Глава 25

Этим утром первым, что бросилось в глаза на пути в столовую, были люди и тролли, наполнившие коридоры Мортерея.

Все они что-то делали, и это «что-то» показалось мне странным.

Переглянувшись с Рубиной и Эваном, я встретила не менее удивленные взгляды.

— Они просматривают стены на потайные ходы? — предположила Рубина.

— А что, здесь есть такие? — спросила я.

— Еще бы, — кивнул Эван. — Академию никто не исследовал досконально. Говорят, она полна тайных комнат и потайных ходов, о которых знали лишь те, кто построил это здание. Часть, конечно, уже обнаружили, и ими пользуются преподаватели и те студенты, кто получил на это разрешение, — добавил парень, а я вспомнила картины и свою вылазку к подземному озеру, где увидела накки.

— Но опять же, не каждый может пройти за стену, — продолжил Эван, и мы подошли к лестнице, начав спуск.

— Все это очень странно! — проговорила Рубина, и я не могла с ней не согласиться.

Шагая за новоиспеченной парочкой — Рубиной и Эваном, — я отвлеклась на размышления и в красках вспомнила то, что произошло на озере с Тэйлором.

Итак, что я знала? Валентайну подбросили шарф, который принадлежал Виктории. Облили каким-то зельем, отчего у парня голову снесло. Вероятно, любовным. Только ведь он не признается! Тот еще гордец.

А кто у нас специалист по зельям?

Конечно же, Милс, заменяющая сейчас профессора Стоун.

Милс, которая брала у меня кровь по просьбе ректора, как он сам рассказал.

Так что, если это она? Но тогда для чего ей все это нужно? Пока неизвестна причина, в действиях нет смысла. А причину я не знаю, и, боюсь, не знает никто.

Я прибавила шаг, спеша за друзьями, а голова продолжала подбрасывать идеи.

А что, если это не Милс, а Стоун? Вот уж кто прекрасно знает про все зелья! А если предположить, вот хотя бы на минутку, что профессор Стоун подстроила нападение на себя саму, чтобы потом скрыться в тайных комнатах Мортерея и действовать незаметно? Никто ведь и не думает на нее! Все считают, что женщина пострадала от неизвестного!

Я вздохнула. Думать дурное про Стоун не хотелось. Правда, я помнила, как она изменила свое отношение ко мне в последнее время.

— Привет, Кристина! — произнес знакомый голос, стоило мне переступить порог столовой.

— Коннор! — Я подняла взгляд и улыбнулась. Староста факультета стоял у дверей и будто кого-то ждал. И я не сразу поняла, что именно меня.

Бросив взгляд вслед удаляющейся парочке и совсем не обижаясь на Рубину за то, что забыла обо мне, я посмотрела на Гранта, а затем увидела и его друзей, среди которых, конечно же, был Ник.

— Привет, — кивнул мне Валентайн.

Николас вышел вперед и, не стесняясь никого, вдруг обнял меня, наклонился и поцеловал в щеку. Я порадовалась, что не в губы. С него бы сталось!

— Идем, позавтракай, пожалуйста, с нами, — попросил Готтар. — Надо поговорить, — добавил он тихо и с улыбкой, которая, впрочем, не могла меня обмануть.

Судя по всему, разговор должен быть важным, раз он так смотрит. По глазам вижу, что случилось нечто из ряда вон или что они узнали что-то важное и хотят сообщить мне.

Но почему здесь? В столовой, где столько лишних глаз?

— Сядешь за наш столик? — попросил Валентайн, и я, посмотрев на блондина, снова почувствовала ту странную связь, что до сих пор была между нами.

— Сяду, — ответила быстро, и Тэйлор, толкнув локтем Николаса, насмешливо заявил, обращаясь к другу:

— Вот видишь, Ник! Я неотразим. Даже твоя девушка не смогла отказать мне, когда я попросил ее присоединиться к нам во время завтрака.

«Это кто у нас уже успел стать его девушкой? — подумала я весело. — Вот тебе и раз! Согласилась только на зимний бал, а меня уже возвели в ранг девушки Ника. Этак нас и поженить могут, не успеем оглянуться!»

