре испытала, что не стоит надеяться на помощь клана, когда она нужна тебе больше всего. Потому что эти падлы всегда отворачиваются от тебя, семьи, да от чего угодно в самый нужный момент. Причем по наиглупейшим причинам, они же отговорки. И мне так сильно хотелось ему напомнить, что из-за этого он едва не потерял Габриэль. И все же это слишком низко. А я не поступлю так с другом, потому что не принадлежу никакому из кланов, и плевала я на все их правила и способы давления на окружающих.

— Что ты хочешь от меня услышать? Что ты прощен? Что я молю тебя о защите? Что, да, мы все облажались, и убивай себе Морена на здоровье? Что, Витто?

— Многим угрожает опасность, необходимо объединиться. Так больше шансов найти Морена, пока никто не пострадал.

Что ж. Вот это уже более или менее был разумный довод.

— Я повторюсь. Ты отдашь его мне?

— Нет. Второй попытки я ему не дам.

— Решение окончательное?

— Да. Извини, Джун, но безопасность моей семьи важнее.

— А как же я? Эль и моя семья, если ты забыл.

— И твоя безопасность меня волнует в том числе, — прозвучало искренне, но я была слишком зла, чтобы забыть все сказанное ранее. — Поэтому я надеюсь на твоё благоразумие. Живой Морен не принесёт никакой пользы.

— Это твое мнение.

— Его польза минимальна по сравнению со всем, что он уже натворил. Легче избавиться от него, чем жить в страхе.

— Забирай Габриэль и вали в свою Италию. — Отозвалась я тихо, понимая, что мы снова в тупике, а я уже не справляюсь с собой. Мои надежды и вера разлетались на куски, ком подкатывал к горлу, а руки сжались в кулаки. И сердце… сердце отчаянно трепыхалось, разрываемое болью.

— Зря ты меня не послушала. Ты же первая, кого он захочет убить.

— Вали в Италию, Остер! — голос сорвался на крик, хотя и не хотелось, чтобы в доме меня услышал хоть кто-нибудь. — Захочет, пусть приходит, хуже мне уже никто не сделает.

— Когда успокоишься, позвони мне. Сейчас с тобой бесполезно разговаривать.

В очередной раз «большой» дядя из клана оказался глухим к чужим просьбам. Просто не пожелал лучше разобраться в ситуации, встать на мое место, выбрав путь наименьшего сопротивления. Элементарно понять или подумать, почему так происходит. Ему это просто не интересно. Ведь «жираф большой — ему видней». Ненавижу их всех! Ненавижу то, как легко они сами решают чужие судьбы, никого не спрашивая, но при этом смеют обвинять таких как я в том же самом.

— Ты должна понимать: его конец был неизбежен. — Расценив мое молчание как-то не так, Витторио продолжал. — Я говорил, что твои чувства к вампиру ни к чему хорошему не приведут, а теперь ты злишься на всех вокруг. Приди в себя, Джун.

— Нет, Витторио, я злюсь только на тебя! Ты не имеешь никакого права так легко решать за остальных, будь ты хоть трижды сильнее меня. И я повторю в сотый раз если потребуется, у меня нет чувств к Морену.

— Тогда что это, если не чувства? — совсем неожиданно раздался голос Габриэль у меня за спиной.

И как долго она там стояла? Жаль, я не могла получить ответ, глядя на колдуна. Все его гребанное непроницаемое лицо.

— Подслушивать нехорошо.

— Уолту это не мешает. — Невозмутимо ответила подруга, подходя еще ближе. — И я всего лишь пришла позвать вас к столу, а тут такое. Так что это?

В первый момент мне и на нее захотелось рыкнуть, но только какая-то слабая мысль о том, что подруга пытается мне помочь, остановила. Она уже заступалась за меня, и я должна это ценить. И я ведь могла дать ответ ей, как будто Остера здесь нет. Как будто его вообще не существует.

— Я просто переживаю за него.

— За кого? За Морена? — Витторио снова не дал мне даже попытаться что-то объяснить. А стоя между ним и беременной ведающей, я чувствовала себя и вовсе загнанной в ловушку. — А интересовалась ли ты, он также переживал о своих жертвах? Может быть мучился ночами, не ел сутками? Или я чего-то не понимаю?

Да нихера ты не понимаешь, Остер!

Но опять пришлось сказать далеко не это.

— А почему все забывают, что он был всего лишь человеком, чей мир перевернули такие твари, как мы? Что он лишился всего, чем дорожил? И что его "учили" не лучшие представители его вида? Может Алесс и не переживал, но у него есть чувства. Он далеко не бездушная сволочь. Я вполне могу понять каково это, когда весь привычный мир повернулся к тебе задом. И твоя жена это понимает. И я бы посмотрела на тебя, если бы ты потерял все, что тебе дорого.

— Его прошлое не оправдывает поступки. Он выбрал, как жить.

— А ты выберешь, как ему умереть?

— Если потребуется.

Если бы в этот момент ударила молния, я бы подумала, что это она пригвоздила меня к месту и буквально парализовала. Ответ Остера меня оглушил, до звона в ушах. Просто не могла поверить в то, как легко он это сказал. Я все еще цеплялась за то представление о нем, которое составила ранее. Что он вполне хороший и разумный человек, любящий Габриэль колдун и мой друг. Но видимо в последнем я сильно ошиблась. Главы кланов дружат только с теми, кто им удобен. Остальные побоку. Он такой же, как и остальные.

