Глава 16

Сказать, что я волновалась перед предстоящим свиданием, значило ничего не сказать. Да, я пыталась учиться на протяжении целой субботы, но в опустевшей голове не задерживались знания, и все, о чем я могла думать, — это Тэйлор и наша встреча.

Я отчаянно боролась со своими чувствами. Я загоняла их в самый потайной уголок своего сознания и грызла гранит науки, ломая об него зубы. Рубина, следившая за моими тщетными потугами получить знания, лишь усмехалась.

— Хоть кому-то из нас повезло! — говорила она, сидя на кровати и штудируя главу по прикладной некромантии, время от времени отвлекаясь на меня, занявшую общий стол в комнате.

Я не стала говорить подруге, что вместе с Валентайном приходил и Коннор. И уж тем более не заикнулась даже о том, что староста тоже претендовал на место рядом со мной на зимнем балу. Рубина непременно огорчилась бы, узнай она о таком. Грант продолжал ей нравиться, хотя она сообщила мне, что в понедельник даст согласие первому, кто пригласит ее на праздник.

— Хватит грезить, — заявила некромантка. — В конце концов, это всего лишь бал, а не свадьба, — пошутила она. — И у меня еще будет несколько месяцев впереди, чтобы заинтересовать Коннора.

Я, соглашаясь, кивала. Но в глубине души думала о том, что Коннору, кажется, совсем не нравится моя соседка. Так иногда бывает. И как бы мне ни было жаль Руби, сердцу не прикажешь.

И вот наступило воскресенье. Я думала, что не смогу уснуть до утра, представляя нас с Валентайном, но сильно ошиблась, потому что продрыхла всю ночь без сновидений и проснулась удивительно бодрая и полная сил.

В столовой мы с Рубиной набрали полные подносы вкусностей. И еще от раздачи я заметила, что за столиком троицы не хватает Готтара. Зато Тэйлор, увидев меня, приветственно вскинул руку и помахал. А затем случилось вообще невероятное, потому что они с Коннором пригласили нас позавтракать вместе за их стол.

Я не хотела идти. На нас и так глазели, особенно «куклы», покрасневшие от злости и ревности. Но Рубина так жалостно посмотрела на меня, видимо решив, что это ее шанс, что я не выдержала.

Мы взяли свои подносы и направились к «драконам». Валентайн и Грант услужливо поставили нам с Руби стулья, чем еще больше вывели из себя «кукол», глаза которых метали молнии на наши головы и обещали нам все муки ада. Я тогда еще решила, что у нас с некроманткой обязательно будут проблемы из-за «кукол», но промолчала, глядя, как Рубина смотрит на Коннора.

— Спасибо, что присоединились к нам, — вежливо сказал Тэйлор, глядя на меня с теплом. — Кстати, Кристина, я хотел уточнить один, как мне кажется, важный вопрос по зимнему балу.

— Да? — Я удивленно моргнула и посмотрела на парня. — И какой?

— Какого цвета будет твой наряд? — спросил он просто, удивив меня еще больше.

— Зеленый, — ответила не раздумывая.

— Отлично. Я оденусь в соответствующий цвет, — сказал Валентайн.

— А вот я еще не решила, какое платье и какого цвета надену. — Отложив вилку, Руби посмотрела на старосту факультета. Коннор продолжал есть омлет, но, заметив слишком откровенный взгляд некромантки, сначала нахмурился, затем вопросительно изогнул бровь.

— Я даже еще не знаю, с кем пойду, — продолжила Рубина.

Я едва не закатила глаза.

Ну, Руби! Ну кто действует так откровенно?

— А что, много приглашений? — как бы между прочим спросил староста.

— Достаточно. Но увы, нет такого, которое могло бы меня заинтересовать, — вздохнула некромантка.

Коннор взял кусок хлеба и, улыбнувшись моей соседке, сказал:

— Смотри. Тот, кто долго выбирает, может остаться в одиночестве.