Ник угрожающе шагнул на Тэйлора, но я поняла, что парни шутят, и лишь улыбнулась, глядя на них.

Николас проводил меня до стойки раздачи. Там я набрала полный поднос вкусностей и, не стесняясь, сунула его в руки Готтару. Пусть несет.

Он не противился и, как мне даже показалось, выглядел довольным. Все эти парни, подумалось мне, жуткие собственники. Ник не оказался исключением.

Кивнув Рубине, которая села за столик вместе с Эваном, я жестом показала, что присоединюсь к «драконам», и подруга понимающе улыбнулась в ответ. Особого огорчения от моего отсутствия за завтраком некромантка явно не испытывала.

— Итак, — проговорил Коннор, когда мы все оказались за одним столом, — у нас не так много времени для разговора.

Ник щелкнул пальцами, и вокруг воцарилась тишина.

Я быстро огляделась и поняла, что Готтар просто выстроил вокруг нас защитный купол, потому что остальные студенты продолжали есть и общаться, только беззвучно. Ни мы не слышали их, ни они нас.

— Коротко и ясно, Кристина, — обратился ко мне Николас, вдруг сделавшийся серьезным. — В академии появился доппельгангер.

Я нахмурилась. Этот вид оборотней был мне известен только по лекциям и страницам учебных пособий. Доппельгангеры — редкий вид перевертышей, способных принять любой облик, воспроизводя его до малейших подробностей. Встречаются крайне редко. Боятся серебра, как и другие подвиды этих существ. Если обычный оборотень всегда становится только животным: волком или медведем и прочее, то доппельгангер редко принимает облик животных. Его конек — люди.

— Это что, получается, что накки, указавшая на Милс, говорила правду? — предположила я.

— Вероятно. Но вряд ли это была именно профессор Милс, — согласился Ник.

Я нахмурилась и приступила к завтраку. Но есть совсем расхотелось, хотя я заставила себя проглотить кусок омлета.

— Ты должна быть осторожна, — сказал мне Ник. — Никуда не ходи одна. Если у тебя пары, то всегда держись однокурсников. Если хочешь посидеть в библиотеке над учебниками, зови меня, ну, или ребят, если я буду занят.

Я сначала хотела возразить, что не люблю, когда мне ограничивают свободное пространство, а потом поняла, насколько это глупо.

Ник беспокоится обо мне. Вся троица беспокоится. Стоит радоваться, что обзавелась такими друзьями, и быть благодарной за помощь.

— Хорошо, — сказала я.

— Тогда ешь. — Ник взглядом указал мне на тарелки, а затем поднял руку и постучал пальцем по стеклу наручных часов. — У тебя скоро первый зачет, да?

— Да.

— Удачи. Впрочем, я знаю, что ты все сдашь, — добавил Готтар.

Я кивнула, а парень вдруг взял мою руку и вложил в нее что-то теплое.

Коннор и Валентайн переглянулись, а я посмотрела вниз и увидела, что в моей ладони лежит браслет. Серебро нагрелось от тепла рук Николаса, и это тепло передавалось мне.

— Надень и не снимай. Оборотни боятся серебра, помни это, — велел мне парень.

Я снова кивнула, ощутив волну благодарности за его заботу. Поспешно опустив взгляд, надела на запястье подарок и прикрыла его рукавом, чтобы никто не заметил. Затем поправила мантию и продолжила есть.

***

— Я решил, что сегодня у вас будут тесты.

Профессор Фортескью прошелся по аудитории, лично раскладывая перед студентами двойные листы и магические перья.

— Так как это лишь зачет, а не экзамен, пусть он будет для вас удачным стартом, — продолжил мужчина, а закончив раздавать листы, занял место за кафедрой и важно сказал: — Но не думайте, что на экзамене я проявлю подобную снисходительность. Так что в конце года, когда вы будете сдавать мой предмет в числе обязательных, советую готовиться как следует, чтобы задания вами щелкались как орехи. Я понятно объяснил?

— Понятно, сэр! — ответил нестройный хор голосов.

— Итак, — Фортескью опустил взгляд на часы, — у вас целый час времени. Кто справится раньше остальных и с минимальными ошибками, получит бонусом один балл сверху. Поэтому я прошу вас по завершении теста написать время на уголке листа. Обманывать не советую. Ручки магические и контролируют время.

