— 19-

Уолтер

«Все хорошо. Жива, здорова, Алессандро кормит вкусно». — Прослушал я очередное аудио сообщение Джун в общем чате мессенджера и запустил пальцы в волосы.

Уже прошел почти месяц, как Джун создала общую беседу и скидывала приблизительно раз в два дня вот такие отчеты о своем времяпрепровождении с клыкастым. И содержание их почти не менялось. Разве что слова, но смысл оставался один: у нее все хорошо с кровососущим ублюдком.

Зачем я только каждый раз это слушал? Боялся, что вместо нее услышу голос выродка с печальными для нас всех известиями, что он прибил нашу джиннию? Так и толк тогда слушать, если все равно же ничем уже помочь не смогу. Надеялся, что все изменится? Да нихера уже не изменится, Джун Нейвос сделала свой выбор окончательно и бесповоротно. И я сходил с ума, ведь прекрасно знал, что за женщина досталась выродку.

Мысли о том, что Морен держит ее в своих руках, прикасается к моей Джун, а она отвечает, приводили в бешенство. Но страшнее было отчаяние от того, что я знал какая джинния за пределами постели. Понимающая, отзывчивая, умеющая взбудоражить, довести до последней точки кипения, и в то же время ненавязчивая, знающая, когда отступить, оставить в покое. Легкая. С ней может быть просто до невероятного, и сложно настолько, что голова пойдет кругом. Джун сумасбродная, веселая, жизнерадостная, если соскрести с нее всю эту шелуху последних лет. Свободная. По-настоящему свободная. Мне самому рядом с ней казалось, что если бы не гравитация, то для джиннии вообще не осталось бы ничего невозможного. И дело даже не в ее даре, им она старается не пользоваться без необходимости, просто Джун сама по себе такая. А осознание, что Джун откроет ему душу, покажет свои слабости и, не дай бог, заплачет, ударило так сильно, что сердце сжалось. Нет уж, пусть лучше наращённая за годы броня останется при ней. Без нее рыбка совсем беззащитная, а такой Джун видел только я.

Единственное, я не завидовал Морену только потому, что он не представлял с каким хитроумным монстром делит постель. Джинния не отступит от того, что считает своим. Разве что в одном единственном случае, но для этого надо прищемить гордость Джун так, чтобы возглавить список ее врагов. И лучше бы в этот список не попадать, если жизнь дорога. А Морен жизнь любит. В противном случае нашел бы способ убиться еще в бункере.

— Куда собираешься? В бар? — в конце рабочего дня потревожил меня Уильям. — В зал? — Уилл выдвинул очередную версию, не дождавшись ответа, но я помотал головой. — Неужели домой?

Домой… Не хотел я домой, потому что, сколько бы не пытался выкинуть джиннию из головы, она упорно возвращалась. Я ловил воспоминания о ней везде. Дома, в кафе, на работе… Потому что в Кентербери не осталось ни одного нелюдя, в чьей жизни не было бы Джун Нейвос. И с этим надо что-то делать, а дома практически все напоминало о ней. Хотелось лишь упасть на кровать и просто забыться. Впрочем, а почему бы и нет. Заехать в магазин, купить выпивки и осуществить единственное желание без помощи всяких джинний.

Так я и поступил, и уже думал начать наслаждаться одиночеством, глядя в телевизор, как раздался звонок в дверь. Мне настолько все опостылело, что я не посмотрел в глазок, дабы узнать кого там принесло, а вот когда открыл дверь, стало уже поздно. И для желания ее захлопнуть тоже.

— Приветик, Уолтер. Ты не занят? — секунды замешательства хватило, чтобы Кэрри Нейвос просочилась в квартиру, не спрашивая разрешения.

Как будто мне одной джиннии не хватало, как нарисовалась другая. И я даже не знал, кто из сестричек хлеще. Конечно, мы и раньше пересекались, да и после возвращения из Италии я регулярно натыкался на Нейвос-младшую, но старался, как только мог, этого не делать. В няньки я не нанимался. А с Кэрри именно нянькой быть и получалось. Она же как ребенок, если на заборе написано: «Не влезай, убьет!» — именно туда эта девица и полезет.

— Занят. — Сурово сведя брови, я предпринял попытку избавиться от занозы.

Безуспешно, потому что зараза оглядела квартиру и, повернувшись ко мне, вскинула голову.

— Это чем?

Теперь уже я осматривал собственное жилище в поисках хоть чего-нибудь, чем мог бы отмазаться. Не вышло. Видимо придется возиться с Кэрри.

— Что ты хотела?

— Поболтать. — Джинния скинула туфли, проходя внутрь, и уселась на мой диван, как на свой собственный, закинув ногу на ногу. — В офисе Джун слишком скучно.

А я все еще стоял, удерживая распахнутую дверь за ручку, и мысленно проклинал Джун. Даже готов был забыть о том, где она и с кем, лишь бы случилось хоть какое-то чудо, и кто-нибудь другой решил проблему с еще одной свободной джиннией в Кентербери. Но нет же! Это мое проклятие и крест. Но не хотел я этим заниматься. Не сегодня и не сейчас. У меня пиво, телевизор и вчерашние макароны на ужин.

— Всех психов уже разогнала? — я предпринял еще одну попытку, надеясь, что заноза оскорбится и уйдет.

— Я им помогла, в отличие от сестры.

Вот теперь дверь все-таки закрылась с громким хлопком, хотя Кэрри все еще оставалась в квартире. Потому что воспитательные беседы нужно вести за закрытыми дверями и без свидетелей, ведь надо мной брали верх эмоции.

— О да! Мы заметили, когда устраняли последствия. — Я просто не смог удержаться от сарказма, плюхнувшись в кресло. И ведь ни словом не соврал, нам столько дерьма пришлось разгрести после ее «терапии», что только сегодня смогли более или менее сделать передышку.

Удивительно, что пациенты все еще приходили к Джун в офис, если даже сама хозяйка махнула рукой на бизнес и свалила. Ей же лучше всех известно, что стоит младшенькой добраться до игрушек старшей и все, пиздец всему.

