Глава 24

— Я не смогу найти убийцу, если ты мне не поможешь, — сказал Беркли. — Кто из твоего народа вчера пытался утопить моих студентов? — Голос йети стал грубее. В нем отчетливо проскальзывали рычащие, звериные нотки. — И главное, кто подговорил накки сделать это?

Лиара прищурила зеленые глаза и будто подобралась, как кошка перед прыжком.

— Не надо смотреть на меня так, — предупредил йети. — Озеро — всего лишь небольшая часть окрестностей Мортерея…

— Не угрожай мне, снеж-жный! — перебила ректора русалка. — Я могу и передумать подтверждать наши договоренности, когда сойдут льды.

— А я могу налить яд в воду твоего озера, — выступила вперед Милс. Беркли резко обернулся к ней, пытаясь остановить профессора, но Элеонора решительно продолжила, глядя только на русалку: — И все твои сестры, словно рыбы, всплывут брюхом кверху.

Накки оскалилась и яростно ударила хвостом по поверхности льда. Николас увидел, как метавшиеся под водой фигуры русалок одновременно поплыли к проруби, а секунду спустя один громадный накки выпрыгнул на поверхность, обдав брызгами всех, кто стоял поблизости, и грузно шлепнулся на лед. В руке у существа оказался гарпун, и накки, сверкая болотной зеленью глаз, направил оружие на Милс.

Следом за первым озерным воином на лед выпрыгнул еще один и еще…

Существа зашипели, готовые прийти на помощь своей предводительнице, но тут Лиара вскинула руку с перепонками между пальцев и сжала ее в кулак, призывая своих защитников оставаться на месте. Взгляд ее переместился на Милс, и миг спустя накки с довольной улыбкой произнесла:

— Хочешь знать, кто приходил к нам? — Она зашипела немного иначе, так, что это можно было расценить как смех, и посмотрела на профессора Милс, добавив: — Она. С нее и спрашивай. — А затем, не сказав более ни слова, развернулась на руках и устремилась к воде.

Лиара первой исчезла в проруби. За ней последовали воины-накки, напоследок угрожающе зарычавшие на людей.

Когда же вода в проруби успокоилась, перестав плескаться, ректор Беркли медленно повернулся и посмотрел на Элеонору, которая отступила назад.

— Вы же не думаете, господин ректор, что это я? — спросила она с напряжением в голосе.

— Я думаю, что вам не стоило вмешиваться в наш разговор, Милс, — ответил йети. По его знаку маги окружили Элеонору. Женщина огляделась, а Ник подумал, что для провинившейся она выглядит слишком спокойно.

— Я сделала то, что посчитала нужным, — заметила Элеонора. — Но я не натравливала накки на Валентайна и Готтара.

— Я почти не сомневаюсь, что вы говорите правду, — вздохнул Беркли, а затем Николас услышал то, от чего ему стало не по себе.

— Полагаю, у нас в академии появился оборотень.

***

Вернувшись после занятий в общежитие, я застыла и с улыбкой оглядела общую гостиную, которая за несколько часов кардинально изменилась.

Кто-то успел подготовить помещение к зимнему празднику, и теперь стены и потолки были украшены зимними узорами, а на окнах висели плотные синие шторы, расшитые серебряными снежинками.

Над камином появилась гирлянда, а на столах, за которыми обычно занимались студенты, кто-то поставил точно такие же елочки, какие я видела в столовой.

Но главным был дух предстоящего праздника. Он чувствовался в запахе свежей хвои и в аромате шишек, выкрашенных в золото и серебро. Я подняла руку и сделала попытку поймать огромную снежинку, плававшую над головой, но пальцы прошли сквозь иллюзию, и снежинка полетела дальше.

— Завтра первый зачет, — произнесла Рубина, поднимаясь по лестнице к нашей комнате.

— И у меня, — проговорила я. Напоминание о зачете немного ослабило радость от предвкушения надвигающегося праздника.

Обернувшись, я скользнула взглядом по гостиной, хотя и понимала, что Николаса там быть не может. Затем вошла следом за Руби в комнату и направилась сразу в душевую, мечтая хорошенько вымыться и после пойти на обед. Но тут заметила печальную Бусинку и со стыдом поняла, что совсем забыла про питомицу профессора Стоун. А ведь ее следовало накормить, и как можно скорее. Поэтому постучавший в дверь Эван, пришедший к Рубине, оказался очень кстати.

