Глава 31

Скрываюсь в купальне. Некоторое время стою перед зеркалом, вглядываясь в своё отражение. Мне не по себе.

Откуда это волнение? Почему сейчас я так пристально разглядываю собственную шею и, используя целительские навыки убираю розовые пятнышки? Мне что, не всё равно?

Все эти две недели мы нормально общались с Алексом Тейлором, можно даже сказать, что стали лучше понимать друг друга, но настороженность осталась. Не знаю, как Алекс, а я испытываю смущение рядом с ним.

Вроде и обид никаких нет. Так сложилась жизнь. Он меня не бросал, просто не знал обо мне. А его отношение к матери? У него опять же был выбор: оставаться рядом с ней несчастным искалеченным магом, у которого вся жизнь и все стремления в прошлом, или попытаться вернуть самого себя. Как бы я поступила на его месте?

Я ведь тоже сегодня едва не осталась без магии, прошла по грани. Но представить себе, каково это, я не успела. Кестер вытащил меня, пока я была ещё без сознания.

Так мне ли его судить? Сколько людей этого мира он спас?

И я приняла его, как человека. Но сейчас речь пойдёт о личном. Кес просил у него моей руки, как у настоящего отца. А это принять сложнее. Мы не знаем друг друга.

Негромкий стук в дверь.

— Мели! Можно?

— Заходи.

Ещё раз верчу головой и, вытянув шею, придирчиво её изучаю.

— Я готова. Идём? — говорю осипшим голосом.

— Не спеши. Я просил передать, что мы будем через полчаса или через час.

— Почему так поздно?

Поворачиваюсь к Кестеру. Я уже настроилась. А получается, мне придётся ещё полчаса переживать.

— Потому что ты очень напряжена, — мягко говорит Кес и сгребает меня в охапку.

Только сейчас в его горячих объятиях я чувствую нервную дрожь, затаившуюся глубоко внутри.

И эта дрожь растворяется в огненном потоке, перетекающем из солнечного сплетения Кестера.

Мгновенно согреваюсь. Но вместе со стихией мне передаётся и желание, а это сейчас не вовремя.

Попытка отстраниться мгновенно пресекается.

— Что ты делаешь?

Однако мой огонь уже вступил в сговор с огнём Кеса, и внизу живота закручивается огненный смерч.

— Расслабляю тебя перед важным разговором, — выдыхает мне в ухо Кес и тут же прихватывает его губами.

Быстрыми поцелуями, больше похожими на укусы, он спускается по шее вниз, запуская в моём теле фейерверк обжигающих искр. На задворках сознания мелькает мысль, что всё моё целительство насмарку, следы опять останутся. Но низ живота уже расплавляется от болезненно сладких спазмов.

Подхватив под бёдра, Кес впечатывает меня спиной в стену, продолжая целовать. А затем чуть отстраняется и подаётся вперёд.

Я окончательно забываю о каких-то там следах.

— Ну и как я пойду в таком виде?

Ноги ватные. Волосы растрёпаны. Истерзанные губы припухли.

— Красиво пойдёшь. С прямой спиной и гордо поднятой головой, — с явным удовольствием оглядывая меня, отвечает Кес. — Ты моя, Мели. И я буду рядом.

Снова привожу себя в порядок. Прислушиваюсь к тому, что происходит внутри.

По телу блуждают волны удовольствия. От дрожи не осталось и следа и от переживаний тоже. Я не должна ни перед кем отчитываться.

Наконец мы покидаем комнату, и я сразу же убеждаюсь, что время выбрано не самое удачное. Ужин только что закончился, и навстречу по коридору течёт поток магистров и адептов Академии.

Я и раньше не очень хорошо себя чувствовала в чисто мужском сообществе, а сейчас, когда мы с Кесом идём, переплетя пальцы и так явно показывая, что мы вместе, смущаюсь ещё больше. Опускаю глаза в пол и стараюсь ни с кем не встречаться взглядами. Но это удаётся только в первые несколько мгновений.

