Глава 4

Я вошла в аудиторию вместе с финальным ударом гонга, да так и застыла, запрокинув голову и рассматривая ряды парт, уходившие вверх от кафедры.

— Сколько темных! — прошептала невольно. Светлая часть меня возмутилась и немного напряглась.

В спину толкнули, и я, оглянувшись, увидела Рубину. Некромантка махнула мне рукой и побежала дальше по коридору в сторону своей аудитории, а я переступила порог, почти привычно заметив, что сразу же привлекла внимание всех собравшихся в помещении. Это придется пережить.

— Ну же, мисс Кларк! Не задерживаем остальных, — сказала женщина-профессор, стоявшая за кафедрой и внимательно смотревшая на меня.

— Здравствуйте, — ответила я.

— Занимайте свободное место, — взмахнула рукой профессор, и я поплелась на первый ряд, который, как это часто случается, пустовал. Мой единственный сосед, парень с лохматой шевелюрой, сидел в дальнем конце длинной парты и на меня едва взглянул, прежде чем снова перевел взгляд на профессора.

Присев, я достала из сумки тетрадь, затем по знаку преподавателя все студенты встали, приветствуя профессора, и сели, лишь когда она, кивнув в ответ, развернула свой журнал.

— Прежде чем мы начнем лекцию по теории проклятий, я хотела бы познакомить всех вас с новой студенткой академии Мортерей, — проговорила профессор и жестом велела мне подняться.

Я повиновалась, чувствуя, что и без слов преподавателя привлекаю внимание, хотя бы цветом своих волос, слишком ярких, горевших, словно фонарь во тьме, но все равно было очень неприятно терпеть на себе чужие и в своем большинстве недобродушные взгляды.

— Итак, дорогие студенты, поприветствуйте свою новую однокурсницу. Мисс Кларк перевелась к нам из академии Сирин, где проучилась в течение трех с лишним лет.

По аудитории поползли шепотки. Кто-то произнес:

— Значит, это правда?

А еще я услышала, как кто-то сказал:

— И как она будет учиться среди темных?

Профессор улыбнулась мне и продолжила:

— Я искренне надеюсь, что все вы, понимая сложности мисс Кларк, не откажете ей в помощи, поделитесь лекциями, опытом и просто поддержите ее.

Я огляделась и улыбнулась новым сокурсникам, жалея, что первая пара у нас с Рубиной не совпала. Всегда проще вливаться в коллектив, когда в нем уже есть знакомые.

— Итак, мисс Кларк, присаживайтесь. Все открываем тетради и записываем название лекции, — произнесла профессор. — И да, Терренс, к вам отдельная просьба тщательно конспектировать мои лекции, чтобы не было как в прошлом году, — добавила она, устремив взгляд куда-то наверх.

Я услышала веселые смешки, а затем какой-то парень недовольно проговорил:

— Ну вот зачем напоминать? Я конспектирую! Конспектирую!

— Отлично, — улыбнулась преподаватель и, сделав какую-то запись в журнале, быстро продолжила: — Тема нашей сегодняшней лекции — виды необратимых проклятий и способы защиты от них.

— Так как же от них защититься, профессор Смоллет, если они необратимые? — со смехом спросил кто-то из парней-студентов.

— Вы невнимательно слушали, Терренс, — спокойно ответила женщина. — Я говорила про способы защиты от них. Это означает защититься до того, как на вас наложат одно из таких неприятных заклятий. И если вы станете отвлекаться, как сейчас, то рискуете на себе прочувствовать это заклятие. Насколько я помню, вы у нас на факультете боевой магии, не так ли?

Студенты рассмеялись. Я выдавила улыбку, не совсем разделяя общее веселье.

— А… — протянул Терренс, и студенты снова рассмеялись.

