Глава 33

Снова ступени вниз. На этот раз два лестничных пролёта. Метров двести по горизонтали.

Лязг металла, скрип несмазанных петель, ещё пара шагов. И лорд одним движением безо всяких церемоний сбрасывает меня с плеча. Ощутимо прикладываюсь попой к деревянной поверхности и начинаю заваливаться на бок.

— Вот и всё, — спокойно говорит мой похититель. — Мы на месте.

Не сказав больше ни слова, он разворачивается и выходит. Вслед за ним выплывает магический светильник, и всё вокруг погружается в темноту.

Вот и всё? Меня охватывает ужас. Одна. В темноте. Лишённая возможности пошевелиться. Он просто бросил меня здесь? Оставил умирать.

Здравый смысл пытается пробиться сквозь туман паники. Хотел бы убить — мог это сделать там наверху. Или не мог? Два ложных следа с отъехавшими каретами. Зачем такие сложности?

Меня сотрясает дрожь настолько сильная, что я невольно задумываюсь над вопросом: если все мои мышцы парализованы, то что тогда так сильно вибрирует внутри?

Самое время размышлять о том, что не имеет значения. Хотя и это лучше, чем в душе кричать от ужаса. Делаю вдох и выдох. Мышцы лёгких спазмированы. Так и задохнуться недолго из-за собственного страха. Стараюсь расслабиться и вдохнуть медленнее и глубже. Раз за разом прошибаю корку, которую создала сама. И у меня получается. Я могу собой управлять. Но… до определённого предела. Вся моя уверенность разбивается о наложенное заклятие. Я по-прежнему не могу пошевелить ни ногой, ни рукой. Так и лежу на боку на жёсткой деревянной лавке словно сломанная кукла.

И всё же стало чуточку легче, потому что мысль о том, что такие сложности с похищением только для того, чтобы меня убить, не имеют смысла. А пока я жива, шанс есть. На моей стороне Кестер, отец, Айленгор с Мардего. Они умные и опытные. Они найдут меня. Главное не злить похитителя и дождаться.

Тишину подземелья нарушает звук шагов, а тьму разрезает луч света. Я почти рада возвращению мерзавца. Оно говорит о том, что мои рассуждения имели смысл. А значит и дальше нужно не терять голову.

Лорд сгребает ткань моей туники на загривке и грубо вздёргивает меня вверх, приводя в сидячее положение и прислоняя к стене. Лопатками ощущаю каждую неровность грубо отёсанного камня.

К коже запястий прикасается холодный металл, и раздаётся щелчок.

Лорд отступает на шаг и оглядывает меня, словно созданную им самим скульптуру.

— Хорошо смотришься, — язвительно отмечает он. — Женщина, которая молчит — это подарок Богов. Век бы наслаждался. Даже жаль, что придётся отозвать заклятие.

У меня внутри вспыхивает огонёк надежды и, похоже, он это считывает.

— Сильно не радуйся, — усмехается он. — На твоих руках блокираторы магии. Надёжнее их ещё ничего не придумано.

Лорд зажигает ещё несколько магических светильников и опускается на единственный стул. Только после этого, сделав витиеватое движение пальцами, от запускает в меня плетение.

Я снова могу двигаться. Могу задать вопрос. Могу выкрикнуть обвинение. Но всё, что я делаю, это подбираю под себя ноги и выпрямляю спину так, чтобы не соприкасаться с каменной стеной, холод от которой уже запустил свои щупальца внутрь моего тела.

Продолжаю молчать.

Выждав с минуту, лорд сам не выдерживает.

— Я же предлагал тебе деньги, — раздражённо цедит он. — Согласись ты в первый раз поехать со мной, и осталась бы жива и частично свободна.

— А тот убийца, который запрыгнул ко мне в карету, — вырывается у меня, — мне померещился?

— Это был второй раз. Старших надо слушаться с первого. У тебя и сейчас есть выбор: делаешь то, что я говорю и отправляешься в Обитель Безликих или остаёшься в этом склепе до конца своих дней.

— В Обитель Безликих помещают сумасшедших.