Руби судорожно вздохнула и, взяв вилку, начала быстро расправляться с остатками завтрака.

Мы с Валентайном переглянулись. Конечно же, парень прекрасно понял, на что намекала Рубина. Понятно стало и то, что Коннор не собирается приглашать мою соседку.

Я покосилась на подругу и заметила, как остервенело она расправилась с сосисками, словно они были виноваты в том, что она не нравится Коннору. И я подумала, что принимать приглашение старшекурсников и садиться за их стол было плохой идеей, как бы мне ни хотелось оказаться как можно ближе к Валентайну. Хорошо еще, что Николаса здесь нет! Даже не знаю, как бы находилась рядом с этим тираном!

— О! Да я смотрю, у вас тут весело! — раздался голос за моей спиной, и я мысленно закатила глаза.

Ну что это такое? Почему стоит мне только подумать про Ника, как он тут же оказывается рядом? Я что, приманиваю его своими мыслями? Или он, как черт из табакерки, только и ждет подходящего случая, чтобы выпрыгнуть и сказать свое «бу»?

Рядом заскрежетали ножки стула — Ник протащил его по полу, взяв от соседнего столика, и поставил рядом со мной.

Естественно, он и не мог сделать иначе!

Стиснув зубы, я решила, что не стану реагировать. Ведь рядом Тэйлор! Так чего мне еще надо для полного счастья?

На стол опустился поднос с завтраком Готтара. Затем он сел рядом и посмотрел на меня. На лице парня застыла насмешливая улыбка, но глаза были холодны, и я бы даже сказала, в их глубине таилось раздражение.

Наверняка злится, что друзья пригласили за столик нас с Рубиной! Ну так пусть терпит. Лично я ни за что не уйду, пока не доем.

— Вечером встречаемся в общей гостиной в шесть, — обратился ко мне Валентайн.

— Отлично, — ответила я.

— А куда это вы собрались? — словно невзначай поинтересовался Николас.

— У нас свидание! — выпалила я, заглянув в наглые темные глаза парня, и вдруг заметила, что их цвет стал почти черным, стоило Готтару услышать то, что я произнесла.

— Кристина еще не видела город, — спокойно подтвердил мои слова Тэйлор, — а потом, после прогулки, мы посидим в пабе. В прошлые выходные мы нарушили планы Кристины, и я хочу реабилитироваться за нас троих.

Валентайн говорил складно, но как-то слишком спокойно. Будто в отличие от меня он совершенно не ждал этого свидания и уж тем более спал спокойно. И его голова не была забита мной в прошедшую субботу, как моя им!

Николас ничего не ответил. Он принялся есть свою овсянку с таким видом, словно его ничего больше не волновало, кроме наполнения желудка.

Признаюсь, появление Николаса немного выбило меня из колеи. Так что завтрак я закончила немного позднее Рубины, после чего мы с некроманткой, быстро попрощавшись с парнями, поспешили сдать грязную посуду и направились к себе.

Уже в комнате Руби, едва не плача, отшвырнула мантию и села на кровать, сложив руки на груди. Мне хватило одного взгляда, чтобы увидеть, насколько подруга подавлена.

— Эй! — позвала я соседку. — Не надо так! Ну их, этих парней! И Коннора вместе с ними!

Рубина фыркнула и прикрикнула на Тобиаса, который было выскочил из шкафа, услышав, что мы вернулись. Скелет проворно спрятался назад, а некромантка посмотрела на меня и ответила:

— Тебе легко говорить. Ты идешь с тем, кто тебе нравится. А я…

— Так сделай так, чтобы он увидел, от кого отказался, — воодушевилась я. — А не сиди тут и не жуй сопли. Парни любят активных, но ненавязчивых. Они же по своей сути охотники. Мне бабушка говорила, — я присела на кровать рядом с Рубиной, стараясь не замечать темную ауру, клубившуюся вокруг некромантки, — что мужчины предпочитают недоступное тому, что само идет им в руки. А ты, прости, сегодня во время завтрака вела себя неправильно!