— Ничего такого не было. — Уверенно заявила Кэрри. — От меня все уходили только счастливые… Почти.

— Судя по масштабам, их счастье долго не продлилось.

— Значит, сами виноваты. Я-то тут при чём?

— А кто сунул свой нос туда, где ничего не понимает? — я начинал закипать.

Если бы у меня не было столько терпения, то уже бы перегнул девицу через колено и хорошенько надавал по заднице.

— Ты преувеличиваешь. У меня неплохо получалось замещать сестру.

Она издевалась? Определенно, да, ибо большинство моих проблем были связаны с пациентами и «особыми» клиентами Джун, которые имели глупость заявиться в офис, пока там всем заправляла заноза. Но возмущения я придержал при себе. Никого из Нейвосов они не трогают, и действовать надо иначе.

— За два месяца десять пьяных дебошей, четыре кражи, два убийства… — недовольно перечислял я «счастье», которым одарила всех молодая джинния. — Ну да, твоя сестра работает скромнее.

— Давай хотя бы ты не будешь говорить о ней? — Кэрри недовольно фыркнула, скрестив руки на груди.

И это был мой шанс. Если довести ее, заноза свалит ко всем чертям. Только одна проблема, ее слабое место так же и мое, и я мог сорваться. Хотя сомневался, что у меня остались силы на это. Но вот ее слова меня зацепили. Я все еще не знал, почему Джун отправилась за вампиром сразу после свадьбы нашей подруги. Как так вообще получилось, и не связан ли с этим сам кровопийца.

— А был ещё кто-то?

— Да! Видите ли, все ждут, когда она вернётся.

Все… Ну это зараза преувеличила, но Джун ждали многие. Особенно Амэнтиус, который шесть лет халявил и наслаждался жизнью за счет джиннии, что только и рада была откусить кусочек власти и вертеть им по своему усмотрению. А теперь демону самому приходится пахать как рабочему шмелю.

Окинув внимательным взглядом непрошенную гостью, я размышлял, что делать дальше. То ли вывести из себя разговорами о Джун, то ли не травить себе душу. Победил второй вариант. Да и мне крайне невыгодно, чтобы девица прямо сейчас сорвалась и натворила очередных дел. Пусть лучше тут сидит под моим присмотром.

— Есть будешь? — все-таки сдался я, отправляясь на кухню.

— С удовольствием.

Ну конечно! Как будто можно было ожидать другого ответа. Зная сколько едят джиннии, я вообще спрашивал какую-то чушь. Проще купить себе слона, чем прокормить даже одну из них. Вот только как выяснилось макарон осталось мало, а значит придется готовить. Чем я и занялся, поборов раздражение. Ну почему мне не удается спокойно отдыхать? Сколько раз пытался, и какая-нибудь зараза умудрялась все испортить. Нюх у них что ли? Даже спокойно приготовить не дают, я ведь прекрасно слышал, как Кэрри «незаметно» кралась на кухню.

— И о чем ты хотела поболтать? — не оборачиваясь, уточнил я. Ну так, на всякий случай, вдруг у нее еще какая-нибудь неприятная тема в рукаве припрятана.

— О чем угодно, кроме Джун. В вашем городе скучно, а из знакомых здесь только ты.

Да уж. Выпала же честь стать ее развлечением. Счастливчик года, прям.

И где в жизни справедливость? Прокляла меня одна джинния, а разгребаю я за ними всеми.

— Да-да. А парни из кафе исключительно пища.

— Они всего лишь люди. — Невозмутимо отозвалась Кэрри.

— Ужин джиннии на блюде. — Издевательски хмыкнув, я откинул ранее нарезанный бекон на сковородку.

— Это приятное дополнение. И неужели ты за мной следишь? — зараза подкралась еще ближе ко мне, буквально дыша в спину. Хорошо хоть не пыталась как сестра встать рядом и в лицо заглянуть.

— Заноза, ты сама подставляешься. От тебя слишком много шума, а это маленький город.

— Зато смотри, как я разнообразила вашу скучную жизнь! Радоваться должны.

Блядь! Да в гробу я видел такую «радость»! С прошлой осени счастливый хожу, как выяснилось, что у нас под носом жила ведающая, а я ее прикрывал. Резко захотелось оказаться где-нибудь подальше отсюда, да только отпуск я уже отгулял в Италии, и хрен меня теперь Альфа отпустит хоть куда-нибудь. По его мнению, я был единственным экспертом по джинниям и как их усмирять.

Впрочем… к сестрам Нейвос у меня подход имелся. В противном случае, я бы и не подумал о возвращении, еще когда только узнал, что это стихийное бедствие явилось в Кентербери. Не говоря уже о том, чтобы постоянно вытаскивать Кэрри из клубов и ресторанов, после того как вернулся. И я же не виноват, что спокойствие в «скучном» Кентербери мне куда дороже всего остального. Здесь же почти рай для нелюдей. Пока колдуны с вампирами не начинают охотиться на ведающих, а джиннии не слетают с катушек, истребляя кровососов направо и налево.

Одного я никогда не учитывал. Я мог вправить мозги Джун, уговорить ее пойти на компромисс, придумать еще что-нибудь, да даже элементарно отодвинуть в сторону, а уже потом объясняться. А вот с Кэрри это не прокатывало. Каждый раз эта зараза лезла в новые неприятности и наступала на одни и те же грабли. Единственный способ усмирить ее — ремнем по голой жопе. И почему до сих пор не выпорол, сам не знал. Особенно после того, как весело она отметила день рождения в ресторане, из которого я ее буквально вытаскивал на собственном плече.

Уловив мой настрой, джинния отстранилась.

— Чем тебе помочь?

— Возьми пиво в холодильнике, сядь и не мешайся. — Отозвался я, не скрывая раздражения.

— Я — не Джун, и умею готовить!

Да, правда, что ли? Я вот так взял и поверил на слово, да как же!

— Ты же не хотела говорить о сестре?

— И до сих пор не хочу, так что не сравнивай нас.

— А это, может быть, мое единственное развлечение.

