Глава 21

Я взяла конверт и чуть не задохнулась от счастья. Слезы навернулись на глаза, и я невольно всхлипнула. Совсем как маленькая девчонка. Но я не стыдилась проявления чувств. Мир заиграл новыми красками. До сих пор мне он мне показывался не с очень хорошей стороны. Я была служанкой в родительском доме. А вместо родителей там распоряжались корыстные родственники. Родственники Вилари совершили с ней настоящее злодейство. Лагерд устроил на меня охоту. Я вынуждена скрываться. К счастью, нашлись два человека, которые не дали мне пропасть – тетушка Лея и Лаура. Посторонние люди, спасшие меня. Ну и Ингард. Но он не в счет. И вот теперь Нельсия и Корнели окончательно укрепили мою веру в то, что хороших людей намного больше, чем может показаться. И благодарность – это совсем не диковинная птица, не залетающая в наши края. От волнения я не могла вымолвить ни слова, понимая, что в моих руках, действительно, оказался ключ к счастью. Святые духи! Я же… ! Я же смогу поступить в академию, получить диплом и на правах наследницы выдворить своих родственников из своего родового гнезда! Перед глазами, словно лошади в галопе, замелькали восхитительные картинки. Я буду учиться в настоящих лабораториях, постигать тайны магии и секреты трав. И не сама, тычась наугад, как слепой щенок, в тайком вынесенные книги, а под руководством умнейших преподавателей! И да! Я смогу бывать при дворе. И Лагерд ничего не сможет мне сделать. А господин Первый министр если не захочет жениться, будет пускать слюни, потому что на роль любовницы я не соглашусь. Ни за что! Я Тимиана Арденн. А если предложит руку и сердце, я смогу даже в боевых походах сопровождать его и сражаться плечом к плечу. Да что там плечом к плечу! Я же одна могу целое войско поджарить! Восхитительное тепло разливалось в груди, и казалось, что у меня вырастают крылья. Наверно, вид у меня был, как у невменяшки, потому что Лаура и наши гостьи смотрели на меня и улыбались. Наконец я сообразила, что нужно вернуться из своих сладостных грез. – Спасибо! – выдавила я с трудом и отхлебнула полуостывшего чая, чтоб вернуть себе голос. – Вы не представляете, как я вам благодарна. Когда исполнится все, что хочу, я смогу защитить вас. Нет, я надеюсь, что у Корнели уже есть тот, кто защитит от любой напасти. Но может и ему понадобится помощь. Можете на меня рассчитывать. А своей доброй наставнице, обещаю, сделаю все, чтоб и она получила свое счастье. Немного успокоившись, я прижала конверт к груди и прикрыла глаза от переизбытка чувств. Лаура, растрогавшись, поднялась со своего стула и обняла меня сзади. – Добрая моя девочка! Пусть все у тебя получится! Но если что-то пойдет не так, ты всегда найдешь приют в этом доме. Нельсия прослезилась от нахлынувших эмоций, а Корнели последовала примеру Лауры и прижалась ко мне сбоку. Пообнимавшись и выплеснув свои эмоции, мы наконец перешли к настоящему чаепитию. Правда, пришлось заварник греть по-новой. Это был самый душевный вечер в моей жизни, не считая наших бесед с дедушкой в раннем детстве и наши сердечные посиделки с Вилари. Мои новые друзья искренне делились своими планами, рассказывали, какой видят свадьбу Корнели, кого позовут. И это было так мило. Приятно было смотреть на людей, которые счастливы. И невольно мои мысли перескочили на Вилари. А что, если я не успею ей помочь? Тогда ее ждет совсем не такая свадьба, как у Корнели. Я содрогнулась, представив, что лысый потный мужик увозит ее, как овцу на заклание, в свою дыру и заставляет ухаживать за свиньями. И, что еще хуже, тянет к ней свои похотливые лапы… Бедная моя девочка! Приподнятое настроение будто смыло волной. Хорошо, что наши гостьи к этому моменту засобирались уже домой. Иначе мне не удалось бы удерживать на лице беззаботное выражение. Мы душевно распрощались, я помогла убрать со стола и, прежде, чем Лаура ушла к себе, остановила ее. – Госпожа Лаура. Вы же понимаете, что, оставаясь в вашем доме, я могу навлечь беду на вас. Лагерд не успокоится – ведь я уже два раза наступила ему на хвост. Удивляюсь, что он еще не атаковал особняк Нельсии. Наверно, поставил соглядатаев, как у дома тетушки Леи, – начала я подводить ее к главному и неприятному моменту. Я нерешительно умолкла, собираясь с духом. Ведь полгода еще не прошли, и договор предусматривает штраф за преждевременный уход. Откровенно говоря, я трусила. Ведь это сейчас она такая розовая и добродушная, разомлевшая от чая и приятного общения. Но я-то знаю, какой она может быть жесткой, когда дело касается денежных вопросов. Лаура пристально посмотрела мне в глаза, и я не могла прочитать на ее лице ни одной эмоции. Ни гнева, ни раздражения, ни даже интереса. И опять вызвала во мне восхищение. Как она держит чувства в узде! Справившись с неприятным холодком в душе, я продолжила. – Вы для меня очень много сделали, и я не хотела бы ответить неблагодарностью на вашу доброту. Я выплачу вам компенсацию, клянусь всеми святыми! Но, боюсь, что мне нужно уйти. И у меня есть еще одно предложение. Я заискивающе заглянула в глаза Лауры и уловила там искорки любопытства. Кажется, она не гневается. Или это любопытство ученого, изучающего внутренности лягушки? От волнения у меня даже пот выступил на лбу. – Слушаю, – наконец, произнесла Лаура. – У меня есть подруга, Вилари. И ей нужна моя помощь. Иначе ее выдадут замуж за старого и толстого крыса. Она старательная и станет вам лучшей помощницей, чем я. Инстинктивно сложив ладошки в молитвенном жесте, я умоляюще посмотрела на свою строгую наставницу. А она усмехнулась. – Я предвидела, что придется тебя отпустить. А помучила тебя для науки. Или никогда не проси. Или проси и не бойся, что откажут или будут насмехаться. В просьбе нет ничего зазорного, если ты не унижаешься. Попадешь во дворец, держи ухо востро. И не только ухо. Главное, научись держать лицо. Вдруг совершишь что-то противозаконное. Все отрицай. Я не я. И лошадь не моя. Опять меня Лаура поразила своей проницательностью. От слова «противозаконное» я чуть не вздрогнула. И еще раз убедилась, что фрейлиной ни за что не буду. – Буду рада новой помощнице. Надеюсь, она такая, как ты ее описываешь, – улыбнулась наставница. Я радостно закивала головой. – Даже лучше! Только ее нужно как-то забрать из дома. А то родственники ее уже собрались продать в жены. А убежать, куда глаза глядят, она не может. А как все уляжется, мы откроем с ней лавочку с эфирами и прочими женскими штучками. – Хорошо. Я подумаю, как это сделать. Иди отдыхай. А то радостные новости могут также лишать сил, как и плохие. И тут она была права. Сейчас у меня в душе была настоящая буря. В счастье от того, что передо мной открывается весь мир, врезались острия тревоги за Вилари и обиды на Ингарда. Если тактику Лагерда я представляла, то отсутствие внимания со стороны Первого министра больно щелкнуло по моему размечтавшемуся носу.