Профессор щелкнул пальцами, и рядом с кафедрой материализовалось кресло. Он сел в него, важно оглядев аудиторию и студентов, кивнул и улыбнулся.

Я опустила взгляд на тестовые листы. Еще секунду назад девственно-белые, они начали меняться. На поверхности проступили буквы и цифры, и аудитория наполнилась шуршанием бумаги и скрипом перьев.

Подавив волнение, я приступила к изучению вопросов и ответов. На каждый вопрос было три варианта ответа, причем завуалированные так, что порой приходилось ломать голову, чтобы выбрать правильный.

Я пыхтела, призывая все знания, которые успела почерпнуть за время обучения в Мортерее, и надеялась, что все получится. Только время от времени бросала взгляд на браслет, который Николас дал мне за завтраком.

Металл до сих пор хранил тепло его руки. Иначе как магией я бы это не назвала. Но было очень приятно, что Готтар заботится обо мне.

Ниже, через ряд, сидел Эван. Я бросила взгляд на его спину и поняла, что парень совсем не напряжен. Он отлично знал материал, да и вообще был одним из лучших на нашем курсе. Особенно в теории. Поэтому я и не удивилась, когда Эван первым закончил тест. Отложив перо, он поднялся и спустился к профессору.

— Андерс? — улыбнулся Фортескью. — Вы первый? Похвально. И почему я не удивлен?

Эван положил на стол у кафедры свою работу, поклонился преподавателю и покинул аудиторию. Но, уже уходя, на миг остановился у двери. Он нашел меня взглядом и улыбнулся, явно намереваясь поддержать, а затем ушел, и я с головой погрузилась в тесты.

***

— Как сдала? — Рубина подпрыгнула ко мне и вопросительно заглянула в лицо.

Я пожала плечами.

— А кто его знает, — ответила неуверенно. — Но я старалась. Правда. Результат повесят завтра в общей гостиной.

Некромантка кивнула и сказала:

— А я вроде на отлично все сделала. Вот просто чувствую, что у меня получилось. Да и предмет — один из любимых.

Я кивнула подруге и подошла к Бусинке. Цветок зашевелил листьями, но не сделал и попытки плюнуть в меня.

— Есть хочешь? — спросила я, и Бусинка кивнула.

Я оглянулась на подругу.

— Пойду на кухню. Надо принести мяса этой обжорке, — сказала и тут же вспомнила, что обещала Николасу не ходить никуда одна. Значит, надо сначала пойти к парням и попросить кого-то из них сопровождать меня. Неудобно, конечно. Да и теперь, когда первый зачет остался позади, а напряжение немного спало, я вдруг подумала: а чего мне, собственно, бояться днем в академии? Ведь сейчас замок полон студентов. Вряд ли на меня нападут посреди бела дня, да еще и в переполненном народом здании! Но совесть, этакая вредная часть меня, велела выполнить обещание. Поэтому я вышла из комнаты и, пройдя через общую гостиную, прямиком направилась к картине, за которой находилась комната «драконов».

Стучать по портрету было как-то странно. Тем не менее я это сделала, надеясь, что буду услышана. Выждав несколько секунд, шагнула вперед, намереваясь войти, и почти сразу ткнулась носом в полотно портрета.

За спиной послышался смех. Я резко обернулась и увидела «кукол». Три девчонки сидели за ближайшим ко мне столиком, смотрели на меня и покатывались со смеху.

— Очень смешно, — буркнула я.

— А там закрыто, — ответила Сабрина. — Валентайн гостей принимает.

— Точнее, гостью, — захихикали подружки главной «куклы».

Я нахмурилась. Ответ был очевиден: Тэйлор в комнате с Викторией, поэтому и закрылся. Наверное, объясняется ей в чувствах или приглашает на зимний бал. А кто я такая, чтобы мешать влюбленным?

Вот только тогда придется идти в кухню за мясом для Бусинки одной. Ник, если узнает о таком, по голове меня не погладит.

— Что? — продолжили веселиться «куклы». — Не получилось окрутить Валентайна? Решила, что с Ником лучше выйдет?