— Привет. — Я широко улыбнулась парню.

Он подозрительно прищурил глаза и посмотрел сначала на меня, затем на некромантку.

— Не нравится мне твой взгляд, — произнес Эван.

— Мне просто нужна помощь, — ответила я. — Надо сходить в кухню и принести мясо для Бусинки.

Эван вздохнул, покосился на Рубину, а затем, кивнув, сказал:

— Хорошо. Разве я могу тебе отказать?

— Поговорим позже, — улыбнулась парню моя соседка, и я, решив не терять ни секунды, положила руки на плечи Эвана, развернула его к двери и подтолкнула к выходу. Чем раньше накормлю цветок, тем больше времени у меня будет на все остальное.

В итоге, сходив в кухню и накормив Бусинку, я оставила Эвана с Рубиной, а сама направилась в душ. Стоя под струями воды, снова мысленно вернулась к Нику. Вспомнила прошлую ночь и его признание, отчего почувствовала неловкую радость. Вот только куда он подевался? Я-то надеялась, что нам удастся поговорить, а Ника и след простыл.

— Крис, — позвала меня Рубина, когда я вышла из душа, вытирая волосы пушистым полотенцем, — не хочешь пойти с нами на выходные в город? Говорят, приехал цирк.

— Цирк? — Я удивленно посмотрела на подругу.

— Да, — сказал Эван. — Я видел недавно афиши. Обещают нечто грандиозное.

— Цирк в этой дыре, — пробормотала я и, покосившись, заметила, насколько близко друг к другу сидят мой однокурсник и некромантка. Она разве что ноги не положила на его колени.

И как ему только удалось так быстро расположить Руби к себе, подумала я. Еще недавно она и слышать не хотела про Андерса, а тут такая романтика. Нет, парень он хороший, никто не спорит, просто все это произошло как-то удивительно. То ли у Руби наконец открылись глаза, то ли Эван использовал нечто запрещенное. Вот только думать о друге в подобном ключе мне совершенно не хотелось.

— Это не совсем обычный цирк, — заметил Эван. — Думаю, тебе понравится.

Я пожала плечами.

— Сомневаюсь, что получится вырваться, — ответила искренне. — Мне готовиться надо. Сейчас зачеты за зачетами пойдут.

Руби и Эван обменялись взглядами, затем соседка кивнула.

— Это да.

— Ну смотри, — протянул Эван. — Наше дело предложить.

Я подошла к своей кровати, взяла сумку и, побросав в нее письменные принадлежности, решила пойти в библиотеку, чтобы позаниматься. Да и мешать влюбленным голубкам не хотелось.

— Ты куда? — спросила Рубина, когда я направилась к двери.

— Заниматься. — Я одарила подругу улыбкой и по ее сияющему взгляду поняла, что она благодарна за возможность побыть с Андерсом наедине.

***

Учеба мне не давалась. Я все время ловила себя на том, что думаю о Нике. Какие там учебники? Какие зачеты? У меня из головы не выходил Готтар, признающийся мне в своих чувствах, пусть даже в такой необычной манере и при не самых приятных обстоятельствах. Стало понятно, что, пока я не поставлю точку в этих переживаниях, пока не дам ответ Нику, ни о каком покое не будет даже речи!

Я сидела в библиотеке, пыталась сосредоточиться на первичной магии, но снова и снова отвлекалась.

«Ну и где он?» — подумала невольно. А ведь хотела сегодня сказать ему «да». Это называется довыделывалась! Надо было признаться в ответных чувствах еще вчера, а не тянуть дракона за хвост.

Я печально вздохнула и начала собираться. Все равно в голове не осталось ничего из прочитанного. Лучше у себя уже перечитаю перед сном то, что смогла законспектировать. В самой глубине души следовало признаться, что я просто хочу увидеть Ника, поэтому и рвусь в общежитие.