Что-то изменилось. Если предыдущие две недели здешние обитатели относились к нам настороженно, то сейчас от них прямо-таки исходят волны благодарности. С нами здороваются, нам кланяются и не отвечать на приветствия невозможно.

— Вы всё-таки запечатали этот разлом, — негромко говорю я Кесу, улучив момент. — Это так приятно, что они ценят.

— Если ты думаешь, что они кланяются мне, то ошибаешься. Я же говорил, что ты стала местной легендой — девушка с двумя пылающими мечами.

— Но я же не справилась. Если бы вы не успели…

— Ещё как справилась, ты продержалась до нашего возвращения. Магистрам осталось только запечатать портал во Тьму. Не знаю, надолго ли, но всяко в ближайший год гостей из Бездны можно не ждать. А самое главное сделала всё-таки ты. Бездна не успела опустошить ни одного здешнего мага. Те, кого она успела зацепить, в руках опытных целителей. Им ничего не угрожает.

От волнения не нахожу слов. Радость от того, что я смогла впервые в жизни сделать что-то стоящее, поселяется в груди пушистым комочком.

Мы сворачиваем в боковой коридор и оказываемся перед знакомой дверью.

Кестер едва успевает коснуться двери костяшками пальцев, как она распахивается.

Нас ждали.

Меня окутывает знакомый аромат чабреца и мяты. Третий ингредиент я теперь тоже узнаю. Это шалфей. В нашем мире его нет, но кажется я к нему уже привыкла.

— Проходите.

Вместе с нами в комнату проскальзывает непонятно откуда выскочивший Сажик и по-свойски устраивается на кровати.

Алекс Тейлор обменивается с Кестером крепким рукопожатием и переводит взгляд на меня. Не иначе как от смущения я вскидываю голову и ещё сильнее выпрямляю спину. Хотя куда уж больше?

Взгляд хозяина комнаты становится расфокусированным, а затем он цокает языком.

— Удивительно, — говорит он негромко, словно бы самому себе. — Ни следа магического истощения. Айленгор говорил, что ты полностью восстановилась, но я не верил.

Алекс Тейлор указывает мне на единственное кресло, они же с Кестером устраиваются рядом с Сажиком, заставив его потесниться.

На мраморном столике в окружении трёх чашек исходит паром знакомый кувшин.

Принимаю чашку из рук отца. Некоторое время мы все трое молчим, вдыхая аромат напитка.

Пауза затягивается. Что тут скажешь? Кес помог мне восстановиться почти мгновенно, а у Алекса вся жизнь изменилась после того, как в него вторглась душа мага…

Стоп! Перевожу взгляд на Сажика-Альфина. Что-то тут не так. Они с Алексом ведут себя словно лучшие друзья. С тем, кто разрушил твою привычную жизнь, отнял магию, не сдруживаются. Меня осеняет.

— Погоди! — восклицаю я. — Но ведь у Эрлана не было истощения.

— Ты догадалась? — Алекс со стуком ставит на стол свою чашку. — Я две недели об этом думаю… с момента появления вашего лохматика. Он оброс шерстью, чего не было со мной, но вся его магия восстановилась мгновенно, едва Альфин покинул тело. Здешние целители тоже намекали на то, что у меня была скорее блокировка.

— Но кто мог это сделать?

— Есть одно подозрение. Доказательств нет, и уверенности тоже. Слишком мало данных.

— То есть… Вы догадываетесь, кто именно вас заблокировал, но гоните от себя эту мысль? — подсказывает Кестер.

— Она мне самому не нравится. И я могу ошибаться.

Да что ж такое? Сильный воин и маг, каким я успела узнать отца за эти две недели, мнётся и не решается назвать имя. Так бывает только когда речь идёт о близком человеке.

— Арон или Майя? — прямо спрашиваю я.

Кестер напрягается. А Алекс тяжело вздыхает.

— Я отправился за грань через четыре дня после того, как расстался с твоей матерью. И вот на четвёртый день перед самым пересечением черты моя магия зашевелилась. До этого момента ощущения внутри солнечного сплетения напоминали скорее смёрзшийся ком, но не пустоту, как должно быть в таких случаях. Тогда я связал оживление стихии с близостью другого мира.

