Глава 27

Айгер все понял по моему лицу.

— Ну что ж… — он встал, посмотрел на нас троих. — Это, по крайней мере, определенность. Точно знаешь, чего ждать. Именно то, чего у меня никогда в жизни не было.

Подойдя к кроватке, он взял сына на руки, поцеловал, положил обратно. Барт даже не проснулся, только проворчал что-то недовольно. Айгер вернулся к окну и встал лицом к нему — на фоне света, хоть и тусклого, был виден всего лишь темный силуэт.

— Рехильда, ты сейчас пойдешь в мои покои. Если Агриф, мой слуга, там, скажи, чтобы немедленно оттуда ушел и больше не заходил. Он не болел зарянкой. Передай, что я благодарю его за службу. Пусть соль Харген на эти дни найдет мне женскую прислугу. Не из пугливых. Вир Норун! Мне нужно обсудить все с солем Йоргисом. Передайте ему, что я жду у себя в рабочей комнате.

«Только не Йоргис!» — хотелось заорать мне. Но как бы я смогла это объяснить? Ведь я до сих пор ничего толком не знала, застряв на уровне предположений и гипотез. Да и как рассказать?

— Юнна, останься здесь!

Норун слегка приподнял брови, но ничего не сказал. Он вышел, за ним Рехильда. Дверь закрылась. Мы остались одни.

Айгер подошел ко мне, и я вздрогнула. Ярко-красное пятно, появившееся на его щеке, стремительно разрасталось, уже почти все лицо было покрыто крупной малиновой сыпью, и выглядело это… мягко говоря, не слишком красиво. Да что там, это выглядело ужасно! Прежними на его лице остались только глаза. Оно напоминало кошмарную маску — отекшее, бугристое, пылающее.

Он взял меня за руку.

— Молчи и слушай! Я полюбил тебя, еще когда мы были детьми. Когда тебя только привезли во дворец. Когда мы вместе гуляли в саду и я делился с тобой сладостями. Потом я тебя ненавидел. Так, что готов был убить своими руками. Думал, что забыл тебя. Навсегда. Думал, что полюбил другую женщину. Нет, я на самом деле ее любил. Много лет. Хотя, наверно, не так сильно, как тебя. Иначе не оставил бы ее, когда умерла наша дочь.

Айгер замолчал, и я тоже молчала, хотя внутри все вопило, орало — но я не знала, как выразить это словами.

— Ты напомнила о себе, и я возненавидел тебя еще сильнее. Тебя — и себя. За то, что снова думал о тебе. За то, что не мог выбросить из головы. Эйра, ваш заговор… Я не мог понять, неужели это месть за то, что не смог простить тебя. Или ты еще хуже, чем я мог себе представить? Но, знаешь… все же я был тебе благодарен. Это странно, но если бы не ты, не было бы Барта. Хотя я думал, что после смерти Нессы меня уже ничто не сможет обрадовать.

— Айгер, я…

Он жестом оборвал меня.

— Не надо, Юнна. Дай мне закончить, у нас мало времени. Все это уже неважно. Как странно все обернулось, согласись. Я не хотел твоей смерти, несмотря ни на что. Барт — как будто разменный лист в игре. Ты надеялась, что Эйра родит сына, чтобы с его помощью избавиться от меня. Твой план провалился, но Барт спас тебя от казни. А сейчас его снова кто-то использовал — с той же целью. Теперь ты спасла его, но это не поможет. Даже если на этот раз ты ни в чем не виновата. Как ни странно, я тебе верю. Сейчас ты пойдешь со мной, и я покажу, как выйти из замка, чтобы никто тебя не увидел. Пока еще не так холодно. Постарайся добраться до Брангеры, деревни в Северных горах. Придешь к трактирщику, это мой человек. Скажешь, что хочешь поохотиться на снежного лиса. Он поймет. Даст тебе все необходимое и найдет проводника до Фианты, чтобы провел тайными тропами. Там разыщешь Эйру, будешь жить с ней.

— Нет! — слезы хлынули рекой, и я уже не пыталась их сдерживать.

— Юнна!

— Я останусь с тобой.

— Это глупо. И… не нужно. Ни тебе, ни мне.

— Мне — нужно!

— Прекрати! — крикнул он и продолжил, уже тише: — Мне осталось жить пять дней, даже меньше. Это и так будет пытка. Но ты хочешь, чтобы она была еще страшнее? Чтобы я думал о том, что станет с тобой после моей смерти? Я прошу, сделай это для меня. Я хочу знать, что ты в безопасности.

Он коснулся моей щеки пальцами, горячими от жара, стер слезы. Его глаза требовали ответа, и я молча кивнула.

— Пойдем! — он потянул меня за руку к двери, но я возразила:

— Мы не можем оставить Барта одного. Он проснется и испугается.

— Юнна, с ним ничего не случится. Сейчас вернется Рехильда.

Оглянувшись на крепко спящего малыша, я вышла в коридор вслед за Айгером.

Еще несколько минут, и я расстанусь с ним навсегда. Еще пять дней — и его не станет… Пусть он никогда не принадлежал мне, но терять его было невыносимо больно.

