Глава 34 — Новая реальность
Глава 34 — Новая реальность
Устали безбожно… Я сплю со Стёпой наверху. Борис внизу, на диване. Сплю неглубоко, мысли перетекают в короткие сны, сны в мысли.
Я вспоминаю всё, что со мной происходило много лет назад.
Отец иногда приводил домой подельников, заставлял прислуживать им. Я ужасно боялась. И делала это, стараясь не смотреть никому в глаза. Мне хотелось быть невидимкой. Чтобы они меня не замечали. Так было и в тот раз…
Я уже поступила на первый курс. И Роберт преподавал у нас физиологию… Я была совсем худая, нервная, пугливая, в очках, одета очень скромно. Выглядела младше своих лет. Единственное мое украшение — это были косы. Роберт был ко мне очень добр и внимателен. Много расспрашивал. Никогда не позволял себе лишнего. И когда я оговорилась, что в моей семье не все в порядке, пытаясь узнать про места в общежитии, сразу же позвал замуж.
Хасанов был тогда старшекурсником и куратором у нашей группы. И кроме Роберта, он был единственный человек, который опекал меня в университете. И если бы тогда позвал он, я бы наверное побежала сломя голову. Мы, все девочки, были в него немного влюблены. Но я была единственная, с кем он не был прохладным мерзавцем. Наверное, потому, что я тогда была для него совсем ребенок. Он относился ко мне как брат. Не позволял троллить, подсказывал какие-то хитрости по учебе…
А вот для Роберта я ребенком не была… Мне казалось, он такой взрослый. Что его могло во мне заинтересовать?! Почему он выбрал меня, а не любую из этих красивых модных девочек.
И сначала, я вежливо отказала ему. Он все равно продолжал проявлять ко мне внимание.
Когда домой приходили приятели отца, я старалась прятать свои косы под капюшон.
Но тот человек… тогда… Увидел мою косу и предложил нетрезвому отцу сыграть на нее в карты. Отец пошутил, что может поставить косу вместе со мной. Он любил меня колоть… Чтобы я пугалась. Редко воплощал свои угрозы. Потому что я была очень послушной. Но иногда — да. Чтобы я не расслаблялась и не забывала, что каждый раз, когда он угрожает, я могу быть наказана.
В общем, эта угроза в очередной раз так напугала меня, что я отрезала тогда эту чертову косу. И вот тот пьяный мужчина… Он нюхал мою отрезанную косу так, что меня тошнило. И я еле сдерживала ужас и отвращение. А когда отец отключился…
От шока я мало что помню. Помню, как он грубо начал лезть ко мне. Как зажал рот… Я дотянулась до пепельницы, огрела, убежала в комнату… Замков на дверях у нас не было. Отец не позволял, чтобы я где-нибудь могла запереться. Даже в ванной. После того, как мама вскрылась, замки дома были все вырваны.
Это всегда был стресс для меня. Но он как настоящий садист наслаждался этим всем.
В квартире стояла тишина.
Так как отец был связан с криминалом, тема полиции или скорой помощи в нашем доме была строго запрещена. И мне даже мысль такая в голову не пришла — вызвать полицию. И я позвонила Роберту, надеясь, что как взрослый он знает что делать в таких случаях. О том, что он подставил отца, я уже узнала только на допросах.
Но я молчала…
Интуитивно мне передался страх отца перед "ментами" и ощущение беспредела, который за ними стоит. Что им нельзя доверять. И я как попугай повторяла все, что сказал повторять Роберт, молясь о том, чтобы этот ужас скорее закончился.
Я не могла подвести человека, который меня спас. В вине отца никто не сомневался, как оказалось, он был связан и с другими преступлениями. Поэтому на него намотали всё, где он так или иначе фигурировал.
Отца посадили. Я пережила первые полгода неловкости и стресса от своего быстрого замужества. Привыкла к мужу и… всё как-то наладилось. Стало спокойно. Ужас навсегда ушел из моей жизни. Я стала хорошеть, учиться себя любить. Роберт был ко мне добр. Хотя и в некоторых моментах подавлял. Но он был старше, умнее, и я принимала это.
Но спустя какое-то время в моей жизни случился Чадов… И мне показалось, что я имею право на счастье. А не только на безопасность и сытость. Но ничего не вышло.
И вместо обычных снов мне обрывками это всё снится… снится… снится…
Под утро я так устаю агонизировать, что мне кажется опять, что я имею право на счастье. И никому ничего не должна!