Послушно записав название лекции, я сосредоточенно старалась внимать словам профессора. Но все равно оставалось неуютное ощущение новизны всего, что меня окружало. От аудитории до тех, кто находился в ней. И даже профессор была чужой. По крайней мере, пока. Как итог — лекция, несмотря на то что была интересной, познавательной, а сама профессор Смоллет имела талант оратора, тянулась словно резиновая. И я ловила себя на мысли, что мне стоит как можно быстрее перестроиться и заставить себя учиться. Иначе могу, как этот весельчак Терренс, загреметь на второй год, что совсем не обрадует ба. Ведь мы, Кларки, всегда были в числе лучших. И я не должна стать исключением из правил, даже несмотря на такую резкую перемену в моей жизни.

***

Лекция сменилась практическим занятием по зельеварению, где я пока лишь стояла в сторонке и наблюдала за тем, как работают остальные. Добродушная полнотелая профессор Миранда Стоун показала мне мое место в огромной закрытой аудитории, где не было ни одного окна. Выделила медный котелок и определенное количество ингредиентов, велев приготовить самый простой из ядов по учебнику, который выдала здесь же. Остальные студенты трудились над созданием противоядия от укуса василиска, мне пока неподвластного из-за сложности процесса и отсутствия у меня необходимых знаний.

Я готовила старательно. Профессор Стоун часто подходила, помогала или просто смотрела, как продвигается дело. В итоге, когда варево было готово, она лично проверила его на странном цветке, который принесла в аудиторию. Цветок был похож на тюльпан, очень яркий, с нежными лепестками. Впрочем, на этом сходство и заканчивалось, потому что внутри у цветка оказались еще лепестки, но уже с жуткими зубами длиной с фалангу моего пальца, а еще это детище флоры плевалось в неосторожных студентов странной желтой жидкостью из пестика ядовито-желтого цвета. Те, на кого попадала жидкость, тут же вопили и начинали дымиться, и приходилось профессору Стоун снимать действие яда от своей флористической любимицы.

Зато на цветке, как оказалось, и проверяли все приготовленные яды.

— А оно не сдохнет? — усомнилась я, когда Миранда взяла приготовленный мной флакон с изумрудной жидкостью и начала поливать землю под своим питомцем.

— О нет! Не волнуйтесь, моя дорогая, — широко улыбнулась профессор. — Бусинка у меня отличный детектор качества ядов. Если яд приготовлен правильно, она остается красной, если же нет, то чернеет.

— Бусинка? — повторила я и, бросив взгляд на цветок, едва успела отпрыгнуть в сторону, когда тюльпанище решило плюнуть и в меня, видимо забавы ради. К слову, плевалась Бусинка во всех, кроме профессора Стоун, которой позволяла поливать себя, подозреваю, не только одними ядами.

Нет, определенно, эта академия меня еще не раз удивит, решила я, глядя, как цветок, испив моего зелья, почернел и снова плюнул в меня, уже, видимо, со злости, словно говоря: безрукий ты светлячок, новенькая.

Заметив реакцию Бусинки, профессор Стоун покачала головой, вернула мне флакон и велела:

— До конца пары еще достаточно времени, мисс Кларк. Попробуйте еще. Я уверена, у вас получится. — Женщина улыбнулась такой светлой улыбкой, что я сильно засомневалась, на своем ли она месте. Не похожа была госпожа преподаватель на темного мага. Но возможно, это я просто неправильно представляла себе темных?

— Хорошо, госпожа профессор, — сказала я и принялась снова готовить яд.

Что и говорить, когда яд был готов, а профессор Стоун полила им свою Бусинку, чудовищный цветок, вероятно мне назло, снова сделался черным, а значит, зелье оказалось приготовлено неправильно.

— Не огорчайтесь, мисс Кларк, — проговорила Миранда, — в следующий раз у вас обязательно получится.

Она ободряюще мне улыбнулась, и по удару гонга вместе с группой мы покинули аудиторию, чтобы отправиться на лекцию по истории темной магии.

***

С Рубиной мы встретились после пар. Признаться, я обрадовалась, когда увидела свою соседку, сидящую за отдельным столиком в столовой. Некромантка тоже заметила меня, приветливо вскинула руку, приглашая присоединиться к ней, что я и поспешила сделать.