Я махнула на них рукой. Что с дураками разговаривать? А сама отошла от двери и задумалась. Нет. Одна все же не пойду. Попрошу Эвана сопровождать меня. Он не откажет. Однако теперь я вдруг поняла, что не знаю, в какой комнате обитает Грант.

Прошествовав назад к лестнице, вернулась в нашу с Руби комнату. Подругу застала лежащей на животе. Она читала свои конспекты и готовилась к следующему зачету. А увидев меня, удивленно изогнула брови.

— Ты что-то очень быстро.

Я решила с ходу взять быка за рога и спросила:

— Слушай, Руби, можешь одолжить мне Эвана? Надо, чтобы кто-то помог мне донести мясо для Бусинки.

— Не вопрос, — отозвалась некромантка. — Думаю, он сейчас у себя.

— А где у себя? — уточнила я. — Просто я понятия не имею, в какой комнате живет Эван.

— А! — протянула Рубина. — Вот оно что! — И со смехом объяснила, как найти парня.

Поблагодарив подругу, я снова вышла.

У комнаты Эвана на секунду остановилась, прежде чем решительно постучать. Несколько секунд ответом мне была тишина. Когда я уже было решила, что и здесь потерпела неудачу, дверь открылась и на пороге появился какой-то парень. Наверное, сосед Андерса. Я попыталась припомнить, видела ли его в академии, и поняла, что да, но мельком. Мы не общались и не были представлены друг другу.

— Привет, — сказала я. — А Эван здесь?

Парень почесал густую шевелюру и, отступив, пропустил меня в комнату.

— Он вышел, но скоро будет, так что заходи, подождешь его здесь, — добавил он и, закрыв за мной дверь, представился: — А я Томас.

— Кристина, — ответила вежливо.

Парень предложил мне присесть, а сам занял стул за письменным столом, за которым, судя по всему, занимался до моего прихода.

Оглядевшись, прошлась по комнате. На стороне Томаса, если я правильно оценила расстановку вещей, царил полнейший бардак. Та часть комнаты, где жил Эван, отличалась почти идеальным порядком. Кровать была застелена, на стуле и подоконнике не было ничего лишнего. На стене над кроватью Андерса было прибито несколько полок, заставленных книгами, и я, чтобы как-то сократить время ожидания и отвлечься, подошла и принялась изучать корешки.

Здесь были история магии, древнейшая история, учебник темной и светлой магии, монстрология в нескольких томах, принципы погружения в прошлое, искусство магии крови и прочее, прочее. Я заметила, что Эван изучает даже больше, чем было необходимо.

— Ты подружка подружки Эвана? — спросил Томас, прервав штудирование учебника.

— Ну да, — кивнула я, оглянувшись на парня.

— А ты с кем-то идешь на зимний бал? — вдруг оживился студент.

— Да, — ответила и вспомнила Ника.

— Эх, — вздохнул Томас, а я усмехнулась.

За спиной открылась дверь, и, повернувшись на звук, я увидела Эвана. В руках Андерс держал какие-то свертки, а при виде меня искренне удивился.

— Ты? Здесь?

— Я ее впустил, — не оглядываясь, объяснил Томас.

— Понятно. — Эван прошмыгнул мимо меня и принялся быстро складывать свою ношу в выдвижной ящик стола. Мне показалось, что запахло какими-то травами, кажется мятой или чем-то похожим. Наверняка Эван собирался приготовить что-то из зелий.

— Что будешь готовить? — поинтересовалась я весело.

— Ничего, — как-то резко ответил парень и быстро закрыл ящик.

Я нахмурилась. Поведение Эвана вызывало подозрения, как и то, как он суетился. И то, как хотел, чтобы я не увидела, что он там прячет.

— Ты какой-то странный, — проговорила тихо.

— Ты только заметила? — фыркнул Томас.

— Очень смешно, — ответил нам обоим Эван и спросил: — Что-то случилось, Крис?

— Нет. — Я никак не могла избавиться от ощущения, что стала невольной свидетельницей того, чего не должна была видеть. — Просто я пришла попросить тебя помочь мне с доставкой мяса для Бусинки.