— Ты не посмеешь. — Губы едва шевелились, а голос и вовсе пропал.

— Ещё как посмею, и это будет самым верным решением.

— Очнись, ты не царь и Бог! Хочешь узнать результат этого решения? Без живого Алессандро я либо сдохну лет через десять от бессилия, либо сама обращусь.

— Мне жаль, но я не могу так рисковать своей женой и детьми. Я всегда готов прийти на помощь. Уверен, мы справимся с твоей проблемой без вампира.

Что и требовалось доказать. Главе клана нет никакого дела до свободной джиннии, которая вертится как уж на сковородке, чтобы только элементарно выжить. Ему просто плевать, что я не шутила. Что я действительно загнусь, и ближайшие лет десять буду тупо существовать. Хотя с моим проклятием и так влачу жалкое существование. Потому что не хочу обратно в этот клановый бред. Не хочу менять шило на мыло.

Как же я сейчас жалела, что Морен до сих пор не объявился и не исполнил своих угроз.

— Да нихера мы не справимся. Мои попытки кончились.

— Джун, ты что такое говоришь? — голос Габби доносился словно бы издалека.

А я чувствовала, что мне не хватает дыхания, а ноги становятся ватными и абсолютно не держат. Голова была совершенно пустой, а в глазах как будто помутнело. Мне нужно было за что-то ухватится, ибо морально я была разбита целиком и полностью.

Опора в виде сильной мужской руки нашлась совершенно неожиданно. И я думала это Уолт, но уловила горький запах сигаретного дыма.

— Довольно. — Отрубил Ричард над моей головой. — Посмеешь довести так же еще и мою сестру, я тебя убью.

— Ричард! — Габби возмущенно взвизгнула.

— Я твою сестру и защищаю. — Спокойно отразил выпад Рича Остер.

— Так найди более гуманный способ. — Рыкнул Рич. — Твои приказы явно имеют прямо противоположный эффект.

Черт меня подери. Ну почему в самый тяжелый момент, когда от меня буквально отвернулись все, появился тот, кому вообще не стоит влезать в наши дела? Но я была благодарна Ричарду, как никогда.

— Так, слушайте, я не знаю, кто из вас тут главный мудак, — влез Гейл очень и очень вовремя, — но сегодня это точно не я. Заканчивайте свои разговоры, жратва стынет.

И хотя парочка ушла, почему-то мне теперь не хотелось заходить в дом. Совсем.

— До утра протянешь? — Риччи все еще поглаживал меня по спине в попытке приободрить.

— Мне, наверно, лучше уйти. — Протянула я. — Я и так уже испортила Габби вечер.

— Она это переживет. А вот твой уход вряд ли. И раз ты все осознаешь, значит, еще не все потеряно.

— Тебя Уолтер к нам послал?

— Сам пришел.

Я слегка подвисла, глядя на Ричарда широко открытыми глазами.

— Зачем?

— Обдумал тему сволочизма. И как-то мне показалось, что каждой сволочи нужен хоть один друг. Особенно, когда с другими все не ладится.

— Спасибо.

Когда мы все-таки пришли в столовую, кто-то очень умный устроил все так, что я оказалась между Ричем и Уолтом, но напротив Остеров. И я не сомневалась, что это Габби, потому что ее взгляд был слишком обеспокоенным. А как на меня смотрел ее муж, мне плевать. Важнее было держать фальшивую улыбку, пока никто из Ритерфордов ничего не понял. Но продлилось это не долго.

— Джун, с тобой все в порядке? — заметила мое молчание Джесс.

— Просто голова разболелась. Выпью и все пройдет.

— Это сколько же тебе выпить надо? — наклонившись ближе ко мне, прошептал Ричард в игривой манере. — Кегу?

— Почти две. — Поправил его Уолт, проделав то же самое только с другой стороны.

— Если будете помогать. — Фыркнула я.

— Кто платит? — уточнение от Рича.

— Пиранья платит, ей же надо, а не нам.

— Сволочи вы. — Выдохнула я.

— Значит так, — кажется от Гейла спасения не было нигде, но в этот раз он говорил тише обычного. — Либо вы берете меня с собой, либо я прямо сейчас рассказываю вот им, — его палец указал на родителей, — что у нас за столом подлые дезертиры.

Вопрос явно стоял ребром. Но, переглянувшись, стало понятно: брать с собой Гейла никто из нас не хотел.

— А может лучше бабу тебе найдем? — предложила я.

— Да проще ему на бабу скинуться. — Фыркнул Рич.

— Проще? — совершенно не поверил Уолтер.

— Слушайте, вы совсем охренели? — прервала балаган Габби.

— Завидуй молча. Надо было думать до того…

— Гейл. — Предупреждающе рыкнул Витторио на неуемного Ритерфорда, чем очень сильно удивил всех, но хотя бы смог поставить окончательную точку.

Почти. Потому что в этот момент мне пришло сообщение от кицунэ, что он ищет адвоката, и очень неприятного вида фотография.

Что ж, одной дрянью стало меньше. А Остер может искать ее хоть до посинения.