— Не совсем. Туда помещают тех, чья магия опасна для окружающих. Предварительно им эту магию запечатывают.

— И это жизнь?

— Именно жизнь и на поверхности земли. Будешь работать на огороде, освоишь швейное дело или какое им там нужно. А здесь ты просуществуешь до того момента, пока мне нужна твоя магия. Недолго. Мне больше подходит магия Кестера.

— Что?

Я не верю своим ушам.

— Он ваш племянник и вы уверяли, что заботитесь о нём.

— Я и заботился.

— Вы выращивали его, оберегали для того… чтобы использовать?

— Такова жизнь. Твой никчёмный отец отнял у меня напарника, подходящего по магии. Ты, появившись из ниоткуда, отняла у меня того, кого я выращивал долгие годы.

Приходит понимание.

— На убой? — прямо спрашиваю я.

Лицо лорда перекашивается.

— Ты чересчур догадливая. Но нет, не на убой. Его отец протянул почти двадцать лет.

— Он жив? Отец Кестера жив?

Вспоминаю слова моего отца, уверявшего, что не чувствует смерти Арона.

— Он истощился, — сквозь стиснутые челюсти выдавливает лорд Варгус. — От него нет проку.

— То есть все эти годы вы держали его взаперти ради его магии?

— А ты не глупа. Вот только твой ум не в том проявляется. Знаешь, кто самый умный? Тот, кто живёт дольше. Тот, кто знает, как выживать. Тот, кто использует каждый шанс для этого. Это показатель ума, а не готовность кидаться в разломы и закрывать своей тушкой мир от напастей. Твой отец был таким же выскочкой, как и ты, появился в Академии посреди учебного года, всего за пару недель до ритуала. Маргов первокурсник. Всё улетело в бездну.

— И вы от него избавились?

— Если бы я мог предположить, что ты сыграешь в моей жизни такую же роль, я бы не подкинул тебя в приют. В тебе жизни тогда было на один щелчок. Так нет же, проявил милосердие.

Мама! Сердце пропускает удар. Руки сжимаются в кулаки так, что коротко остриженные ногти больно впиваются в ладони. Если я попала в приют по его милости, значит, он точно знает, где моя мать. И значит… значит, мама от меня не отказывалась?

От лорда Варгуса не укрывается мой жест, и в глазах появляется интерес.

— Бросишься на меня с кулаками? — хмыкает он. — А я ведь тебе правду сказал, что могу отвезти тебя к матери.

— Где она? — с трудом выдавливаю вопрос, так как горло сжато спазмом.

— Я же говорил тебе, что у тебя есть выбор.

И до меня наконец доходит.

— Обитель Безликих, — ахаю я. — Вы запечатали ей магию и убедили всех, что она опасна? Для вас опасна? Слишком много знала?

Но откровения лорда на этом заканчиваются.

— Достаточно, — сухо говорит он, поднимаясь. — Посидишь здесь — остынешь.

Несколько мгновений он стоит, покачиваясь с пятки на носок, о чём-то напряжённо размышляя.

— Пожалуй, стоит обыскать тебя на предмет артефактов. Вроде как без магии ни один артефакт не запустить, но бережёного марг бережёт. Сама разденешься или тебе помочь?

— Вы не посмеете!

Звучит глупо. Стандартная фраза, которую произносит жертва в надежде, что напавший на неё негодяй вспомнит про совесть и одумается. Но это не тот случай.

— Встала! — рявкает лорд Варгус.

Вместо того, чтобы вскочить со скамьи, как мне велено, я вжимаюсь в стену. Впрочем, лорд не собирается со мной церемониться.

Схватив меня за руку чуть выше локтя, он дёргает с такой силой, что плечо едва не выходит из сустава. Спасает то, что я всё-таки подаюсь за собственной рукой и позволяю сдёрнуть себя на пол. Не падаю только потому, что лорд следующим движением толкает меня к стене. Больно впечатываюсь лопатками в неровную поверхность.

— Не прикасайтесь ко мне!

