Глава 22

Я отправилась к себе в каморку, но долгое время лежала, таращась в потолок. До дня аудиенции больше месяца. И за это время я должна много чего успеть сделать. Перетащить наиболее полезные книги в свое убежище, хотя бы по верхам пробежаться по всем дисциплинам, потому что не хотелось пропускать год, а учеба уже началась. Еще с шестого месяца года. Значит, я уже пропустила три. Дальше мысли перескочили на Вилари. Как ее вытащить из дома, чтоб родственники не воспрепятствовали? И надо это сделать уже сейчас, до того, как я окажусь за закрытыми стенами академии. Да и Лауре помощница нужна тоже сейчас. И было одно «но». Вилари ужасная трусиха. Совершенно не умеет врать. Если даже договоримся, что она под видом «пойти на рынок», побежит ко мне, боюсь, ее родня по лицу поймет, что она что-то затевает. Лаура обещала подумать, как нам помочь, но не хотелось чрезмерно пользоваться ее добротой. И Фурси со своей крольчихой милуется. Помешаешь, будет обиженку корчить из себя. И тут меня осенило. Если Вилари трудно выйти из дома, не вызвав подозрений, значит, надо выманить ее родственников! От гениальной простоты этой идеи я аж подскочила на кровати. У меня есть конверт с приглашением во дворец. У Лауры есть разные сорта бумаги для маленьких открыток к подарочным флаконам. Вряд ли родственники Вилари получали пригласительные конверты от королевских особ. Значит, я сделаю сама такой пригласительный! И пусть семейка моей подруги прокатится во дворец для участия в каком-нибудь вымышленном торжестве. Над ними посмеются, и они не солоно хлебавши вернутся домой. И это будет первой маленькой местью им. А чтоб не докопались в случае чего, надо найти какого-нибудь парнишку на роль гонца. Желательно пастушка, чтоб умел хорошо держаться на лошади. А заодно, чтоб и саму лошадь смог взять на время. Правда, придется потратиться на костюм, похожий на форму королевского гонца. Понятное дело, попроще и подешевле. Но, думаю, обрадованные Сангаты, не обратят внимания на такую мелочь. Лауре говорить о том, зачем прошу бумагу, не буду. Это я уже прочно стою на преступном пути, а ее втягивать в авантюру нельзя. Кое –как убедив себя, что ночью дела не делаются, я уснула. А с утра принялась за работу. Лауре сказала, что бумага нужна для поддельного письма от царственных особ, предназначенного Вилари. Правда, не уточнила, что, получив такое послание, леди Карра точно бы не отдала его падчерице. Собственно, на этом и построен мой план. Получив письмо с приглашением для всех, Карра оставит Вилари дома. К гадалке не ходи. А мне того и нужно. Быстренько справившись с порученными заданиями, я засела за фальшивку, которая должна выглядеть лучше оригинала. Высунув от старания кончик языка, я аккуратно выводила буковку за буковкой и под конец почувствовала, что на лбу появились капельки пота. Но результат самой понравился. «Достопочтимая госпожа Карра Сангат и Джемур Сангат, а также девицы Тейма и Вилари! Вы приглашены на торжественный ужин в честь Праздника сбора урожая в малый императорский дворец. Вам надлежит явиться «» числа восьмого месяца года Их императорские высочества» Дальше предстояло самое сложное. Я вычитала в книжке, как подделывают печати. Нужно приложить свежесваренное яйцо к настоящей печати и быстренько сделать оттиск на фальшивке. Меня терзало сомнение – а вдруг письмо императрицы испортится от этого? Чтобы не рисковать, на обрезке бумаги написала несколько слов и сделала пробный вариант. Приложила яйцо к своим каракулям и перенесла на другой кусок бумаги. Святые духи! Получилось! Сварила другое яйцо и довершила свою работу. Выдохнула. Теперь и сам императорский писарь не отличит. Дальше все пошло, как по маслу. Искреннее желание – это великая сила, сродни магии. Если чего-то сильно хочешь, Небеса помогают. Я нашла пастушка, который согласился побыть императорским гонцом и взять у хозяина лошадь "в аренду". А недорогой мужской костюм приобрела в лавке старьевщика. Купила в галантерейной лавке позолоченный шнур и сама обшила им ворот и рукава камзола. Да, не зря я колола пальцы, исполняя прихоти Гораны. Теперь и сама не хуже мастериц могу что угодно вышить. Правда, сильно надеюсь, что больше никогда мне не придется брать в руки нитку с иголкой. Вилари я специально не предупреждала, чтоб она не выдала себя. Потому что притворяться она не умела совсем. И если б она знала, что приглашение липовое, то не смогла б на лице изобразить натуральное огорчение от того, что ее не взяли на прием. Как только я закончила все приготовления, поставила в фальшивую бумагу число и отправила своего гонца в дом Сангатов. В том, что он меня не обманет и сделает все, как нужно, я была уверена. Во-первых, я ему выдала половину обещанной суммы, а во-вторых, пообещала, что если он