56

Киваю и поворачиваю голову на шум. Отец спускается в гостиную. Как только садится на диван, мама тут же забирается ему под бок. Гаснет свет, запускается фильм. Родители смеются, потому что это оказывается комедия, я же улыбаюсь невпопад, тупо отслеживаю их реакции, а сам гоняю в башке мысли о Полинке.

Как-то тупо все складывается. Непривычно для меня.

Достаю телефон и пишу ей. Пальцы горят. Я чувствую потребность в этом общении. Практически зависимость.

Велий: «Привет! Чем занимаешься?»

Ответ приходит минут десять спустя.

Поля: «Привет! Не сразу заметила твое сообщение. Готовлюсь к семинару. Как твои дела?»

Отвратно, но печатаю, конечно, другое:

Велий: «Неплохо».

Поля: «А ты разбираешься в компьютерах?»

Велий: «В плане?»

Поля: «У меня синий экран при включении. Постоянно. Ходила в ремонт, назвали какую-то космическую сумму, а в интернете я прочла, что нужно просто переустановить систему. Мне кажется, это не стоит столько, сколько они просят».

В конце грустный смайлик.

Велий: «Завтра приеду, заберу твой бук и все переустановлю».

Поля: «Спасибо. Здорово, когда у тебя есть такой умный друг. Что делаешь?»

В конце улыбающийся смайлик.

Ржу.

Велий: «Спасибо. У предков. Киношки смотрим».

Поля: «Ой, не буду тогда отвлекать».

Велий: «Ты не отвлекаешь».

Какое-то время пялюсь на нашу переписку. Полинка молчит, а минут через десять аккаунт показывает, что она больше не в сети.

Откидываюсь затылком на спинку дивана и прикрываю глаза. Как вырубает, не замечаю. Просыпаюсь уже практически перед титрами и иду к себе в спальню. Тут все ровно так же, как было до моего переезда на квартиру, с одной только разницей — идеальная чистота. Теперь тут всегда идеальная чистота. Ни пылинки.

Падаю мордой в подушку, чувствуя себя дерьмом каким-то.

Утро — это состояние ни капли не исправляет, а только усугубляет.

Весь день болтаюсь по коридорам прокуратуры без какой-либо цели. После шести еду к Полине. Звоню, и она спускается на улицу с ноутбуком в руках. Забирается в тачку, и салон мгновенно наполняется ее запахом.

— Привет, — смотрю на нее с жадностью. Не видел чуть меньше недели, а ощущение, что прошли годы.

Полина откидывает волосы за плечи, улыбается и расстегивает ворот куртки.

У нее румяные щеки, на которых проступают ямочки. Губы улыбаются. Она источает какой-то волшебный позитив. Всегда. Раньше это вводило меня в легкий ступор, сейчас же заставляет улыбаться в ответ и по-прежнему пытаться понять, почему она вот такая. Словно с другой планеты. Хорошей планеты с хорошими людьми.

— Привет. Я принесла. Спасибо большое, — отдает мне свой ноутбук. — Буду должна.

— Это естественно, — пялюсь на нее не моргая.

Концентрируюсь на своих ощущениях. А их много, захлебнуться можно. Восторг, самая натуральная щенячья радость. Она пришла, и все вокруг стало другим. Солнце ярче, воздух чище, блин.

Сжимаю пальцы на руле, сдерживая порыв обнять ее, а сам так хочу почувствовать ее тепло. Очень хочу.

— Все нормально? Вэ-э-э-эл? — Полька машет ладонью у меня перед лицом.

— Ага, — киваю и забираю у нее бук. Кладу на заднее сиденье. — Как коменда? Не лютует? — спрашиваю, потому что мне действительно интересно. Важно знать, что у Полинки тут все в порядке. Это и правда для меня важно.

— Нет, но мне кажется, происходит что-то странное.

Полина забавно переходит на шепот, будто нас здесь кто-то может услышать.

— Девчонки говорят, что у нее проверки какие-то. Будто выяснилось, что деньги, которые выделяли на ремонт третьего этажа и крыши, ушли на машину ее дочки. Представляешь?

— Представляю, — бормочу, сам себя не слыша, фокусируя взгляд на Полинкиных губах. Они у нее пухлые, розовые, манящие. Я помню их вкус и хочу снова его ощутить.

В себя прихожу, когда Лялина громко произносит мое имя.

— Что? — хмурюсь, пытаясь вспомнить, что она все это время говорила, но по факту в башке чистый лист.

— Ты меня совсем не слушаешь? — вздыхает. — Возможно, нас будут расселять в другие корпуса, потому что крыша аварийноопасна. Варя в ужасе, потому что придется жить по пять-шесть человек в комнате почти до февраля.

— Слышу, — завожу тачку и, не дав Польке время, чтобы возмутиться и выскочить на улицу, выезжаю на дорогу.

— Мы куда?

— Давай прокатимся. Сто лет тебя не видел.

— Соскучился? — нервно хихикает.

Я отмечаю ее реакцию, все вижу и прекрасно понимаю. Как сволочь себя веду… Это тоже знаю.

— Конечно, — киваю и замечаю, как розовеют ее щеки. Поля зажимает прижатые друг к другу ладони между коленей, а потом, спохватившись, накидывает на себя ремень.

Мы едем по вечернему городу без какой-то конкретной точки назначения. Просто катаемся, как я и говорил.

— Как съездил к родителям? Какой фильм смотрели?

— Нормально, — неосознанно морщусь, — комедию какую-то. — Чувствую на себе Полинкин взгляд и торможу у ТЦ. Съезжаю в подземный паркинг. — Пойдем.

— Куда?

— В кино.

Поворачиваюсь к ней. Снова рассматриваю, будто она за эти минуты могла сильно измениться. Поля недоверчиво косится на дверь, а потом смотрит на свои штаны. Пижамные штаны.

— Я немного не одета…

— Даже не заметил, — улыбаюсь, — прости.

Поля упирается ладонями в край сидушки и болтает ногами. Идти никуда явно не собирается.

— Давай просто поболтаем, — предлагает, но смотрит на меня так, будто я ей сто процентов откажу.

— Здесь? — осматриваюсь и перепарковываю машину так, чтобы стоять лобовухой к стене. — Давай.