Набрав полный поднос еды, направилась к Рубине, при этом бегло оглядев обеденный зал и убедившись, что Николаса и его друзей здесь нет. И если отсутствию Готтара я была рада, то его друга, Тэйлора Валентайна, не отказалась бы увидеть снова.

— Как прошел первый день? — спросила Рубина, едва я поставила поднос и села напротив нее. Как и во время завтрака, Рубина была без компании, не считая меня. Это немного удивило, но я промолчала на этот счет.

— Сносно. Но у меня пока ничего не получается. Я провалила приготовление самого примитивного яда, хотя по зельям в Сирин у меня были только пятерки, — ответила я и принялась за еду.

— Ты просто не дозрела готовить яды. Это не каждому дано. Зельеварение у темных та еще штука, — усмехнулась Рубина. — Это тебе не лекарственные припарки делать.

— Много ты понимаешь в этих припарках, — ответила я, взглянув на некромантку. — Наши припарки лечат то, что не может исцелить ваша темная магия.

— Наша темная магия, — поправила меня девушка. — Привыкай, теперь ты тоже темная. Твой светлый дар постепенно сойдет на нет, и будешь ты темнее не бывает.

Рубина сказала то же, что и ректор академии. Умом я понимала, что так тому и быть, но внутри зрел какой-то протест.

— Давай после обеда я покажу тебе академию, — предложила Рубина. — Ты же должна знать, что здесь и где находится, ведь я не смогу постоянно возиться с тобой и будто нянька водить по аудиториям. А сама ты будешь долго во всем разбираться.

— Хорошо, — кивнула я.

— Покажу основное — библиотеку, аудитории для физической и практической подготовки, дендрарий, где мы выращиваем растения и деревья, необходимые для приготовления самых простых зелий, и нашу лавку «Все для всех».

— Лавку? — заинтересовалась я.

— Да. Там особо пронырливые тролли продают чернила, бумагу, тетради и прочие необходимые для бедных студентов вещи по приемлемой цене. А еще неподалеку есть пара поселков и один небольшой городок, куда можно отправиться в свободное от учебы время. Там можно приобрести всякие бытовые мелочи, такие как зубная паста, белье, мыло…

— Очень познавательно, — закончив с котлетой, высказалась я.

— Надо же где-то проводить выходные студентам, — усмехнулась Рубина. — А там, помимо магазинов, есть еще и парочка пабов, в которых подают недурственное пиво.

Пабы… пиво…

Я пожала плечами. Лично я приехала сюда учиться. А если буду ходить по таким разного рода увеселительным заведениям, то точно останусь на второй год.

— Мне это не особо интересно, — ответила Рубине. — А вот академию я бы посмотрела с удовольствием.

— Хорошо. Тогда сейчас закончим с обедом, забросим сумки в комнату и пойдем осматривать Мортерей, — улыбнулась некромантка.

Мы так и поступили.

Оказавшись в общежитии, я поразилась тому, как много там обитает студентов. Большая гостиная была переполнена ребятами от первого и до пятого курса. Почти все чем-то занимались. Пока мы с Рубиной шли к лестнице, я успела заметить группу студентов, которые в стороне ото всех практиковали какое-то несложное темное заклинание. Судя по их виду и сверкающим от волнения глазам, это был первый курс. Чуть ближе к нам несколько девушек, заняв один из диванов, обсуждали…

— Тряпки, — буркнула Рубина, заметив мой заинтересованный взгляд, направленный на девушек. — Это наши куклы. У девчонок такие себе способности, которые развиваются из рук вон плохо по одной лишь причине: учатся куклы меньше, чем болтают о парнях и нарядах.

— О! — только и смогла я сказать.