— А, — кивнул студент. — Сейчас! — Он снял мантию, аккуратно повесил ее на вешалку и повернулся ко мне со словами: — Я весь к вашим услугам, мадам!

***

Эван мне нравился. Очень нравился. Он был хорошим другом, да и просто отличным парнем, каких поискать. Но то, что произошло сегодня, насторожило меня. Когда, накормив Бусинку, мы остались с Руби наедине (Эван ушел готовиться к очередному зачету), я взяла учебник по зельям и, забравшись на постель с ногами, открыла раздел «Приворотные зелья».

Рубина скользнула взглядом по увесистому тому в моих руках и спросила:

— А разве у вас не колодезная мгла идет следующим зачетом?

— Да. Она, — не отрываясь от книги, ответила я, листая одну страницу за другой и бегло изучая простейшие зелья, которые доступно приготовить без каких-то особых и редких ингредиентов.

— Не переживаешь, как сдашь Трейлону? Он очень требовательный препод.

Я пожала плечами. Конечно, я переживала. Особенно после того, как разозлила призрака, когда убежала с его пары. Причина, конечно, была веская, но мне показалось, что Трейлон не из тех, кто закрывает глаза на подобное поведение.

— Я надеюсь, что он вообще меня допустит, — призналась подруге.

Она фыркнула, а я перелистнула страницу и остановила взгляд на описании легкого приворотного зелья, в котором среди ингредиентов значилась конская мята. Бегло пробежав взглядом по списку компонентов и способу приготовления, я подняла взгляд на Рубину. Подруга снова взялась за учебник, явно пытаясь сосредоточиться на подготовке.

— Слушай, Руби, — позвала я девушку.

Она с готовностью обернулась.

— А от Эвана, — я замялась, понимая, как нелепо подобное может звучать, — от него не пахнет мятой, ну, когда он приходит и вы целуетесь?

— Кристина! — наигранно возмутилась некромантка, а затем весело расхохоталась. — Что? Ты тоже уловила этот запах? А знаешь, мне нравится. Правда, пахнет от него, только когда мы близко-близко. — Она сделала загадочные глаза. — Ну, ты меня понимаешь. Вы ведь тоже с Николасом целуетесь, когда остаетесь одни?

Она продолжала что-то щебетать, а я улыбалась и пыталась слушать, но понимала, что отвлекаюсь на совсем другие мысли.

Среди тех трав, которые Эван принес в свою комнату, определенно была конская мята. Ее сильный запах перебивал остальные! И он так испугался, увидев меня у себя! Все это неспроста!

Рубине Эван не нравился. А затем резко, после всего одного поцелуя, она изменила свое отношение к нему. Я еще тогда заподозрила неладное, а теперь была почти убеждена в том, что Эван приворожил Рубину.

Не хотелось думать такое о своем друге, но все свидетельствовало против него.

— Да ты меня совсем не слушаешь, — обиделась Рубина.

Я встряхнула волосами.

— Ой, нет. Извини, отвлеклась. Задумалась о предстоящем зачете.

Рубина подозрительно прищурилась, но уже секунду спустя сказала:

— Ясно. Ничего. Каждый испытывает волнение по-своему. Давай тогда заниматься.

— Давай, — согласилась я. Перечитав рецепт зелья, решила, что не стану говорить Руби о своей догадке, а сначала поговорю с Эваном и попрошу его остановиться, если парень, конечно, делает то, в чем я его подозреваю.

***

На зачет к Трейлону шла с подрагивающими руками и ногами. Не то чтобы я не знала материал, просто я училась в академии всего ничего, и, соответственно, как бы ни занималась, за пару месяцев догнать объем знаний, который остальные студенты на моем курсе накапливали годами, было сложно. Я выложилась как могла, так как не надеялась на снисхождение призрака, но даже после этого не была уверена в себе на все сто. Не после того, как своенравно покинула его пару. Сомневаюсь, чтобы уважительная причина была так уж важна для Трейлона.

— Не переживай, он же не зверь! — напутствовала меня Рубина перед тем, как мы вместе покинули комнату и спустились вниз.

— Ну да. Он просто призрак. А я сомневаюсь, что они испытывают какие-то чувства.