Сдав книги библиотекарю, я вышла из читального зала. В просторном холле на первом этаже было людно. Я невольно задержалась, запрокинув голову и рассматривая, как два мага с помощью своей силы развешивают под потолком гирлянды из искусственных сосулек, а стены украшают магическим снегом, отчего создалось впечатление, будто ты находишься в заснеженном городке. А пара рослых горных троллей, одетых лишь в набедренные повязки, несут на плечах огромную ель, направляясь в большой зал академии. Все это немного отвлекло меня до тех самых пор, когда, направившись к лестнице, я вдруг заметила на ступенях выше застывшего Николаса. Он собирался спуститься, но, увидев меня, остановился.

Мимо нас спешили студенты. Кто-то смеялся, кто-то просто болтал. Я же не слышала ни слова, просто смотрела на Готтара, а он на меня.

Мы двинулись друг к другу почти одновременно. Мое сердце забилось быстрее, выдавая волнение. Хотелось сорваться с места, подбежать, обвить его шею руками и сказать то, что он, надеюсь, все еще хотел услышать от меня. Но я удержалась от подобного порыва, вспомнив о том, как много рядом ненужных глаз, поэтому просто начала подъем, а Ник пошел ко мне навстречу.

— Привет, — сказал он, когда мы остановились в шаге друг от друга. Готтар спустился и теперь находился всего на ступеньку выше меня, так что пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо.

— Привет, — ответила я, заметив, что парень выглядит несколько устало. — Что случилось? Вас с ребятами не было в столовой за завтраком и позже.

— Мне приятно, что ты заметила. — Он улыбнулся и спустился еще ниже. — Были кое-какие дела. Лучше скажи: ты подумала над моим предложением? Пойдешь со мной на бал?

Я закусила губу, подавив радостную улыбку. Лицо Ника стало напряженным. Было заметно, что он волнуется, и я решила больше не дергать судьбу за хвост.

— Да, — ответила, и Ник вопросительно изогнул правую бровь, сделав вид, будто не расслышал. Что ж, этого следовало ожидать. Я заставила его понервничать со своим ответом, а он теперь делает вид, что сделался туг на ухо. Или сразу на оба?

— Да! — повторила я немного громче, и он улыбнулся, а затем сделал то, чего я не ожидала: приблизился ко мне, обхватил руками мое лицо и быстро поцеловал.

— Ты! — фыркнула я, отпрянув.

Наш поцелуй заметили. Кто-то из проходящих мимо ребят даже улыбнулся. Кто-то подмигнул. А кто-то банально показал пальцем, забывая о приличиях.

— С ума сошел! — зашипела я, схватив Готтара за руку и притянув к себе. — На нас же смотрят!

— И пусть. — Он обнял меня за талию, всем своим видом показывая, что не намеревается отпустить. — Пусть каждый видит и знает, что ты — моя.

— Ник, — заупрямилась я, чувствуя, что краснею, — мы только идем на бал! Это не делает меня твоей, а тебя моим, — возмутилась, хотя внутри все отозвалось на властные объятия моего Тирана. Вот только ему не стоило знать об этом. Он и так уже возомнил себе невесть что.

— Хорошо. Не стану тебя торопить. — Ник широко улыбнулся. Отпустив меня, он снял мою сумку и закинул к себе на плечо. — Идем. Я провожу. Очень уж хочется побыть с тобой подольше.

Против этого я возражать не стала. На сердце разлилась удивительная легкость от присутствия Николаса. Словно это было правильно. В тот миг я забыла обо всем на свете. О всяких накки, о странных голосах и происшествиях, в эпицентре которых невольно оказалась. Мне было уютно идти вот так рядом с Готтаром, который больше чем просто нравится. Если бы я не была так упряма, давно поняла бы это.

Впрочем, как сказала моя ба, всему свое время. Возможно, это даже к лучшему. Не знаю, как Ник, а я сумела оценить то, что чувствую к этому невозможному парню, на вид такому неприступному и грубому, а на деле нежному и доброму.

— Если позволишь, я расскажу Валентайну, что ты дала ему от ворот поворот, — попросил Ник, едва мы оказались в гостиной, удивительно пустой для такого времени суток.

Пожав в ответ плечами, я ответила, что мне самой следует сделать это. Конечно, Тэйлор не огорчится. Ведь так у него появится возможность пойти на зимний бал с той, кого он по-настоящему любит.

Как и у меня.

Я больше не хотела отказываться от своих чувств и своей любви. И если это Ник, так тому и быть. Сердце умнее. Ему лучше знать.