— Найдешь новое. — Недовольно фыркнула девчонка и все-таки полезла в холодильник за пивом, после чего ушла обратно в зал и, судя по звукам, нашла пульт от телевизора. Интересно, на долго ли ее хватит?

Я усмехнулся, несмотря на то, что просмотр футбольного матча явно накрылся медным тазом. Мне же проще, хоть доготовить смогу спокойно. Но это я, наивный, так думал, потому что стоило превратить вчерашние макароны в нечто более интересное и вкусное, зараза снова явилась в кухню.

— Может, все-таки помочь?

Посетило острое желание приложиться лбом о ближайший шкафчик, и сдержался я чудом, а все потому, что эта джинния хуже контролировала свой дар. Мне необходимо сменить тактику.

— Ну помоги. — Протянул я, полностью уступая ей место.

Кэрри промолчала, и сама накрыла нам стол перед телевизором. И, похоже, я все-таки мог отдохнуть этим вечером, несмотря на то, что смотреть пришлось какую-то сопливую мелодраму, которую можно даже не слушать. Главное, что запас пива и терпения у меня все еще имелся. Жаль только, что голова отключаться не желала. Но ровно до того момента, как Нейвос-младшая не прижалась к моей руке и не устроила голову на плече, вырывая из облака, в котором витали мои мысли.

Невольно я скосил глаза на занозу, пытаясь понять специально она, или ее действия были непреднамеренными, но понять так и не смог. Кэрри Нейвос расслабилась и вела себя непринужденно, забравшись на диван с ногами. Мой взгляд прошелся по ней, отмечая длинные стройные ноги и весьма короткую длину у юбки, потом перешел на свободного кроя топ, в вырезе которого можно было разглядеть нижнее белье и грудь, хотя, как по мне, им и являлся верхний слой одежды. Неудивительно, что от Кэрри столько проблем. Любой нормальный мужик от такого должен с ума сойти, что в принципе большинство ее жертв и делали. И я вдруг подумал, что, если бы не знал характера этой заразы, вполне мог бы найти ее привлекательной и даже слишком.

Видимо почувствовав мой взгляд и мысли, заноза подняла серо-зеленые глаза. А я продолжал смотреть, изучая черты лица и пытаясь найти… различия с Нейвос-старшей. И нашел немало, но видимо все слишком затянулось, потому что Кэрри потянулась к моим губам, а я не успел вовремя отстраниться.

— Что ты… — я все-таки попробовал прекратить то, о чем мы явно потом оба пожалеем.

— Молчи, Уолтер. — С отчаяньем прошептала заноза, снова приникая к моим губам. — Будто ты сам не видишь.

Я все прекрасно видел и понимал. Осознавал, что для Кэрри я лишь любимая игрушка Джун, которую младшенькой определенно надо заполучить любой ценой. И все равно не смог оттолкнуть заразу, прервать нежный поцелуй, отнять ее руки от моего лица, потому что она тоже была удобной для меня сейчас. Младшая джинния могла стать точкой невозврата к Джун. Не просто могла, она ей станет, если я не остановлюсь. А Джун я хотел выкинуть из головы гораздо сильнее, чем послушать здравый смысл и не заходить слишком далеко с Кэрри. В конце концов, Кэрри не маленькая, просто мы привыкли ее так воспринимать. Но если об этом забыть, то у меня на коленях сейчас сидела красивая женщина. Она просто одна из тех, что бывали со мной до Джун и после.

Когда женские пальцы проникли под футболку, весь самоконтроль полетел к черту, и я запустил ладонь в русые волосы, притягивая девушку, лишь бы не останавливалась. Будь что будет, главное, что мыслей о другой в этот момент не осталось. И самое важное, я их не сравнивал. Просто наслаждался нежностью и всем происходящим.

Наглая зараза стянула с меня футболку и игриво провела языком по кадыку, а мне вдруг подумалось, что диван — крайне неудобная мебель. Особенно, если девица вздумает в последний момент все закончить и сбежать. Нет уж, раз хочет поиграться, то ей придется дойти до конца. Подхватив Кэрри под вечно требующую ремня попу, отнес в спальню и там сбросил на кровать, накрыв собой. К счастью, заноза не противилась, а может просто уловила, что ничего не выйдет, и я уже не остановлюсь и все равно закончу то, что она так неловко начала.

Дальше остались только она и я, отвечающие лаской на ласку, нежностью на нежность. Жадные поцелуи, наши переплетенные тела, ноги Кэрри на моих плечах, сбитое дыхание, сладкие стоны, медленный, испытующий ритм, набирающий обороты. Черт подери, я наслаждался податливым телом под собой и ситуацией по полной программе невероятно долго. Мне в принципе не хотелось прекращать, потому что могли вернуться мысли, которые нахер никому не сдались. И даже когда все закончилось, я и не думал выпускать джиннию из своих рук, прислонившись лбом ко лбу.

Оправдания случившемуся у меня не было. Я не был пьян, не был настолько сильно разбит, уже смирившись с ролью «друга», просто не стал отказываться от того, что предложили, вдобавок освободив еще и голову.

И все же, когда дыхание пришло в норму, одна неприятная мысль промелькнула в голове, причем совсем не кстати.

— Твою же мать, — Тихо выругался я в подушку, все еще прижимая девушку собой к простыням.

— Ты думаешь о ней? — с обидой почти взвизгнула зараза.

— Я думаю о том, что мы не предохранялись.

Действительно, с некоторой джиннией о таком я даже не парился. Но с этой я просто не подумал. Впервые в жизни взял и не подумал. И судя по распахнувшимся длинным ресницам, округлившимся глазам и очень удивленному лицу, не подумал не я один. Хотя от заразы такого следовало ожидать.

Блядь, я попал.

— Нет. — Вдруг удивила девица, обретя способность говорить снова. — Все в порядке, это не страшно.

От сердца в тот же миг отлегло, и я перекатился на другую половину кровати. Но почему-то несмотря на это «не страшно», обстановка медленно начинала давить. Переглянувшись с джиннией, которая не сводила с меня взгляда, и, читая в ее глазах невысказанный вопрос, что теперь делать, я беззлобно усмехнулся.