— Зря, — убежденно заявила подруга. — Да и призраками, поверь, просто так не становятся. Ты ведь читала о них в истории по нежити и прочим существам?

Читала? Да. Но именно про призраков и тонкости их душевной организации…

Наверное, забыла или пропустила эту часть. У нас в Сирин интересовались подобными вещами меньше, чем целительством.

Я машинально поискала взглядом Николаса, но затем вспомнила, что у него сегодня экзамен по драконографии, и поняла: парень ушел раньше, так как они всем курсом собирались в аудитории, откуда должны были переместиться к гнездам, за которыми присматривали и ухаживали целый семестр. А жаль. Мне бы очень не помешала его поддержка, хотя бы на словах. Да и просто я, кажется, соскучилась по нему.

Поймав себя на подобной мысли, невольно улыбнулась и присоединилась к своей группе — тем несчастным, кто отправлялся на заклание к Ариусу Трейлону.

В подземной аудитории оказалось на удивление пусто. Зато все места были пронумерованы, так что каждый из студентов занял именно свое. Мы расселись. Я посмотрела на пляшущее синее пламя и запоздало подумала о том, что огонь приобретает такой цвет в близости от нечисти. Это показалось немного странным.

Я устремила взгляд в сторону портрета, тонувшего во мраке. Ни разу не видела, кто на нем изображен. А может быть, это вообще и не портрет, а какая-нибудь старая картина, особенно любимая Трейлоном?

Призрак возник так неожиданно, что я вздрогнула. Синее прозрачное тело мужчины появилось над кафедрой. Он завис в воздухе с переплетенными на груди руками, взглянул на нас с важным и немного зловещим видом и сказал:

— Господа студенты, рад приветствовать вас на зачете по колодезной мгле. Как вы понимаете, данный зачет будет практическим, и в ваших же интересах было хорошо подготовиться к нему.

Я вздохнула, поймав на себе пристальный взгляд профессора. Впрочем, уже секунду спустя он смотрел на студента, сидевшего рядом ниже.

— Вы все обратили внимание, что для нашего зачета все готово. Но задание будет непростое. Я предлагаю вам сегодня погрузиться в прошлое. Мы проходили контроль над погружениями в прошлом году. Знаю, задача непростая, но и вы не худшие студенты.

Ребята в аудитории заворчали. Эван, сидевший ниже меня с левой стороны, оглянулся, и наши взгляды встретились.

«А что, я должна так уметь?» — спросила я парня одними глазами, понимая, что за озвучку своих мыслей получу нагоняй от профессора.

«Да!» — кивнул Эван, правильно прочитав мой взгляд.

«Ну все!» — вздохнула я. У меня той практики было кот наплакал. Я не умею контролировать процесс. Да и не сам ли профессор не так давно говорил, что это сложно и что порой студента может затянуть в любое из направлений? То ли в прошлое, то ли в будущее.

За несколько занятий, которые у меня были, я успела погрузиться и туда[JP7] и сюда. Причем в последний раз именно благодаря практике по мгле нам с парнями удалось спасти Валентайна. Но получится ли самой заставить себя отправиться именно в прошлое? Тот еще вопрос.

А еще интересно, как он будет это проверять, подумала я, и тут Трейлон, будто услышав мои мысли, сказал:

— Я проверю каждого. Так что приступайте. У вас полтора часа на то, чтобы выполнить задание. Кто не сдаст сегодня, попадет на пересдачу. Кто провалит и ее… — продолжил профессор и зловеще замолчал. И из его молчания я сделала вывод: лучше сдать сразу, дабы не иметь проблемы.

Вопрос в том как.

Студенты взялись за свои кольца, наполняя их тьмой, а профессор обратил внимание на меня. Он подплыл и, склонившись, сказал:

— А теперь вы, мисс Кларк.

Ой, как мне не понравилось это его «А теперь вы…».

— Да, господин профессор. — Я выдавила мучительную улыбку и поняла, что Трейлону понравилось видеть мои нерешительность и страх.