Она тяжело вздохнула. На несколько минут, долгих, как сама жизнь, в комнате воцарилось молчание. Я спокойно ждала, когда подруга что-нибудь скажет и первая нарушит тишину. Мне это казалось важным.

— Ну и дракон с ним, с этим Коннором, — наконец выдохнула тьмой некромантка. — Хватит. Ты права. Пусть идет в…

Она не договорила. В дверь, как у нас с Руби случалось довольно часто, постучали. Мы с соседкой переглянулись, и я бросилась открывать.

На пороге стоял Эван.

— Девчонки, вы так быстро ушли из столовой, что я… — начал парень, поднимая руку с зажатой в ней тетрадью с конспектами.

— Эван! — резко подскочила на ноги Рубина и тараном пошла на студента, отчего тот отступил назад.

— Что? — спросил он настороженно, с подозрением глядя на некромантку.

— Ты еще хочешь пригласить меня на зимний бал? — спросила она с напором, от которого даже я бы согласилась составить ей компанию.

— Конечно! — ответил Эван.

— Тогда я согласна, — выдала Рубина и отчеканила: — Я буду в красном.

— Хорошо, — еле слышно произнес парень и посмотрел сначала на меня, затем на Рубину, явно не понимая, что произошло. Но довольный тем, что понравившаяся ему девушка сказала «да».

Рубина вернулась к кровати и легла, повернувшись к двери спиной. А я подошла к Эвану и опустила взгляд на тетрадь, зажатую в его руке.

— Это мне? — спросила, чувствуя некоторую неловкость за поведение некромантки. Ее «да» Эвану сейчас казалось мне тройным «нет». Впрочем, может случиться так, что она не пожалеет о своем выборе. Эван отличный парень и друг. Симпатичный и надежный. Так чего еще можно желать? Для зимнего бала Руби не нашла бы лучшего спутника.

Эван рассеянно кивнул и отдал мне конспекты со словами:

— Да. Вот нашел кое-что из старого по зельеварению.

— Спасибо! — Я благодарно улыбнулась, и парень ушел, бросив на спину Рубины непонимающий взгляд. А я вздохнула и села за стол, решив не трогать подругу в ее горе и потратить время до обеда с пользой.

***

Портал выпустил нас в город, где уже спускались сумерки, потеряв алые оттенки заката. Пошел пушистый снег, обещая к утру нанести сугробы. Дул прохладный ветер, но это не мешало мне радоваться свиданию с Тэйлором, и я до ужаса хотела взять его за руку, чтобы ощутить теплое прикосновение сильных пальцев мага.

Парень был мил и любезен. Он вызвался показать мне город, и я согласилась.

— К башне не пойдем, — пошутила, когда Валентайн предложил взять его под руку.

— Не пойдем, — поддержал он. — Здесь и без башни есть что посмотреть, — добавил Тэйлор, но тут же с улыбкой взглянул на меня. — Правда, экскурсии хватит ровно на одну прогулку. На этом, боюсь, достопримечательности закончатся.

— Мне хватит, — кивнула я, думая о том, что иногда просто приятно гулять рядом с тем, кто тебе нравится.

А Валентайн мне нравился. Меня тянуло к нему. Он был спокойный, рассудительный, тактичный. Полная противоположность вредному Николасу, который и слова нормального не может сказать приличной девушке, чтобы не обидеть ее, задев за живое.

И как они вообще дружат, такие разные, подумала невольно. Или это тот случай, когда противоположности притягиваются?

— Он не так плох, как ты думаешь, Кристина, — ответил Валентайн, и только теперь я осознала, что высказала мысли вслух вместе с вопросом, касавшимся дружбы парней.

— Не знаю, не знаю, — протянула в ответ. — Тебе, конечно, виднее. А я его знала давно, в детстве, и вот теперь встретились снова.