Могу делать всё, что хочу!
И да, это мне аукнется наверняка большими сложностями, но…
"Свободна! Свободна!!" — как Маргарите хочется кричать мне. Я вдруг просыпаюсь окончательно, с острым пьянящем ощущением свободы внутри. Первый раз в жизни!
Мои моральные весы, что не давали мне долго жить, сломаны к чертям. Мне плевать, хорошо или плохо я делаю с точки зрения Роберта. Не этому человеку меня судить!
Да я и сама устала себя судить. Я жить хочу…
Спускаюсь в темноте по лестнице. Ставлю чайник на плиту, стараясь не шуметь и не разбудить Чадова.
Захожу в ванную комнату, там светится понизу светодиод. В его тусклом свете смотрю на себя в зеркало.
Я все ещё красивая… Чадов смотрит на меня так, словно я нисколько не изменилась.
Футболка едва прикрывает ягодицы. Стягиваю ее с себя, разглядывая грудь. Она стала больше, тяжелее и чувствительнее…
Соски твердеют даже от мимолётной мысли, что к ней прикоснется Чадов, своими наглыми умелыми руками.
Закрывая глаза, сжимаю ее, чувствуя судорогу "голода" между бёдер.
И через мгновение…
Дверь распахивается!
Я распята у стены. И соски скользят по его груди. Мускулистой с жёсткими волосками…
Дыхание сбивается. Со стоном утыкаюсь губами в его массивную шею.
Животом чувствую горячую и мокрую головку члена. Он такой большой, что едва ли помещается под резинкой боксеров, когда встаёт. Член Чадова внутри — это всегда шок! Сладкий, пьянящий и невыносимый… Когда тебе кажется, что ты не в силах вынести таких растяжений и толчков, но твое тело кончает… кончает… кончает…
Меня дёргает от нетерпеливых судорог и предвкушения. Со стонами кусаю его плечо.
Хочу тебя…
— Скажи… — низким срывающимся голосом требует он.
— Хочу… — выдыхаю, теряя голос.
Он такой самец! Мощный… Из него тестостерон сочится и наполняет меня.
Я безвольна и закатываю глаза, поднимаясь на пик ощущений только от прикосновения его члена к внутренней стороне бедра.
Мычу жалобно ему в кожу, бесстыже без слов умоляя о том, чтобы взял меня скорее!
Он сминает мою грудь, впиваясь в нее. Коготками проезжаюсь по затылку, вскрикивая от ощущений.
Сместив мокрый перешеек трусиков в сторону, вжимается головкой.
Закидываю ногу, обвивая его.
Задыхаясь, дёргаю судорожно бёдрами от болезненного и сладкого ощущения.
— Моя… — выдыхает он, врезаясь.
Хрипло вскрикиваю, поднимаясь на цыпочки, стараясь рефлекторно смягчить ощущения.
Борис тискает меня, впиваясь в губы, шею, ушко… И со стоном срывается, вдалбливаясь и сжимая меня.
Ещё..
Ещё…
— Ещё! Аа…
Я закатываю глаза, теряя связь с реальностью. В ушах звон, в теле сладкий трепет…
Он так жадно двигается… Словно также голоден, как и я. Давно и неизлечимо!
Прижавшись губами, мы стонем друг другу в рот.
Боже! Я уже и забыла как этот мужчина горячо стонет… И эмоции из него фонтаном! Это просто срывает все мои тормоза и барьеры, заставляя расслабляться и отдаваться полностью, позабыв обо всем на свете!
Ощущение нарастает, превращаясь в волну кипятка, и меня окатывает им! Тело дёргается в чувственных судорогах. Ощущаю, как он взрывается во мне. И замедляется… Запах его спермы… Вкус его мокрой кожи…
Мы громко дышим.
Мои коленки трясутся. И ноги подкашиваются. Он держит меня за талию.
Подхватывает меня на руки, словно я невесома.
— В душ? — трётся носом об мой. — Или в постель?
— Хочу в постель… — улыбка дёргает мои губы. — Но мы же мокрые… Нужно в душ.
— Мы дома… Здесь нужно только то, что хотим…
Уносит меня к себе на диван. Здесь прохладно. И закутавшись в огромное одеяло, мы греем друг друга, иногда сонно ощупывая, чтобы убедиться что это реальность. Новая наша реальность…