— Господин ректор лично попросил меня быть снисходительнее к вам как к новенькой, — сказал Трейлон. — Лично я не в восторге от подобной просьбы, но, увы, к вашему счастью, не могу ее проигнорировать. Ректор Беркли пояснил свое особое отношение к вам только тем фактом, что вы не могли достойно подготовиться за относительно небольшой срок своего пребывания в Мортерее. Поэтому вам не требуется погрузиться именно в прошлое. Вы можете просто попрактиковаться, и я поставлю вам зачет, но только в том случае, если вы сможете увидеть хоть что-то из своего прошлого, — он выдержал паузу, — или будущего. А на будущее, студентка Кларк, прошу запомнить: я не люблю, когда мои студенты без объяснения причины покидают мои занятия. Это понятно?

— Да, сэр! — ответила я, испытывая одновременно облегчение и злость. Облегчение потому, что зачет я сдам. А злость потому, что Трейлон дал мне понять, что имеет на меня зуб.

Я не стала объяснять профессору, что причина, по которой я тогда покинула его пару, была важной. Не сомневаюсь, он и так прекрасно знал об этом — Беркли, несомненно, объяснил. И все равно призрак злился на меня. В будущем стоит быть с ним осторожной.

— Прекрасно, — кивнул Трейлон. — Люблю, когда люди понимают друг друга, — добавил он и отплыл прочь. Я же собралась с силами, вцепилась в кольцо и выпустила силу.

К моему облегчению, тьма в этот раз послушалась меня, и миг спустя, наклонив голову, я погрузилась в то, что собиралось показать мне кольцо, надеясь, что это будет прошлое, а не страшное будущее.

***

Вообще, если забыть о том, что показало мне кольцо в прошлый раз, то это можно было бы назвать интересным. Не каждому магу везет увидеть события дней минувших или то, что вскорости грядет. Я пыталась настроить себя на положительный лад, но, когда открыла глаза по ту сторону кольца, увидела, что нахожусь все там же. В аудитории профессора Трейлона. Вот только вокруг нет ни души.

Помещение было пустым. Слабо горели синие светильники, чадя дымом. За длинными партами отсутствовали студенты. И только я одна сидела за столом и удивленно озиралась по сторонам.

— Эй! — позвала я, решив, что это игра воображения.

Что, если у меня не получилось в этот раз поработать с кольцом? Что, если оно просто усыпило меня? Зачет закончился и все ушли, оставив нерадивую студентку спать дальше?

Но нет! Эван ни за что не оставил бы меня, подумала я и поднялась на ноги, решив осмотреться.

Наверное, я все же переместилась и кольцо желает показать мне будущее…

…или прошлое?

— Эй! — повторила немного громче. — Есть здесь кто-нибудь?

Ответом была тишина, и я спустилась к кафедре, надеясь, что вот сейчас передо мной появится Трейлон. Ведь он должен был каким-то образом следить за выполнением нашего задания? Но, простояв минут пять, я поняла: призрак не появится. По крайней мере, не сейчас.

— Ну и что мне делать? — спросила пустоту.

Один из магических огней затрещал, и я едва не подпрыгнула на месте. Отчего-то представила себе опустевшую академию, и в ее стенах мне стало совсем не по себе. А ведь раньше я даже не задумывалась о том, насколько страшно в таких огромных зданиях!

Обхватив себя руками, вдруг ощутила всю сырость подземелья. Оглядевшись еще раз, остановила взор на картине, точнее, как я подозревала, портрете, скрытом во тьме. Наверное, не стоило совать свой нос туда, куда не следует. Ведь не просто так Трейлон скрыл от посторонних взглядов эту картину. Но я решила воспользоваться случаем, пока рядом никого не было (все же это мое видение или чье?), и направилась вперед, одновременно выпуская магию в попытке зажечь пламя на ладони, чтобы осветить портрет. Каково же было мое удивление, когда магия не отозвалась. Ни одна из них. Ни темная, ни светлая.

— Драконьи лапы, — зачем-то выругалась я и решительно сняла со стены светильник, пламя в котором взметнулось выше, но руку не обожгло.

— Вот и хорошо. — Я улыбнулась и подошла к портрету.

Тьма вокруг него была настолько глубокой, что даже при ближайшем рассмотрении невозможно было разглядеть то, что изобразил на холсте художник. Но я была бы не я, если бы не подняла светильник, поднеся его вплотную к полотну.