— Знала? — удивился Валентайн. Он остановился и, повернувшись ко мне, спросил: — И каким был наш Никки в детстве? Маленьким розовощеким пупсиком с огромным самомнением?

Я посмотрела на Тэйлора и вдруг поняла, что он не в курсе прежнего пышного образа своего друга. А еще я поняла, что не буду тем человеком, который расскажет об этом. Возможно, в прошлом Николаса не было такой уж великой тайны, но, если он сам захочет, сам и посвятит друзей.

— Обычным, — ответила просто. — Мальчишка как мальчишка.

— Да?

— Да. — Я крепче сжала локоть парня, и он, правильно истолковав мое поведение, сменил тему.

В итоге мы гуляли по улицам битых два часа. Из Валентайна получился превосходный рассказчик. Он знал историю этого города, умел заинтересовать. А еще был мил и ни разу не назвал меня как-то иначе, чем по имени. Никаких садов-огородов в нашем общении, что очень приятно. Я просто душой отдыхала от академии и всяких там Готтаров. Вот честно!

— Ну что, в паб? — предложил Тэйлор, когда мы, прогулявшись у реки, у берегов прихваченной льдом, пересекли мост и пошли в сторону центра города. — Выпьем по бокалу горячего вина с травами, поедим домашних пирогов, — сказал он и тут же спросил с деланым волнением: — Надеюсь, ты не соблюдаешь всякие там диеты?

— Я? — рассмеялась, глядя на улыбку парня. — Нет.

Валентайн посмотрел на меня, и неожиданно его взгляд изменился. Вот, удар сердца назад он был весел, спокоен, а тут смотрит на меня, и в глубине его глаз пробуждается что-то новое. И кажется, удивившее не только меня.

— Что? — спросила я, не в силах первой разорвать эту странную связь. Мне показалось, будто чья-то рука нежно коснулась моей души, так трепетно, так доверительно, как может коснуться только родной человек.

Тэйлор отпрянул и нахмурился.

— Ничего, — пробормотал он и взял меня за руку. — Идем, — сказал, пытаясь придать голосу прежнюю легкость, да только не вышло. Я почувствовала фальшь, которой не было прежде, но не подала виду. Мне не хотелось портить такой чудесный вечер.

Мы пошли прочь от моста и реки, несущей неторопливые воды, наверняка холодной, как лед. Снег стал идти слабее, но забавными комьями. И я, не удержавшись, подняла левую руку. Застыв под магическим фонарем, удивительно одиноким на длинной улице, где отчего-то не горело ни одно окно в сплошной стене домов, проследила, как комок, упав на рукав куртки, рассыпался на снежинки, легкие и идеальные в своей неповторимости.

— Как красиво, — прошептала я.

Валентайн остановился, посмотрел на меня и сказал:

— И ты красивая, Кристина. Твои волосы будто живое пламя. Они горят самым ярким костром в этой темноте.

Я посмотрела на парня, улыбнулась и тут…

…единственный фонарь на целой улице взял и погас. А затем в спину толкнуло резким порывом холодного ветра. Я охнула и бросила взгляд на Тэйлора. Он огляделся по сторонам, затем схватил меня за руку без прежней учтивости и, рявкнув: «Бежим!» — потянул за собой, так резко стартанув с места, что руке сделалось больно.

— Эй! — крикнула я. — Что… — И не успела закончить фразу, когда снег у домов, сметенный дворниками в сугробы, вдруг взметнулся вверх и, собравшись в единое, встал на нашем пути стеной.

— Проклятье, — выругался Тэйлор. Он замедлился и, вскинув руку, за долю секунды создал на ладони огромный огненный шар, который швырнул в белую преграду. Стена тут же взорвалась, разлетелась на части, но еще до того, как мы успели вырваться на свободу, срослась снова.

— Что здесь происходит? — пискнула я.