Требовательно смотрю ему в глаза.

— Ты ещё чего-то не договариваешь.

— Я перестал принимать восстанавливающее зелье, которое готовила Майя в тот же день, как только она ушла, хотя она оставила его с запасом.

— Тебе пришло это в голову только сейчас, когда ты познакомился с Эрланом? — спрашиваю я.

Взгляд Алекса дёргается, словно он пытается его отвести, но я пытливо смотрю ему в глаза в ожидании ответа и ему ничего не остаётся, как признать:

— Был червячок сомнений.

Чувствую, что эти слова даются ему с трудом.

Кестер явно тоже понимает неловкость момента, он ставит чашку на стол и поднимается.

— Я вспомнил, меня Айленгор просил зайти. Я оставлю вас на полчаса?

Киваю. Да, пожалуй, лучше будет нам с Алексом поговорить наедине. С Кестером я потом поделюсь. Это для меня Кес стал родным, а для моего недавно обретённого отца он посторонний человек, пусть и сын его лучшего друга.

— Ты из-за этого не рвался обратно в наш мир? — прямо спрашиваю я, когда за Кестером закрывается дверь.

— Ты очень необычная для молодой девушки, — невпопад отвечает он. — Решительная, смелая и… очень взрослая.

Усмехаюсь.

— Я привыкла быть самостоятельной.

— Понимаю… Прости, что так получилось. Если бы я знал о твоём существовании, я бы наведался в наш мир.

Сердце на миг сжимается при этих словах, но я не позволяю себе размякнуть.

— А почему ты сам не сходил за Ароном? Ты ведь мог пересечь грань.

— Я попытался один раз. Но Бездна отреагировала мгновенно, едва я сделал первый шаг в нашем мире. Альфин сразу же вернул меня обратно.

— А как же она сейчас рискнула, когда наших тут стало так много?

Он пожимает плечами.

— Я думаю, этот рывок был сделан от отчаяния. И ведь расчёт был верным. Мы удалились на расстояние, откуда вернуться сразу было бы нереально. То, что ты осталась тут — случайность. И как оказалось, спасительная случайность. Айленгор в последний момент, когда мы уже выезжали, заявил, что ты не поедешь.

Ну да. Невольно краснею при воспоминании о том, почему он принял такое решение.

— Опять же Альфин остался тут из-за тебя, а он всё-таки не совсем человек, и скорее всего его не приняли в расчёт. В целом, хороший тактический ход: приучить к тому, что всё всегда одинаково, а потом исподтишка ударить там, где не ждут. Удар оказался самым мощным за последнее столетие. Если бы тебя здесь не было, то скорее всего мы вернулись бы в опустевшую Академию. Магии, собранной здесь, потусторонним тварям хватило бы надолго. Так что ты спасла сегодня много жизней.

Всё это лестно, но меня волнует другое.

— А сейчас? Ты вернёшься в наш мир?

Он сглатывает.

— Скажи честно, Мели, сейчас, когда ты вошла в тот возраст, когда дети расстаются с родительским домом, мне, ответственному за то, что ты выросла в сиротском приюте, есть к кому возвращаться?

Впервые в глазах отца я вижу неуверенность. Мне очень хочется сказать «да». Но так ли это?

— Я н-не знаю, — честно отвечаю я, и вижу, как неуверенность в его взгляде сменяется болью.

Моя стихия под рёбрами отвечает болезненным сжатием. Получается я способна улавливать эмоции своего отца на уровне магии? Наверное, так и должно быть, ведь мы всё-таки близкие родственники. Я столько лет мечтала о том, как однажды дверь приюта откроется и двое, обязательно двое, родителей бросятся ко мне и скажут, что наконец-то они меня нашли.

А сейчас у меня не получается пойти на сближение. Может это из-за того, что я уже не одна, что у меня есть близкий человек, рядом с которым мне тепло и надёжно, которому я доверяю?

