10.9

Истеричный смех Алекс прерывается то ли иканием, то ли всхлипыванием… Её губы дёргаются в болезненной гримасе… Алекс вздрагивает и снова смеётся — надрывно… зло. И смотрит на нас с ненавистью и отчаянием. Я молчу, потому что подходящие слова никак не приходят в голову, а бодрое одобрение типа «Вот и правильно!» — сейчас явно не в тему. Тем более, я и сама вовсе не уверена, что это правильно.

— А-аль, — тихо и плаксиво зовёт Стешка, а Алекс срывается с места и уносится в свою комнату.

— Она что, с дуба рухнула? — оторопело бормочет мама, когда за старшей дочерью с грохотом захлопнулась дверь. — А на какой дуб она собралась взобраться, ей же готовиться сейчас надо?.. Ох, — она всплеснула руками, — а я ведь даже ребёнка с днём рождения не поздравила!..

И мама навострила свои босые стопы вслед за Алекс. Ну пусть — она же… мама. Но уже спустя минуту из комнаты послышалось злое рычание сестры:

— У меня нет мужа! Ясно тебе?! Не-э-эту! — и испуганную родительницу вынесло обратно.

— Она чокнулась, — мама покрутила у виска, опасливо косясь на дверь, — надо что-то делать…

— Айчи-ик, с-сделай что-н-нибудь, — тихо и жалобно заскулила Стеф.

— Да хорош уже ныть! — рявкаю на неё.

Стешка испуганно прикрыла рот руками и беззвучно заплакала, дрожа и прижимаясь к стеночке. А во мне сейчас… ни капли жалости и раскаянья, лишь досада и растерянность…

Что мне сделать-то?..

— А ну, пасть свою закрой и не ори на ребёнка! — вызверилась мама и, с силой саданув меня кулаком по плечу, кинулась утешать младшенькую.

Я потёрла занывшее место и, абстрагируясь от своих страдающих домочадцев, оглянулась на входную дверь… Поехать и вытрясти душу из Вадика? Вот ведь, енот-потаскун! Или сперва постараться выяснить у Алекс масштаб катастрофы? Перевела взгляд в сторону комнаты, где спряталась от всех сестра… И снова на входную дверь, за которой кто-то настойчиво вдавил кнопку звонка и намертво прилип к ней пальцем. Чёрт, уже третий раз за это грёбаное утро!

Ага-а! На ловца и зверь бежит!

Вадик, весь всклокоченный, дёрганый, смотрит сквозь меня совершенно дикими глазами и сквозь меня же пытается прорваться в квартиру. Щас-с! Я грубо толкаю его в грудь…

— Айка, свали на хрен с дороги, — рычит он и, продолжая переть буром, зовёт: — Аля! Аленький, ты здесь?

— Вадичка?! — елейным голоском проворковала мама и поспешила к нам. — Сынок, да что у вас случилось-то?.. Что с Шурочкой? — и уже мне повелительно-визгливо: — Айка, да пропусти его, растопырилась тут!..

Она полна решимости помочь Вадику освободить от меня дверной проём, когда на лестничной площадке, задыхаясь от подъёма, нарисовался участковый.

— Фу-ух! Здрасьте, — тяжело выдохнул он и, заметив меня, виновато улыбнулся. — Айка, а я по твою душу…

Весёленькое выдалось воскресенье!