Я пытаюсь это выкрикнуть возмущенно, но получается скорее жалобно. Чувствую себя тростинкой в руках сильного мужчины. Я абсолютно беззащитна. Он может сломать меня одним пальцем. Но и подчиниться я не могу. Когда лорд, вжимая меня одной рукой в стену, второй дёргает ворот на моей груди, отрывая верхние пуговицы, я вцепляюсь в его кисть.

Это окончательно выводит негодяя из себя. Хлёсткий удар обжигает щёку.

— Как же я ненавижу тебя, мелкая дрянь, — рычит лорд, отпуская ворот и перехватывая оба моих запястья. — Ты влезла в мою жизнь, разрушила то, что я строил годами, а теперь даже постоять спокойно не можешь.

Обе моих руки оказываются зажаты в одной его огромной ладони, второй рукой лорд бесцеремонно обшаривает мои карманы. Затем снова берётся за ворот. Ещё один рывок. Отлетает несколько пуговиц. Нащупав толстый шнурок, лорд вытягивает его наружу и, не обращая внимания на мои трепыхания, изучает висящий на нём полупрозрачный зелёный камень, с клубящейся внутри дымкой.

— Что это за ерунда?

Молчу.

Ни к чему ему знать, что это тот самый артефакт, с помощью которого можно пройти через разлом.

— Ладно, сам разберусь.

Рывок. Шнурок больно врезается в заднюю часть моей шеи. Чтобы снять его с меня нужно хотя бы на мгновение отпустить мои руки, а этого лорд делать не собирается. Он просто пережигает шнурок с помощью магии и прячет артефакт в свой карман. Затем его рука погружается ко мне за пазуху в поиске внутренних потайных карманов. Их нет. Убедившись в этом, лорд, однако, не спешит вынимать свою руку. Его лапища бесцеремонно проникает под нижнюю рубашку и стискивает мою грудь.

Попытка ударить его коленом в пах проваливается. Мужчина успевает развернуть бедро, блокируя моё движение.

— А у Кеса губа не дура, — плотоядно ухмыляется он. — Может, это хоть немного улучшит моё настроение. Что ты дёргаешься, дура? Я же могу снова применить сковывающее заклятие.

— Не удивительно, что вы одиноки, — шиплю я ему в лицо. — Заполучить женщину вы можете только превратив её в бревно.

— Да мне плевать на твои оскорбления, — рявкает лорд. — Впрочем, ты права, мне доставит больше удовольствия, если ты будешь дёргаться.

Пальцы лорда скручивают сосок, и я вскрикиваю от боли.

— Дёргаться и кричать, — уточняет он. — И плевать от чего ты будешь кричать: от удовольствия или от боли. Главное, ты ответишь за то, что натворила.

Лорд резко отпускает мои запястья, но я ничего не успеваю предпринять, так как он предплечьем передавливает мне горло, да так, что в глазах темнеет. Самой большой потребностью становится воздух. Я перестаю что-либо соображать, только краешком сознания отмечаю, что вторая рука лорда отпустив мою грудь, вцепилась в пояс моих штанов.

Так не должно быть. С этой мыслью я начинаю уплывать в темноту.

Вопль боли. Не мой. Мне кричать нечем. Но зато я снова могу дышать.

Мои лёгкие резко расправляются, и я с наслаждением втягиваю в себя влажный затхлый воздух подземелья. Меня больше никто не держит, и я сползаю по стене. Горло саднит. Перед глазами клубы чёрного дыма.

Не понимаю, что происходит, но звуки борьбы, ругательства, рычание, звучат как музыка. И над всем этим витает душераздирающий кошачий вопль.

Магические светильники гаснут один за другим.

— Ты идиот, неблагодарная дрянь, — кричит ненавистный голос, в котором поубавилось высокомерия. — Она сама предложила себя. Ещё до отъезда из Академии эта девка была моей любовницей.

Хруст и хрип.

Темноту разрезают огненные вспышки, а затем знакомый голос Айленгора, усиленный магией, разлетается по подземелью, заглушая все звуки.