— У тебя скоро первый зачет? — уточнил Готтар, когда мы остановились перед дверью в нашу с Руби комнату.

Я забрала у парня свою сумку и кивнула.

— Могу помочь с подготовкой, — предложил он.

Я неуверенно покачала головой.

— Не стоит, — ответила наконец, понимая, что с таким помощником у меня есть все шансы вообще забыть о зачете.

— Хорошо, — кивнул парень. — Но может быть, мы тогда сходим куда-нибудь вместе? — Он заглянул мне в глаза. — Например, в эти выходные. В город, как я слышал, приехал цирк.

Вспомнив, как недавно отказала друзьям в этом же предложении, я покачала головой, решив быть серьезной и рассудительной вопреки желаниям сердца.

— Мне просто хочется больше быть с тобой, — сказал он.

— Тогда приходи на наши занятия с Коннором, — ответила парню. — Он вряд ли будет против.

Ник усмехнулся и потянулся ко мне, явно намереваясь поцеловать. Но я быстро открыла дверь и ускользнула от Готтара, подавив короткий смешок и чувствуя, как быстрее забилось сердце. В комнате оказалось пусто. Рубина и Эван куда-то ушли. Я глупо улыбнулась, а секунду спустя открыла дверь и тут же увидела Ника, продолжавшего стоять у порога с забавной огорченной физиономией. Тогда я сама быстро поцеловала его в губы, шепнув: «До встречи на ужине!» — после чего снова спряталась в комнате, счастливо улыбаясь и глядя на скелет, сидевший рядом с Бусинкой на подоконнике.

Кажется, жизнь налаживается, если не только я пришла к консенсусу с Ником, но и Бусинка вполне освоилась с Тобиасом, чей палец еще недавно едва не перегрызла и ни в какую не желала отдавать владельцу.

***

— Посмотрите, кто пришел! — Коннор бросил взгляд на Ника, вошедшего через портал в комнату. — Никогда не видел физиономии глупее, чем твоя, мой друг, — насмешливо заметил он, но тут же повернул голову и посмотрел на Валентайна, прилежно занимавшегося за столом, склонившись над учебниками. — Нет. Видел, — поправил сам себя староста.

Тэйлор, будто почувствовав взгляд друга, обернулся и показал ему кулак.

— Оставь свои шуточки, — проговорил Николас, подошел к своей части комнаты и присел на кровать.

— Мне смешно смотреть на вас, ребята, — ответил Грант. — Хотя и немного приятно. Вы оба светитесь. Со стороны это всегда выглядит забавно.

— По крайней мере, мы пригласили на зимний бал тех, кто нам нравится. — Отложив в сторону обычную шариковую ручку, Валентайн развернулся лицом к друзьям и уже серьезнее спросил, меняя тему разговора: — Решил, Ник? Будем рассказывать Кристине о том, что в академии объявился оборотень?

С лица Готтара тут же исчезла счастливая улыбка. Он встряхнул волосами и покачал головой.

— Я не знаю. Не хочу ее пугать. Просто буду всегда рядом.

— А мне кажется, она должна знать, — уже серьезно сказал Коннор. — И давай по-честному. Ты не сможешь быть все время с Кристиной рядом. Вы живете в разных комнатах, и достаточно далеко друг от друга. Ходите на разные пары. А если это нечто в академии, то Кристина постоянно под угрозой.

— Знать бы еще, что этому нечто нужно от Кристины, — заметил Тэйлор.

— И от тебя, — тут же продолжил мысль староста факультета. — Ты же не настолько наивный, чтобы не понимать: то, что произошло на озере, не случайность.

Валентайн прищурил глаза.

— Что может связывать тебя и Кристину? — немного ревниво спросил Ник.

Тэйлор лишь руками развел.

— Понятия не имею, но после этого случая Милс взяла у меня кровь, — ответил он.

— Неужели родство? — нахмурился Коннор.

— Вряд ли, — ответил Валентайн. — Она светлая, я — темный. Наши семьи никаким образом не связаны.

— И все же именно вы оба оказались под угрозой, — сказал Грант.

Староста поднялся на ноги и прошелся по комнате. Прежней веселости как не бывало. Он стал таким, каким его видели студенты и преподаватели: ответственным, серьезным и взрослым не по годам.