— Иди сюда, бестолочь. — Нагло придвинул девчонку к себе, наслаждаясь ее теплом и тем, как легко из-за этого пустела голова.

— Может, я лучше пойду? — выдержав небольшую паузу, протянула она, но уткнулась носом мне в грудь.

— А тебя там кто-то ждет?

— Нет.

— Ну вот и все. Пока ты здесь, Кентербери хоть поспит спокойно. — В тот же миг зараза приподнялась, а на ее лице появилось возмущение. И выглядело это очень… миленько. — И я не говорил, что мне хватило.

Джинния была удивлена, но ее выдавала хитрая и довольная улыбка, а еще то, что она потянулась ко мне, целуя, а потом и оседлав. Пусть поиграется чуть-чуть, я ведь свое тоже получил. Так что, все взаимно. Секс, удовольствие и эта ночь. Не мало на самом деле.

Проснувшись утром, я смотрел на джиннию в своей постели, но ни совесть, ни какие-либо другие чувства не проснулись. Я просто скользил по ней взглядом, по растрепанным волосам и голой спине, и думал только о том, когда нам это надоест. Прямо сейчас? Это вряд ли. Я получу эту заразу еще раз. После завтрака? Это если мы вообще успеем позавтракать, мою работу еще никто не отменял. Еще позже? Да и черт с ним. Главное, никаких обязательств. Уйдет — ну и ладно, задержится — не так уж и плохо.

Кэрри заворочалась, просыпаясь, чем привлекла внимание.

— Уолтер. — Осипшим ото сна голосом прошептала она, обернувшись ко мне.

— Проснулась? Замечательно.

Я не дал ей даже опомниться и понять, что происходит, снова прижимая.

Плевать на все. Это точка невозврата. Париться больше не о чем. Даже о том, как я буду смотреть в глаза Джун.

***

Алессандро

Тишина и высота творили чудеса. Они дарили чувство свободы от окружающих, работы и даже моего проклятия — вечности. Я сидел в одиночестве на крыше дома, глядя на оживающий утренний город. В последнее время возможность уединиться с собой стала редкостью. Здесь я не боялся, что меня найдут, на крыше редко появлялись люди, а мне ничего не стоило подняться в любой момент по пожарной лестнице. Я пришёл сюда, чтобы подумать, хотя вообще не планировал вылезать из кровати. Однако, один звонок стёр в порошок мое хорошее настроение.

И, честно говоря, как бы я не отрицал, все началось гораздо раньше. Во время одной из прогулок с Джун, я заметил слежку, но не стал портить вечер и выяснять, какого хрена за мной ходили вампиры. И ведь не из моего клана, на самом деле. Я был уверен, что здесь не обошлось без Изольды и достаточно долго терпел эту «незаметную» слежку. Я не ловил новых преследователей, потому что думал, что Иза одумается, поймёт, что она мне нахер не нужна и отзовёт «своих». И ещё я просто не хотел, чтобы джинния включала режим психологини и устраивала допрос, после того, как я решил бы вопрос с охуевшими.

Случись со мной подобная ситуация полгода назад, я бы не думая, убил преследующих меня крыс. Но, видимо, во мне что-то изменилось, и я позволял Изольде ее небольшую наглость. В том, что замешана она, я убедился сегодня, когда меня разбудил телефонный звонок с неизвестного номера. На деле это оказался Баррэт. Он не сказал ничего необычного — убийство ещё в силе, осталась неделя, и все ждут меня, — но я все равно взбесился. Особенно, когда вампир дополнил, что Иза не откажется от своего плана. А значит и от угрозы убить джиннию. Я не знал, что делать, ведь впервые за долгое время вопрос касался не моей безопасности. Оставлять Джун одну я не имел права, потому что расценивал слова вампира как намек, но и сидеть с ней двадцать четыре на семь тоже не мог. Мне оставалось либо терпеть и ждать действий со стороны Изы, либо разобраться с ней раз и навсегда. Но и тут можно поступить по-разному: убить бывшую, подставить или согласиться с ней.

Я не делал ничего из этого. Меня настолько достали все эти игры, что вместо того, чтобы вершить правосудие и мстить, я поднялся с кровати, которая теперь постоянно была занята одной женщиной, и отправился на крышу ловить спокойствие. Получалось хреново, но, несмотря ни на что, я позволил себе остаться на месте и на время забить о вампирах, нападении и прочей ерунде, пока внутри меня открывал глаза никого не щадящий хищник. Когда он выйдет на свободу, прольётся много крови, и моё раздражение покажется мелочью. А сейчас я мог сделать передышку, пока эмоции окончательно не одержали надо мной верх. У меня осталось семь дней спокойной жизни, а потом… чем бы не завершилось нападение на ведающую, Остер озвереет. Вся его агрессия будет направлена на вампиров, а Иза доберётся до Джун, потому что мне придётся находиться с себе подобными. Я не знал этого наверняка, но просто чувствовал. Хуже всего было то, что я разрывался и не мог остановить этот механизм. Движение уже запущено. Вампиры отомстят, а значит надвигалось что-то опасное. И я уже не уверен, что с даром колдуна у кровососов что-то получится.

Я услышал сзади неторопливые шаги, но не обернулся. Я знал, кому они принадлежали. Любопытная Джунни проснулась. На крыше мы с ней ещё не бывали, хотя прошло уже почти два месяца нашего… Отдыха. И как же она меня нашла?

— Ты очень громко думаешь, — словно услышав мой вопрос, произнесла хриплым ото сна голосом джинния и села рядом прямо в шелковой короткой ночнушке.

— И о чем же я думаю? — насмешливо спросил я, выкидывая из головы все мысли. К черту проблемы.

— Я почувствовала твою злость.

Я глубоко вздохнул и позволил ей прижаться к моей руке. Вот же невыносимая женщина! Дрожала от холода, но все равно продолжала сидеть.

— Я люблю проводить время на крыше, — неожиданно для самого себя признался я.

— И почему ты мне не показал это место?

— Оставил на десерт.