— И да, — добавила некромантка, когда мы уже поднимались по лестнице, — вся эта свора — ярые поклонницы господина Готтара и его друзей. Нашей сладкой троицы. А вот, кстати, и они нарисовались, — добавила девушка уже шепотом и посторонилась, когда навстречу нам начали спускаться трое парней, среди которых я сразу же выделила Валентайна.

Блондин был одет в простую рубашку и джинсы, и при этом выглядел так, что я на долю секунды замедлила шаг. И тут же, встретив его взгляд, поймала милую улыбку Тэйлора, предназначавшуюся мне одной.

— Привет, Кристина, — сказал он и прошел мимо.

Николас Готтар, шедший сразу за Валентайном, взглянул на меня так, будто снова хотел назвать тыквой, а вот Коннор…

Коннор удивил, когда, остановившись рядом, вдруг сказал:

— Кларк, есть минута? Надо бы поговорить.

— Со мной? — искренне удивилась я. — О чем?

— Я сегодня был у ректора Беркли, и он назначил меня твоим куратором, Кристина, — обрадовал меня староста факультета.

— Тебя? — проговорила, взглянув на парня.

Рубина, стоявшая рядом, отвела взгляд.

— Да, меня. Так что не расслабляйся, Кларк. Сегодня можешь отдохнуть, осмотреться, познакомиться с ребятами, а завтра начнем. Я составлю нам отдельное расписание дополнительных занятий, которые, помимо теории, будут включать в себя и практику. Мне дано распоряжение подтянуть тебя по всем предметам.

— Но почему именно ты? — уточнила я, хотя что за вопрос? Этот парень — староста, а значит, не последний студент в академии. Но и не первый, подсказала вредная память.

Ах, а кто у нас там первый?

Я опустила взгляд вниз, туда, где окруженные «куклами» стояли Николас и Тэйлор. На нас с Коннором они не обращали внимания, явно счастливые тем, что находятся в таком цветнике.

«Слава всем богам, что мой куратор не Готтар, — подумала я. — И очень жаль, что не Валентайн!» — закончила мысль со вздохом.

— Так решил господин ректор. — Коннор и глазом не моргнул. — Я найду тебя завтра после пар и расскажу, как будут проходить наши совместные занятия.

— Хорошо, — ответила я и перевела взгляд на Рубину, которая подняла глаза и теперь смотрела на старосту каким-то подозрительно напряженным взором. Мне показалось это странным, и когда, попрощавшись с Коннором, я вошла за некроманткой в нашу комнату, то едва удержалась от слишком личного вопроса. Однако вовремя успела напомнить себе, что знаю соседку без году неделю, то есть всего неполные сутки. И не могу вызывать ее на откровенность по той лишь причине, что мне что-то там показалось.

— Будешь заниматься с нашим мистером совершенство? — словно невзначай спросила Рубина, пока я разбирала сумку с тетрадями, аккуратно складывая все на отведенную мне полочку, прибитую на стене над кроватью.

— Ты это про Коннора? — уточнила, а сама внимательно посмотрела на девушку.

— Про кого же еще? — хмыкнула она и села на кровать, вытянув перед собой длинные ноги. — Он же такой… — последовала пауза, а затем девушка закончила фразу: — …правильный!

Я избавилась от мантии, повесила ее на плечики в шкаф и, повернувшись к некромантке, спросила:

— Это твое личное мнение о старосте факультета или общепризнанное?

Рубина пожала плечами, отчаянно делая вид, что ей неинтересно обсуждать какого-то там парня, при виде которого у нее так подозрительно блестят глаза. Я мысленно улыбнулась, понимая, что Коннор попросту нравится Рубине, хотя она вряд ли признается в этом постороннему. А может, даже и себе самой? Вот только со стороны всегда виднее.

— Общее. Эта троица у нас на особом положении. Все трое — отпрыски состоятельных родителей. Все трое обладают огромным магическим потенциалом. Есть несколько предметов, которые им преподают отдельно от остального курса, — сообщила соседка.

— А вот это интересно. И что за предметы такие? — Я тоже села, глядя в глаза Рубине.