— В общем, я за то, чтобы предупредить Кристину, — проговорил Коннор. — Она вполне разумная девчонка, без склонности к истерикам. А сами понимаете, кто предупрежден, тот вооружен.

— Я тоже за, — кивнул Тэйлор.

Ник посмотрел на ребят. Несколько секунд он молчал, а затем тоже согласно кивнул.

— Хорошо. Но вы помните, что обещали присматривать за ней.

— Помним, — почти в унисон ответили парни.

— Кстати, — сказал Готтар, взглянув на Валентайна, — что сказал ректор по поводу твоей Тори? Это ведь из-за нее ты оказался на озере. И именно ее шарф валялся на льду.

Валентайн недовольно сдвинул брови. Ему не нравилось, что Викторию подозревают. Хотя в глубине души он и сам ощущал эту недосказанность и недоверие к бывшей девушке. Или уже не бывшей?

Определенно, им стоит поговорить по душам. И чем раньше, тем лучше.

— Там все в порядке. Она постоянно была на виду. И накки не указали на Тори.

— Зато указали на Милс, — проговорил Коннор.

Тэйлор взял в руки ручку.

— Да кто угодно может быть оборотнем, — бросил он резче, чем хотел. — А Виктория вернулась совсем недавно. Это исключает ее из числа подозреваемых.

Ник и Коннор переглянулись.

— А я бы проверил Тори, — спокойно заметил Ник. — Вдруг она и есть оборотень?

— Глупость, — буркнул Валентайн и, отвернувшись от остальных, демонстративно перелистнул страницу учебника, начав выписывать что-то из книги.

Друзья снова переглянулись и разошлись по своим углам, решив оставить эту тему на потом.

***

— Вы же не верите в то, что я доппельгангер, господин ректор? — спросила Милс, распрямляя спину над результатами своих исследований, когда Беркли встал рядом.

Йети смерил профессора взглядом, затем покачал головой.

— Я ни во что уже не верю, Милс. Каждый, кто находится в академии, может оказаться под подозрением, но давайте разберемся, что там с кровью Валентайна.

Женщина кивнула и протянула ладонь над предметным стеклом, какие обычно используются для работы с микроскопом. Йети потянул носом воздух, почти сразу уловив тонкий запах крови.

— Это кровь мистера Валентайна, — сказала Милс и шевельнула пальцами. Из ее ладони вниз потек чистый голубоватый свет.

Женщина подняла вторую руку и распростерла ладонь над вторым образцом крови. Проделала все то же, что и с кровью Тэйлора, застыв в ожидании, пока ректор посмотрит на результат.

— Хм, — только и сказал Беркли.

— И при этом они не брат и сестра, — кивнула профессор Милс. — В крови не обнаружено никакого родства, даже самого отдаленного. И между тем…

— Вижу, — кивнул ректор. Он выдержал паузу, затем сказал: — Но это многое объясняет.

— Уже сотню лет не происходило ничего подобного, — осторожно заметила Элеонора.

— Знаю. И мы теперь можем точно сказать, почему накки охотились за Валентайном. — Беркли сделал пасс рукой, и Милс сжала пальцы в кулаки. Свет перестал литься на образцы крови молодых магов, а профессор опустила руки и в ожидании посмотрела на Беркли.

— Теперь надо понять, кому именно потребовалась кровь нашей парочки, — вздохнул ректор.

— И для чего? — подсказала Милс.

— Для чего? — Беркли взглянул на собеседницу и покачал головой. — Кажется, я знаю ответ. Жаль, что с нами нет профессора Стоун. Она, как специалист в этой области, могла бы нам помочь. Вероятно, ее с этой целью и… — Он замолчал. — Я все еще надеюсь, что Миранда жива.

Йети обвел взглядом стены аудитории, словно не замечая бесчисленные полки с зельями и ингредиентами. Взгляд ректора был направлен куда-то глубже, за стены, окружавшие их с профессором Милс.

— Эта академия хранит множество тайн. И мне хочется верить, что мы сможем найти Миранду и оборотня.

Он резко повернул голову и посмотрел на женщину, стоящую рядом. Она нервно улыбнулась и, опустив взгляд, принялась собирать стекла, аккуратно упаковывая их в крошечные контейнеры.