— Ты же начинаешь с них, — напомнила она мне мои же слова, произнесенные, кажется, вечность назад, и я рассмеялся.

— Нет, ты — главный десерт, и он вне правил, сладкая, — я прервал наш зрительный контакт и поцеловал её медленно и с наслаждением, смакуя каждую секунду. Удивительная женщина. В ней сочеталась и Ребекка, и прошлая Изольда одновременно, но, с другой стороны, Джун другая… Не надоедающая. Уникальная.

Мы какое-то время сидели в тишине и не пытались начать разговор. Просто молча наслаждались тишиной и этим моментом. Мы оба не знали, что нас ожидает завтра. Это хорошо, у нас есть только сейчас, но в то же время плохо, потому что я не представлял, насколько далеко зайдёт Изольда и не пострадает ли из-за меня Джун. Она не виновата в моих отношениях с женой.

— Все нормально? — ворвался в моё сознание вопрос Джунни, а я пообещал себе больше не думать об Изольде. Нахрен надо.

— Лучше не бывает, дорогуша. А вот ты сейчас получишь, — расплылся в предвкушающей улыбке, замечая, как вытянулось лицо девушки.

— Не за что!

— Ну как же? А кто голой аппетитной задницей сидит на холодной и грязной крыше?

Джун хотела возмутиться, но решила поступить по-другому и… Убежала от меня. Я оскалился и медленно поднялся. Ну ладно, дам ей пять секунд.

Когда добыча оказалась на плече, я шлепнул её и с видом победителя понёс в спальню. Раз не получилось разбудить поцелуями, значит буду наказывать.

— Поставь меня на место! — рассмешила меня возмущенная джинния, и я придумал кое-что получше.

— О да, всенепременно, дорогуша, — вернул её в вертикальное положение, чуть-чуть не дойдя до спальни, и не сильно надавил на плечи, заставляя опуститься. — На колени.

Джун не хотела слушаться, но я был сильнее. Мы смотрели друг на друга несколько долгих секунд не в силах прервать контакт. В какой-то момент на лице джиннии появилась хитрая улыбка, а мой ремень был расстегнут. Научилась у меня, блин, менять эмоции со скоростью света, теперь хрен догадаешься, о чем она думала!

Джинсы с боксерами Джун снимала намеренно долго, и, кажется, я понял её план. Меня решили мучить.

Ее рука сжала мой член и провела по всей длине, а я выдохнул сквозь стиснутые зубы. Она продолжала эту пытку, водя ладонью вверх-вниз и заставляя сгорать меня от желания, но мне было недостаточно. Мне нужны её чертовы губы. Я хотел получить всё и сразу и, запустив руку в волосы джиннии, призвал к более откровенным действиям. Желанные губы сомкнулись на моем члене, даря нереальное удовольствие. От увиденного сносило крышу, и я толкался навстречу её рту, теряя контроль и сшибая к чертям собачьим границы. В наших глазах в этот момент было гораздо больше смысла, чем в каких-либо словах. Ни одно «я хочу тебя» не сравнится с тем огнём желания, который горел в нас. Мы подпитывали друг друга им, и с каждой нашей близостью он становился только больше, грозясь перерасти в пожар.

Между нами безумие в чистом виде, от которого невозможно избавиться и нельзя забыть. Оно окутывало, словно паутина, незаметно, но быстро лишая воли и разума. Стоило признать, Джун сосала отменно, постепенно увеличивая напор, а иногда и сбавляя, чтобы услышать в ответ моё недовольно рычание. Из её рта раздавались влажные звуки, женские пальцы ласкали, и я держался за стенку, пока в глазах темнело от накатывающего наслаждения.

— Да… Ещё… Быстрее, сладкая, — поглощенный страстью и зависимостью своей джиннией, прохрипел я и совсем скоро кончил ей в рот. Блядь, да, вот так. Меня настолько накрыло, что я не мог произнести ни слова. Если Джун собирается постоянно так отбывать наказания, то я согласен.

— Отныне никаких приказов, — произнесла джинния и поднялась, целуя меня в губы.

Я облокотился спиной о стену и улыбнулся.

— Совсем? Так ведь не интересно.

— Я подумаю, — задумчиво ответила дорогуша, и я увлек её в спальню. И снова одно желание на двоих, сбитое дыхание, вспотевшие тела и звуки наслаждения, разносившееся по всей комнате. Мы потеряли счёт во времени, потонули друг в друге и взорвались миллионами звёзд, получая новые непревзойденные эмоции.

Завтракать мы стали ближе к обеду. Приятно уставшие, довольные и жутко голодные ворвались в кухню, и я сделал на скорую руку салат. Когда с едой было покончено, я думал, чего бы сегодня приготовить и стоит ли, вдруг мы пойдём гулять, а потом зайдём в какое-нибудь заведение, как мои мысли прервал голос джиннии.

— Иди уже в свой ресторан.

Вконец потерявшая страх дорогуша, не обращая на меня внимания, с деловым видом попивала свой кофе и заедала вчерашним безе, от которого её невозможно оторвать, уж я-то проверял. Приготовил один раз на свою голову, и теперь у меня в кухне безе стало едва ли не основным блюдом, да еще и готовящимся с запасом.

— Ты меня выгоняешь? — с лёгким возмущением поинтересовался я.

— Допустим. Я же знаю, что ты любишь свое дело, вот и займись им. Хочешь же?

Я прищурился, не зная, как реагировать на её очередную провокацию. Согласиться? Можно, конечно, но я не хотел оставлять Джун одну. Не после утреннего звонка точно. Один раз вампирша уже пыталась на нее напасть, и если подобная хрень повторится… Я убью Изу. Ей придётся очень хорошо убедить меня не трогать свою жалкую жизнь, но навряд ли это поможет. Джун пробуждала во мне терпение и сдержанность, о степени которых я не догадывался, но в то же время с ней не утихала моя кровожадность. Она дремала и ждала только повода для появления. И нападение на дорогушу я расценивал как один из них. Иза должна понимать, что после её второй попытки навредить дорогуше, я не остановлюсь, и то, что я закрыл глаза на предыдущий раз — чистая случайность.