напортачит, я расскажу его хозяину, что брал лошадь без спроса. Да. Учусь управлять людьми, чтоб не испытывать желания их поджарить. А то я себя знаю… С Вилари я считала уже вопрос решенным, поэтому в голове все уложилось четко и упорядоченно. Но противно, как гвоздь в башмаке, портила боевой настрой мысль о Ройте. Не хотелось оставлять зверя в логове врага. Ведь друзей не бросают! Но забрать к себе в лесную избушку я пока не могла. Там крольчиха, а то и Серый в гости заглянет. А малыш привык быть полноправным хозяином вверенной территории. А к Лауре его тоже не заберешь. Слишком он приметный. Увидит кто и донесет, куда не следует. Поэтому я ограничилась тем, что приготовила его любимое лакомство. Надо же как-то подсластить горечь своей несостоятельности. В назначенный день я наняла экипаж и направилась на улицу, где жила Вилари. Остановившись на углу, я с нескрываемым злорадством наблюдала, как ее семейка грузилась в карету. – Не помни платье, Тейма, – причитала мачеха подруги. – Мама, отстань. За собой смотри! А то как начнешь за обедом запихивать за обе щеки угощение, так я со стыда сгорю, – показала свой норов сводная сестрица Вилари. Сверкающие, как прилавок ювелира, дамы, наконец, запихнули свои широкие юбки в карету, а моя безответная крошка Вил грустно помахала им рукой. Ничего, подружка! Ты убедишься, что хорошо смеется тот, кто смеется последним! Выждав несколько минут, пока не затих стук колес, возвестивший, что мегеры, изводившие мою бедняжку, уже далеко, я подбежала к воротам. По идее, они вернутся еще нескоро, но я считала, что лучше поторопиться. На мой стук вышел старый слуга, который помнил меня еще с тех пор, когда жива была матушка Вилари. Конечно, сильно полагаться, что он не выдаст, с кем уехала дочка хозяина, не стоит. Но я на всякий случай слезно попросила, чтоб он сделал вид, что не видел ни меня, ни Вилари, которая пошла в лавку и не вернулась. Пожилой мужчина заверил, что ни под каким пытками не выдаст. – Надеюсь, что до пыток не дойдет, – улыбнулась я и увидела огромную тушу, несущуюся на меня со скоростью породистого скакуна. Но мой любимый малыш Ройт, очевидно, понимал, что может приложить так, что мое тело от земли отскребать придется. Поэтому за пару метров до меня начал тормозить, скрежеща когтями по каменным плитам. – Ах ты ж мой красавчик! – я обняла зверюгу за шею. Волна нежности затопила душу. Горячим языком Ройт размашисто облизал мое лицо, выражая крайнюю степень счастья. – Прости, дружок! Но я должна забрать Вилари! Знаю, тебе будет очень одиноко, но ты сильный, справишься. Обещаю! Как только мы устроимся, обязательно возьмем тебя к себе. Я достала из поясной сумки пастилки и с умилением наблюдала, как они исчезают в огромной пасти зверюги – Тими! – увидев нежные обнимашки, выскочила во двор Вилари. – Ты как здесь оказалась?! В ее глазах было такое изумление, будто я явилась из Царства мертвых. Она бросилась мне на шею, приговаривая: –Ты? Днем?! Не таясь? Тими?! – Я Тими. Днем. Но таясь. Быстро собирай свои вещи, доставай кубышку с запасами. Можешь взять самые красивые баночки, из тех, что ты покупала для снадобий. Времени у нас мало. Потом все расскажу. На удивление, моя подруга, которая всегда была похожа на плавную неторопливую лебедушку, резвым поросенком понеслась в дом. Причем, не задавая лишних вопросов. Очевидно, она до последнего надеялась, что ее родственники изменятся, осознают, как гнусно поступили с ней. Но в очередной раз убедилась в их подлости, когда не взяли на императорский бал. Через несколько минут она появилась на крыльце, раскрасневшаяся, с лихорадочным блеском в глазах и двумя большими узлами вместо саквояжей. Я поспешила ей на помощь. – Все взяла? – Нет, – задыхаясь от непривычно быстрых сборов, ответила она. – Еще деньги. – А где они? Зарыла под деревом, что ли? – я поразилась предусмотрительности подруги. – Пойдем! – она потащила меня в дальний конец двора, где находилось убежище Ройта. – Серьезно? У Ройта? – изумилась я. – Да. Отец бы не стал там рыться. А мачеха и Тейма туда бы не сунулись. Ройт их просто терпит, когда они появляются во дворе. Вилари достала свой клад, и мы заторопились к выходу. По дороге я рассказала, что расстраиваться из-за приглашения не стоит, так как оно фальшивое, и сейчас ее родственники краснеют от стыда под смешки охранников, которые их не пустили. Был, конечно и второй вариант развития событий, но я о нем предпочитала не думать. Не исключено, что среди гвардейцев найдется какой-нибудь очень ответственный и решит доложить начальству о происшествии. Ведь подделка императорского письма – это тоже преступление. Но я подстраховалась. Щедро посыпала бумагу душистым порошком, а своего гонца заставила надеть перчатки, чтоб леготты не смогли ничего унюхать.