— Не знаю. — Она пожала плечами. — Никто не знает. Все происходит в кабинете ректора или декана факультета. Знаю только, что три раза в неделю эти трое занимаются до самой темноты.

— Ого! — Я улыбнулась. — Кто донес? Кто следил? — спросила весело.

— Куклы, — ответила Рубина. — Эти девчонки без ума от наших мальчиков. Да и не только они одни. Вот ты… Разве тебе не понравились наши драконы?

— Драконы? — Я фыркнула, догадавшись, что соседка имеет в виду Ника, Коннора и Валентайна.

— Особая группа на факультете темной боевой магии.

— Боевой? — переспросила я, уже и забыв о каких-то там драконах. — Ну, елки зеленые! — протянула и закатила глаза. — Это что получается, я на одном направлении с этими?..

— А ты у нас боевой маг? — округлила глаза некромантка.

Я вздохнула.

— Увы.

— А по тебе и не скажешь. — Рубина посмотрела на меня словно новым взглядом.

— Так сказал ректору его…

— Элбрес? — подсказала некромантка.

— Да.

— С этим не поспоришь, — проговорила девушка. — Значит, быть тебе боевым магом. Девчонки редко получают такой дар. Не могу сказать, что тебе повезло.

— Это еще как посмотреть. — Я не была настолько категорична. — По мне, лучше быть боевиком, чем с трупами возиться, — добавила и тут же посмотрела на соседку по комнате. — Ты только не обижайся.

— А у меня выбора особого и не было. — Рубина обижаться и не собиралась. — У меня все в семье некроманты и женились или выходили замуж исключительно за некромантов. — Она улыбнулась. — Все, чтобы продолжить династию чистокровных некромантов.

— То есть и тебе предстоит стать женой себе подобного? — Я вспомнила, как Рубина смотрела на Коннора.

Глаза девчонки вспыхнули.

— Рано говорить пока о таких вещах. Лично я замуж не собираюсь. — И словно в попытке закончить разговор, свернувший в ненужное для нее русло, некромантка щелкнула пальцами и позвала: — Тобиас!

Почти в тот же миг уже знакомая мне дверца открылась, и в комнату вышел скелет. Он быстро подошел к хозяйке, успев покоситься на меня и оскалиться, а затем застыл, ожидая ее приказа.

— Разберешь мою сумку и приберешься здесь, — распорядилась некромантка, а затем обратилась ко мне: — А мы идем осматривать академию. Ведь здесь есть еще много нужного и интересного, не так ли?

***

Из Рубины гид получился не очень. Хотя она неплохо знала историю академии Мортерей, но рассказывала скучно, заученными предложениями, зато показала намного больше, чем планировала. Таким образом, потратив на ознакомление с замком несколько часов, проблуждав почти до самого ужина, я узнала, где находится библиотека, где располагаются залы для практических занятий по боевой магии, еще раз прошлась по этажам с аудиториями, запоминая их расположение, чтобы уже утром не путаться в бесконечных коридорах академии. К слову, библиотекарь, милый старичок в мантии, расшитой звездами, отчего походил на этакого звездочета, записал меня в список четвертого курса, завел отдельную карточку и велел завтра с утра пораньше прийти за учебниками. А когда Рубина предложила прислать за ними Тобиаса, совсем не возражал против подобного экспромта, попросив лишь предварительно расписаться в книге выдачи после пар, на что я с радостью согласилась. А вот посещение дендрария и лавки пришлось отложить на завтра.

В целом академия Мортерей оказалась огромной, просторной и отчасти пугающей. Со слов Рубины я узнала, что когда-то давно, много веков назад, этот замок принадлежал одному из основателей академии, магу по фамилии Готтар. Это многое объясняло и почти не удивило меня. Я даже не сомневалась, что двое других парней из знаменитой на всю академию троицы тоже имели непосредственное отношение к Мортерею в качестве если не бывших владельцев, то покровителей или еще кого-то подобного.