— Сегодня у нас другие планы, дорогуша. Пойдём в мой ресторан. Готовься, — ошарашил я ее, а Джун даже безе оставила в покое. Мы смотрели друг на друга, участвуя в неведомой нам обоим игре без правил и победителей. Иногда мне казалось, что нам не нужны слова, они были лишними, а мы понимали все без них.

— Ты действительно это хочешь?

— А почему нет? — развёл я руками, облокотившись на спинку стула.

— Не знаю. Просто уточнила. Не хочу навязываться.

— Не говори глупостей, дорогуша. Я пригласил тебя в ресторан и намерен получить положительный ответ. Кстати, у тебя есть вечернее платье?

— Есть.

— Отлично. У нас есть несколько свободных часов. Прогуляемся? — улыбнулся я, хотя мыслями находился не совсем здесь.

По-хорошему, нам, а особенно Джун, не следовало высовываться из дома, а приглашать джиннию в ресторан — тем более. Но делать правильно слишком скучно. Я лучше пойду на риск, поглощенный азартом и любопытством, чем буду прятаться. Да и от кого? От Изольды? Смех, да и только.

Я всегда буду поступать так, как я хочу, и бывшая жена не заставит меня скрываться.

— М-м-м, и куда на этот раз?

— Парки были, главные улицы были, музеи тоже. Может, просто походим по городу?

И Джун снова согласилась, а потом, захватив безе, пошла одеваться. Она не требовала от меня большего, чем я давал, не делала никаких намеков и не истерила, хотя бывали случаи, когда она сама брала, что желала. Как по мне, так это идеальный тип женщины, а что самое интересное — крайне редкий. Но в этом и проблема — чем удобнее женщина, тем она сложнее. Жизнь с ней проста, но в то же время непредсказуема и полна сюрпризов. И будут ли они мне также нравиться в будущем — неизвестно.

В этот раз мы гуляли как-то по-особенному легко. Без спешки и желания посмотреть все, что наметили на день. Мы узнавали предпочтения друг друга, говорили о странах, в которых побывали и куда бы ещё хотели отправиться. Джун в основном рассказывала об Австралии, в которой до сих пор не была, а я слушал её и делился событиями из своей жизни в том или ином месте. Но, по правде говоря, если не считать Парижа, я не запоминал города и не смотрел по сторонам. Жизнь проходила сквозь меня. Прошло почти двести лет, а мне нечего было вспомнить. Моя жизнь была стабильной, в каком-то месте унылой и не интересной, но я хотел нормальных воспоминаний. Только у меня их не было. Хотя сегодняшний день мог бы стать одним из них.

Май радовал тёплой погодой и солнцем, а мне даже не верилось, что через полмесяца будет лето. Джун шла рядом и щебетала ни о чем легко и непринужденно, то и дело заставляя меня улыбаться. Я просто чувствовал, что эта женщина рядом, и я больше не один, и в этом было что-то особенное, можно сказать приятное. И в чем причина, я не знал, но и ответа не искал, просто наслаждаясь происходящим.

Когда до дома оставалось всего ничего, Джун замедлила на секунду шаг, и я проследил за её взглядом. В одном из магазинов пожилой француз продавал цветы, и я задумался. Я не дарил женщинам подарки, они получали максимум деньги за постель. Но что делать с Джун? Наши отношения давно перепрыгнули одноразовый секс, но означало ли это, что нужны цветы? Не перебор ли? Однако я хотел увидеть реакцию Джунни, и эта идея была настолько сумасшедшей, что я не сдержался и повел джиннию в противоположную сторону от дома.

— Ты куда? — спросила она, но я не ответил. Когда мы оказались в том самом магазине, пришла очередь Джун молчать. Уж слишком удивлённой она выглядела.

— Уважаемый, нам, пожалуйста, букет красных роз, — произнес я по-французски.

— Сколько?

— А давайте тот букетик, где одиннадцать, — показал рукой на цветы и расплатился.

Как мне казалось, дорогуша заслуживала только самое роскошное. Розы полностью характеризовали её — яркую, притягивающую взгляд и острую, как шипы.

Мы вышли из магазина, Джун выглядела растерянной и удивлённой, а я только улыбался, ожидая ее реакции.

— Держи, дорогуша. Это тебе.

В её глазах отражался такой шок, а вместе с ним неверие и радость, что я невольно усмехнулся. Во взгляде джиннии появилась осознанность и сметающая все сомнения улыбка. Не прошло и пяти секунд, как дорогуша обняла меня, а шипы цветов впились мне в спину. Черт, это было неожиданно.

— Клыкастик, не знаю, что с тобой сегодня, но спасибо, — прошептала она, в очередной раз удивляя меня. И что на это ответить?

— Джунни, мы так в ресторан опоздаем, — мягко отстранил её.

— Не вижу в этом ничего страшного, — хитрая улыбка заиграла на сладких губах, и я быстро поцеловал Джун.

Нам и правда надо уже собираться. Вечером часто занимали столики, а в другое место я не хотел идти.

До дома добрались мгновенно, но времени на разговоры не осталось, и мы разбежались по разным комнатам приводить себя в порядок.

В ресторане приветствовался официальный стиль, и сегодня я ограничился брюками и белой рубашкой, не застегнув верхние пуговицы, ведь даже в одежде предпочитал свободу. На работу я не позволял себе прийти в джинсах, это казалось немыслимым. К тому же, и посетители редко одевались как-то иначе, чем положено.

Закончив с внешним видом, я забежал в ванну, дабы посмотреть наряд Джун. Из увиденного я понял одно: меня продолжали мучить, причём сильнее прежнего, потому что платье, выбранное джиннией, было… Шикарным. Кружевное, чёрного цвета и средней длины, но больше мне понравились открытая спина и светлые украшения, притягивающие взгляд. Наряд скрывал тело Джун, но в то же время подталкивал к различным мыслям, которым точно не место в ресторане. Как я буду сдерживать себя в руках после таких мыслей — непонятно.