— Стоять! Кес, успокойся! Ты убьёшь его. Живым, только живым!

Единственное за что цепляется моё сознание это имя. Кес! Он здесь.

Я кричу изо всех сил, зову его, но из горла вырывается только хрип.

— Спокойно, — кто-то опускается на корточки рядом со мной. — Дайте свет, я должен её осмотреть.

Это Мардего, мелькает мысль. Но где же Кес?

И только когда рядом раздаётся родное:

— Мели!

Я позволяю себе потерять сознание.

Запах сандала и ощущение ярости. Ярости и нежности.

Как это может сочетаться?

Может… если ярость направлена во вне, а нежность окутывает пушистым одеялом меня. И мне становится хорошо. Боль никуда не ушла, но она становится неважной.

Приподнимаю тяжёлые веки. Отстранённо понимаю, что я всё ещё в подземелье и что меня несут на руках. Только на этот раз несут, не перебросив через плечо, как сломанную куклу, а прижимают к груди крепко и одновременно бережно.

А аромат сандала говорит обо всём остальном.

— Кес, — шепчу я.

— Тс-с-с, — откликается он мгновенно. — Потерпи маленькая. Не надо говорить. Сейчас наверху Мардего займётся твоим горлом и твоими… синяками.

Последние слова сопровождаются зубовным скрежетом. И я понимаю, от кого исходит поток ярости. Кестер очень зол.

Надо его успокоить, но я отвлекаюсь на мысль о том, что я снова его чувствую. А значит…

— Блокираторы, — шепчу я.

— Сняли. Сразу же. Не беспокойся, теперь всё будет хорошо.

Значит магия снова при мне. Так почему мышцы по-прежнему не повинуются? Потому что мне сейчас уютно на руках у любимого? Ну да, бороться за себя больше не надо.

— Я идиот, что оставил тебя, — вырывается у Кеса яростное.

И я понимаю, что злится Кес сейчас на себя. Он винит себя в случившемся.

Успокоить. Взять себя в руки и успокоить его. Нельзя, чтобы у него осталось чувство вины. Тихонько касаюсь солнечного сплетения. Магия хоть и неохотно, но откликается. Тонкий ручеёк силы наполняет мышцы. Я снова способна двигаться.

Обвиваю шею Кестера руками. Он перехватывает меня поудобнее, и я теперь могу коснуться щекой его подбородка. Колючий. Родной.

— Всё в порядке, Кес. Я знала, что ты успеешь.

Тяжёлый вздох и уже мягче.

— Просто не разговаривай сейчас. Мардего велел молчать до его прихода.

И я молчу, пока мы поднимаемся вверх по лестнице, которая кажется бесконечной.

Второй раз приоткрываю глаза, когда сквозь веки ударяет дневной свет.

Несмотря на слепящий поток и скорость, с которой Кес пересекает помещение, я всё же успеваю понять, что это та самая малая гостиная, точнее то, что от неё осталось.

Кто-то всерьёз разбушевался. Улыбаюсь. Трусь щекой о колючий подбородок.

Чувствую, как у Кеса перехватывает дыхание и снова ощущаю щемящую нежность. Не знаю чью, его или мою, или одну на двоих.

А потом вокруг начинается движение. Быстрые осторожные шаги, вопросы шёпотом, кто-то открывает дверь перед нами, Кес негромко отдаёт приказы, в которые я не вслушиваюсь. Коридор, другая комната. Кес опускает меня на кровать. Мимолётное ощущение страха перед тем, что я сейчас останусь одна. Не сразу разжимаю руки.

— Спокойно, Мели, — сдавленно шепчет Кес. — Я не уйду.

Шорох штор, и в комнате воцаряется полумрак.

— Давай, — говорит кому-то Кестер, и тут же командует: — Выйди.

Его ладонь придерживает мою голову за затылок. Губ касается тёплая чаша.

— Постарайся выпить, Мели.

Аромат, исходящий от напитка изумительный, и я понимаю, что безумно хочу пить.