— Говорят, Готтары самый древний род в королевстве, — сказала Рубина, когда мы шли в столовую на ужин. — Поэтому магия их рода очень сильная.

Я пожала плечами. Менее всего меня интересовал этот Готтар и его родословная.

— А что ты можешь рассказать про Тэйлора? — спросила у Рубины.

Некромантка вопросительно посмотрела на меня.

— Что? Понравился?

Я покачала головой.

— Просто любопытно!

— Ну… — протянула соседка, — он милый. Никогда никому не грубил на моей памяти, в отличие от того же Николаса. Третий по силе из троицы, что тоже не так плохо. У него отменные результаты в лечении от сильных проклятий, несмотря на то что он как бы боевик, — добавила некромантка уже шепотом, и все потому, что мы вошли в столовую, где зал уже гудел, наполненный студентами.

К раздаче тянулась очередь. Мы с Рубиной взяли подносы и встали в самом хвосте.

Я осторожно выглянула вперед и заметила, что троица, которую мы несколько секунд назад столь живо обсуждали, стоит через пару человек перед нами. Коннор, который стоял перед Николасом, обернулся и, увидев меня, кивнул, ободряюще улыбнувшись. Его друг, заметив интерес старосты, тоже повернул голову и посмотрел на нас с Рубиной, да как-то так, будто мы обе ему были неприятны.

— Что это с ним? — не выдержала я, обратившись к некромантке. — У меня ощущение, что я ему должна добрую сотню золотых и долго не отдаю!

Рубина нахмурилась.

— Ума не приложу. Он, конечно, тот еще… Но тебя как-то сразу с первого взгляда невзлюбил, что ли?

— Ну да и… — я проглотила часть резкого выражения, — с ним. — А сама быстро перевела взгляд на третьего парня, и сердце пропустило удар.

Валентайн стоял ко мне спиной. Его светлые волосы были собраны в короткий хвост, но мне жутко нравилось, как это выглядит. А еще… Еще очень хотелось, чтобы он тоже обернулся и я смогла снова взглянуть на него. Вот просто чары какие-то, не иначе! Прежде я не замечала за собой такого интереса к представителям мужского пола.

— Эй, двигайся, что ли! Или кто к полу приморозил? — раздалось за спиной, и кто-то несильно толкнул меня под лопатки.

Я сделала шаг, только сейчас осознав, что замешкалась, задумавшись о Тэйлоре, а затем обернулась и увидела одну из «кукол». Девчонка смотрела на меня и усмехалась. И несмотря на то что она была прехорошенькая, с завитыми локонами, обрамлявшими личико в форме сердечка, ее голубые глаза лучились холодом, как и глаза тех, кто стоял за ней.

Я было отвернулась, когда девица подошла ближе и, склонившись к моему уху, прошептала:

— Не про тебя красавчик, светлая!

— Ты о ком? — искренне удивилась я.

«Кукла» объяснять не стала. Надула губы, вызывающе сверкнула глазами и отступила назад, явно уверенная в том, что я издеваюсь. Ей и в голову не пришло, что я сказала правду.

Мы с Рубиной подошли к раздаче, выбрали по салату и куску пирога, после чего заняли один из столиков, за которым уже сидели двое парней с факультета некромантии. Рубина кивнула им, а затем, придвинувшись ближе ко мне, произнесла:

— Я совсем забыла сказать.

— М-м-м? — Я уже пробовала салат, кстати очень вкусный, с кусочками отварной курочки, помидоркой, зеленью и сухариками под майонезом.

— У нас же скоро состоится праздник зимы. Осталось меньше месяца!

— И? — Я еще не понимала своего счастья.

— Ты ведь пойдешь? Все старшие курсы идут. И нужны будут платье и прочие приятные вещицы.

— Почему ты сейчас об этом говоришь?