— Очаровательный наряд, сладкая, — я остановился позади неё и посмотрел на нас в зеркало. А мы, оказывается, красиво смотрелись вместе. Тёмный макияж выделял лицо девушки, а красная помада на губах так и просила стереть её поцелуем. Волосы были аккуратно уложены, но я все равно хотел вцепиться в них. Мне нужно было касаться Джун.

— Когда мы вернёмся домой, дорогуша, — прошептал ей на ухо, — я трахну тебя так, что ты забудешь, как стоять.

Не отрывая взгляда от моих глаз, она потерлась о меня, призывая бросить все к черту и овладеть ей, но это была очередная провокация, и я стиснул зубы.

— Ты главное исполни обещание, клыкастик.

— Можешь даже не сомневаться, — невольно оскалился я, и мы поехали в ресторан. В машине я включил любимый джаз, а Джунни в очередной раз пыталась понять эту музыку, но у неё не выходило.

Я был абсолютно спокоен, хотя знал уже, что нас ожидает. В моем ресторане нелюди были частыми гостями, так что слухов и косых взглядов не избежать. Так и оказалось, у многих вызвало удивление моё появление в обществе девушки, но, к счастью, дорогуше не знакома стеснительность, и ей также пофиг на окружающих. Она это подтвердила, когда пришлось садиться за столик. Вместо того, чтобы сесть напротив меня, она разместилась рядом. В нас чуть ли не тыкали пальцем, но что поделать, если нам так удобней?

— Тебя тоже это заводит? — проникновенным шёпотом поинтересовалась джинния, и я подарил ей ответную улыбку. Заказ уже сделан, через несколько минут можно будет приступать к еде, а сейчас неплохо бы и поболтать. Тем более уж очень интересную тему для разговора выбрала дорогуша.

— Любопытство окружающих?

— Это уже не просто любопытство, сладенький. Это зависть.

Меня ничуть не удивляло увиденное, я привык к вниманию и постоянным разговорам, а вот с Джун… Ситуация приобретала новый вкус. Более терпкий, более насыщенный, слегка кислый, а под конец утонченно сладкий. Получался необычный, завораживающий и непревзойденный коктейль эмоций, который я получал от общества Джун. Мне нравилось изумление окружающих знакомых, но в то же время бесил их шёпот. Любопытство в мире магии — одна из главных черт нелюдей, особенно ведьм, и сделать с этим что-то было невозможно. Слухи распространялись со скоростью света во все уголки мира, а ты не успевал и вздохнуть.

— И тебе явно это доставляет удовольствие. Нравится быть в центре внимания? — хищно прищурившись, я слегка подался в сторону Джун.

— Рядом с таким мужчиной? Очень. Я почти в восторге, — раздался искренний ответ Джун и даже не захотелось уточнять, с каким. Мне было достаточно того, как она ответила: с игривыми нотками, радостью и восхищением.

— Отлично. И насколько же тебя это заводит? — снизил свой голос до шепота и прикоснулся к хрупкой спине. Однако предпочтительнее было бы укусить мочку уха, но это уже слишком. Надо сдерживаться, хотя бы в ресторане точно.

Джунни не осталась в долгу и незаметно погладила мою ногу, а я напрягся. Наш ужин плавно перетекал в откровения, а разговоры побуждали желать больше, чем прикосновения. Хотя и в них была своя особенность. С одной стороны, все невинно и мило, а с другой — недопустимо для общества и недостаточно для нас. Нам с Джун всегда будет мало обычных прикосновений. Все или ничего и никак иначе.

— Сильно, клыкастик, — резко отстранилась от меня провокаторша, — но не настолько чтобы отказаться от ужина и узнать, что ты придумал.

— Моё обещание ещё в силе, — оскалился я, представляя нашу ночь. Я, Джун и наше притяжение. Одно безумие на двоих. Прекрасно.

— Я в тебе не сомневалась.

Нашу болтовню прервал официант-вампир с подносом еды, и мы уже собирались приступить к ужину, как в зал вошёл шеф-повар. Я сейчас не понял, он-то что здесь забыл?

— Это та женщина, о которой я думаю, Алесс? — заговорил зараза-Раймунд, будто мне мало было любопытных посетителей.

— Нахрена пришёл? — произнес как можно спокойней, а мысленно откручивал ему голову. Хорошо, что, кроме «спасибо-пожалуйста», Джун ничего не знала на французском.

— Напомнить, что ты мне должен сто евро. Ты проиграл.

— Напомнил? Свободен.

— Успокойся, — вампир почувствовал перемену в моем настроении, но даже не испугался. — Я не забираю чужих женщин.

И ведь правда не было поводов для злости. Райм не шутил и не подначивал, он просто спрашивал, что хотел.

— Твоё счастье, что она американка и не знает французский.

Райм невозмутимо повернулся к дорогуше и заговорил на понятном для неё языке, а я сжал вилку. Да я же ревновал её, черт возьми! Никогда и никого не ревновал, но с Джун все было иначе. Я знал, что вампир сдержит свое слово, в этом можно не сомневаться, но вдруг Джун передумает со мной находиться? Вдруг ей понравится Раймунд? О чем вообще она думала при взгляде на шеф-повара?

— Извините, что заставил вас смущаться. Я — шеф-повар этого заведения, Раймунд Боньен. А как зовут женщину моего друга?

В глазах джиннии промелькнул интерес, и она скосила взгляд на меня. Не знала, что ответить? Или боялась моей реакции? Если последнее, то не зря. Лучше ей не знать, о чем я думал.

— Джун Нейвос. — Представилась джинния, а я был готов проклясть все на свете. Потому что ее имя тоже производило впечатление на всех нелюдей Европы. В последние пару лет, конечно, шумиха вокруг сбежавшей из дома одинокой джиннии поулеглась, но все же, те кто следил за новостями его знал. И Райм был в числе следящих, потому что повел бровью и хитро улыбнулся уголками губ. — И вы меня ничуть не смутили.

— Очень рад, наконец, с вами познакомиться. Прошу меня извинить, заказы не ждут.

Вампир не перешёл черту, но после его ухода, будто исчезла вся лёгкость и таинственность вечера. Не успели мы перейти к ужину, как Джун поинтересовалась:

— А кто этот миленький вампирчик?