Жадно делаю первый глоток и едва сдерживаю стон. Больно. Но нельзя показывать виду. Кес расстроится. Второй глоток даётся легче. Выпиваю всю чашу. Одна капля стекает по подбородку, и я чувствую прикосновение. Кес ловит её губами. В этом почти поцелуе нет никакой страсти, только нежность.

Он бережно опускает меня на подушки. И я почти сразу же засыпаю, вцепившись в его руку.

Просыпаюсь с ощущением потери. Кестера рядом нет. Я это чувствую, даже не открывая глаз. Но всё равно вырывается:

— Кес.

— Прибежит сейчас твой Кес, — отвечает мне знакомый ворчливый голос, который я совершенно не ожидаю тут услышать.

Не веря самой себе, открываю глаза. И при виде рыжей макушки убеждаюсь, что это действительно моя Анариэль.

— Эля? Ты откуда здесь?

— Да так… — неопределённо говорит она. — Как ты?

Прислушиваюсь к своим ощущениям. Во-первых, голос мой звучит как обычно, разве что чуточку хрипло после сна, а во-вторых, чувствую я себя абсолютно здоровой.

— Вроде нормально.

— Тогда выпей этот настой. — Эля подаёт мне большую чашку. — Магистр Мардего велел, как проснёшься.

Я сажусь на кровати. Голова немного кружится и в теле лёгкая слабость, но в целом всё отлично. Послушно принимаю напиток из рук своей домовушки. Пью с удовольствием. В горле больше никаких неприятных ощущений.

— Долго я спала?

— Не-а, часа два всего. Магистр предупредил, что ты вот-вот проснёшься и велел быть рядом. И Кес, твой, когда убегал. Вид у него был, конечно, на разрыв.

В голосе Эли странное возбуждение. Смотрю на неё и понимаю, что новость прямо-таки жжёт её изнутри.

— Говори! — требую я.

Но Эля не успевает ответить. Дверь открывается и на пороге появляется Кестер. В глазах боль, губа закушена.

Я обмираю.

— Что ещё случилось?

— Отец, — отвечает он и замолкает так, словно горло сжал спазм. — Мардего говорит, что не безнадёжно.

Сморю непонимающе. Кес садится на край постели и берёт обеими ладонями мою руку. Пальцы холодные и подрагивают. Кажется теперь ему нужна поддержка.

— Ты что-то о нём узнал? — почему-то шёпотом спрашиваю я, а сама с трудом вспоминаю слова Варгуса «Он истощился». — Он не погиб на Разломе, да?

— Он жив, — выдыхает Кес. — Но магии в нём не осталось.

Кестер отбирает у меня свои руки и закрывает ими лицо.

— Кес, — растерянно лепечу я. — Мардего сказал, что не безнадёжно. Ему могут помочь?

Но он меня не слышит.

— Двадцать лет… двадцать лет, — глухо говорит Кес, — его держали в подвале родного замка. А я жил в этом замке. Я здесь рос. И я доверял этому человеку.

Что я могу сказать в утешение? Встав на колени на кровати, обхватываю Кестера обеими руками. А потом в голове всплывают слова негодяя.

— Он же сказал, что ему нужна твоя магия, — с ужасом вспоминаю я. — Что она подходит больше, чем моя. Он растил тебя…

— … на убой, — раздаётся от двери голос неслышно вошедшего Айленгора. — Тогда всё сходится: и забота о тебе и то зелье отторжения, которое не должно было допустить появления у тебя напарника, и его ненависть к Амелии. Возможно, после твоей неудачи во время ритуала привязки, он использовал бы уже другое зелье и привязал бы тебя к себе. Узнаем, когда допросим.

Я буквально подпрыгиваю на месте.

— У него артефакт, — вскрикиваю я.

— Какой, — недоумевающе хмурится Айленгор.

— Перехода за грань, — торопливо объясняю я. — Он отобрал его у меня. Что если…

Договорить не успеваю. Айленгор и Кестер одновременно срываются с места.

Стол нам накрыли во флигеле. Это отдельное здание, напоминающее мини-дворец и совсем не вызывающее никаких ассоциаций с флигелем. В основном здании замка или, вернее сказать, дворца, до сих пор обшаривают каждый уголок гвардейцы. Хотя сейчас уже, наверное, в этом и нет никакого смысла.