Тэйлор задвинул меня себе за спину и пробудил магию, ответив:

— Если бы я только знал, Кристина.

Услышав его слова, я поняла, что мой очередной выходной в городе потерпел оглушительное фиаско. Нет, мне определенно не стоит покидать пределы Мортерея. Я действительно словно магнит для неприятностей. Но как же обидно было за такой отличный вечер, который, увы, оказался испорчен. За вечер, о котором я так мечтала, который так ждала!

Белая стена не пропускала нас, не позволяя пройти дальше. Валентайн отступил, и я была вынуждена повторить этот шаг назад вместе с ним, да только секунду спустя услышала, как за спиной что-то зашумело, затрещало. Оглянувшись, увидела, что еще одна стена из снега отрезала нас от реки и моста. Мы оказались в снежной ловушке.

— Не бойся, — сказал мне Тэйлор. На его руках уже пробуждалась сила, создавая пламя. — Не отставай! — велел парень. Я кивнула, понимая, что он не видит этого, но отчего-то не могла вымолвить ни слова.

Валентайн ринулся вперед, выставив перед собой ладони, словно собирался толкнуть ими снежную стену. Пламя вырвалось из его рук, выросло до невероятных размеров, превратившись в два мощных огненных потока, которые ударили в преграду перед нами.

Стена дрогнула и рассыпалась, упав нам под ноги обломками. Не мешкая, Валентайн перепрыгнул через нее. Я не отставала. Мы побежали. Пламя на его руках будто втянулось под кожу парня, мерцая алыми углями догорающего костра. В спину ударил ветер, такой морозный и сильный, что я с трудом удержалась на ногах. За нами что-то загрохотало, но я не нашла в себе сил оглянуться и просто бежала за Тэйлором.

Мы свернули за угол высокого старинного дома с колоннами. Рядом с ним на покрытой снегом лужайке на нас молча взирали снеговики, наверняка вылепленные днем детьми. Сама не знаю, почему взор зацепился за одного из них, наряженного в яркий полосатый шарф и смешную шапочку, с остывшими угольками глаз и торчащей вместо носа морковкой. Он был довольно большой, и в голове пронеслась несвоевременная мысль, что к созданию этого снеговика приложили руку взрослые. Когда мы пробегали мимо, снеговик вдруг встрепенулся и ожил.

— Тэйлор! — крикнула я и, остановившись, ткнула пальцем в забавную белую фигуру.

Валентайн услышал мой предупреждающий крик и резко развернулся. Он увидел снеговика и, не мешкая ни секунды, швырнул в фигуру пламя. Я успела лишь ахнуть, увидев, как снеговик распался на снежные шары. Пламя старшекурсника прошло мимо, не повредив снежного истукана, а спустя удар сердца тот собрался снова, и могу поклясться, что погасшие угольки его глаз ожили, вспыхнув настоящим огнем.

Снеговик бросился на Тэйлора. Снежные комья, заменявшие ему руки, прежде круглые и нелепые, вытянулись, превращаясь в мощные конечности. Детская поделка, которая должна была превратиться в лужу при первых теплых лучах солнца, открыла прорезь на месте рта и издала какой-то гортанный звук, а затем с силой ударилась в моего спутника, отшвырнув меня с пути.

Я пискнула и полетела в сугроб, явно собранный дворником. Хорошо хоть, не уткнулась в него головой, как случалось прежде, а просто повалилась кулем. Позволив себе секундную передышку, повернулась и успела откатиться в сторону, когда рядом возник второй снеговик, тот, что был поменьше. И в его руке я увидела блеснувшую полосу стали.

Нож? У снеговика? Да куда катится мир, успела подумать, прежде чем острие ударило в сугроб, на котором мгновение назад лежала я. Страшно представить, что бы случилось, не успей я отреагировать вовремя.

А ничего бы не случилось, промелькнула горькая мысль. Ни бала, ни экзаменов в конце семестра! Вообще ничего!