— Миленький? — с наигранным спокойствием переспросил я.

— М-м-м… В меру симпатичный, харизматичный и воспитанный?

Я отложил приборы в сторону и посмотрел в карие глаза. Джун будила во мне хищника, не осознавая степень опасности. И то ли она специально меня провоцировала, то ли говорила всерьёз, но с каждой секундой я бесился ещё больше.

— И зачем тебе эта информация? Хочешь пополнить свою коллекцию вампиров? — язвительно спросил я.

— Солнышко, тебе не о чем переживать, меня интересуешь только ты. Остальные лишь для подтверждения теории «не все вампиры плохие».

Хм, забавно и глупо с её стороны, а где-то и опрометчиво, ведь вампиры звери в человеческом обличии. Монстры, способные без сожаления убить на месте. И эта женщина пыталась доказать обратное?!

— Не вмешивай моего повара в свои дела, — сказал совсем иное, чем думал, потому что не хотел выяснять, кто злой, кто хороший. У каждого есть ошибки, святых не существовало, а что касалось Райма — он замечательно выполнял свою работу и искать ему замену совершенно не хотелось.

— Я постараюсь. Но если он позволит себе слишком много, тут, уж прости, никаких гарантий дать не могу.

— Можешь не переживать на этот счёт, — немного расслабился я и даже улыбнулся. Раймунд не тот, кто будет наживать себе врагов и создавать проблемы.

Атмосфера в зале снова стала привычной. Мы больше не обсуждали вампира и перешли на более приятные темы ни о чем. Чтобы хоть как-то выкинуть из головы мысли о Джун, о том, что я хотел с ней сделать, приходиться отвлекался на работу: я следил за посетителями или официантами и даже прислушивался к некоторым разговорам. Так было легче выдерживать наше притяжение, пока мои действия не обернулись против меня же самого. Я случайно посмотрел на стройную, мимо проходящую брюнетку и слегка задержался на ней взглядом. От Джун это не укрылось, и она поджала губы.

— Иди уже, лови свое главное блюдо.

— Она не входила в мои планы. К тому же, у меня есть ты.

В самом деле, я что, зря это все придумывал и представлял? Нет, эта ночь у меня уже по-своему распланирована, главным десертом которой будет дорогуша.

— Мной ты не наедаешься.

Безупречно. Просто и без истерик. И главное — Джун говорила правду. Я по-прежнему пил кровь: иногда Джунни отдавала свою, иногда у животных забирал, но этого было мало. И все же, я не жаловался.

— И что ты предлагаешь? Оставить тебя одну? Ещё и не исполнить свое обещание? — насмешливо спросил я, не желая отступать.

— Я пока доем десерт, а потом догоню тебя. И я же не прошу ее трахать, — отстраненно пожала плечами джинния и вернулась к еде, а я думал, какое принять решение. Джун незачем меня обманывать, постоять за себя она могла, раз даже Изольде досталось. К тому же на кухне Райм, и он точно успеет отреагировать. И я решился. Лучше один раз хорошенько насытиться, чем мучиться от жажды и только сильнее злиться с каждым днем.

— Я буду в переулке за рестораном. Не задерживайся, — произнес я и направился за жертвой. Она как раз собиралась на выход.

Стоило нам оказаться на улице, как я заглянул в глаза добычи и, воспользовавшись гипнозом, приказал уйти отсюда в назначенное для Джун место. Не заботясь о состоянии жертвы, я резко развернул её к себе спиной и вонзился клыками в плечо. Наконец-то, я так долго этого ждал. Мои глаза загорелись азартом и неторопливо сменяли цвет на красный, в то время как я снова впился в кожу, но уже чуть ниже, ближе к локтю.

Я терял контроль, но здесь он и не нужен. Что бы я не делал, итог один — девушка не выживет. Я с наслаждением пил её кровь, оставляя после себя синяки и следы от клыков. Я снова чувствовал себя живым и полноценным, все-таки, как бы хорошо все не складывалось, без крови мне долго не продержаться. Я мог бы начать с ломания костей брюнетки, но это банально, да и голод куда важнее. Но моим планам неожиданно не суждено было сбыться. К нам приближались два колдуна и по их мрачному виду я понял, что они недовольны. Ищейки хреновы.

— Вам придётся пойти с нами.

— Почему это ещё? — насмешливо выплюнул я, даже не выпустив из рук жертву. Она была без сил, но ещё жива, так что, по сути, ублюдкам здесь не место, но они не собирались уходить.

Спасение пришло, откуда его не ждали. Позади колдунов появилась джинния, и я заметил на её лице хитрую улыбку. О, дорогуша решила поиграть?

— Ребятушки, вы здесь не к месту, — невозмутимо, без приветствия начала Джунни и встала между ними. И почему она с самого начала нашего знакомства не выбрала вампиров? Сколько времени было потеряно на споры.

— У нас приказ взять Морена под стражу, если он кого-нибудь убьет.

Джун мысленно прикинула обстановку, взглянула на жертву и нагло ответила:

— Девочка жива, даже кости не переломаны, так что вы торопите события. И вот как мы поступим, — Джинния опустила руки им на плечи, я почувствовал давно забытый всплеск золотой магии, принадлежащей Джунни, но останавливать её не стал. Мне было интересно, чем завершится разговор. — Прямо сейчас разворачиваетесь, идете в бар, домой, к любовнице, куда угодно, потому что вам очень-очень сильно этого хочется, забываете, что увидели, и никому об этом не рассказываете.

Удивительно, но колдуны, именно так и сделали, что вызвало у меня довольную улыбку.

— Молодец, дорогуша. Не хочешь присоединиться? — намекнул на жертву.

— С удовольствием.

Это оказалось немыслимо, но мы правда делили одну добычу на двоих. В этом было что-то особенное и новое. Я никогда так не делал, мне незачем было делить жертв, но сегодня день-исключение, определённо. Джун так сильно светилась своим даром, забирая желание девушки, что я в какой-то момент не выдержал и отстранился, позволяя ей одной доесть. Ну до чего же красивая джинния.