Офицер Рагх заходит в комнату в тот момент, когда Айленгор заканчивает рассказывать историю о поимке лорда Варгуса.

— Альфин выглядел, как кот, поймавший мышь. Жаль, что в нашем мире он быстро уменьшился в размерах.

Альфин-Сажик гордо восседает на своём собственном стуле рядом с Айленгором и выглядит как обыкновенный кот, только очень большой, но явно не настолько, как тогда, когда вывалился из Разлома, гоня перед собой вопящего Варгуса.

Магистры смеются.

А вот офицер Рагх, который был свидетелем той сцены, бросает опасливый взгляд, на нашего котика. Впечатлился.

— Да уж, — поддерживает разговор Мардего. — На лицо Варгуса, даже я, целитель, взглянул с содроганием. Спина в ещё худшем состоянии. Кровь я остановил, чтобы он выжил, а с остальным пусть пока покрасуется.

Магию Варгусу заблокировали сразу же, но оказалось, что для перехода магия не нужна. Достаточно сжать артефакт в руке и просто захотеть попасть в другой мир. Варгус, сам того не зная, видимо этого и хотел: провалиться в любую бездну, лишь бы избежать возмездия. А Сажик, как выяснилось, сам остался дежурить рядом с камерой, где содержали пленника. И открытый разлом почувствовал сразу же. Поэтому за гранью заметно подросший кот оказался одновременно с Варгусом.

Но больше всего меня радует то, что Кестер отвечает на смех магистров улыбкой. Он уже справился с первым шоком и очень быстро. Это благодаря тому, что бросился в погоню за дядей. Буду знать на будущее, что мужчинам в таких ситуациях необходимость действовать помогает лучше, чем объятия.

Объятия, конечно, тоже не лишние. Вернувшийся Кес просто затискал меня и зацеловал. Но уже не сидел, закрыв лицо руками. А это самое ужасное, когда не знаешь, как помочь близкому. Зато на поцелуи я отвечала с удовольствием. Жаль на остальное времени не было.

— Ваше Сиятельство, — решается наконец вступить в разговор офицер, когда наступает пауза. — Преступник отказывается отвечать. Обычный артефакт истины тут не работает. Он может только определить правду человек говорит или лжёт. А добротные зелья есть только в столице в нашем отделе.

— Садитесь, Рагх.

Кестер делает жест, приглашающий офицера за стол.

— Надеюсь вы понимаете, что охранять его надо как следует?

Офицер осторожно трогает подушечками пальцев недавно появившийся на скуле синяк. Я уже знаю, что это он попал под горячую руку Кестера, когда тот не нашёл меня в гостиной. Мне немного неловко, но Мардего уже шепнул, что залечит травму офицера, если тот попросит. А пока, добавил он, офицер выглядит побывавшим в сражении.

Угу, в сражении. На Кестера столичный офицер смотрит с ещё большим почтением.

— Понимаю Ваше Сиятельство, — наклоняет голову офицер. — Больше ни одной оплошности.

— Р-мяу, — вставляет своё веское мнение в беседу Сажик.

— Альфин отправится с ним, — переводит мой отец, — для подстраховки.

— Разумно, — кивает Айленгор. — Даже если сам не задержит, быстро до нас доберётся.

Сажик возмущённо фыркает, словно говоря: «Это вы способны упустить, а как задерживать, так всё на мне».

Снова смех. Чувствую, как расслабляется Кестер. Всё-таки Сажику можно доверять.

Все принимаются за еду.

Отца Кестера за столом нет. Но ему уже легче, а сразу после ужина мой отец сам отведёт его за грань. Там есть методы быстрого возвращения магии.

Но зато, по другую сторону сидит моя Элечка. Моя домовушка. Она пыталась отказаться, уверяя, что это слишком большая честь для гномы.

Кес настоял.

Именно благодаря ей меня нашли так быстро. Ей и Сажику. Когда я узнала, как это произошло, не могла прийти в себя от ещё одного потрясения.