Юниа, гадина, что же было в тебе такого, если он так и не смог забыть тебя, несмотря на все то, что ты натворила? Не какая-то размазня с траченной молью психикой, а нормальный сильный мужик, которому после твоего предательства хватило сил жить дальше и не пойти у тебя на поводу, когда ты повисла у него на шее. Даже сейчас, уже умирая, он беспокоится о тебе, о твоей безопасности. Или, может… дело не только в тебе?

Но додумать эту мысль я не успела.

Мы увидели его, едва свернули в коридор, ведущий к покоям Айгера. Йоргис стоял у двери, прислонившись к стене, и разглядывая свои ногти.

— Я просил вас ждать в моей рабочей комнате, соль Йоргис, — жестко сказал Айгер, остановившись в нескольких шагах от него. — Она находится не здесь.

— Разумеется, тарис Айгер, — Йоргис поклонился, и его голубой глаз льдисто сверкнул, поймав отблеск закрепленного на стене светильника. — Но я хотел прежде лично убедиться, что у вас есть все необходимое.

Норун, подумала я. Когда только успел? Неужели мы оставались в детской вдвоем так долго? Мне показалось, что наш разговор не занял и пяти минут.

— Это лишнее. Ждите меня там, где я сказал.

— При всем уважении, тарис Айгер… Это касается солы Юнии.

Бросив быстрый взгляд в мою сторону, Айгер открыл дверь, пропустил меня вперед и зашел сам. Йоргис просочился следом. Это было что-то вроде личной гостиной или приемной — большая, светлая, роскошно и со вкусом обставленная комната. Айгер сел в кресло, мы с Йоргисом остались стоять, хотя меня едва держали ноги и голова по-прежнему кружилась. Но сесть без его разрешения было бы непозволительной дерзостью, а сделать это он нам не предложил. Впрочем, скорее всего, сейчас подобные тонкости этикета уже не имели никакого смысла.

— Я вынужден отдать приказ задержать солу Юнию. По подозрению в причастности к…

— Нет! — перебил его Айгер.

— При всем уважении…

— Вы этого не сделаете.

— И кто же мне помешает? — осклабился Йоргис, сразу став похожим на гиену. Память насмешливо подсунула один эпизод, от которого передернуло.

— Вы не можете арестовать члена королевской семьи без моего одобрения, — Айгер повысил голос. — Сола Юниа принадлежит к клану Кембро по рождению, к тому же она бабушка наследника трона.

— Да, тарис Айгер… пока не могу.

Ответ был более чем прозрачным. Пока ты еще жив, но это долго не продлится. И вот тогда плевать будет, одобрил ты там что-то или нет. Потому что регентом при малолетнем тарисе станет кто? Правильно, глава Тайного совета соль Йоргис. И кто кого перехитрил, кто кого использовал? Банка с пауками. А колдун наверняка сидит где-то в темном уголке и с хихиканьем потирает ручонки. Он своего добился. Вот только Барт… Что будет с ним?

— А еще, тарис Айгер, сола Юниа не имеет права покидать дворец. Это ваше распоряжение, но оно одобрено советом, поэтому вы не можете отменить его единолично. Я приказал поставить стражу там, где заканчивается подземный ход. Возможно, вы забыли или не знали, что мой отец был дворцовым распорядителем до того, как эту должность получил соль Харген. Я знаю здесь каждый уголок и все потайные коридоры.

— Убирайтесь! — Айгер махнул рукой в сторону двери. — Надеюсь, в этой жизни я с вами больше не встречусь. Все мои указания вы получите в письменном виде. Сола Юниа останется здесь, со мной. Пока я жив, никто не посмеет к ней прикоснуться.

— Как прикажете, — Йоргис поклонился и вышел.

— Сядь, Юнна, — Айгер показал на кресло рядом со своим. — Ты же понимаешь, что я отсюда больше не выйду. А если выйдешь ты, никто не сможет тебя защитить. Поэтому тебе придется остаться здесь. До самого конца.

— Какой в этом смысл, Айгер? — я закрыла лицо руками. — Сейчас или через пять дней?

— Ну ведь ты же хотела остаться со мной, разве нет? — усмехнулся он. — Боги слышат неосторожные слова. Не бойся, тебе не придется сидеть рядом и наблюдать, как я… Это было бы слишком жестоко. Если не для тебя, то для меня точно. Меньше всего я хотел бы, чтобы ты видела меня таким… Здесь достаточно места. Возможно, мы успеем придумать что-то другое. Как тебе выбраться из дворца. Не стоит терять надежды.

Я снова подумала о подлой иронии судьбы. Совсем недавно моя жизнь была в его руках, но я думала, что мне не на что надеяться. И вот сейчас, когда ему осталось жить всего несколько дней, он говорит, что я не должна терять надежду…

Айгер дернул шнур звонка, и через некоторое время в комнату вошла полная женщина средних лет в обычном сером платье и белой косынке.

— Как тебя зовут?

— Тейя, тарис Айгер, — она низко поклонилась.

— Найди служанку солы Юнии…

— Брину, — подсказала я.

— Пусть соберет все необходимое для нее. Передай на кухню, чтобы нам принесли обед. И горячего вина. А потом приготовишь для солы Юнии постель здесь, на диване.

Когда она вышла, Айгер попытался улыбнуться, но вышла зловещая гримаса.

— Не грусти, Юнна, — вздохнул он. — Скоро все закончится.