59

Полина

Отношу Вэлу его кофе и возвращаюсь на кухню за новым заказом. Девчонки налетают на меня в эту же секунду. Начинают расспрашивать:

— Вы встречаетесь?

— Он твой парень?

— Не первый раз уже под вечер приходит. А уходите вы вместе!

Не первый, тут правда. Вэл не раз уже меня забирал после работы, и мы где-нибудь ужинали. Болтали обо всем и ни о чем. Было весело и тепло. Мне с ним всегда так — душевно.

Сейчас даже стыдно вспоминать то, насколько я его боялась в начале года. Шарахалась, в обморок грохнулась, он казался мне злом во плоти.

Дурочка!

— Мы дружим, — пожимаю плечами и беру поднос.

— Дружба мужчины и женщины — обычная байка. Не бывает ее, — заявляет Таня.

— Можешь думать как хочешь.

Толкаю дверь и выхожу в зал.

До конца смены еще час. Ох, божечки, как же его пережить-то? Целых шестьдесят минут. А нет, уже сорок шесть. Мажу взглядам по часам.

Пока ношусь между столиками, постоянно чувствую на себе взгляд Велия, а когда сама на него смотрю, он вечно пялится в телефон. Как это работает вообще?

— Ну да, точно друг. Ушел куда-то, — не упускает возможности вставить шпильку Таня.

Мы снова на кухне. До закрытия двадцать минут.

Ничего ей не отвечаю и тащу поднос милой даме, сидящей за столиком у окна, по дороге отмечая, что Вэл и правда ушел. Не сказал ничего даже. Расстраиваюсь, но стараюсь не падать духом и все так же искренне улыбаться. На удивление, работа в баре мне нравится. Если не брать в расчет Таню, то коллектив очень даже хороший. И платят тоже отлично. График удобный. В общем-то меня все устраивает.

По пути на кухню отношу гостям счет и останавливаюсь у барной стойки.

— Пошли в субботу в кино, Полька.

Женя — наш бармен — широко улыбается, натирая бокалы. Он часто шутит и уже не первый раз меня куда-то зовет. Я вежливо отказываюсь, но он продолжает играть в эту игру. Теперь вот кино.

— Это свидание? — приподнимаю бровь.

Не то чтобы я флиртую, просто Женя действительно милый. Он был одним из первых, кто помог мне освоиться в коллективе, все рассказал и разок даже заступился перед Таней, когда она решила, что я крышу чаевые. Потом девчонки сказали, что она не первый раз вот так кого-то обвиняет, а на деле сама частенько не скидывает чаевые в общий котел.

— Свидание, — кивает. — Или в бар давай сходим, только не в наш, — смеется. — От нашего уже передоз.

— Она подумает.

Слышу знакомый голос, вздрагиваю и поворачиваю голову — Вэл. Как он так бесшумно тут появился?

Гляжу на Кудякова во все глаза. Он упирается локтями в барную стойку, чуть подавшись вперед, и злится?

Бред.

Не может он злиться на тех, кто со мной флиртует. Это же ревность, получается, а он…

В общем, нужно быть честной с собой. Чтобы ревновать, нужно быть заинтересованным в человеке в любовном плане. А Вэл мной так уж точно не заинтересован.

— Жень, прости, — извиняюсь за Кудякова. К нему и разворачиваюсь сразу. — Подожди меня в машине, пожалуйста, — перехожу на шепот.

Чувствую себя виновницей конфликта. Не по себе. Пусть Вэл уйдет в машину, ну пожалуйста.

Не знаю, кто испортил ему настроение, но никаких конфликтов я не хочу. Я сюда работать прихожу!

— Окей, — Кудяков медленно кивает и словно нехотя выходит из бара.

Выдыхаю, но смену все равно заканчиваю на нервяке.

Переодеваюсь быстро, душ принимаю тоже буквально за две минуты. Натягиваю джинсы, свитер, ботинки, куртку застегиваю уже перед выходом из бара. Прощаюсь со всеми мельком.

Как только оказываюсь на улице, кручу головой по сторонам. Ищу машину Кудякова. Уехал, что ли? Обиделся, что я его выгнала? Но я не выгоняла, я же просто попросила.

В какой-то момент замечаю моргающие фары.

Нет, не уехал.

Топаю к автомобилю. Забираюсь на сиденье и уже привычным движением кладу сумку на заднее сиденье.

Вэл сидит, откинувшись затылком на подголовник. Отбивает пальцами по рулю какую-то знакомую лишь ему мелодию. По радио точно другая играет.

— Куда поедем? — интересуюсь после минутной паузы.

— Знаю одно хорошее место.

Вэл отмирает. Поворачивается ко мне и улыбается. Я прямо вижу, как у него взгляд меняется, становится не пустым, не злобным, а очень даже располагающим.

Он меня рассматривает. Внимательно. Чувствую это так ярко, что щеки гореть начинают.

— Только пусть это будет что-то не пафосное.

Не так давно мы были в каком-то панорамном ресторане. Там даже меню без цен. Я попробовала устрицы впервые в жизни, и они мне до сих пор снятся. Не моллюски эти, нет, а то, сколько они вообще могли стоить. Хотя бы предположительно… Я, конечно, в инете поискала, но тем не менее.

— Я тебя услышал.

Вэл кивает, но к рулю не притрагивается. Какой-то минимальной попытки завести машину тоже не предпринимает.

А я, меня, в общем-то, так и подмывает спросить, что это такое было у бара. Скребу ногтями по боковушке сиденья, набираясь решимости, и спрашиваю:

— У тебя какой-то конфликт с Женей?

Кудяков хмурится. Такое лицо у него, будто он вообще не понимает, о ком я. Уточняю:

— С нашим барменом.

— Не думаю, что у меня могут быть конфликты с ним.

«С ним» в его речи звучит как-то унизительно.

— Тогда зачем ты за меня ответил?

— А ты хотела согласиться на его предложение?

— Нет, но…

— Ну вот видишь, я облегчил тебе задачу. Больше клеиться не будет, — Вэл пожимает плечами и расплывается в хамской улыбке.