— Я была уверена, что это просто обычная нить, — твердила я, разглядывая и трогая пальцами ту красную верёвочку, которую Эля повязала мне на запястье ещё когда я отправлялась на первое своё злоключение в карете.

— Вот не доверяете вы гномьей магии, — проворчала в ответ на моё признание Эля. — А ваши блокираторы на неё не действуют.

А Сажик, как оказалось знал. Едва я пропала, а Кес занялся разгромом гостиной, Сажик метнулся за Элей в Академию и привёл её прямиком на то место, где был один из выходов из подземелья. Айленгор как раз отдавал приказ седлать лошадей.

И Эля с Сажиком через очередной разлом привели их туда, откуда шёл сигнал красной нити, слышный лишь гномам.

А потом, когда всё завершилось, Кес встал на одно колено перед Элей, поцеловал её крохотную ручку и предложил навсегда переехать к нам.

— Я буду спокоен за наших детей, — сказал он, — если ты будешь рядом с ними.

От неожиданности Эля растрогалась и заплакала, а потом долго лепетала мне, что она не ради наград или чего-то там… и прочую чушь, как будто я об этом сама не знала.

— Ну, что ж. — После окончания трапезы мой отец поднимается из-за стола. — Не стоит терять время. Мы с Ароном отправляемся за грань.

— Погоди, — останавливаю я его. — Лорд Варгус что-то говорил про Обитель Безликих.

Все на мгновение застывают.

— Он говорил, что у меня выбор, — торопливо продолжаю я, — умереть или оказаться там. И что Майя… моя мама в обители. А в приют меня подкинул он. Вдруг это правда?

С надеждой смотрю на отца, потом перевожу взгляд на магистров, ожидая, что они начнут мне объяснять, что это невозможно. Чувствую, как Кес сжимает мою руку.

— Мы как раз собирались туда с проверкой. — Офицер в задумчивости потирает висок. — Но задержались тут.

— Тогда мы с Мели туда прямо сейчас, — решительно говорит Кес.

Но офицер качает головой.

— Это особое заведение, там много высокородных дам. И много фамильных секретов. Вас не пустят туда без приказа, подписанного королём.

— Что же делать? — растерянно спрашиваю я.

— Мы как раз собирались туда с проверкой, — повторяет офицер и делает многозначительную паузу.

— И? — Кес в нетерпении подаётся вперёд. — Приказ у вас с собой?

— Вам придётся подождать, пока я доставлю преступника в столицу. Сами понимаете, нельзя допустить, чтобы он снова сбежал.

— И сколько времени это займёт?

Ещё несколько минут назад я ожидала, что все не воспримут мои слова всерьёз, а сейчас я расстроена из-за обычной отсрочки. Казалось бы, какая разница для той, кто выросла в приюте на день раньше или на день позже? А оказывается есть.

Айленгор задумчиво барабанит пальцами по столу, а потом заявляет, обращаясь к коту:

— Ну что, Альфин? Одна лапа здесь, другая там? С тобой мы быстро управимся. Проводишь офицера и свой улов в столицу и немедленно оба обратно.

На лице офицера отражаются сомнения. Понимаю в чём причина только тогда, когда он переводит вопросительный взгляд на Кестера.

Ясно. Это мы привыкли беспрекословно повиноваться магистру Айленгору. А для начальника отдела безопасности похоже владелец замка более важная персона. А владелец тут Кес.

И он кивает.

— Да, офицер, делайте, как сказал магистр. Мы ждём вас и Альфина тут.

— В таком случае встречаемся через час здесь, — подводит итог Айленгор. — Алекс как раз успеет метнуться за грань и передать Арона целителям. Не думаю, что это стоит откладывать.

Кес сглатывает и снова кивает. На этот раз молча.

Через несколько минут с нами остаются только Мардего и Эля.

Опускаюсь на стул и стискиваю руки. Всего час, а потом мы таким же способом через складки пространства отправимся к этой самой Обители.

Найдём ли мы там Майю?