Страх придал сил. Я вскочила на ноги. Заклинание огня вспыхнуло в голове само собой. Светлая магия потекла по венам, наполняя руки силой, пробуждая на ладонях пламя, собирая его в мощный шар. А потом за долю секунды произошло нечто другое. Магия изменилась! Вместо света мои руки наполнились тьмой, и огонь, созданный заклинанием, стал мощнее и опаснее.

Размышлять, что да как, времени не было. Я просто швырнула сгусток силы в своего снежного противника. Магия ударила прямо в грудь маленького снеговика. Вопреки моим опасениям, он не взорвался, как стена, которую уничтожил Тэйлор, и не рассыпался на части, чтобы собраться снова. Он просто растаял. Вот напротив меня стоит снеговик с занесенной для удара рукой, в которой сверкает нож, а вот его уже нет, а на мостовую пролилась вода, от которой мгновенно поднялся в воздух пар.

Эк я его приложила, подумала с удивлением и опустила взгляд на руки. В одной еще шипел сгусток огня, вторая…

А вот вторая была черна, словно обгорелая головешка, с непонятными прожилками, светившимися лавовым цветом.

Думать было некогда. Я подняла голову и посмотрела на Валентайна — парень все еще сражался со своим снеговиком, успев спалить ко всем драконам его полосатый шарф и забавную шапочку.

Ни один удар студента не достиг врага. Снеговик словно смеялся над своим противником, успевая рассыпаться за долю секунды до того, как в него попадало пламя. И сила Тэйлора уходила в стены домов или в сугробы. В тот момент я не думала о том, почему ни в одном доме не загорелся свет. А ведь мы тут изрядно пошумели. Кто-то должен был услышать, выглянуть в окно или хотя бы зажечь свет! Но ничего. Дома стояли какие-то тихие, словно город неожиданно уснул.

— Тэйлор! — позвала я, заметив, что очередной удар Валентайна прошел мимо цели. Снеговик распался на шары, которые покатились в разные стороны от студента, намереваясь обойти его со спины. Это снежное чудовище действовало так быстро, что глаз едва успевал следить за его передвижениями.

— Кристина? — Валентайн резко повернулся ко мне в тот самый миг, когда снеговик за его спиной собрался и занес руку для удара.

— Пригнись! — крикнула я и швырнула магией в монстра, после чего обессиленно осела на мостовую.

Пламя достигло цели. Ума не приложу, как мне удалось сделать то, чего не смог Тэйлор! А ведь он сильнее и опытнее меня!

Что-то здесь не так!

В оглушительной тишине рассыпалась вторая стена, закрывавшая выход к реке. Разбилась с таким звуком, будто кто-то бросил в огромное окно камень.

Я смотрела, как растекается в лужу снежное чудовище и как поднимается на ноги Валентайн, глядя на меня с неподдельным интересом и толикой подозрения.

— Ты как? — Он бросился ко мне, перешагнув дымящуюся лужу — то, что осталось от наших врагов. Протянул руку, предлагая помощь.

— Просто отлично, — пошутила я, внутренне подрагивая от пережитого. Мы с Тэйлором обменялись взглядами. Он по-прежнему смотрел на меня с интересом, но тут я вспомнила то, что позабыла в пылу снежного сражения, и, высвободив руку из пальцев студента, подошла к тому, что осталось от маленького снеговика.

На мостовой лежал нож. Необычный, с резной рукоятью из темного металла, похожего на черненое серебро. Сталь поблескивала, так и маня наклониться и взять оружие в руку. Я почти поддалась искушению, но до того, как Валентайн успел меня остановить, и до того, как пальцы коснулись ножа, он сверкнул падающей звездой и исчез, не оставив после себя даже лужи.

— Оружие было настоящим, — пробормотала я, распрямив спину.

Тэйлор взял меня за локоть и попенял:

— Кристина, не всегда можно брать подобные вещи в руки! На оружии могло лежать заклятье!