— Ты не подумай, — торопливо продолжаю я, стараясь сгладить тяжёлое впечатление от своего «Не знаю», — я очень хорошо к тебе отношусь. Понимаю, почему ты так поступил. А в том, что произошло со мной ты, в сущности, не виноват. Но нам обоими нужно время, чтобы понять друг друга лучше.

Плечи Алекса опускаются, голос звучит глухо.

— Да, отец должен быть рядом со своим ребёнком с самого рождения.

— И мне кажется, сейчас у нас с тобой появилась общая цель. — Я наконец нахожу правильный аргумент. — Мы должны разобраться в том, что с нами произошло.

Алекс поднимает глаза, и я вижу в них надежду. Надо же, передо мной взрослый мужчина, опытный воин. Откуда эти метания? В нашу первую встречу мне показалось, что он уверен в своём выборе. Впрочем, он и был уверен.

А что теперь? Спасение этого мира стало реальным, у погибших магов не осталось необходимости спасаясь от полного поглощения взламывать границы нашего мира.

Великая миссия Алекса Тейлора подошла к концу.

Вот это и есть настоящая причина того, что он не в своей тарелке. Сейчас он цепляется за всё в поисках нового смысла жизни, и ему кажется, что я частичка того, что он потерял.

Боюсь, что это иллюзия. Не думаю, что ему и сейчас нужна семья. Такой, как он, не будет сидеть у камина в кресле-качалке в окружении внуков. Но вот новая задача, которую надо решить, точно не помешает.

И он действительно оживает после моих слов.

— Ты права. Я должен узнать, что случилось с Майей, и где Арон.

— Где? — осторожно спрашиваю я. — Ты по-прежнему веришь в то, что он жив?

— У меня не было других напарников. Я не знаю разницы в ощущениях, когда связь просто разорвана, и когда человек умер. Но у меня интуиция. И она меня никогда не подводила. Кстати, если бы я послушался её, то часть огневиков осталась бы здесь с тобой, хотя бы твой Кестер.

Мой Кестер. В душе теплеет.

— Мели, — без подготовки Алекс меняет тему. — Кестер утром приходил, чтобы попросить у меня твоей руки. Я понимаю, что не мне решать…

— Ты согласился? — перебиваю я.

— А ты против? — с неожиданной хитринкой во взгляде спрашивает он и после короткой паузы заканчивает. — Имею я право или нет, но я дал согласие.

Мы смотрим в глаза друг другу. Сам воздух в комнате становится теплее. И мне начинает казаться, что между нашими сердцами появляется тоненькая ниточка. Впервые, мне хочется поверить в невозможное и просто обнять своего отца.

Стук в дверь не даёт мне сделать этот последний шаг. И, хотя в первый момент при виде Алена я испытываю сожаление, уже в следующий приходит осознание: не стоит вот так сразу спешить. Достаточно для начала понимающих взглядов. Надеюсь, отец думает так же.

Вид у напарника Фергуса встревоженный.

— Магистр Айленгор объявил срочный сбор, — без предисловия выпаливает Ален. — Прямо сейчас ждёт в кабинете ректора.

— Айленгор просто так волну не поднимает, — подбирается отец. — Идём, Мели?

— Кестер где? — рявкает магистр, едва мы с отцом переступаем порог ректорского кабинета.

Видно, что он на взводе.

Вслед за нами проскальзывает в кабинет и Сажик. И если все наши, чувствуя раздражение Айленгора, инстинктивно кучкуются в стороне от него, то Сажик безбоязненно подходит и садится рядом с магистром в виде гигантской статуэтки.

— Он сказал, что к вам пошёл, — отвечаю я и тут же соображаю, что Кес придумал этот вызов Айленгора, чтобы уйти и дать нам возможность пообщаться наедине. Так что он может быть где угодно.

— То есть он где-то здесь, — поправляюсь я. — Совсем недавно был с нами.

К моему облегчению Кестер почти сразу же появляется в дверях в сопровождении Фергуса. Он находит меня глазами и, протиснувшись мимо других магов, становится рядом. Моя ладонь моментально оказывается в его руке, и мне как-то сразу становится спокойнее.