— Я к тому, что на этот праздник всегда приходят парами, так что начинай заранее присматривать себе кавалера. Хотя не думаю, что у тебя с этим возникнут проблемы, но все же…

— Я не уверена, что захочу на какой-то там праздник, но спасибо за предупреждение, — ответила некромантке, а про себя подумала, что не отказалась бы, реши меня пригласить Тэйлор. Но так как это вряд ли случится, то на праздник я, скорее всего, не пойду. В Сирин, где я проучилась три года, я так ни с кем и не завела отношений. Много училась, мало оставалось времени на личную жизнь. Не сомневаюсь, что и в Мортерее будет так же.

Вот только почему-то взгляд сам собой устремился через зал на стол, который занимали парни-драконы. И на одного-единственного дракона, при виде которого мое сердце начинало биться быстрее, кажется впервые в жизни.

***

— Интересная она, эта новенькая. — Коннор перевел взгляд в сторону столика, за которым сидели Кристина и Рубина. Девушки что-то обсуждали: Рубина довольно живо, а вот Кларк почти без интереса.

— Новенькая как новенькая, — лениво ответил Николас, сделав вид, что ему совершенно не интересно появление в академии такой необычной студентки.

— Ректор сказал, что у нее хороший магический потенциал, — продолжил Коннор. Он первый закончил с ужином и теперь наслаждался тем, что просто сидел и смотрел на друзей. — Кстати, Беркли назначил меня куратором к Кларк, попросил подтянуть ее по всем предметам в меру моих возможностей.

— Вот как? — отчего-то оживился Ник. — Почему тебя? — спросил он, и староста невольно фыркнул, вспомнив, что аналогичный вопрос ему не так давно задала сама Кларк.

— Потому что Коннор у нас самый ответственный на курсе, — спокойно произнес Тэйлор, аккуратно разрезая на части отбивную и не глядя ни на кого из друзей.

— А ты что, хотел занять мое место? — усмехнулся староста. — Мне показалось, новенькая тебе не понравилась?

Николас пожал плечами.

— Терпеть не могу рыжих, — ответил он. — Да еще и таких забывчивых рыжих!

— Ого. — Валентайн поднял взгляд на друга. — Есть что-то, чего мы не знаем?

— Неужели вы с ней были знакомы, а она забыла? — тихо рассмеялся Коннор, а Валентайн так улыбнулся, что Николасу было бы приятнее, захохочи он в голос.

— Никто не может забыть нашего Готтара! — важным и одновременно насмешливым голосом произнес староста факультета. — Зато мне теперь понятно это твое «тыква» по отношению к совершенно незнакомой девчонке. Объяснись, — потребовал Коннор, но Николас только отмахнулся.

— Не неси ерунды. Она бы не забыла меня, если бы встретила, уверен.

— Правда? — Друзья переглянулись, но решили больше не настаивать и не доставать приятеля.

— Ладно, замяли, — первым сказал Тэйлор. — В любом случае нас это совершенно не касается. Ну новенькая и новенькая, хотя, — он бросил взгляд в сторону Кристины, которая сидела к нему боком, так что парень мог видеть ее симпатичный профиль, — хотя она премиленькая и такая яркая.

— Могу поспорить, она с характером, — высказался Коннор. — Радует уже то, что Кларк, в отличие от остальных девчонок, не млеет от одного вида нашего Ника, что уже само по себе удивительно.

— Возможно, она предпочитает блондинов? — пошутил Валентайн и покосился на Готтара, который сделал вид, будто ему все равно.

— Так или иначе, она интересная. Хоть что-то новое в рутине бесконечных лекций и утомительной практики, — заметил староста и тут же сменил тему: — Кстати, сегодня мы занимаемся за пределами замка.

— Беркли придумал нечто особенное? — уточнил Готтар.

— Скорее всего. Вчера ведь выпал снег, а мы все знаем, что это его стихия. Так что, парни, просто нам не будет, — кивнул Коннор, и все трое, закончив с ужином, поднялись из-за стола и, подхватив подносы, направились к столику для посуды, делая вид, что не замечают, как взгляды почти всех студенток устремились следом.