Он был прав. И я кивнула, соглашаясь, но отчего-то в глубине души была уверена в том, что нож следовало взять. Да только поздно. Оружие исчезло.

— Это было весело, — проговорила я.

— И нам снова срочно надо к ректору, — добавил Валентайн.

Я мысленно застонала, проклиная все на свете, начиная от снеговиков и заканчивая полосой сплошного невезения, которая стелилась под моими ногами ковровой дорожкой и, боюсь, могла завести меня туда, куда не надо.

***

— Мисс Кларк, сожалею, но я вынужден просить вас больше не покидать пределы академии! — вот что сказал ректор, когда мы заявились к нему после происшествия и рассказали о снеговиках, сошедших с ума.

— Да я и в академии найду проблемы, — проговорила я так тихо, что Беркли не услышал. Зато услышал стоявший рядом Валентайн. Он хмыкнул, но никак не прокомментировал мою фразу и только потом, когда мы вышли из кабинета ректора, взял меня за руку и потянул в сторону.

— Кристина, — спросил парень, встав напротив меня, — есть что-то, о чем ты нам не рассказала?

Я вопросительно уставилась на него.

— Что?

— Сегодня ты использовала темную силу, — продолжил Валентайн.

— Так я же вроде как и есть темная? — предположила с кривой усмешкой.

— Ты не поняла, что я хочу сказать, — прошептал парень. — Это было сильно, и поверь мне: не каждый темный маг в Мортерее может похвастать потенциалом, подобным твоему.

— Ох, — ответила я, совершенно не веря собственным ушам.

— И знаешь, что я сегодня понял? — добавил Тэйлор, прищурив красивые глаза. — Что это не твоя сила. Не знаю, что и как произошло, но ты получила чью-то чужую магию, Кристина. Нет, — поспешил он остановить вопрос, едва не сорвавшийся с моих губ, — я могу ошибаться, я ведь всего лишь студент. Но что-то подсказывает мне, что я прав.

— То есть у меня чужая сила? — ахнула я. — Как такое вообще возможно?

Он вздохнул и вдруг, подняв руку, осторожно взял прядь моих волос, выбившихся из косы. Я вздрогнула от прилива нежности к этому красивому и умному парню и снова ощутила нашу странную связь, которая будто становилась тем сильнее, чем чаще и теснее мы общались.

— А вот в этом нам и предстоит разобраться.

— Почему же ты не поделился своими мыслями с ректором? — Я стояла едва дыша. Валентайн отпустил мой локон и спрятал руки за спиной, будто ругая себя за проявление нежности.

— Потому что он и так все прекрасно понимает, — ответил парень. — Ректор Беркли — опытный маг, хоть и не совсем человек. А сейчас мы вернемся в общежитие и пойдем в нашу комнату. Я расскажу все парням. Ты подтвердишь и…

— О нет! — Я вскинула руки. — Хватит и твоего рассказа. — А про себя подумала, что совсем не хочу видеть Николаса после несостоявшегося свидания с его другом. Ну или почти несостоявшегося. Вот прямо как наяву вижу его наглющие глаза, когда он услышит о наших приключениях.

— Хорошо, — согласился Тэйлор. — Я понимаю.

Ну и слава богу, подумалось мне, когда Валентайн вдруг добавил:

— А ты молодец. Держалась отлично, как для девушки.

Его похвала оказалась мне приятна. Невольно улыбнувшись, я посмотрела на парня.

— Для меня это было впервые, — призналась откровенно. До тех пор, пока я не попала в Мортерей, моя жизнь текла спокойной рекой. Здесь же она превратилась в огромный водопад и постоянно бурлила до белой пены. Только не могу сказать, что мне это нравится. Наверное, спроси кто у меня, что бы я предпочла — спокойную жизнь в Сирин или насыщенную в Мортерее, несомненно выбрала бы первый вариант. Тот, где меня никто не пытается убить.