Айленгор окидывает собравшихся взглядом.

В кабинете все наши. Из местных — ректор Академии и два старших магистра.

— Все в сборе, — начинает магистр. — Мы с Эрланом только что проверили, как работает переход. С помощью артефакта, заряженного тёмной силой, любой из вас сможет перемещаться между нашими мирами. Но без необходимости шастать туда-сюда не стоит. Поэтому всем, кто находится здесь и уже принимал участие в защите этого мира, предстоит определиться прямо сейчас. Если вы готовы и в дальнейшем выходить на патрулирование, вы получите артефакт на три перехода грани. Заряжать его можно только здесь. Если нет, то артефакт вам ни к чему. Через грань вас проведёт Альфин либо Эрлан.

— А почему на три? — интересуется кто-то из наших.

— Вернуться домой, прибыть сюда на патрулирование и в случае чего, если промахнулись, иметь возможность сразу же отправиться обратно в свой мир.

— Ясно, — отвечает за всех Фергус и спрашивает: А что за спешка? Вроде разговор был о завтрашнем дне.

— Для всех необходимости отправляться сегодня и нет. Просто я ухожу. Со мной, как только мы решим вопрос с патрулированием и артефактами, Мардего и Кестер Алистер.

Кес сжимает мои пальцы.

— Я думаю, — продолжает Айленгор, найдя глазами моего отца, — Алексу тоже стоит отправиться с нами.

— И я с вами, — решительно заявляю я.

— Да, я её не оставлю, — поддерживает меня Кес.

— Что-то случилось, магистр? — спрашивает один из парней. — Я тоже не прочь размяться. А то ваша Амелия почти всё за нас сделала. Мы даже согреться не успели.

Раздаются доброжелательные смешки.

— Едва ли потребуется, это скорее личное дело, — отвечает Айленгор и обращается к Мардего. — Аркис, разберись с артефактами, а мы тут пообщаемся. Не возражаете, Кайн, если мы займём вашу личную библиотеку?

Ректор делает приглашающий жест, и мы направляемся вслед за Айленгором к двери, ведущей из кабинета во внутреннее помещение.

У меня внутри разгорается тревожный огонёк.

Несмотря на волнение не могу не оценить грандиозные размеры ректорской библиотеки. Книжные шкафы уходят под потолок на высоту как минимум двух этажей. Это какая-же должна быть передвижная лесенка, чтобы достать до верхних полок? Расфокусировав зрение отмечаю, что книги прикрыты магической пеленой от пыли и грызунов.

Сквозь защиту поблёскивает золотое тиснение на корешках фолиантов.

Вот бы здесь порыться. Но не сейчас, разумеется. Сейчас надо узнать, что стряслось, и как это связано с Кестером. Кроме его дяди ничего на ум не приходит.

Как назло, Айленгор медлит. Ждёт, пока мы рассядемся. Отец выбирает кресло, мы с Кестером устраиваемся на диване. Тут просторно, но мы салимся тесно плечо к плечу, и Кес по-прежнему не выпускает моей руки из своей.

Айленгор присаживается на край письменного стола.

— Кес, в твоём замке был пожар, — наконец коротко сообщает Айленгор. — И, судя по пришедшим известиям, лорд Варгус погиб.

— Вы уверены? — подаётся вперёд Кес.

— Нет, хотя сведения из надёжного источника. Я привык доверять только своим глазам, ну разве что ещё глазам своего напарника.

— Слуги?

— Они же у вас во внешнем флигеле живут?

— Да.

— Всё случилось ночью. И пострадали только господские покои.

Кес выдыхает с облегчением.

— Ты уверен, что Давен погиб? — недоверчиво прищуривается отец. — Он вроде неплохо с огненной стихией обращается.

Отец уже знает обо всех наших подозрениях насчёт лорда Варгуса.

— Тела нашли, но да, я не уверен. Поэтому и хочу отправиться туда сам. Поверю, если Мардего подтвердит.

— Вы говорите тела? — уточняет Кестер.

— Мужское и женское. Предположений, кто вторая жертва нет.