Пламя взметнулось вновь, затрещало, разгоняя темноту, вившуюся как густой туман удивительно черного цвета, и вот я увидела портрет, отливавший синим из-за цвета огня.

— Надо же! — произнесла я и усмехнулась.

А что я ждала увидеть в кабинете Трейлона? Сцену охоты или девицу в неглиже?

Конечно же, на портрете был изображен сам Трейлон, но еще молодой, полный жизни. Художнику удалось передать горящий взгляд мужчины и эти поджатые губы, словно подчеркивавшие его отношение ко всем: пренебрежительное, надменное.

Кажется, человеком профессор Трейлон был крайне самоуверенным и неприятным типом. Но я скользнула взглядом дальше и посмотрела на женщину, которая стояла рядом с магом. Молодая, красивая, тоненькая, словно тростинка, она смотрела спокойно и уверенно и казалась очень живой. А еще она была словно знакома мне. Будто мы встречались раньше.

Но этого просто быть не могло. Подозреваю, что девице на холсте, если бы она, конечно, смогла прожить так долго, сейчас было бы …ста лет с гаком. То есть эта дама давно почила, если не стала призраком, как и Ариус Трейлон.

— Интересно, кто она профессору? — спросила я тишину.

Жена? Невеста? Сестра? Ну да, они непохожи, но бывает же так, что сын в маму, а дочь в отца. Или наоборот.

Но я тут же прогнала любую мысль о родстве пары, потому что увидела, как властно обнимает свою подругу наш надменный профессор-призрак.

Определенно, эти двое состояли в романтических отношениях. Хотя ума не приложу, кто бы мог полюбить такого вредного гордеца.

Я отступила от портрета, когда вдруг ощутила чужое присутствие. Словно рядом повеяло ледяным ветром.

Резко оглянувшись, поспешила к своей парте, забыв вернуть светильник на место, однако на полпути меня остановил неожиданно возникший призрак Трейлона.

— Ох, — проговорила я, и порыв ветра, последовавший за появлением прозрачного мужчины, задул синее пламя в моей руке.

— И что это вы тут делаете, Кларк? — сухо спросил призрак.

— Не знаю, профессор. Меня сюда затянуло кольцо. Я даже не поняла, в каком времени оказалась.

Он прищурил глаза и бросил быстрый взгляд мне за спину, туда, где клубы тьмы снова затянули портрет пары.

— И как долго вы здесь находитесь, Кларк? — спросил призрак холодно.

— Да всего ничего, сэр, — ответила я. — Хотела оглядеться. Думала даже пойти наверх, в холл, но тут появились вы и…

Он кивнул.

— Хорошо, если так, как вы говорите, Кларк. А теперь мы возвращаемся. — Он исчез, а меня окутало морозным воздухом, и спустя секунду я открыла глаза и оказалась за своей партой, застыв над кольцом, свет внутри которого погас.

Подняв взгляд, я увидела, что вокруг сидят студенты, а профессор Трейлон, заложив руки за спину, плавает над нами, как хищная акула, высматривающая жертву в океане. Тут он поднял взгляд и устремил его на меня.

— Можете идти, Кларк. Я засчитал вам зачет.

— Спасибо, сэр! — Я быстро собрала сумку, оглядела застывших ребят, которые еще были погружены в свои видения, а затем спустилась к кафедре и, миновав Трейлона, поспешила прочь из подземной аудитории.

Пока поднималась по лестнице к двери, за которой начинался просторный холл, успела подумать о том, почему кольцо забросило меня именно в это видение. Что все могло означать?

До сих пор мои видения открывали мне прошлое или будущее и были при этом важны. Что, если увиденное сегодня тоже не менее важно?

Что, если этот портрет играет какую-то роль в моей судьбе и в тех тайнах, которые меня окружают?

Отчаянно захотелось поговорить с Ником, и я поспешила в общагу, надеясь, что встречу парня там. А даже если и не встречу, то буду ждать, пока вернется.

И это показалось мне разумным. Шагая по холлу академии, я так задумалась, что совсем забыла о своем обещании не ходить по Мортерею одна.